Солнечный мальчик

Мальчик всегда думал, знал, что ему лучше всего в одиночестве, ведь никто не посмеет потревожить его. Он общался с людьми лишь на важных собраниях, когда у Уилбура было новое задание или типо того. На этих собраниях все время был парень, который выглядел лет на четырнадцать, но он был ровесником Томми. Его волосы были растрепаны, но это не выглядело отвратительно, а даже красиво. Голубые глаза, такие чистые без других цветов. Они были цвета неба, где не было ни одной тучки или облака. Взгляд был выразительным и таким теплым, что Иннит хотел подойти поближе, притянуть его к себе. Но он всегда откидывал эти мысли и называл это безумием, считал, что сходит с ума. Запах Таббо безумно привлекал парня. Запах пряного меда и печенья с ноткой ванили. Он был таким нежным. Томми часто задумывался, а не хрустальный ли этот мальчик? Блондин замечал, что рубашка болотного цвета была застегнута неправильно. Рядом с Таббо всегда был Эрет и Фанди, казалось, что они были старшими братьями мальчика, хотя даже не были похожи. Томми бы хотел оказаться с ними вместе, но был слишком замкнут. Собрания длились долго и Таббо никогда не обращал внимания на Иннита, как будто его вообще не было с ними. Пустое место. Блондин возвращался домой и мог кричать и рушить все, он хотел получить хоть немного внимания от него на этих чертовых собраниях. Разрушая все, ему приходилось вновь все чинить и ставить по местам, что бесило еще больше. Каждый чертовый день, он наблюдал о том, как Эрет и Фанди получают крепкие обьятья от Таббо, а он ничего. Его руки вечно были в ссадинах, ведь он пытался так избавиться от пустоты в груди. Однажды на собрании Таббо случайно коснулся его и их взгляды встретились. Нежные глаза смотрели с испугом в глаза грязно-голубого цвета Томми. Такое легкое касание, но казалось мальчик почувствовал какая нежная кожа у подростка. Инниту захотелось кричать, но он сдерживался до того момента, пока не вернулся домой. Это возможно был лучший момент в его жизни.Делая небрежный глоток воды, стараясь освежить горло, парень прокручивал это мимолетное событие в голове так, будто он одержим. Хотя, возможно то и правда. Нервно потирая костяшки, блондин был слишком перевозбужден мыслями об очередной встрече с солнечным мальчиком, который работал будто спасательный круг, заставляя почувствовать себя свежо и легко. Он сам не понимал от чего ему приелись это красивые глаза, пушистые волосы, вечно румяные щеки... Выразительная улыбка, детские формы, такая же приятная фигура. Фу, мерзотно. Томас был слишком озабочен им, слишком озабочен тем, чтобы вновь найти подходящий момент коснуться его. Опираясь на стену рядом с кулером с водой, юноша уже нервозно потирал запястье, пытаясь разогреть окоченевшую руку из-за ледяной воды в стакане. Тяжко. Очень тяжко и паршиво на душе, прокручивая всё раз за разом. Даже, блять, засыпая с подобными мыслями, в надежде проснуться с таким же хорошим настроением, а не желанием вновь разносить всё в щепки, реветь и просто кричать, жалуясь на то, как это все несправедливо в отношении к нему. Проглатывая очередной ком, блондин подметил знакомый для него силуэт; опрятный и уложенный пиджак, тёмно-зеленый галстук, что явно не подходил ему по длине, отчего выпрыгивал, как бы он не старался его аккуратно уложить, вновь детские глаза, что были устремлены точно в цель. Ах, Таббо, кто же это мог быть еще.Поморщившись, юноша скинул стакан в урну, слыша глухой стук и чуть плеск воды. Рванув от стены в противоположную сторону, куда шёл, подросток чуть задел его плечом, немного отталкивая и моментально извинившись за содеянное, хоть и сделал действие нарочно, заботясь лишь о собственном удовольствии. Он прикрыл рот, пытаясь не завизжать в очередной раз. Хватало лишь нескольких секунд, как он вновь прочуял этот нежный запах, который витал в воздухе еще какое-то время. У него была паника. Стыдно и нелепо, страшно и приятно одновременно. Он быстрым шагом двинулся к лестнице, моментально упав на первые ступени, закрывая лицо руками, а после и зарываясь в собственные волосы. Непристойные мысли, что вдруг его окружили, образовали необъяснимую духоту и наполненность, что не давала сделать очередной свежий глоток воздуха.