Анонимная уборщица и честный грузчик

Противно-салатовые стены, от тошнотворного цвета которых начинала кружиться голова, потертый от времени и множества учеников пол и слишком большое количество живности на один квадратный метр, если не брать в счет, собственно, блондина. Фил смерил класс биологии еще одним уничтожающим взглядом — первый произошел уже на входе, — и с тяжёлым вздохом уселся прямо на парту, понимая, что терять ему уже нечего. Радужные перспективы с «Дотой» и нижним дивизионом провалились ровно в тот момент, когда парень услышал громогласное «Че-е-ерных!» на весь кабинет от биологички, телефон упал из разжавшихся ладоней, а мозг заранее похоронил его карьеру в киберчемпионате. За списывание злосчастной самостоятельной учительница оставила бедного и совершенно несчастного Фила после уроков, и теперь он был вынужден драить клетки с крысами и аквариумы черепах аж до пяти часов вечера. Когда в таких жестоких условиях выделялось время на домашнюю работу по другим предметам — неизвестно. — Отвратительно. Черных брезгливо скорчил лицо, но все же поднял потяжелевшую от мгновенно впитавшейся воды тряпку и хорошенько ее отжал, под нос приговаривая что-то о перманентной карме. Свидетелями его позора на уроке стали как минимум десять человек. После этого было глупо отрицать собственную причастность к списыванию ответов с сайта «Знания.Ру», наличию на телефоне популярного «ТикТока» и заигравшей на весь кабинет песне Жанны Фриске — будьте прокляты, китайские наушники с дистанционным управлением! Отсутствие свободного времени, которое можно было бы потратить на что-нибудь более полезное, его угнетало, поэтому вместо уборки парень грандиозно страдал и жалел себя любимого. Дверь в класс резко распахнулась от громкого удара, и от неожиданности светловолосый представитель клининг-сервиса невольно вздрогнул. С абсолютно независимым и гордым выражением лица вошел Илья, «любимый» одноклассник Фила — его моментально выдавала рыжая челка и нагловатая кошачья улыбка. — Клуб анонимных уборщиц? — язвительно осведомился он, смешно задрав свой веснушчатый носик. — Как видишь, не совсем анонимных, — Фил окинул тряпку в своих руках весьма неоднозначным взглядом и помахал ею в сторону одноклассника, будто белым флагом в знак капитуляции. — Чего пришел? — Ну, в отличие от некоторых, я бездельем не страдаю и иногда помогаю Елене Анатольевне с проверкой контрольных работ… — Муромов пожал плечами и подошел к учительскому столу. «Так во-о-от почему у меня за тесты постоянно оценки плохие», — догадался парень, с торжеством наблюдая за тем, как безуспешно Илья пытается переступить через стену из моющих средств. С одноклассником его связывали очень старые тесные отношения. В силу не лучшего характера рыжеволосого мальчишки, Черных постоянно строил против Ильи различные козни, а тот, как и подобает высоконравственному ученику школы Санкт-Петербурга, жаловался на это директору. Вот и сейчас Филу не нужно было особенных поводов, чтобы начинать наступление, поэтому в следующую секунду он ехидно поинтересовался: — Подмазываешься к преподавателю, Муромов? И вот как у тебя только стыда хватает… Щеки жертвы нападения мгновенно полыхнули выразительным ярко-красным цветом, выдавая смущение хозяина — это вызвало у Фила мрачное удовлетворение, — и Илья тихо прошипел: — Убирался — прикрой рот и убирайся дальше. — А ты убирайся отсюда, — в ответ Черных устало кивнул на дверь. — По помытому он мне тут шаркает. Грязная тряпка с громким хлопком демонстративно шлёпнулась на паркет рядом с ногами Муромова. «Одиночный пикет домохозяйки», — мысленно оценил эту ситуацию Фил. — Смотри не перетрудись, дорогуша, — со злостью произнес Илья. Он всё-таки сумел подобраться к столу, в охапку сгреб башню из тетрадей, и та сразу же опасно накренилась в сторону. Фил мысленно сравнил это с Пизанской башней и удивился собственным познаниям в области искусства и географии. — А ты случаем не сломаешься под этой кипой? — полюбопытствовал Черных. — Не сказать, конечно, что мне тебя будет сильно жалко, но на твоих похоронах я обязательно скажу, каким хорошим человеком ты был. — Ты так трогательно беспокоишься о моем здоровье? — недоверчиво произнес Илья, старательно сжимая в руках тетрадки. Фил прекрасно видел, как ему было тяжело удерживать бесполезные труды всей параллели десятых классов, но