Хризантема или меч

      Тан Ли распахнул глаза. Его рот приоткрылся от удивления, а затем растянулся в презрительной гримасе. Этот красавчик совсем рехнулся?! Или он прибыл только вчера и не знает, кто такой мастер Мин?! Не знает, что он старший ученик главы пика, а значит, и будущий преемник?! Да... Да у него даже меча нет!       – И как ты меня заставишь? – продолжал он дерзить.       Молодой мужчина нахмурился. Его тёмные брови задрожали от сдерживаемого гнева.       – Что? – переспросил он с недоумением.       – У тебя даже меча нет! – крикнул мальчишка, перехватывая ножны. – Мой меч получен год назад. Он носит имя Фэнлун*.       Молодой мужчина задумчиво хлопнул гардой веера по собственному плечу.       – И сколько тебе лет? – уточнил он.       – Шестнадцать! – гордо ответствовал тот. – Совсем немногие могли добиться такого успеха.       – В самом деле? – усмехнулся незнакомец. – Лю Цингэ поднялся на Ваньцзянь в четырнадцать.       – Лю Цингэ?! – с яростью спросил юнец. – Да кто дал тебе право называть бога войны по имени?! Ты... Ты ненамного старше меня!       – И впрямь, – рассмеялся тот. – Но, как видишь, я ношу гуань**.       Тан Ли судорожно вздохнул и замолчал.       – Раз ты уже получил собственный меч, полетишь сам, – холодно произнёс незнакомец.       – Ни за что! – вскрикнул юнец и схватился за рукоять оружия.       – Святые Небеса! – прошипел мужчина и едва уловимым взмахом пальцев обездвижил ученика. – Придётся тащить тебя за шиворот.       Мальчишка с удивлением смотрел на то, как изящный клинок, появившийся буквально из ниоткуда, выскальзывает из багровых ножен. Мужчина обхватил его за талию и поставил на меч впереди себя.       Время полёта не могло быть меньше палочки благовоний, но, кажется, за это время Тан Ли не сделал ни одного глубокого вдоха. Он понятия не имел, кто этот человек, но его умения поражали.       Лицо Тан Ли невольно покраснело. Что он делает?!       Эй, – подумал юнец с отчаянием. – Я тебе не девица! И не обрезанный рукав! Чего это ты меня... обнимаешь!       Они ступили на землю. Незнакомец снял с него заклятие, позволив вновь двигаться и, схватив за шиворот, поволок к чёрному каменному мосту. Мальчишка, задыхаясь, упёрся.       – Что это за место?! – спросил юноша, не выдержав тяжёлой ауры.       Изогнувшийся хребет чёрного каменного моста скрывался в туманной дымке. Горящими углями глаз на него смотрели головы чудовищ, сжимающие в пасти бронзовые фонари. Внезапный порыв ледяного ветра, взметнувшего шёлк волос и длинные ленты незнакомца, выл в баллюстрадах перил, скрипел раскачивающимися фонарями, плывущими в густом тумане где-то впереди.       – Мост Смирения, – ответил мужчина.       Мальчишка вздрогнул. Он ведь был на Тяньмэнь, но не проходил здесь раньше.       – Я не пойду! – испуганно прошептал юнец, дрожа.       Молодой мужчина нахмурился, всё ещё удерживая мальчишку и глядя, как к ним приближается чёрная тень.       Казалось, позади неё стекает алыми струями кровь.       – Ах, неужели твои барьеры работают? – усмехнулся незнакомец.       Тень пересекла границу тумана, собравшись в изумительно красивого мужчину.       Тан Ли шевельнул побелевшими губами и, вывернувшись из тонких пальцев, упал на колени.       – Мастер Цзян! – воскликнул он, касаясь лбом земли.       Он видел его лишь раз, не больше одного мгновения, но никогда не смог бы забыть этого сурового лица. Всё, что он прочёл о нём не более часа назад сейчас выглядело невероятным безумием и глупостью.       Как мог бы этот строгий жестокий глава пика Тяньмэнь быть нежным и мягким? Он не мог представить улыбки на этом лице или радостных искр в чёрных глазах. Сейчас, чувствуя чудовищную ауру этого человека, он не сдержал дрожь.       Незнакомец посмотрел на мальчишку с недоумением.       – Святые Небеса, да ты напугал его до смерти!       Юноша распахнул глаза. Этот... совсем обезумел?! Он что, не видит кто перед ним?! Или он устал от жизни?!       – Хм? – чуть охрипшим голосом спросил лорд Тяньмэнь. – Ты притащил мне... ученика? Но... у тебя ведь нет личных учеников.       Тан Ли поднялся на колени, с недоумением наблюдая за ними.       – Ну и что? – развёл руками незнакомец.       Лорд Тяньмэнь выдохнул.       – Значит, я должен наказать и его мастера. Как твоё имя? – повернулся к нему Цзян Цзинсун.       