Капитан и Кот. Сборник Сказок и Чудес

— Я не понимаю, День, — Захар устало потер лицо руками и откинулся на спинку кресла, — То ли ты перегрелся, пока ехали, то ли ещё не проснулся. Какой Космос, какие фрегаты? О чем ты вообще? Мы сидели у камина, протянув к огню озябшие руки. Зима на Вольнице под ночь разыгралась так, что даже десять минут на улице, которые потребовались Коту, чтобы рассмотреть и вдоволь навосхищаться окружившей его сказкой, обернулись для нас едва ли не обморожением. Пришлось срочно хватать друг друга в охапку и мчаться в административный корпус за ключами от домика. Однако, уже спустя час, отогревшись и успокоившись, я ещё раз переспросила друга о том, что он показал мне в автобусе. Пока не понимая, как именно он это сделал, я, однако, была уверена в том, что сон — дело рук именно Дениса. И отчетливо ощущала — видение правдиво. От этого становилось ещё непонятнее и намного страшнее. Зеленоглазое чудовище, тем не менее, вопросу не удивилось. Более того, позвало на разговор всех остальных. И вскоре мы все, с совершенно ошалелыми лицами, слушали невероятную историю о странствиях боевого фрегата и его команды, о знаменитом капитане Рэйнаре Фаанмико, бесстрашном офицере-архмилитанте Захарии, неподражаемом святом отце Александре и талантливом мастере-инженсире Натине. История захватывала дух, заставляя проваливаться в её повороты все глубже и глубже даже нашего реалиста-скептика Николя. Космические бои, невероятные по своим масштабам абордажи, жуткие и, в то же время, красивые и опасные расы эльдар и орков, жуткая и сложная бездна Имматериума, поглотившая навсегда фрегат капитана Фаанмико вместе с командой. Любимая компьютерная игра вставала перед глазами, как живая, поворачиваясь то одной, то другой стороной своего невероятного сюжета. Но Денис вдруг прервал рассказ и, внимательно взглянув на нас, уточнил: — Не верите? В целом, я знал, что так и будет… — Денька, погоди… Так это что, не одна из твоих сказок была что ли? — опешил Сашка, едва не кувыркнувшись головой в камин. Кот едва заметно усмехнулся и покачал головой: — Я вообще сказки рассказывать не умею, отче. Это вы у нас всегда были по этой части. Байки, проповеди и прочее — ваша тема. — Точно перегрелся, — почесал в затылке Николя, — Где мы тут теперь психиатра найдем? Я подняла руку. Парни притихли, глядя на меня кто удивленно, кто весело: — Погодите, народ… Коть, а ты доказать сможешь? Или только на словах? Я тебе верю почему-то, но сам пойми — это слишком похоже на разыгравшееся воображение. Мы здесь не привыкли к подобному. Друг, выслушав меня, хулигански прищурился и кивнул: — Думаю, да, мой капитан. Там, у нас, я был псайкером. Псиоником, если говорить местным языком. Здесь силы работают через раз и не так, как нужно, но кое-что могу. Гляди! Кот закрыл глаза и мне на миг почудилось, что под сомкнутыми веками парня вспыхнули и погасли два золотистых светлячка. А затем кружка, мирно стоявшая на полу у ног Захара, медленно оторвалась от пола и воспарила вверх. Вслед за ней туда же пропутешествовали две чайные ложки, чей-то носок и мокрые варежки Николя. Несколько секунд всё это висело перед озадаченным лицом бывшего спецназовца, после чего плавно опустилось на места. Денис судорожно, со свистом, выдохнул и разжал кулаки. Руки парня заметно дрожали и я вдруг почувствовала невероятную усталость, словно все силы из меня выкачали огромным насосом. Уже отключаясь, я почувствовала, как меня подхватили чьи-то руки и голос Сашки, раздавшийся откуда-то сверху, испуганно произнес: — Да что за чертовщина тут творится? Сперва предметы летают, затем эта парочка синхронно в астрал вышла! Может это я перегрелся? А потом все заволокла спасительная темнота.