коварное и подлое желание свалить чуть-чуть пораньше все еще не давало сделать шаг навстречу однокласснику, да и старые счеты давали о себе знать. — Да не, мне просто тетрадки жалко, — равнодушно ответил Фил. — Как это мило с твоей стороны, — кисло улыбнулся мальчишка. Черных спустил свой внимательный взгляд ниже, и, заметив, как сильно дрожат от напряжения колени Ильи, тяжело вздохнул. Третья глава учебника по обществознанию за восьмой класс громогласно рассказывала о моральном выборе. Сейчас перед Филом стоял буквально один из тех штампованных примеров из учебника — помочь однокласснику, но остаться подольше или помочь себе и благополучно пойти домой. Его философские мысли прервал тихо пыхтящий Илья. Рыжеволосый мальчишка чудом балансировал на одной ноге, поскольку на вторую он взгромоздил всю кипу интеллектуальной макулатуры, и пытался открыть дверь из кабинета. Честно говоря, получалось у него откровенно плохо — работа Киры Сменкиной, например, находилась на краю жизни и смерти, едва ли не падая с вершины. Фил еще раз взвесил все «за» и «против». Если он поможет Илье, который являлся буквально протеже учительницы по биологии, его наказание растворится в небытии, и, возможно, средний балл по предмету резко возрастет. Черных, естественно, был готов на любые авантюры, лишь бы свалить, а помочь реально выглядело выгодно и очень перспективно. Да и не то чтобы он к Муромову плохо относился… — Согласен, я просто пусечка. Давай тетрадки. Тряпку небрежно отпихнули в сторону, и она полетела куда-то в угол, после чего о ее дальнейшей судьбе никто не беспокоился. Фил, выслушивая громогласные возражения Ильи, самостоятельно взял часть тетрадей в свои руки. Ронять их было, в случае чего, совсем нестрашно, потому что безнадежные от начала и до конца работы его класса уже мало что могло испортить. Он все так же открыл дверь ногой и выскользнул, если это передвижение маленького стада слонов можно так назвать, в коридор, любезно придержав дверь и для одноклассника. Пока они передвигались по коридору, Филу пришлось выслушать три нотации о том, какой же он все-таки вредный, ужасный, неправильный, бесчеловечный, бестактный и совершенно кошмарный. На каждую из этих фраз Черных послушно кивал головой, соглашаясь, и в конце концов Илья отказался от этой затеи по угнетению. Все работы в целости и сохранности в итоге были сданы преподавателю. Та сжалилась над Филом и горячо поблагодарила его за помощь Муромову, от чего тот вновь покраснел, а Черных мысленно пошутил про гендерное разделение труда. Последний, едва выйдя за пределы класса, резво скатился по перилам на первый этаж, пока ему вдогонку раздавался отчетливый крик вахтера, нацепил на голову шапку и вылетел на школьное крыльцо. В его голове созрел гениальный план по нападению на Илью, потому что помощь в переносе тетрадок была далеко не бесплатной. В его ладонях начинал подтаивать снежок — его грани от тепла рук чуть-чуть потекли, но прогнозы Фила, к счастью, оказались верными. С тягучим пронзительным скрипом дверь школы медленно открылась, являя солнечному свету слишком уж довольного веснушчатого мальчишку, и именно в этот в момент снежный снаряд хорошенько так впечатался в его лицо. — Черных! — завопил Илья, отряхивая себя и шапку от снега, но тот уже успел провалиться за ворот куртки. Фил не думал, что компьютерные игры хоть как-то влияют на его физические навыки, однако видео по паркуру из две тысячи пятнадцатого года буквально спасли ему жизнь. Он перемахнул через ограждение прямо в сугроб, и его тонюсенькие джинсы сразу же намокли, превратившись в тряпку из кабинета биологии. Илья благоразумно прыгать вслед за Филом не стал, поэтому по-человечески спустился по ступенькам и бросил ответный снежок в одноклассника уже снизу. — Ты бьешь убитого! — заявил Фил, отряхивая кое-как свои ноги. — Это, вообще-то, снежная битва! — Илья возмущённо уставился на Черных, что и стало его фатальной ошибкой — блондин запустил еще один снежок. Оба бросили рюкзаки на крыльцо и помчались по снегу, не замечая промокших вещей, раскрасневшихся от холода щек и семи домашних заданий на завтрашний день. Сейчас в их головах было важно лишь одно — победа в этой маленькой детской войне, и они старательно пытались добиться ее всеми силами. Кто бы мог подумать, что пять минут назад эти мальчишки были худшими на свете врагами?