Макияж

      Киёка выдавливает на спонж немного тонального крема, такого же фарфорового оттенка, как и её кожа, надеясь, что Ячи он подойдёт. Ловит себя на мысли, что немного переживает за неё, ведь за окном яркие цвета сумерек текут по небу необычными переходами, скоро и вовсе стемнеет, а Хитока, сидящая сейчас перед ней на пуфе, идёт на свидание с Хинатой в кино на вечерний сеанс. А потом ещё куда-то…       — Как планируете провести время? — мягко и ненавязчиво спрашивает девушка, так, как умеет только она. Чуть наклоняется, чтобы нанести крем на лоб Ячи и выровнять тон кожи.       Та чуть жмурит глаза, словно боится что-то испортить, и отвечает немного встревоженно:       — В кино сначала, на комедию… вроде бы, — Шимизу останавливается, чуть отстраняясь, и смотрит, насколько подошёл оттенок её тональника, а Ячи сжимает пальцы, — потом в кафе… хочу мороженного, — зачем-то говорит она, и девушка улыбается её детской натуре, заодно отмечая, что крем подошёл коже Хитоки. — Как ты думаешь, Киёка-сан, Хината проводит меня до дома? — вдруг спрашивает она с нотками воодушевления в голосе, а в следующий миг открывает глаза.       Это ненадолго выбивает Шимизу из колеи, и из-за этого она почему-то ещё отчётливее слышит песню «Lovely», играющую на фоне из смартфона. Её взгляд находит большие карие глаза с призрачным, почти неуловимым отблеском позолоты.       — Конечно да, — берёт себя в руки девушка и улыбается нежно в ответ, а во взоре Хитоки искры загораются так, что одновременно делают Киёку и счастливой, и опечаленной. Она кивает, то ли себе, то ли Ячи, и тянется к хайлайтеру на трюмо.       — Хотела бы я посмотреть на его комнату, — неожиданно выдаёт девушка, выпрямляя спину, подготавливая себя к тому, что нанесение макияжа продолжится через секунду.       Шимизу тихо сглатывает ком в горле и наносит блестящий хайлайтер на скулы, распределяя его пальцами более равномерно.       — Почему? — тактично спрашивает она, надеясь, что Хитока не ощутила дрожь в её руке.       — М-м… просто интересно… — задумывается Ячи, изучая сосредоточенное лицо Киёки и заодно пытаясь запомнить какие-нибудь тонкости макияжа, выискивая их в том, что делает девушка сейчас.       Но в данный момент она просто ведёт кончиком тонкого пальца по скуле, наслаждаясь мягкой кожей девушки без единого изъяна, кроме лёгкого матового оттенка — значит, немного сухая. Нужно будет понять, догадывается ли об этом Ячи, если что, тонко намекнув, и посоветовать крем против этого.       — Не торопись, — советует она на благо Хитоке, правда, а не для того, чтобы оттянуть тот момент, когда кто-то из них признается в чувствах, — в этом деле не стоит спешить. Хотя, Хината достаточно быстр даже для вас двоих, — смешок отражается на её губах, и она закрывает тюбик с хайлайтером.       — Д-да, ты права, — Ячи, похоже, вспоминает о характере Хинаты и сникает. Она сжимает руки так, что на ладонях остаются полумесяцы от ногтей. Шимизу замечает это и перед тем, как взять палетку с сухими тенями, мягко касается плеча девушки мимолетом, успокаивая. Та мелко вздрагивает.       — Не переживай, — она садится обратно на свой пуфик, открывая крышку палетки и взглядом ища нужный оттенок, думая, какой же подойдёт Ячи. В итоге берет цвет «кофе с молоком», но вовремя вспоминает про базу на веки, — поиск компромиссов — ещё одна часть отношений, — Хитока смыкает глаза, стараясь расслабить веки, а затем палец Киёки осторожно касается тонкой кожи.       На самом деле, слова Шимизу даются с трудом, ибо постоянно думает, не встревожат ли они девушку, не выдаст ли она себя и не следует ли своим эгоистичным желаниям.       — Возможно, — кивает Хитока, но тут же застывает статуей, вспоминая, что вообще-то двигаться не должна, — скорее всего, ты права, — в её голосе слышится спокойствие и даже уверенность, но, скорее всего, чисто из-за доверия к словам из уст Шимизу.       Потому что Ячи больше верит ей, чем себе. Потому что она даже не так хорошо умеет наносить макияж, а вот Киёка уже заканчивает с первым оттенком теней и приступает ко второму — тёмно-шоколадному в уголках глаз. Банальный приём.       Некоторое время они проводят молча, и Хитоке ничего не остаётся, кроме как сконцентрировать внимание на ощущении того, как по её внешнему — уже — веку ведут кистью.       — Слушай, Киёка-сан, — начинает несмело она, а голос трепещет, как листик на ветру, — а ты… — неужели она хочет спросить что-то, касательно отношений? — думает та, — а у тебя… как в отношениях было? — этот вопрос заставляет задуматься, и девушка правда не знает, что ответить.       — У меня не было серьёзных отношений или планов, так что спешить было некуда, — говорит она ровным, но дружеским тоном, стараясь подобрать наилучшие слова. Киёка длинной частью кисточки добавляет немного белого в уголки век и отстраняется, всматриваясь и сверяясь, — открой, — просит Шимизу, и Ячи послушно открывает глаза, стараясь смотреть ровно на Киёку, которая изучает так внимательно, будто сканирует. — закрой.       — Я думаю, что… м-м… — Ячи напрягается, сжимая и разжимая маленькие кулачки, а та застывает на миг, пытаясь её прочесть, — просто мне кажется, что Сугавара-сан… — она недоговаривает, ведь не уверена в своей теории, да и неловко ей как-то обсуждать такое, но Шимизу и без того поймёт.       Киёка в фальшивом удивлении вскидывает брови вверх, ведь давно заметила странное, будто влюблённое поведение Суги по отношению к ней. Но не находит ничего лучше, чем строить незнайку и отрицать.       — Думаешь? — девушка мохнатой кисточкой добавляет немного светлых блёсток на веки Ячи, которые даже, кажется, подходили ей по характеру.       — Ну… я не уверена, — она мнется, и голос немного дрожит.       — Я тоже. Не думаю, — машет головой та, просит Хитоку ещё раз открыть глаза и, убирая мешающую прядь чёрных волос за ухо, проверяет идентичность правого и левого глаза. — Почти всё.       — Хорошо… — произносит девушка и по привычке уже смыкает веки, но Шимизу тихо смеётся и говорит, что лишь тушь нанести и блеск.       — Хотя, может оно и так, — добавляет она через полминуты молчания, которые не способна заглушить песня, — в любом случае удачно тебе провести время, — желает Киёка с лёгкой улыбкой, на которую Ячи отвечает тем же, а при движении губ и освещении лампы едва заметный розовый блеск играет цветными песчинками.       — Спасибо. И за то, что накрасила, тоже, — благодарит притихшим голосом та, а Шимизу вспоминает про зеркало трюмо за спиной Хитоки и кивает на него. Ячи встаёт с пуфа и смотрит на своё отражение, удивляясь собственной красоте так, словно видит её впервые в жизни, а Шимизу уверена, что Ячи и без того прекрасна.       После того как они попрощались, Киёка упала обратно на пуф, где сидела, пока красила свою возлюбленную для свидания с другим. Она посмотрела почти неживым и печальным взглядом туда, где пару минут назад находилась Хитока и, взяв кисти, начала перебирать их в руках, просто сверля глазами.       Она пыталась вспомнить о том, когда всё вышло из-под контроля, и жалела, что ей даже не хватает смелости, чтобы позвать Ячи на обычную дружескую прогулку, не то что признаться в своих чувствах. Похоже, всё, что ей остаётся — наблюдать, как Хината сделает Ячи самой счастливой на свете, и ждать, пока о ней забудут…