Чаесексуал

Чай… Воистину, прекрасная вещь, не правда ли? Одно из лучших творений человечества, я считаю. Мне трудно описать словами, насколько это поразительная субстанция. Горячий или холодный, сладкий или без сахара, черный или зеленый — я предпочитаю всё. Все виды, до единого, все, что только придумали люди — все виды Чая есть у меня. Не просто на кухне, на какой-нибудь полке, нет. Он достоин лучших мест хранения. Вчера на заказ привезли огромный вакуумный хранитель. Про внешнюю отделку я тоже не забыл. Золотые узоры, алмазные вплетения — лишь нечто подобное достойно хранить в себе Его. Я не скупился, тратил миллионы — ах, что деньги, когда речь идет о Чае? — на то, чтобы Чаю было комфортно. Чтобы сохранил свой изумительный вкус, чтобы через сотню лет вернул меня в тот день, когда я отдал сердце Ему. Иногда мне кажется, что я немного помешан. На такие мысли меня подтолкнули бумаги, подписанные сегодня. Документы о владении сети плантаций. Я сразу отмёл лишние мысли. Помешан? Что за бред. Да, вкладываюсь деньгами. Да, сортов я перепробовал больше, чем прогрыз человеческих глоток за всю жизнь. Да, в кармане рубашки, что на сердце, у меня всегда лежит горсть британского королевского, аромат которого не покидает меня ни на секунду. Мне стало важно знать, что Он рядом. Рядом с Ним я чувствую себя спокойно. Но это не помешательство, нет… Я потратил, наверное, половину своей жизни на путешествия по всему миру в поисках разных видов растений, способных породить чайные листья. И я не жалею. Однажды — где-то тридцатые годы прошлого века — я нашел одного чаевара на краю Германии. Я много слышал о нем, но, признаюсь, я был в несколько неприятном удивлении: его чаевня была на редкость неухоженной. Но, как говорится, первое впечатление часто обманчиво. Тогда он дал мне свой лучший Чай. Заваренные листья чайной розы, с легким оттенком меда. Сел за стол, открыл коробочку с заветной заваркой. Еле уловимы запах, столь тонкий, столь сладкий, что едва ощутишь его, закатываешь глаза от удовольствия. Во мне проснулся азарт. Я рассмотрел содержимое — пакетик? Серьезно? Господи, какое кощунство! Заковать вкус в эти тряпки, тканевые кандалы, не дать ему свободы! Ох, именно за это я и презираю людей — они не хотят видеть более глубинный смысл таких важных вещей, чем просто запить сухость во рту. Я грубо разорвал тонкую ткань, освободил мелкие чаинки, они мягкими волнами посыпались на мою ладонь. Ощущение какого-то трепета наполняло изнутри. Наверное, сказалось и предвкушение. Я покрыл дно заварника, залил кипятком, чайник с которым мне любезно предоставил чаевар. И накрыл крышкой. Ожидание на удивление не утомляло, а только разыгрывало желание ощутить Его на своем языке. Я наблюдал за цветом Чая, который с приходом времени был все ярче. Кроваво-красный. Не знаю почему, но при виде лишь этого вся моя хваленая терпимость ожидания куда-то неведомым образом улетучилась и я резким движением схватил заварник и поднес носик к маленькой белой чашечке. Бордовая жидкость с характерным, и в каком-то смысле соблазнительным, журчанием хлестала стенки хрупкой чашки, но больше цвета меня привлек к себе уже окрепший и набравший всю свою мощь аромат. Роза. Отчетливо слышался след благородных цветов. Медовая, приторная липкость въелась в мозг. Запах вскружил мне голову. Я отставил заварник, почти кинул его на стол. Чай занялся волной и перелился через край. Был бы человеком — опёк бы кисть. Но мне чужды эти низменные слабости. Меня занимают куда более высокие хлопоты. Я лишь почувствовал, как Чай кровавыми и быстрыми каплями стекал по руке. До локтя, дошел до рубашки, пропитал белую ткань. Я смотрел на Него, как завороженный. Алое пятно, словно дикий цветок, распускавшийся с весенним теплом, уверенно расползалось по белому шелку, словно помечая меня, показывая всем, чей я. Теперь ждать было выше моих сил. Я жесткой хваткой вцепился в бедный фарфор и быстро поднес к губам. Немного помедлив, я коснулся