Неприятное чувство собралось в животе, вызывая тошноту, что не прочь вызвать рвотные позывы и даже рефлексы, заставляя залиться кашлем. Мысли о том, что этим движением он лишь ухудшил мнение Таббо о себе, думая что тот действительно грубиян, что не заслуживает его внимания. Ведь на собраниях он и так вёл себя непристойно, вызывая странные взгляды на себя, на которые ему было откровенно похуй, пока не посмотрит сам Таббо. Он все лишь разрушает, он все лишь ломает. Портит все шансы познакомиться адекватным, человеческим способом, сводя процент к нулю, совершенно так же как и своё ментальное здоровье, совершенно не заботясь о нём.- о, Таббо, ты такой приветливый! - Раз удар, - о, Таббо, ты такой, блядь, добрый, - два удар, что позволил старым ранам открыться, оставляя отпечатки крови на белоснежной стене. Будто передразнивая собственные мысли, он делал это противным и высоким голосом, прыгая с тембр на тембр, вызывая раздражение еще больше. Он хотел познакомится, он хотел быть так же близок как Эрет и Фанди, он хотел быть зоной комфорта, он хотел... Он хотел не заливаться агрессией и слезами из-за себя, желая чувствовать себя нужным для него. Выпрямившись и встав, подросток еще пару раз отогрел стенку, оставляя капли крови, которые вряд ли кто-то заметит там, если особо вглядываться не будет. Явно выбора у него нет, кроме того как взять шатена силой, заставив его поговорить с ним. Заставив его обратить внимание, смотреть только на него, говорить только с ним. Нелепо грустно, от чего он усмехнулся, встряхивая головой, пытаясь освежить мысли. - вот же выблядок. Томми вновь засыпал лишь с мыслями о темноволосом парне с милой улыбкой. Это убивало его, ведь закрывая глаза он видел не только мальчика, а еще двух мужчин рядом с ним. Они как будто надсмехались. Чертовы сны. Постоянно только он, один он. Его милая улыбка, которая была предназначена лишь для Томми. Нежные и стеснительные прикасания. Крепкие обьятья и мягкие поцелуи. Томми всегда было интересно , какие на вкус его губы. Они всегда выглядели пухлыми и наверняка были такими же мягкими, как и его кожа, а может еще лучше. Может быть Эрет и Фанди не просто так таскаются за Таббо. Может у них там любовный треугольник. Томми проснулся с диким желанием разбить что-то или поломать. Сегодня он точно постарается обратить внимание Таббо на себя, но нужно найти момент, когда его придурков не будет рядом. Вот уже наступила темнота и он стоит за деревом, прижимаясь всем телом и чувствуя легкий страх. Таббо прощается с Фанди, а Эрета не видно нигде поблизости. Мальчик проходит мимо дерева, где спрятался Томми и подросток выскакивает, хватая мальчика за руку. Он чувствует всё тепло и мягкость его кожи, хотелось бы продлить этот момент навсегда. Таббо вскрикивает и как будто из ниоткуда появляется Эрет. Все как в замедленной съемке. Рука мужчина поднимается и Томми чувствует дикую боль в носу. Иннит мгновенно прижал руки к носу и по его ладоням начала стекать кровь, пачкая его белую футболку. Он поднял взгляд полный ненависти на Эрета и выпрямился, все еще пытаясь стереть кровь, которая продолжала течь. Проходя мимо тех он резко пихнул белоглазого, отталкивая в другую сторону. - Тупой еблан. Томми постарался проигнорировать это и у него вышло, чему он был рад. Очередная неудача и он чувствует себя опустошенным, но в его голове зарождается новый план. Возможно ему понадобится усыпительное и глубокая ночь. Парень вернулся домой и