Хаято

      Боль. Одиночество. Непонимание... Как давно я не ощущала этого. Также как и радости, грусти, эйфории и отчаянья. Это так странно. И немного тревожно, но это ощущение где-то на задворках. И вот сейчас, в час ночи, идя вперёд, на самом деле бегу от себя. Моя апатия начала не просто тревожить, а пугать маму. Это стало причиной встряхнуть свои чувства. А что может быть лучше острых ощущений? Как по мне — ничего, поэтому поднимаюсь по лестнице недостройки ночью. Запустение и тишь, капелька опасности и запрет от взрослых — лучшие составляющие для атмосферы из фильмов ужасов. Приправим капелькой фантазии и легкой паранойи и получим идеальное испытание для подростковых нервов. Очень даже не заурядный способ развеяться. Тут тихо, и прохладно. Безлюдно.       Всё затевалось как небольшая встряска, но даже сейчас на душу муторно, но особых эмоций нет. А ведь мне необходимо получить хоть какие-то эмоции! Сессии у психолога не помогают! А бабушки и мама нервничают из-за этого! Нет у нас возможности на такие дорогие удовольствия, а если мне ещё и медикаменты выпишут, бабушка точно выест маме мозг и все нервы. Мама тоже это понимает и начала "выносить мозг" мне... Я понимаю, что она хочет мне добра, только вот это ничего не даёт. Ни её нравоучения, ни угрозы отвести к психиатру... В последний разговор, монолог на повышенных, в душе не поднялось даже раздражение. Почувствовала себе абсолютно инертной. Кричат, упрекают и... И что? Я не могу ничего изменить сею секунду. Поэтому в мою больную голову пришла эта гениальная идея. Если же ничего не выйдет, я хоть увижу звёзды на темно-синем небе — раньше мне это помогало. Главное, небо должно быть чистым от облаков, но это как повезёт. Кто бы подумал, что безобидная прогулка закончиться неудачей? Точно не я.       А теперь мне немного жаль, возможно очень жаль, что конкретно в данный момент я лечу вниз с пятнадцатого этажа, небо красивое, это да. Безоблачное. И звёзды красивые. Яркие и мерцающие. Наверное, это не самое плохое последнее воспоминание. В голове каша, мысли путаются: начиная от того, какое аниме я смотрела последним, заканчивая недоделанным докладом по психологии... И эта сумбурность и нелогичность, отсутствие плёнки моей жизни перед внутренним взором, как в фильмах и аниме, вызывает отклик. В душе поднимается забытое чувство раздражения, я вспомнила ненавистное мною аниме про Реборна. И это на немного приводит меня в непонимание, почему оно? А потом вновь смена мысли. Таким важным кажется в этот миг осудить чужую историю и труд. Такие интересные характеры персонажей и столь тупой юмор и исполнение... И следом новый виток нелогичных умозаключений: вспомнила именно его по причине схожести его бессмысленности с моей жизнью? Но разве моя жизнь бессмысленна? Перед самым столкновением с асфальтом вспомнила глаза своей мамы, такие необычайно серые и встревоженные. Она не хотела меня отпускать сегодня. Она расстроится, узнав, что её непутёвая дочь столь глупо умерла, поскользнувшись и упав с недостройки... А ведь я итак являюсь постоянным источником её проблем и расходов. Теперь вот поиски и похороны сей недостойной дочери. И в след за стыдом накрывает темнота а с ней холод.       Темнота была долгой. Дольше, чем длилась боль. Ко мне стали возвращаться чувства. Или чувствительность? Вновь полоснуло холодом. Стало мокро и мерзко. И зябко. Мягкость вокруг тела сбивала с толку и без того путанные мысли. Былое равнодушие кануло в небытие. Голова раскалывается от обилия ощущений и мыслей. Это сенсорная депривация? Нет... наоборот — сенсорная перегрузка. Да, мои органы чувств перегружены.       Когда я вновь чувствую себя в сознании, ощущения слегка стабилизировались, но теперь мне голодно. И мыслить здраво не получается. Но это утомило. Сколько раз меня качало на этих качелях, холод-голод-боль-тепло-сытость и по кругу, я не сосчитаю. Отсутствие зрения и обилие шума и запахов вокруг раздражает. Теперь только в мечтах бывшая меланхолия и апатия. Но я ещё не сложила в единое факты. И совсем забыла полёт, что должен был быть последним.       