ими краешка чашечки. Она была горячей, но кто я такой, чтобы бояться температуры? Я напоследок вдохнул букет — перед глотком нужно набрать воздуха, ибо чую я, будет он долгим — и наклонил чашку… Признаюсь, после этого еще несколько дней ходил, как в тумане, в попытках вспомнить, что происходило дальше. Но уверяю вас — такое не забывается. Если сейчас спросить меня, на что это было похоже, я бы ответил... Поцелуй. Да, думаю, именно он. Другие слова просто не подходят. Чай сильным потоком влился мне в рот, будто хозяйничая, быстро заполняя пространство. Какой, не побоюсь этого слова, экстаз ощутили вкусовые рецепторы, я сдамся описывать — все будет не то. Чай, подобно лаве, продвигался все дальше, оглушая меня вкусом розы. Некая горечь, смешанная с нектаром. Точно мне в глотку засунули сам цветок, я задыхался лепестками, шипы резали нёбо с языком, а кровь стекала по горлу, вмешивая в агонию свой металлический оттенок. Глоток за глотком, я не в силах был остановиться, внутри становилось горячо, Его тепло наполняло меня. С губ сорвалась капля, я ощущал каждое ее движение по подбородку, челюсти, ниже по горлу. Словно это были Его прикосновения, по телу проносился рой мурашек, пронзая голову, щекоча что-то внутри, и это определенно было приятно. Я все глотал, пока не закончился воздух. С трудом вышло заставить себя оторваться от краешка чашки. Меня будто окатили ледяной водой, я дышал быстро, много и глубоко, как после утомительного марафона. Единственная мысль, которая была в голове, которая заглушала все прочие, заглушала все вокруг, была про Чай. Жажда моментально завладела мной. Все остальное не важно. Все, что нужно, это еще и еще пить, вливать в себя, вновь ощутить Его на своем языке, так будет хорошо, будет правильно! Я обеими руками схватил чашку, поднес к губам слишком быстро, даже ударил верхнюю, она малость распухла. Неважно. Чай снова потоками врезался в язык, даря мне свой вкус. От ощущения Его рядом с собой я невольно застонал. Он вырвал у меня этот стон. Аромат дурманил на всю катушку, не давая права трезво соображать. Я почувствовал, словно тихий сложный шепот неистово втирает в подсознание уверенность, что это все — только для меня. Что только мне могут принадлежать и этот вкус, и этот запах. Что Он подарил себя мне. Чай завладел мной. Полностью. И я полностью отдался в ответ. Именно тогда я принес в дар Ему свою душу, в каком-то смысле тело и, окончательно и бесповоротно, сердце. Я принадлежу Ему. Тогда я это понял, и больше не захотел отпускать. Мысль о возможной разлуке внезапно сдавила. Но такого не будет. Я не позволю. Он тоже мой. В тот момент мы наслаждались друг другом, такой долгожданной встречей, осознанием, что я нашел себя в Нем, а Он — во мне. Эта мысль пьянила. Но всегда наступает момент разочарования — Чай в чашке закончился. Нет. Нет! Он мой! Никто у меня не заберёт Его! Клыки впились в фарфор, ломая кривыми трещинами. Там, где было еще секунду назад теплое томление, сейчас раскатывалась громом ярость. Я швырнул бедную чашку в стену. Зачем она мне? Я схватил стеклянный заварник и... на свое удивление не кинулся пить. Я стоял, как завороженный. Он такой ровный, такой.. красивый? Свет из окна мягко пронзал Его, от чего на стол падала розоватая тень. Такой чистый, спокойный. Сразу захотелось нарушить этот хрупкий мир. Я кончиком мизинца коснулся самого краешка багрового озера. Мягкие мириады колец прошлись по всей поверхности, оттолкнулись от стенок, и вернулись к месту рождения. Волшебная картина. Почему-то возникла потребность засунуть туда кисть целиком. А смысл сопротивляться? Медленно, палец за пальцем, я будто проникал внутрь Него. Чай заботливо обволакивал каждую косточку, лизнул ладонь, кожу изнутри приятно покалывало. Так тепло, так мягко. Я пошевелил пальцами прям в Нем. Двигаться тяжело, Он давил, словно сам запрещал, веля наслаждаться тихо, неподвижно, давая время привыкнуть к Его правилам. А знаете, это приятно. Ощущать Его