скинул с себя кровавую футболку. - Скоро... Томми наклонился к крану и стал смывать кровь с лица. Он был уверен, что Дрим сейчас не спит и по этому направится к нему. Феназепам это единственное, что ему нужно и он на все 100 уверен, что у мужчины оно есть. Иннит надел зеленую футболку и вновь посмотрелся в зеркало. Зеленый цвет так напоминал о нем, он не знал почему, но именно этот цвет и его оттенки всегда ассоциировались с милым мальчиком. Который всегда с страхом смотрел на высокого блондина. Томми решил не медлить и побежал до Дрима, ведь чем быстрее, тем лучше.- Дрим, Дрим! Он начал громко стучать в двери и оттуда вышел Дрим. Мужчина не выглядел сонным, но был точно чем-то недоволен. - Чего тебе, Томми? - У тебя есть...Феназепам? - Конечно. Проходи в дом. Блондин зашел, посматривая на русого, который тут же подошел к самому дальнему сундуку. Томми нравилось, что мужчина вовсе не задавал вопросов и был готов отдать снотворное просто так. - Вот держи и иди спать. Глаза Томми засияли и он взял баночку таблеток, выходя из здания, но направлялся он вовсе не домой. Оставалось лишь заставить Таббо проглотить эту таблетку, а дальше дело будет легче.Утро. Сегодня слишком нервозно с самого первого луча солнца, которое смогло достучаться до Иннита, там самым разбудив. Он ведь даже не спал, а лишь дремал местами, оставаясь в одном положении несколько часов, придумывая и перерабатывая план и идеи по миллиону раз, стараясь найти до собственного и внушаемого идеала. Почему же феназепам? Ну, он ведь не на один раз, а так, для дальнейшего. Ах, передозировка, галлюцинации, наркотической бред и такая же токсичность, что может изливаться из Солнечного мальчика! Мечты имеют свойства сбываться. Пусть иногда Томми противоречил сам себе, начиная беспокоится о том, что все может закончится слишком плачевно, однако эти голубые глаза сами начали рыть себе яму, игнорируя и избегая все сильнее, опасаясь, как огня, что оставит ожог до глубины души и мозга, оставляя травму. Надо подниматься. Скидывая с себя покрывало, что как-то сохраняло тепло, подросток сел, сгорбившись, смотря в пол. Голова кружилась, шея ныла, а мысли превратились в кашу. Насколько же он сам доводил себя, пытаясь ухватиться за собственный идеал. Сколько же он принёс страданий самому себе, эгоистично вспоминая собственные фантазии. Однако, надо бы уже готовиться. Сегодня собраний нет, придётся вылавливать, ждать момента когда он точно останется в одиночестве. Без лишних глаз и дополнительной защиты. Только проходя в уборную, Иннит вспомнил то, что на нём зелёная футболка, от чего тот усмехнулся. Улыбка растянулась до самых ушей, представляя то, как сзади его обнимает Таббо, сонно облокотившись на высокого, не желая отходить от источника тепла, вдыхая еще оставшийся запах одекалона, что был лишь для приличия на собрании.. Нежно обтираясь щекой, сильнее прижимая младшего к себе, будто боясь потеряться. Всё же эта детская милость и правда была до жути тепла, что пробирала до дрожи, пока Иннит витает в облаках. Будто он надел розовые очки на пару мгновений, пока они не разбились, напоминая про серую и жестокую реальность, которая больно била в пах. Быстро повернув кран, Том набрал в руки прохладной воды и принялся умываться, освежая голову и стараясь прийти в себя. Побыть хотя бы несколько часов в адекватном состоянии — это все, о чем он просил на данный момент. Да, утренняя рутина особо ничем не отличалась от остального дня, ведь внезапные вспышки агрессии блондин с успехом подавлял, а милости игнорировал, пока не оставался наедине с собой. Там он мог уже посидеть на лавке, смотря в очередной раз на закат, в полном одиночестве. Пока слегка не дунет тёплый ветерок, заставляя представить как шатен кладёт свою мягкую руку на ладонь Томми, чуть поглаживая. Заставляя представить то, как он хихикает с очередной глупой шутки Томми, которая была понятна только им обоим. Он действительно был одержим этим. То тепло, что он хотел ощущать в данный момент он не получит мирно и спокойно. Возможно только насилием.