A new Cinderella story or Woe from Wit?

Пятый очнулся, кое-как разлепив глаза. Юноша прищурился, он находился в очень светлой комнате и явно не у себя дома. Мягчайшая перина, тёплое одеяло - давно он этого не чувствовал! На предплечье была затянута светлая повязка, на месте перетяжки рука налилась тяжестью и сильно болела. Так Пятый сделал вывод, что ему делали кровопускание. - То-то у меня в глазах всё двоится...- прохрипел юноша. - А до тебя быстро доходит. В дверях стоял Клаусин. Фейри прошёл в покои и сел на стул возле кровати. - Где я? - только и смог выдавить из себя Пятый. - Королевская лечебница. Принц Диего поручил лекарям исправить всё то, что натворил твой папаша. - с улыбкой проговорил Клаусин. - Не понимаю... - Принц Диего знает что ты Элла. - И...не оставил меня? - слабо спросил Пятый. - И не оставил. - подтвердил фейри - Ты представить себе не можешь, как он волновался за тебя! Кстати, как ты? - Честно? Очень плохо. - Пятый впервые за долгое время беспомощно заскулил и прикрыл глаза, при отце он не позволял себе показывать боль. - Ничего, потерпи немного: попьёшь недельку целебных отваров и полегчает. Скоро тебя ещё принц навестит. - Клаусин хитро улыбнулся. - Я так немощен...как ему не противно...- заскулил Пятый. Дверь в покои открылась и вошёл Диего. Увидев, что любимый человек в сознании, молодой мужчина кинулся его обнимать. От подобной нежности Пятый аж дрогнул. - Элиот, я так рад! - Принц... - Ты очень напугал меня, дурачок! Сбежал без объяснений... - Простите меня, принц, вашему покорному слуге очень совестно... Простите за ложь...- голос юноши дрогнул. - Обращайся ко мне на «ты». Я совсем не злюсь на тебя, несчастный ты мой. - Диего заботливо поправил одеяло и поцеловал юношу в щёку - Твой отец пойман, сидит в темнице. Его судьба зависит от тебя. Я не стал ничего предпринимать без тебя, Элиот. Пятый задумчиво сдвинул брови. С одной стороны, этот человек испортил всю жизнь, почти что лишил шанса на свободу и существование, но с другой стороны, Реджинальд относился к матери с уважением, возможно даже и любил. Как ни как отец давал пишу ненавистному сыну, кое-как но одевал, не выгнал на улицу. - Я не опущусь до его уровня, принц. Отпустите его, пусть живёт с Ваней. - Ты уверен, Элиот? Этот человек забил тебя до ужасного состояния и собирался убить! - с болью в голосе воскликнул Диего. Пятый робко взял принца за руку и сказал: - Я прощаю и отпускаю прошлое, чтобы пойти с любимым человеком в невероятное будущее! Диего помог юноше сесть на кровати, после чего вновь притянул за подбородок и поцеловал в губы. Две травмированные души нашли друг друга и стали лекарством. Имя «Элиот» постепенно стерлось с языка принца и в его речи появилось привычное Пятый. Диего и Пятый стали первой супружеской парой королевства с нетрадиционной сексуальной ориентацией. После них поженились и Бен с Клаусином. Так у королевства было два короля в виде амбициозного проказника и гения-изобретателя. Лютер женился на Эллисон и поселился с ней в небольшом домике близ леса. Вскоре у них родилась дочка, которую они назвали Клэр. Эллисон получила прощение от Пятого и принца Диего и груз прошлого был благополучно забыт. Реджинальда Харгривза отпустили, но лишили титула, на старости лет он стал торговцем. Ваня жила с отцом и выступала во дворце, став второй скрипкой, а в будущем уже и первой. Теперь отец срывал злость на ней. Однажды Пятый поймал свою сестренку в коридоре и с ехидством проговорил: - Ну что, Ванюш, старик совсем замучил тебя? - Не твоего ума дело! Губы Пятого растянулись в ещё более ядовитой улыбке. - Я могу забрать тебя во дворец....только ты должна вылизать мне ножки. Помнишь, как ты хотела, чтобы я лизал твои? Теперь всё изменилось, сестрёнка. Ваня покраснела от злости до корней волос. Её никто и никогда так не унижал. Пятый потрепал девушку по волосам, он больше не улыбался, а во взгляде читалась грусть. - Я пошутил. Все люди разные, Ваня, и тебе давно пора это понять. Не всякий человек опустится до мести. Я приказал собрать твои вещи и поселить на одном этаже со мной. В отличие от тебя, у меня есть сердце, которое находится в гармонии с разумом. Глаза Вани заслезились. - У меня нет слов, Пятый... Брюнет обнял сестру и прошептал ей на ухо: - Я никому не желаю той боли, какую испытал сам. Знаешь, что было самым настоящим мучением для меня? - Нет..- прошептала Ваня. - Горе от ума.