После

      – Сайхара-чан, ты такой забавный! – счастливо сказал Кокичи, беззаботно смотря на детектива, пока тот перебинтовывал раненую руку лжеца.       – Тебе лучше перестать играть в подобные "игры", неужели нельзя было придумать что-то более безобидное...       Кокичи, ничего не сказав в ответ, продолжал смеяться. "Почему он это делает?" – в очередной раз пронеслось в голове детектива. Для него поведение лидера всегда было противоречивым и, как бы то странно не звучало, загадочным.       – Так, вроде нормально. Как думаешь? – Шуичи разорвал бинт и завязал аккуратный узелок.       – Хм, порез был не глубокий, так что не страшно. В любом случае, спасибо за помощь, Шуичи! – Кокичи снова широко улыбнулся. – А с каких пор ты стал таким добрым? Твоя "доброта" была бы к месту тогда, когда я валился с ног весь в крови перед третьим судом, а не здесь, когда я сам себя нечаянно поранил. – Ома надулся, недовольно посмотрев на детектива.       – Давай не будем вспоминать об этом... – Сайхара действительно не хотел поднимать эту тему. Ему было стыдно за то, что не решился тогда спросить у Кокичи о самочувствии. Шуичи был слишком погружён в расследование.       Парни направлялись в свои комнаты в общежитии. Сайхара, подходя к знакомой двери, повернулся и серьёзно взглянул на Ому:       – Если возникнут осложнения, пиши мне через Монопад или звони в дверь.       – Хорошо... – голос лидера стал более поникшим и тихим, чем обычно. – Просто, я подумал, что ты больше ничем мне не сможешь помочь.       – Ч-Что?       Вокруг Шуичи резко наступила тьма, будто погасло солнце. Детектив в панике крутился, не понимая, что происходит, и где он находится.       – О-Ома-кун, ты здесь? – нервничая спросил Сайхара в надежде услышать ответ. Вдруг перед ним оказался лидер. Его светлый наряд создавал эффект свечения, из-за чего возникло ощущение, что это была просто галлюцинация. Голова Омы была опущена, а голос, который в этот момент хотел услышать Шуичи, был подавлен и почти еле слышен, будто лидер мог прямо сейчас расплакаться:       – Это потому что я лжец, так? Ты не хотел заводить со мной дружелюбные отношений просто потому, что я много вру. Ведь так?! – Ома начинал переходить на крик.       – Погоди, Ома-кун, я—       – Ты даже не пытался рассмотреть меня как человека с добрыми намерениями. Ты даже не пытался понять сути того, зачем я вам лгал. Даже после моей смерти вам было всё-равно, что я вас почти спас от этой убийственной игры. Вы назвали меня "осколком отчаяния", хотя сам я понятия не имею, что это значит. На всю мою ложь вы реагировали исключительно негативно, толком даже не разобравшись в ней. Да вы хоть представляете, насколько трудно мне было врать о том, что мне нравилась эта игра, когда всё внутри разрывалось от ненависти к ней?! – это был крик отчаяния, который, казалось, слышал весь мир.       Сайхара не мог ничего возразить, будто все слова застряли комом в горле и кроме пары слов он не смог что-либо высказать.       – Но, я...       – Ты будешь тащить этот груз совести на себе до конца своих дней. – эти слова прогремели, эхом отдаваясь в полной темноте.       Ома растворился.       – Н-нет...       Грудь детектива переполняла боль, которая шла от сердца. Оно сжималось настолько сильно, что казалось, будто оно сомкнётся и больше никогда не начнёт стучать вновь. Шуичи не было так сильно жаль кого-то, как этого лжеца. Детектив упал на колени и обнаружил, что сел в огромную ярко-розовую лужу крови. "Нет-нет-нет, только не опять, только не снова"– повторялось из раза в раз в голове парня. – "Тот арбалет, то противоядие, и... тот пресс".       – П-Прости меня, умоляю, п-прости...       Он плакал. Нет. Рыдал. Он хотел изменить всё. Изменить всё, от их первой встречи до последней. Но понимал, что не способен на это. Что время не повернуть вспять. Что ушедших людей не вернуть. Сайхаре ничего не оставалось, как просто отчаянно кричать во тьму, выплеснув все свои накопленные негативные эмоции наружу.       Шуичи резко поднялся с кровати. Холодный пот лился с его лица рекой. Глаза были заплаканы, а на щеках ощущались мокрые дорожки от слёз. Осознав, что всё произошедшее было сном, он прикрыл лицом руками и попытался хоть как-то успокоиться. "Снова и снова, изо дня в день одно и тоже... " – доносилось в разуме парня. Дело в том, что похожие сны снились Сайхаре последний месяц почти каждый день. И из раза в раз всё заканчивалось одинаково.       Внезапный звук будильника заставил Шуичи вздрогнуть. Инстинктивно быстрым движением руки он достал выключатель прибора.       – Совсем забыл, что сегодня рабочий день. – Сайхара поднялся с кровати и, почёсывая голову, не спеша направился на кухню. – Все ещё спят.       Бесшумно дойдя до неё он включил свет и тихонько прикрыл дверь, чтобы никого не разбудить лишними звуками.       – Может кофе поможет забыть этот ужас.       Парень заварил себе капучино, быстро выпил его, заедая вчера приготовленными Химико булочками с корицей. К слову, они были просто превосходными – любимые булочки Шуичи.       После перекуса и умывания Сайхара быстро оделся, собрал свои вещи и выбежал на улицу.       Без десяти восемь. Шёл снег, а зимний мороз отдавался ветром в лицо. До кафе было всего пять минут ходьбы, парень успевал как раз к началу смены.