Переодевая зелёную футболку в привычную для себя рубашку, только имея при себе не красный, а жёлтый цвет, голубоглазый грустно взглянул на пачку феназепама. А действительно это всё стоит того? Может быть есть какие-то еще варианты? Нет. Точно нет. После вчерашнего случая точно нет, ведь это была явно последняя капля как для Томми, так и для Туббо. Схватив пачку и пихая её в карман, юноша с грубостью открывает дверь на улицу, захлопывая её с точно такой же агрессией, заставляя землю чуть вздрогнуть. Осталось дело за малым. Ну, как за малым... Надо было найти Таббо, проследить за ним до нужного момента, как-то подкинуть таблетку и затем забрать это... Этого человека себе, оберегая от внешнего мира. – ещё немного и мы наконец-то подружимся с тобой, мой маленький Солнечный мальчик, – с каплей злобы произнёс это Томми, спускаясь к ближайшей речке.До самого вечера он наблюдал за парнем и искал подходящие моменты. Эти псины вечно были с мальчиком и мешались. Томми казалось, что он готов убить их прямо сейчас, но ему надо держать себя в руках. Время летело слишком быстро и Иннит ничего не успел сделать. Оставался лишь один выбор. Проникнуть к нему домой и прокрутить в голове все части плана. Знаменательный час приближался так быстро, что Томми еле успевал за временем. Дрожащими ладонями он провел по еловой двери, нащупывая ручку и открывая двери. Было странно, что мальчик не запирался. Блондин старался быть очень тихим, пока не ударился головой об полку. Он замер, прислушиваясь к звукам и слыша хорошо со стороны спальни Таббо. Его сердце упало в пятки и заколотилось. Этого не было в планах. Казалось, что его тело начало неметь от страха, но у парня уже не было выбора. В проходе появился брюнет, потиравший глаза от сна. Мальчик включает свет и видит Томаса, стоявшего в его доме. Таббо раскрыл рот, но не смог и сказать не слово. Рука блондина стала закрывать его рот. Томми думал, что сейчас умрет от переизбытка эмоций. Они были так близко и чуть ли не чувствовал каждый изгиб его тела, а губы и в правду были очень мягкие. Иннит наклонился к его уху, стараясь нормализовать голос. - ш-ш-ш, веди себя тихо. Руки подростка дрожали от напряжения. Он вложил таблетку Таббо в рот. - глотай, солнце.Брюнет отрицательно замахал головой, пытаясь выплюнуть таблетку, которая начала растворяться от слюны. Терпеть было невозможно и мальчик зажмурил глаза, глотая. По его щекам скатились слезы, останавливаясь на руке и пропадая. Томми было больно смотреть на него, но это было правильно. Таббо было страшно находиться рядом с блондином, ведь подросток был всегда груб с ним. Тело брюнета ослабло и он стал чувствовать сильную усталость, а его мышцы как будто перестали работать. Веки тяжелели и вскоре закрылись. Руки Томми все еще дрожали и он поднял парня, закидывая на плечо и выключая свет в доме. Луна была закрыта тучами, намечалась отличная погода, ведь дождь может смыть их следы. Вещи блондина уже были собраны и остается лишь пройти портал в другой конец мира. Начать жизнь заново. С тем самым парнем, который был лучиком света в его никчемной и одинокой жизни. Душа Томми радовалась, что теперь он будет только с ним и больше ни с кем. Только ему он подарит свою солнечную улыбку и только он будет слышать его смех, который ласкает уши. Весь Таббо будет только его. - Теперь все будет по другому, Туббо, теперь есть только ты и я. Блондин поудобней положил брюнета, заходя в портал и уже начиная слышать обстановку в этом мире. Ударила молния и они переместились в ад. Мальчик тут же ориентировался до портала, который вел в другой конец мира. Вот они уже скоро будет действительно вместе. Остается лишь уничтожить портал и тогда ничего не помешает его счастью.