wonderful start

Громкие аплодисменты, крики восторга, кажется, кто-то на трибунах даже пустил одинокую слезу, но глаза Виктора уже окончательно наполнились соленой жидкостью. Слезами счастья, конечно. Он не мог сдержать эмоций, чувства переполняли его. Все время, потраченное на тренировки Кацуки — окупилось. Они долго и упорно оттачивали каждый прыжок, четвертной тулуп, даже дорожку шагов они довели до совершенства. Ноги Юри всегда невыносимо болели после тренировок, и каждый раз Витя практически нёс своего ученика на руках, сил не оставалось ни на что. Но фигурист не останавливался. Наоборот, он отдавался в прыжках гораздо сильнее, чем ранее. Старался не думать во время исполнения даже короткой программы. Виктор был рад такому упорству, но боялся за ментальное и физическое состояние своего ученика. Боялся, что он наделает глупостей, травмирует себя. И вот, он в самом центре внимания, также не может удержаться, ведь золото уже у него. По правый бок стоит заносчивый блондин, которому не хватило всего-то 1,56 балла, чтобы стоять на его месте. Момент триумфа прервал любимый учитель, чьей гордости за содеянное не было и предела. — Юри? — в голосе тренера звучала неприкрытая нежность. — Да, Виктор? — лицо наставника впервые на памяти Юри светилось от счастья. — Помнишь, год назад я обещал встать с тобой под венец, если ты возьмёшь золото на Гранд-при? — ласковым шепотом спросил Никифоров, так, чтобы слышал только его фигурист. — Д-да, — Юри заикался, ведь он хранил в памяти все мимолетные фразы, слетающие с губ преподавателя и друга. — Ты выйдешь за меня, Юри? — с надеждой в глазах, дрожащим голосом спросил он. —Я… — шум трибун звучал будто издалека. — Я… — щеки тут же загорелись алым пламенем, сознание помутнело и… Слишком сильно мальчик разволновался. Мозг, не справившись с такой нагрузкой, решил сделать короткий перерыв. Виктору было не до шуток. Весь следующий день он не отходил от койки Юри. Знал ведь, что в другом месте нужно было предложение делать. В любом случае, Кацуки очнулся ближе к вечеру, что означало, что он снова в норме. — Виктор?.. Где я? — яркий свет больничной палаты больно резал глаза. — Юри-и-и! — взволнованно закричал рядом сидящий Никифоров. — Как же я рад, что ты в порядке, — продолжил уже тише он, подходя ближе и беря никудышного чемпиона за руку. — Что со мной случилось? — по-детски непонимающе посмотрел он на своего наставника и кумира юности. — Ах, точно. Юри, после твоего награждения я хотел сказать… — язык заплетался, — сказать что… — Виктору было сложно связать два слова, совсем на него не похоже, верно? —Ты выйдешь за меня? — тот же выжидающий взгляд из-под длинных ресниц. — Виктор… — Юри боялся, что это был сон. — Ты не шутишь? —  тот серьезно кивнул, уже не на шутку волнуясь о состоянии больного. — Я… — он судорожно вздохнул, слова застряли в горле, — согласен! — с в миг поалевшими щеками, не в силах сдерживать слёзы прокричал фигурист, его наставник так же отдался чувствам, приобнимая всё ещё лежащего на кровати брюнета. Виктор облегченно выдохнул. Он сильно боялся отказа, не представляя дальнейшую жизнь без своего Юри. —Люблю тебя, — прошептал Никифоров. Как же давно он хотел это сказать. —И я, — последовал ответ будущему супругу Юри. Может быть, чтиво на этом и заканчивается, но для них история только начинается.