Сердце дьявола

«...долгожданная отмена резолюции на выбросы. Доходность ACS составит двадцать пять процентов к концу квартала…» Акира моргнул, сгоняя с радужки золотые строки. Он мог зачитать отчет по памяти еще полчаса назад: квантовая пуповина незримо связывала теменную долю мозга с обителью бога из машины. За продолговатым стеклом ави в облаках, налитых расплавленной медью, плыли силуэты колоссов из стали и бетона. Сиденье мягко вибрировало: автопилот набирал скорость. Акира не понимал, зачем Рё открыл «Шаббат» в муравейнике «лишнего класса» за куполом Токио. За себя он был спокоен: нападение на высших управленцев закончится голодным пайком для обитателей подземных трущоб. Организм низшего света избавлялся от анархистов безо всякой полиции. «В чем смысл заигрывать с «лишними»?», однажды прямо спросил Акира. «Это не пролетариат начала века. Их вышвырнули из цикла производства, у них нет политической силы. Высасывать кусочки пособий - мелковата рыба». «Люди полезнее… и опаснее, чем тебе кажется, Акира. Чем быстрее ты осознаешь это, тем лучше». «Чем быстрее ты осознаешь это...» Акиру не заботило, что скрывается за чужими метаниями. Всё, что он в них видел, - мутные лужицы, где галька случайностей оставляла короткую рябь. Искусство метания камешков под нужными углами он, впрочем, освоил в совершенстве. Мир принадлежал другим - сперва взрослым, затем тем, кто диктовал им правила. Не умея читать течений и лавировать против ветра, Акира не достиг бы и половины того, что имел. Рё отличался от остальных. Друг детства не поддавался на уловки: он видел Акиру насквозь, и его не пугало увиденное. Акира колебался, сможет ли однажды избавиться от него - одной из немногих неизвестных переменных в своей жизни. И захочет ли? Растоптать уникальный цветок только из страха отравиться… Азарт неопределенности раззадоривал, но Акира не мог до конца определиться, стоила ли игра свеч. Мягкий толчок вернул его из размышлений. Поток автомобилей медленно втягивался в шестиугольный зев тоннеля, тонущего в среди обломков довоенных построек в префектуре Яманаши. Сбросив скорость, ави плавно вошел в полосу для летающего транспорта и заскользил вдоль бледных огней. «Шаббат» ждал на верхнем ярусе. Фабрика очков дополненного зрения, устаревших еще до выпуска первой партии, по капризу Рё начала новую жизнь - в блеске среди нищеты. Двери утопали в тенях под массивной крышей. Ави опустился на площадку напротив, стеклянные двери с гравировкой услужливо разъехались. Трущобы вокруг удивляли пустотой. «Вечеринка началась без меня», решил Акира. Музыка накатила плотной волной, когда он распахнул двери. Толпа бурлила. Потные тела в обрезках кожи, с ирокезами всех цветов содрогались в такт свирепой какофонии нео-электро. Рё помахал ему с обитого фиолетовым сатином диванчика. - Выпей, если хочешь, - кивнул он на бокал с мутноватой жидкостью. - Ты обещал что-то повеселее мартини, - Акира осушил терпкий напиток и воззрился на Рё. - Прежде чем мы начнем, - прищурился Рё, - ответь на вопрос. - Итак?.. - Что ты здесь видишь? - обвел он рукой людей на танцполе. - Боже, - выдохнул Акира. - Когда тебе надоест? Кучку «лишних», которым без разницы, где тусоваться - хоть под крылом у дьявола. Рё усмехнулся и взял бутылку вина с подноса у официантки - маленькая аккуратная грудь была выставлена напоказ и подрагивала в такт дыханию. Он выпил прямо из горла и повернулся к Акире. - Все они чувствуют - себя и других. Это вложили в них, чтобы не перегрызли друг друга, как бешеные псы. Но не ты. Я знаю, как ты видишь мир, Акира. Сейчас