От его непререкаемого тона лоб ученика покрылся холодным потом. В голове юноши и мысли не возникло возразить или не подчиниться. Он вновь склонился до земли.       – Этого ученика зовут Тан Ли, – произнёс он дрожащим голосом.       – Тан Ли? Сын Тан Ху? – спросил незнакомец.       – Да, – удивлённо ответил мальчишка. – Откуда ты можешь знать моего отца?!       Он вновь поднялся на колени и взглянул на незнакомца с яростью.       Цзян Цзинсун побелел. Его лицо стало столь мрачным, что мальчишка готов был сорваться с места и мчаться прочь. Если бы мог. Но в мгновение ока его опутала алая лента.       – Щенок! – рявкнул Цзян Цзинсун. – Как ты смеешь так разговаривать с главой пика Цинцзин?!       – А?! – онемел тот, во все глаза глядя на изящного молодого человека.       Это что... и есть Шэнь Цинцю?! Это он?! Это мастер Шэнь?!       Юнец судорожно вздохнул и повалился ниц без сознания. Никогда ещё семья Тан не была так опозорена! Его стоило бы наказать смертью.       – Цзинсун, – вздохнул Шэнь Цинцю. – Это же сын Тан Ху. Разве он был не твоим учеником?       – И зачем же ты на самом деле пришёл, Цинцю? – тихо спросил Цзян Цзинсун, заключая его в объятия и полностью игнорируя вопрос.       Тот вдруг вспомнил, что до сих пор держит в руках эту чёртову книжицу. Он подумал, что лорд Тяньмэнь ни в коем случае не должен это прочесть. Существо столь своевольное, что и Ло Бинхэ не мог найти на него управу, Цзян Цзинсун мог воспринять это как руководство к действию.       Шэнь Цинцю содрогнулся. Его плечи тут же окутал тёплый плащ лорда Тяньмэнь.       – Я так полагаю, мальчишка понятия не имел, кто ты?       – Боюсь, что так, – ответил мастер Шэнь без сожаления.       Из тумана показались фигуры адептов Тяньмэнь.       – В сектор допросов, – приказал Цзян Цзинсун.       – Я лично желаю взглянуть на то, чем же он так тебя разозлил, – добавил он, когда провинившийся скрылся на мосту, поддерживаемый адептами.       Шэнь Цинцю, не сдержавшись, ударил его локтём под ребро.       – Ах! – вздохнул лорд Тяньмэнь, согнувшись пополам и упав в траву.       Вот только в своём падении он успел увлечь за собой Шэнь Цинцю. Тот смотрел в синие небеса сквозь стебли цветущих трав и никак не мог понять, какого чёрта Цзян Цзинсун опять делает сверху, уткнувшись в его шею?!       Он попытался добавить удар коленом, но лорд Тяньмэнь увернулся. К тому же успел выхватить из его рук проклятую писанину и, вскочив на ноги, умчаться прочь, воскликнув что-то вроде «наконец-то!».       Шэнь Цинцю онемел. Он так и остался лежать, следя взглядом за неспешным движением облаков. Тихая улыбка тронула его губы. Кажется, придётся отправиться на Аньдин и потребовать у Шан Цинхуа копию этого безобразного куска бездарной писанины.       Он должен знать, чего там может начитаться лорд Тяньмэнь. Это бедствие будет похуже читающего подобное Бинхэ.       Цзян Цзинсун, поднявшись на вершину пика, уселся на подушки у чайного столика и принялся за чтение. Иногда он задавался вопросом о том, а не стоило ли ему проявить большую настойчивость, пока Шэнь Цинцю целых четыре года принадлежал лишь ему или...       Нет. Никаких или... Лорд Цинцзин никогда бы не простил ему подобного насилия. Как бы больно ему ни было, он хотел узнать, чьи чувства угаснут первыми.       Лорд Тяньмэнь усмехнулся и открыл новеллу. Кто бы мог подумать, что его собственные ученики смогут выкрасть её из сыхэюань! На чём он остановился? ___________       «Глава 7. Цепи подчинения.       Шэнь Цинцю не мог поверить в то, что видел. Разумеется, он сознавал, что был не прав – не стоило идти на поводу у мимолётной страсти и оставаться на ночь в доме увеселений. Тем более, не стоило позволять девушкам оставлять следы на его белой фарфоровой коже.       Его усталое тело было обессиленно этой ночью. Удовлетворять троих любовниц и впрямь тяжёлый труд. Но, святые небеса, неужели Цзинсун решил, что это измена?! Неужели можно говорить о чём-то подобном в этих отношениях?!       Шэнь Цинцю сглотнул и осмотрел свои запястья. Наручи никуда не делись. Они плотно переплетались, связывая руки и тяжёлой цепью крепились к балке под сводами комнаты, приподнимая его над полом.       Лорд Цинцзин потянулся. Его босая ступня едва касалась деревянных плит. Цзян Цзинсун, видимо, обезумел от ревности!       