Едкий и токсичный запах ели, свежей смолы, сырости и влаги. Эхом отдаётся звук захлопнутой двери, после скрежет стула об пол. Картинка размыта, а в голове звон, что не позволяет расслышать хоть что-то из вне. Пара прядей нарочно лезут в глаза, заставляя вновь зажмуриться и вызывая слезы от болевых ощущений, что вызывали колкие концы. Вроде бы парень не успел проснуться — а уже его состояние желает оставаться лучшим, нагло насмехаясь. Он ничего не может вспомнить. Он не может вспомнить то, что произошло после того как он вышел проведать, что это за посторонний шум раздаётся со стороны входной двери, которую он забыл запереть от усталости. Ведь ему было так хорошо! Он весь день веселился, смеялся и радовался, совершенно не чувствуя чужого взгляда на спине, который вот-вот сделает дыры насквозь, делая больно. А ведь сделали. Было так плохо и сложно думать, голова просто была готова взорваться в любой момент, от чего она была до жути тяжёлой, не давая возможность поднять ее, чтобы убрать чёлку. Его так все раздражало. Маленький Солнечный мальчик, что был жалок, забит в угол как щенок, которого только что выкинули на улицу. Он был никем без той поддержки что оказывали ему старшие, что направляли его, помогали чувствовать себя лучше. Не было сил даже заплакать. Он хотел кричать, наорать на того кто сделал это всё с ним, заставляя чувствовать себя отвратно, пытаясь сдерживать тошноту подходящую к горлу, сухость и малое обезвоживание. Ударить того, кто заставил чувствовать страх лишь слыша тяжёлые шаги или видя как кто-то поднимает руку, издаёт громкий и резкий звук. Он действительно в какой-то мере боялся Томми, думая, что тот навредит. Не зря.Таббо тяжко вздохнул. Он не имел замысла привлечь к себе внимание, чтобы он услышал как юноша отвернулся от своего занятия, опркоинув ручку на пол, подбегая к тяжёлому телу и присаживаясь на колено, чтобы быть где-то ниже уровня лица. Иннит дотронулся до мягких щёк подростка, поднимая немного его лицо, привлекая к себе внимание. Аккуратно убрав чёлку одним движением, Томас был поражён тем, насколько жалко, но в то же время мило и притягивающе выглядел Смит. Его глаза, которые были направлены на это идиотское лицо, которое так и просило очередного удара по носу. Глаза, что были наполнены слезами и затуманены спросонья, холодные щеки, покрытые румянцем, будто Тоби только вернулся с мороза, мокрый и такой же холодный нос. Сухие, но такие же приятные губы, по которым блондин провёл большим пальцем, наслаждаясь моментом. Он действительно был поражён этой красотой. Заворожен так, будто смотрел на куклу, которая вот-вот разобьётся, не давая шанса собрать вновь. Таббо ненавидит это. Он дёргается, заставляя Иннита чуть убрать руки, оставляя маленькое расстояние. Он не хочет чувствовать эти руки, он не хочет чувствовать это тепло, он не хочет... Он не хочет чтобы к нему прикасались. Снова тошнота, из-за чего голова рухнула вниз. Таббо зажмурился, вызывая краткий поток слёз, от которого он автономно шмыгнул. Видимо, он еще не совсем отошёл от снотворного, ведь его так же сильно клонит в сон.Аккуратно проводя тыльной стороной ладони, стирая дорожки слёз, блондин встаёт, чуть опираясь на Солнечного мальчика. При этом, он не был прочь провести лёгким движением пальцев по изгибу шеи, вызывая щекотку, которая заставила вздрогнуть и заикнуться низкого. Это, конечно, удивило Томаса. Он ведь не изучал до этого мальчика, потому он с лёгким интересом провёл ещё разок, тихо хмыкнув, получая удовольствие не только с процесса, но и с реакции. – ну, хоть какую-то новую информацию я наконец-то и получил! – с каплей радости и гордости произнёс Томми охрипшим голосом, – ты, Туббо, видимо ещё не совсем отошёл, верно? Сколько тебе ещё нужно времени, Туббо? – Шатен был поражён. Что он, блять, делает сейчас с ним? С какого перепугу он нарушает личные границы и каверкает его имя, называя так, как будто издевается, точно зная правильное произношение. Это до жути неприятно... Хотя, с какой стороны посмотреть.