ты даже меньше, чем человек. Тот улыбнулся одними губами и откинулся на спинке. - Решил высказать мне всё дерьмо только сейчас? - покачал он головой. - Кислый старт для вечеринки. - О нет. Ничего еще не началось! - он вскинул руки и расхохотался. - Сегодня я исцелю тебя, Акира. Выпускайте газ! Из решеток вентиляции с шипением повалили клубы ядовито-зеленого дыма. Сладковатый запах ударил в нос. - Повеселимся! - воскликнул Рё. Словно в замедленной съемке он схватил бутылку и разбил о чью-то голову. Размахнувшись осколком, он вспорол горло обернувшейся девчонке, воткнул осколок в сердце следующей… Толпа взревела. Акира увернулся от пудового кулака, отпрыгнул - и полетел наземь от мощного толчка в спину. «Лишний», руку которого заменял грубый строительный имплант, занес над его головой зазубренное острие. Лицо его было перекошено в сумасшедшем восторге. Акира перекатился, выхватил тазер и спустил курок. Яростная вспышка отбросила «лишнего» в толпу - пятеро бросились добить его, а еще трое кинулись на Акиру. Он отмахнулся от разноцветных коготков, выстрелил снова, снова, снова… Ряд людей с перекошенными лицами вдруг словно скосило. С изумлением Акира увидел, как валятся кучей торсы и ноги. А потом боль взорвалась в сердце: бледный коготь - лапа гигантского паука-альбиноса - торчал прямо из его груди. Нечто в ало-зеленой ядовитой мгле завизжало на ультразвуке, брызнув ему в лицо зеленой слюной, и Акира тряпичной куклой полетел в толпу, где все рвали всех в клочья плоти и пластика. Удар. Удар. Удар. Мир утонул в алом тумане. *** - Попал! Мики звонко рассмеялась: снежок угодил в центр фиолетовой шапочки. Дворик скрылся под белым покрывалом, метель окутывала всё в двадцати шагах белесой рваной дымкой. С криком негодования Акира подцепил горсть снега и запустил в нее - но Мики уже юркнула за забор. - Так его! Конфеты сегодня с тебя, Акира! - крикнул Рё с крыши. - Не дождешься, - нахмурился Акира. Он кинулся к дому, занеся руку для броска - но в последний момент повернулся и швырнул снежок в Мики. Та застыла, глядя на белое пятно на куртке - и Акира не стал ждать: второй снежок сбил с Мики шапку, второй запорошил ухо, от третьего девочка упала на спину, задев головой стальной флагшток. - Вы проиграли, - безразлично произнес Акира. Мики моргнула. Лицо её дрогнуло, на щеках проступили влажные бороздки. - Почему ты плачешь? - спросил Акира, подойдя. Боль и обида читались на лице Мики. Чувства маленького человека испарялись ядовитыми миазмами, разъедали лёгкие и жилы, чтобы пропитать сердце. - Перестань. Прости меня. Прости меня, или убью! - он понял, что кричит. - Ты тоже плачешь, Акира. - раздался из-за спины голос Рё. Акира обернулся. Рё стоял в двух шагах, глядя сверху… и улыбался, как никогда раньше. Радость плескалась в глазах цвета весеннего льда. Он рассмеялся: - Почему ты плачешь? Машинально Акира провел по лицу пальцами. По щекам бежали две мокрые бороздки. - Рё. Что это? Почему я это чувствую? Стальная рука схватила его за горло и рванула назад. Мики стояла перед ним: глаза её горели яростным пламенем. Она оскалилась и подняла задыхающегося Акиру, как тряпичную куклу; маленькое тело росло, черты его текли, словно воск, забывшаий о законе тяготения. - Хилое животное, - пламенные глаза устремились Акире за спину. - Ты обещал мне дар, а не еще один кусок мяса Евы. - Прости, Амон, - произнес Рё. - Я дарю ему тебя. Стальная хватка сжалась на горле - и пламя вытекло из глаз Мики, охватив их обоих. Нестерпимый жар охватил Акиру, алый туман бросился в глаза, и мир вновь померк.