Родственные души.

О нет, я не готов, не готов. Не готов! Почему? Почему парень? Почему моя родственная душа чертов парень? Почему это не Джинни? Я же… Нет… блять… какого черта… Гарри бросил взгляд на жену, которая мирно спала на соседней подушке. Плечи мягко покачивались в такт глубокому дыханию, веснушки озарялись светом луны, а ресницы слабо подрагивали в порыве переплывающих действий во снах. Гарри почувствовал, что ненавидит себя. Зачем он вообще поперся в «Сириус»? У него всё было хорошо: стабильность, отличная работа, прекрасная жена и бешеные планы на будущее, и во всех этих планах присутствовала Джинни. Сейчас он взмахом руки может разбить ту семейную чашу, которую они с женой собирали по крупинке день за днем, год за годом. Это гложело, неприятно душило и заставляло много думать не о том, о чем надо бы. На часах глубокая ночь. Гарри поднялся с постели: любопытство заставило его взять ноутбук и спуститься вниз на диванчик напротив большого телевизора. Фейсбук предательски высветил его онлайн, Джинни заметит, что он вставал в такое время, будет упрекать. Как всегда — немного злобно, но это обязательно закончится поцелуем. Гарри ввел в строке поиска имя. Драко Малфой. Господи, его родители, что, извращенцы? Почему у него такое имя? Надо будет почитать, что оно значит. Звучит, как что-то из книг о драконах. Результаты поиска не предоставили Гарри возможность увидеть кучу людей, разные варианты, да и вовсе не дали шанса не найти такого юношу, словно бы это остановило жгучее любопытство. Единственный Драко Малфой, который был найден, был в сети. Сердце пропустило удар. Черт, а что, если он сейчас так же, как и я, ищет меня? Гарри прижал к переносице очки и втянул нижнюю губу зубами. Волнение отдавало покалыванием в кончики пальцев, мужчина нажал на страницу Драко и снова замер. Как волосы могут быть настолько белыми? Он выглядит как снег… Вау. На Гарри смотрели глаза цвета хмурого неба. Челка немного свисала в сторону, голова наклонена, а розовые улыбающиеся губы немного распахнуты, словно кидали кому-то вызов. Едва знакомое лицо выражало то ли ухмылку, то ли сарказм, а черный ворот рубашки так идеально подчеркивал бледноту кожи блондина, словно на белый снег небрежно вылили черную грязную нефть. Если бы Гарри был девушкой, он бы влюбился без раздумий, но сейчас, в этой жизни, он не готов к тому, чтобы бросить семью и полететь к незнакомому парню на другой конец страны, точно зная, что он совсем не гей, ни одной чертовой капли. Но вопреки этому Поттер с какой-то потайной болью на сердце сглотнул ком в горле: от Чикаго до Лос-Анджелеса целых двадцать девять часов на поезде, это значительно урезает шансы увидеть свою родственную душу хоть раз в жизни, узнать, почему именно они предназначены друг другу. У Драко сейчас, должно быть, поздний вечер, поэтому тот до сих пор в сети. Как родственная душа может быть так далеко? Почему судьба так несправедлива? Была бы возможность, Гарри поехал бы увидеться с Малфоем прямо сейчас. Но… встряхнув головой и вспомнив, что у него есть жена, брюнет закрыл ноутбук негромким хлопком и потёр стреляющий шрам, который каждый раз напоминал о себе, когда Гарри ждало что-то опасное, неизвестное, способное принести в ближайшее время вред. «Проявитель врагов», как шутил его начальник. Но что такого может случиться? Гарри вернулся в постель и обнял промычавшую сквозь сон жену. Нужно забыть про этот бред… я ее не оставлю. Никогда… Джинни — моя родственная душа, а не какой-то Драко, мать его, Малфой. Я ведь не обязан с ним видеться, верно? Надеюсь, он думает точно так же. С этими мыслями Поттер и уснул, зарыв нос в рыжие локоны. Ниточка судьбы тянула его нутро куда-то далеко из этого дома, а мозг просил ничего не менять в своей жизни, потому что всё в жизни было стабильно. Долбаный парадокс.