В каждом уголке этого чертового дома был его запах. Клубничная паста, чай с мятой и молочный шоколад. Таббо хотелось спрятаться от всего, но он попросту не мог. Блондин найдет его везде. Почти каждый вечер Таббо был вынужден сидеть у него на коленях и чувствовать эти мерзкие прикосновения. Томми изучал его тело, пытался выявить все его точки. Касался везде. Брюнет чувствовал себя грязным после такого, но у него не было выхода. Томми так часто проводил холодными пальцами по его шеи, стараясь вызвать этим реакцию, о которой уже прекрасно знает. Он злится каждый раз, когда Таббо жмуриться, пытаясь игнорировать это. Блондин трогал его даже в интимных местах, что было еще хуже. Брюнету казалось, что он возненавидел каждую частичку своего тела. На шее мальчика были фиолетовые пятна, которые уже почти сошли, но все равно были. Иногда смотря в зеркало он вспоминал то, что тогда произошло. Томми касается губами его шеи и начинает кусать и посасывать кожу, Таббо пытается оттолкнуть его, но у него не получается. Сильные руки крепко держат его за талию. — Туббо, ты только мой... мой мальчик... мое золото... — блондин шепчет это, покусывая его мочку уха. Таббо пытается убрать голову в сторону, но пальцы только сильнее сжимают, принося боль. Его ладони упираются в грудь Томми.— Томми, перестань, пожалуйста... — он шепчет хриплым голосом, как будто вот-вот заплачет. Блондин поднимает голову и смотрит в глаза мальчика. Он тянется к нему и целует, но Таббо отворачивается и жмурит глаза.Томми хмыкает и лишь убирает руки и кладет их на постель, упираясь. Брюнет раскрывает глаза и смотрит на подростка. Было видно, что его настроение испорчено, но он в первый раз отпустил его по просьбе. Таббо шумно дышит и дрожащими руками касается щеки Томми. Он быстро и кратко целует его, а потом быстро слезает с колен, уходя. Блондин падает на подушки и касается своей щеки. Ему кажется, что она горит от мягких и неловких прикосновений солнечного мальчика. Таббо стоял напротив зеркала и смотрел на свое отражение, он уже вернулся из своих воспоминаний. Мальчик провел рукой по шее, закрывая пальцами засосы. В дверь ванной резко постучали и он дернулся, включая воду. — Туббо, ты долго там? — раздался мягкий голос Томми. — Н-нет, я уже выхожу. - мальчик выключил воду и открыл двери, смотря на высокого парня перед собой. Томми поднял руку и Таббо зажмурился, но он всего лишь убрал волосы с его лба и мягко поцеловал, проходя в комнату. Брюнет шумно выдохнул и потер ладонью по лбу.Он уже привык к блондину, но все равно боялся его и был очень молчалив. У него не было отдельной комнаты и ему приходилось спать с Томми. Это было частью его плана, ведь мальчик находился так близко, что он мог вдохнуть его аромат. Таббо встал возле окна и посмотрел на улицу. Глупые мысли про побег начали всплывать в мозгу, ведь именно после его попытки сбежать Томми ударил его. Он поднял крик, говоря, что он всего лишь защищает мальчика от жесткого мира, но ведь брюнет не был так глуп. Смит лег на одеяло, чувствуя все его тепло. А ведь руки Томми тоже бывали теплыми, когда он целыми днями проводил время дома, а не уходил по делам. В проходе появился Иннит, пристально смотрящий на мальчика. — Как дела, Туббо? — блондин улыбнулся, садясь рядом с ним и перемещая его голову к себе на колени. — я... - мальчик сглотнул, чувствуя как Томми проводит кончиками пальцев по его лицу, убирая волосы с глаз, — наверное нормально. — Таббо сомкнул руки на животе, пытаясь успокоить страх. Блондин переместил свои пальцы на его шею, очерчивая засосы и укусы. Он заметил след, который выделялся больше всего и нажал на него. Таббо айкнул и дернулся, поднимая глаза на лицо подростка.