А снег всё шел, заметая город.

Город уже сутки заметает снегом. Снежинки, кружась в бешеном вальсе, падают и падают, оседая на машине, домах, деревьях, крышах и головах людей, заметают улочки, тормозят движение. Серая и неприветливая картинка сменилась на белоснежный, слегка туманный пейзаж, от корого веяло таинством и сказкой. И город тонет, тонет в этом великолепии, устроенном матушкой-зимой. Холод Аня не любила. Зимнее утро для нее было настоящей пыткой, которую она мужественно, пусть и с трудом, переносила. К тому времени, как девушка вставала, родители уже уходили на работу, и она была полностью предоставлена себе. Резко подскочив от звонка будильника, Анна натягивала носки, куталась в одеяло и тащилась на кухню, чтобы зажечь газовую плиту, которая должна была хоть чуть-чуть нагреть кухню и вскипятить чайник. Пока кипела вода, девушка шла в душ, грелась и просыпалась несколько минут под струйками горячей воды, а затем вновь возвращалась на кухню, чтобы отзавтракать. После всего этого шли обычные сборы — лёгкий макияж, прическа, одежда, и вновь на улицу, на холод. Аня выглядела смешно в толстом пуховике с пушистым мехом, вязаном шарфе и шапке с помпошкой, но зато это всё обмундирование не давало замёрзнуть. Девушка топала на остановку по давно заученному маршруту и ехала в школу, уже мечтая о том, как вернётся в теплую квартирку. День проходит незаметно, и вот Анна вновь на остановке. Уже слегка темнеет, и небо постепенно становится таинственно-фиолетовым. Девушка, изрядно уставшая и абсолютно безрадостная (11 класс, как никак) ожидает свой автобус, поджимая ноги: все-таки, мороз крепчает. Она стоит, нахохлившись, словно снегирь, сливаясь с людьми на остановке. Изо дня в день местный состав не меняется, в основном это мужчины и женщины, едущие с работы, да парочка студентов. Но в один момент не пойми откуда появляется довольно странная личность — высокий парень, с черными, как смоль, волосами, ярко выделяющимися на фоне белого снега. Лицо же его, было словно у куклы, бледное, высеченное, красивое. Анна стояла поодаль и могла беспрепятственно таращиться на него, не боясь, что он заметит. А таращиться было на что, так делала не она одна. Парень был в одной лишь водолазке, да в джинсах, которые наврядли помогали против 20-ти градусного мороза. Он явно был чем-то недоволен (ещё бы, стоять на такой холодрыге почти голым!), также, как и Аня, переминался с ноги на ногу и нервно поглядывал в сторону, из которой должен был приехать автобус. Парень был красивый, даже, можно сказать, смазливый. Тонкие руки, черты лица, худоба, прическа — он словно сошел с картинки из пинтереста, но вместо надменно-безразличного, его лицо было несчастным и иногда злым. Он обнимал себя за плечи покрасневшими от мороза руками, растирая их, как будто это могло помочь. Анна подумала, что так и влюбиться можно, до того уж парень был симпатичный, но её сейчас больше привлекала возможность лечь спать, да и наврядли такой красавец посмотрит на девушку, больше похожую на шестиклассницу в этом дурацком пуховике. Она отвернулась, тоже упирая взгляд в ту сторону, куда смотрел парень. Прошло десять, пятнадцать минут, а автобусов все не было. Небо полностью почернело и стало казаться, что снег пошел гуще. Парень уже не дрожал, а просто встал, опустив голову и позволяя снежинкам засыпать себя, как статую. Анна стала поглядывать на него с жалостью, и в голове невольно мелькнула мысль: «Не отдать ли ему шарф?». Шарф у девушки был шикарный — похожий на шаль, крупной вязки, безумно теплый, связанный руками любящей бабушки… Закралась вторая мысль, более мелочная: «Жалко, шарф-то хороший». Аня взглянула на парня ещё раз, и сомнения отпали. Вдалеке показался автобус, который шел именно Анне. Боясь не успеть, она поспешно пробралась через заметно пополнившуюся толпу на остановке и сравнялась с парнем, быстро развязывая шарф. Когда автобус почти подъехал, она подскочила к парню и всунула тому вещь, так же стремительно запрыгивая в автобус. Она оглянулась — через просвет в запотевшем окне было видно, как парень надевает шарф, как накидку, и тоже смотрит в окно, растеряно, смущённо и благодарно улыбаясь девушке. От этой улыбки на душе у Ани сразу стало тепло и радостно, и она улыбнулась в ответ, с удивлением чувствуя, что больше не мёрзнет. А снег всё шел и шел, заметая город. Матушка-зима стращала люд, понижая градус, но парню и девушке уже было все равно. Один стоял на остановке, улыбался, как дурак, и ему было тепло-тепло под вязанным шарфом, пусть и смотревшимся на нем нелепо. А другая ехала домой и тоже улыбалась, притягивая к себе недоуменные взгляды пассажиров и полностью позабыв про усталость и холод.