Шэнь Цинцю выдохнул, откинув голову. Хорошо, что хотя бы исподнее бельё на нём. Хорошо, что лорд Тяньмэнь не схватил в припадке ярости свою Циньмо и не потребовал подробностей.       При воспоминании по телу лорда Цинцзин прошла приятная дрожь, а нефритовый корень поднял голову.       Вот же... Неприятность! С этим он совершенно не мог совладать, ведь его руки были надёжно связаны. Как назло, в голову лезли мысли одна постыднее другой, превращая его состояние в пытку.       Шэнь Цинцю попытался ухватиться за цепь и подтянуться. Может быть, ему удастся добраться до балки и сорвать её там?       Но попытки не принесли успеха.       Он восстанавливал дыхание, когда в комнату не спеша вошёл лорд Тяньмэнь. Медленно закрыв тяжёлую дверь, он подошёл к своей жертве. Ухватив его за подбородок, он долго вглядывался в глубину глаз цвета цин, чувствуя, как Шэнь Цинцю пробирает дрожь. Пальцы Цзян Цзинсуна, едва касаясь, скользнули вдоль восставшего небесного столпа лорда Цинцзин. Тот не смог сдержать стон. Дыхание вновь сбилось. Он без конца твердил его имя, моля не останавливаться.       Лорд Тяньмэнь медленно спустил с него исподнее бельё, обнажая нефритовые холмы и подрагивающий бутон страсти. Яростным движением разорвал белый лён на его груди.       Шэнь Цинцю судорожно вздохнул и внезапно закинул ноги на его талию, сжимая дрожащие бёдра до боли. Его тело приподнялось, давая отдых уставшим рукам и затвердевшие зёрнышки сосков оказались перед лицом лорда Тяньмэнь. Тот, воспользовавшись столь удобным случаем, втянул губами один из них.       Шэнь Цинцю содрогнулся, застонав.       Цзян Цзинсун сжал белые полусферы ягодиц. Его нефритовая колонна толкнулась вглубь, раскрывая бутон перламутровой хризантемы. Он входил всё глубже. В недосягаемые ранее глубины.       Лорд Цинцзин задыхался, обхватив его ногами и самозабвенно скользя по нефритовому корню любовника. Его дрожащее тело покрылось испариной. Стоны становились всё громче, сбиваясь на крики.       Цзян Цзинсун мог выдержать очень долго. Шэнь Цинцю умрёт от наслаждения не менее трёх раз, пока он достигнет пика. Соски пленённого возлюбленного уже покраснели, словно зёрнышки граната, а шея и плечи были покрыты алыми цепочками поцелуев.       Но словно этого было мало, лорд Тяньмэнь потянулся к подмышечной впадине и провёл вдоль неё языком.       – Ах, – вскрикнул лорд Цинцзин и поток собственных соков внезапно брызнул ему в лицо.» ____________       – Значит, великий и ужасный Цзян Цзинсун и впрямь увлекается подобным?       Лорд Тяньмэнь вздрогнул и повернулся. Шэнь Цинцю, выпрямившись, сидел за его спиной. Его распущенные волосы, струясь, блестящими волнами устилали пол вокруг.       – Цинцю, – процедил Цзинсун. – Ты явился не ко времени.       – Да? – спросил тот удивлённо, стягивая его тело шёлковой сетью собственных волос.       Цзян Цзинсун рассмеялся и уткнулся лбом в грудь лорда Цинцзин, повалив того на пол.       – Ах ты, наивный демон, – прошептал лорд Тяньмэнь. – Неужели можно удержать меня... этим?       – Разумеется, – уверенно ответил тот. – Но, надеюсь, ты не станешь проверять?       Цзян Цзинсун нахмурился, испытавая острую потребность сделать именно это.       – И зачем ты пришёл? – спросил он, вновь опуская голову на грудь Шэнь Цинцю.       – Лорд Цинцзин требует расследовать и найти виновных в распространении этой... этой! – он задохнулся от гнева, так и не придумав названия столь постыдной вещи. – Пик Цинцзин должен быть очищен!       – Хорошо, – усмехнулся Цзян Цзинсун. – Но даже не пытайся сделать что-то подобное на Тяньмэнь.       Шэнь Цинцю вздохнул. Избави его небеса от подобной глупости! Как будто это возможно! Он был рад уже тому, что этот блеф сработал и Цзян Цзинсун не решился проверять эти путы на прочность. Лорд Цинцзин с огорчением признал, что не смог бы его удержать.       Цзинсун с наслаждением вдохнул горьковатый аромат хризантем, покоясь в шёлковых волнах на груди фарфорового божества и подумал, что люби он его хоть немного меньше... хоть немного... и Шэнь Цинцю... не избежал бы чудовищного насилия. _____________ *​丰​隆 (fēng lóng) – Фэнлун (миф. бог грома и туч); гром; гроза. **Гуань юноши надевали на церемонии совершеннолетия. То есть, ему не меньше двадцати.