— Прости, Туббо, я не хотел сделать тебе больно — Томми в первый раз извиняется перед ним за то, что он сделал. Смит приподнимается и челка вновь падает ему на лоб. — Не обращай внимания... я устал, давай лучше ляжем спать. - Это была ложь, ведь мальчик ни капли не устал. Он ничего не делал, ему просто был неприятен этот диалог. — Хорошо, — Томми поднимается с кровати и выключает свет — спокойной ночи, Туббо. Смит кивает ему в ответ и ложится под одеяло. Он чувствует, как блондин залезает в постель и касается пальцами его кисти. — Спокойной ночи, Томми. — Таббо закрывает глаза и наверное это хорошо, ведь теперь он не увидит глупую улыбку на лице Иннита.Глубокой ночью Смит просыпается от того, что чувствует как Томми ерзает. Мальчик поднимается, опираясь на локоть и смотрит на подростка. Его губы слегка двигаются, а веки дергаются. Скорее всего ему снится кошмар, Таббо толкает блондина. Томми резко просыпается и садится на кровати, по его щеке стекает слеза и он быстро вытирает ее. — Томми, ты в порядке, — брюнет взял в ладони руку парня — что тебе снилось? подросток молча поворачивает голову к мальчику и обнимает его, крепко прижимая к себе. Он утыкается носом в плечо Таббо, а Смит гладит его по спине. Как бы он не относился к Томми, он понимал, что тот не может отойти от сна. Они ложатся обратно, но Иннит не отпускает парня, все еще прижимаясь к нему, будто боясь, что сейчас он пропадет. Опять будет не с ним, дарить улыбку другим, разговаривать с кем-то, но не с ним.Шатен не помнил, когда в последний раз видел кого-то другого, кроме Томми. Он особо не помнил других черт лица, все было смыто в сознании, искажено, будто он сам себе придумал. Лишь по сне видел пару людей, что вечно ему улыбались, обнимали парня. Они были... такими удивительными для него... Каждую ночь он спал с улыбкой на лице не то от объятий, не то от очередного сна, где он находится в компании людей с размытыми лицами, но с чётким лицом Томми. Он уже чаще стал выходить на улицу, не выходя за пределы дозволенного, пусть Томми и не говорил где заканчивается территория. Будто сам себе поставил границы, привыкая к изоляции. По сути за несколько месяцев это место стало таким же комфортным, как и дом, где он проживал раньше; он не испытывал страха, не чувствовал паники находясь в компании с блондином. Он чувствовал себя родным вместе с ним, до жути нужным, и, почему-то, чувствовал вечную тягу к нему. Ему становилось тоскливо и ужасно, когда Иннит уходил по делам, скорее всего уходя за ресурсами, оставляя мальчика одного. Последние несколько недель Томми возвращался грустным, подавленным, будто что-то да терзало его душу, но он умалчивал это, очень ловко, что возможно ему часто играло на руку.Их отношения намного улучшились с последних неприятных моментов, а может он просто их не помнит, оставляя лишь хорошие моменты у себя в голове, часто их прокручивая у себя в голове за завтраком, вызывая смешки. Эти сценки в голове его слишком забавляли, от чего младшему было тепло смотреть на Таббо, наслаждаясь его выражением лица, улыбкой и тихими смешками. Он наконец получал то, чего хотел с самого начала, однако... Почему-то, когда их отношения уже правда были хорошими и они оба могли точно сказать кто они друг для друга, Томас чувствовал себя ужасно. Его начала душить совесть. Он понимал насколько он отвратителен как человек, как личность, которая потонула в собственном эгоизме и чувстве собственной важности, затягивая вместе с собой еще одного человека, что никак не был виноват. Он просто попался первым на глаза по сути, цепляя одинокого мудака, что по итогу заставил кружить в этом колесе сансары несколько месяцев. Теперь Таббо не мог находится без компании Тома, чувствуя как его начинает гложить чувство страха одиночества, паника. Всё как в самый первый день. Он правда не знал, что будет делать без блондина теперь, ведь он привязан к нему, и очень сильно. Не только психологически, но и морально он чувствовал себя плохо, долго находясь без лишнего внимания со стороны дылды. Он даже не знает, плохо это или нормально, ведь теперь его нравственные нормы были совершенно другими, не теми, что были у Таббо несколько месяцев назад, нет. Это почти что был новый человек, только имел он внешность точь в точь как у Таббо.