власть над собой. Во всем мире нет человека, который бы покорил меня, заставил бы склонить голову перед ним. А Он смог. Будто и был создан для этого. И мне не страшно. Я впервые за очень долгое время спокоен. Все было на своих местах, все было правильно. Я словно проснулся. Легкие внезапно потребовали воздух, словно до этого я и не дышал. Я забыл как дышать. От этой мысли я запаниковал. Взгляд начал метаться по комнате, ища хоть что-нибудь, что могло бы спасти меня. И тут я вспомнил про Чай. Конечно же! Я не заморачивался, сделал ладонь, что купалась в Нем, дугой, и резко поднял, зачерпывая напиток. Я никогда ни в чем так не нуждался, как в этом спасительном глотке. Правда, я чуть не поперхнулся от спешки, но было лень обращать на это малейшее внимание. Как огонь, в голове вспыхнуло осознание. Я зависим от него? Почему я не могу без него и вдоха сделать? Так стоп. Почему я вообще должен дышать? Пока я размышлял, а это длилось не больше секунды, хотя так не казалось, внутри что-то... толкнулось? Как описать это ощущение? А, впрочем, оно не так сильно чувствовалось. Сначала. Вернёмся к моим размышлениям о дыхании. Как только я подумал о зависимости, гортань будто прорвало, бешеный поток воздуха впился мне в рот и нос, внутри меня начало наполнять настолько забытое чувство... Я вдохнул, а после медленно выдохнул. Я дышу? Но как?! Ладно, та паника после чая - я за сегодня многое пережил, все возможно. Но дышать?!! Почему? Как!? Так много вопросов... Так мало ответов.. Я еще несколько раз вдохнул, и следом выдохнул. Теперь все ощущалось более чем естественно. Странное чувство. Но не страньше того, что случилось далее. Во мне опять что-то толкнулось, но уже сильнее, чтобы я это почувствовал. Я напрягся. А это еще что за новости? Оно ударило, в районе груди. Мелькнула мысль: сердце? Ха, смешно. Я мертв, я вампир. Во мне уже давно все и вся мертво. Это какая-то шутка? В ответ, будто насмехаясь, ударило снова. А вот теперь не смешно. Я приложил мокрую ладонь к месту, где были толчки. Чай пропитал белую рубашку. Внутри отозвались на прикосновение. Да, это все-таки сердце. Удары набирали темп из медленного Grave в стабильное Adagio. Стук начал гулом отражаться в ушах. В который раз я уже запаниковал? Да, денёк тогда вышел.. необычным, мягко говоря. Только спустя время - непозволительно долгое время - я все понял. Чай. Заявляю на весь мир: я люблю Чай. Он открыл во мне то, что я сам давно похоронил. Во мне снова забилось сердце. Я вспомнил, каково это, дышать. Любовь воскресила меня. Его любовь. Он дал мне новую жизнь. Жизнь до Него - как во сне. И, наконец, я проснулся. Он то, ради чего (кого?) хочется вставать по утрам. Мой смысл жизни. Жизнь. Я живой. Я чувствую себя человеком.. Я вновь способен на чувства. Да, я снова нуждаюсь в дыхании. Он - мой воздух. Он - сердце, что бьётся во мне. Да, конечно, я и дальше являюсь вампиром - мне, как и раньше, нужна кровь, как и раньше, я слабею на солнце. И сверхспособности никуда не делись. Просто во мне воскресло что-то, что было во мне всегда, и с которым я, кажется, утратил связь после превращения. Я думаю, не стоит упоминания тот факт, что сегодня я счастлив. Как никогда прежде. И все это благодаря Чаю. Как и не стоит упоминания то, что тот чаевар после моего визита и до сих пор (кажется, уже прошло около ста лет) купается в золоте и забот не знает. Не он, так его дети. Я просто рад, что не все люди на земле утратили вкус к чему-то высокому, остались людьми, не стали животными. Мне недавно сказали, что это все бред. Что мне подкинули наркотики. Смею заверить, что хоть я и стал на половину человеком, меня как и прежде не берет ни алкоголь, ни вещества помощней. Надо мной власть имеет только Он. Чай. И да, я чаесексуал. Сомневаюсь, что у людей встречается такая ориентация, но я же не человек. А как вы думаете, господин психолог? Мисте..? Уже третий за неделю. Похоже, надо убрать эту люстру, сплошной рассадник суицидников, ей-богу!