Смех был будто насильно выдавлен, чуть хриплым, улыбка аккуратная, нервная, будто он боялся улыбнуться не так. Глаза вечно бегали в разные стороны, стараясь избегать зрительного контакта, руки потели при разговоре, а пальцы перебирались между собой. Смит стал слишком нервным, пусть сам этого и не замечал. Однако это прекрасно видел Томми. Он был в ужасе с того, что сделал. Теперь он ненавидел себя, убиваясь каждую ночь, вновь думая об этом. Почему он не может повернуть время вспять, на самое первое собрание, где у него был прекрасный шанс познакомится в холле, где Уилбур любезно болтал с подростком. Он ведь мог просто присоединиться к диалогу, познакомившись с Таббо, однако все испортил своим взглядом, тоном и резкими словами, уже делая о себе ужасное впечатление. Он просто психически неуровновешанный идиот, который вовремя не обратился за помощью, а теперь страдает, взяв в охапку еще одного человека, насильно заставив стать другом. Вот и подружились самым отвратным способом который только может быть.

***

– Туббо, я хочу поговорить с тобой, – резко отставляя от себя кружку с кофе, Томми выпрямился, начиная нервничать, – Я... Я понимаю что мои слова тебе ничего не вернут, но... Я правда хочу попросить у тебя прощения. – Шатен с недопониманием смотрит на него, попивая свой чай с мёдом. Он совершенно не понимал к чему тот клонит, ведь никаких инцидентов не было за последние три дня. – Я хочу чтобы ты обратно вернулся. Желательно без меня, ибо я не хочу неприятностей. Я слишком слаб, да и... Уже сделал дохуя ошибок. Я не хочу сделать тебе ещё хуже, – Томми нервно вздохнул, оттягивая свою родную футболку, растягивая её. Таббо замер. Простите, что? Поматросили и бросили или как это ещё назвать? Юноша даже не мог найти подходящих слов, чтобы как-то ответить или отреагировать. Он прокручивал эти слова снова и снова, словно у него заела плёнка. Сделав ещё два глотка горячего напитка, старший облакотился на спинку стула, огорченно смотря на друга. Он был в недоумении, а возможно и правда опечален этими словами. – Томми, я не уйду никуда без тебя, ты ведь понимаешь это! Я просто не смогу там находится без тебя, я буду сходить с ума без тебя, Томми! – старший местами даже переходил на крик, будто пытаясь достучаться до Тома, который смотрел в стол, будто не имея понятия о чем говорит его друг. Кажется опять он зря начал делать что-то, надо было просто заткнуться. Чувство, будто он сейчас заплачет.– Ты не можешь здесь больше оставаться, Туббо, – блондин уже не знал куда девать свои руки, от чего просто положил их себе на грудь, крест на крест, чуть разминая шею. – Могу. Ещё как могу, – скрестив руки, парень явно теперь обиделся и надулся, сам того не замечая, – либо мы идем туда вдвоём, либо остаёмся здесь. Я не имею никого, черт возьми, желания, идти туда одному. – старший начал медленно скатываться по стулу, пока не упёрся, не давая больше шанса сползти вниз. Томми хмыкнул, чуть улыбаясь. А может все будет не так уж и плохо и Таббо пойдет на "поправку", при этом поддерживая контакт с Иннитом. А вдруг и правда всё будет замечательно? Подросток резко подскочил, собирая сначала посуду со своей стороны стола, а после, подходя к Таббо, потрепал его по волосам, с радостью говоря: "тогда собирай свои вещи, вечером выдвигаемся".