Зато в какой-то момент я осознала себя с открытыми глазами. Жаль, но прекрасного пейзажа не открылось. Потолок. Белый. Ровный. Совсем не похожий на мои чувства, что скачут вверх-вниз и по диагонали. Чувства находятся в беспорядке. Их слишком много, особенно для отвыкшей меня. Смена происходит скачкообразно и даже не по синусоиде, без плавных переходов и периодичности. А ломанными, как на кардиограмме, но не всей, а вот тот кусочек с подъёмом, падением, небольшим скачком... Или как там выглядит единичный фрагмент кардиограммы? От одного возвышения до другого... Всегда была слаба в биологии. Однако как скачок приходит страх, сменяясь непонятной пока паникой, её сменяет как скачок отчаянье. Следом приходит апатия. Но она кратковременна, в душе разрастается разочарование. Не успевает оформиться и чётко сформироваться, следом уже идёт эйфория, непонятная и не принимаемая, оттого сменяется раздражением и непониманием. И ни конца ни края этому нет! И когда апогеем становиться раздражение и злость до боли в душе приходит мимолётное озарение. Это не просто не типично для меня, это ещё и странно.       И это отрезвило. Откуда столько всего? Эмоции, ощущения, мысли! Для начала мне нужно понять, где я. Ведь вместе с озарением приходят воспоминания. Я и не знала до этого, что ощущать себя собой можно и не помня кто ты... Но сейчас не об этом.       Было бы логично предположить, что я уже не в бренном мире, ибо после падения с пятнадцатого этажа головой вниз не выживают… А если и выживают, то в себя приходят в больнице. Но здесь нету столь противного запаха лекарств с примесью хлорки. Это я уже могу сказать точно, потихоньку адаптируюсь воспринимать всю эту какофонию! И основные ноты - парфюм, какая-то химия, и молоко?! Но вернёмся к предыдущему вопросу о моём месте прибывания, так как оба варианта неверны, стоит выяснить где же я… А ещё было бы неплохо понять кем теперь являюсь. Тело ощущается весьма своеобразно.       Что ж, я в полной жопе. Именно это стало моей первой реакцией... Ну, после набора нецензурной брани и полного спектра эмоций. Если выражаться более конкретно теперь я - младенец. Это не самый худший вариант. Между быть трупом и быть младенцем, последнее предпочтительнее. И не столь уж неожиданно, если я действительно мертва. Можно даже найти плюсы: мои эмоции обнулились, младенцы много спят, следовательно есть возможность выспаться и обдумать, чего я хочу от жизни. Да и вообще спокойно привести мысли в порядок. То, что я сменила страну рождения - уже поняла. Как минимум, я не понимаю язык и из этого делаю вывод, что это ни одна из стран бывшего СНГ. Эти языки я изучала, и поняла бы приблизительно хотя бы в какой из славянских стран нахожусь... Но, как пугали учителя, окунувшись в языковую среду через стресс быстро всё выучишь - другого выбора у тебя не останется.       А вот с воспоминаниями о прошлой жизни всё обстоит не столько плясом, сколько проблемой! Мой мозг переполнен... Как на телефоне - память забита под завязку, и это огромнейшая проблема. Не знаю, как мне это удалось, но спустя десяток засыпаний и просыпаний, другого мерила времени у меня нет, я могла изолировать свою память... Как? Не смогу объяснить при всём желании, возможно, это была медитация? Я не уверена. Зато большую часть информации я "заархивировала" и теперь могу изучать новое... Не лезть в воспоминания и не опускаться в размышления о былом оказалось куда сложнее. Да, необходимо усвоить новый язык и новые правила жизни. Но как же это скучно, нудно и трудно. Нет рядом переводчика, транслита или чего-то вспомогательного! А разговаривать со мной пока никто не спешит! Плакал мой отдых. Слёзы подступили несколько неожиданно, пусть и закономерно. Истерика вылилась громкой и опустошающей. Умерла. Родилась вновь. Неизвестно где. Неизвестно кто. Перспективы и опасности непонятны. Возвращение назад маловероятно. Опустошение принесло капельку смирения.       На освоение новых знаний и получение информации ушло три года. Теперь у меня плюс один язык в арсенале. Пока не идеально, но всё же. Детский мозг невероятен! Правда, на этом хорошее закончилось. Старые воспоминания создают проблемы. Мне сложно говорить на итальянском, поэтому проскальзывает старый язык, взрослые могут что-то заподозрить. Во мне растут противоречия, ведь мое «я» женское, а тело мужское. К тому же имя, которым меня называют, бесит. Вся моя душа просто вопит: «нет, только не он! Я не он!!!». Понимание, что так продолжаться не может, пришло быстро. Пришлось запереть своё прошлое «я» вместе с воспоминаниями в глубинах души. Теперь я должен жить как Хаято Велено*. Очень любопытно, что фамилия не вызывает ассоциации, а вот имя царапает. Решила… Решил пока отложить эту проблему.       Следующим пунктом проблем стала семья. Она у меня явно проблемная. Отец появляется крайне редко. Мать вообще практически не видел. Кормят меня смесями, вечно рядом крутятся недовольные горничные. На тот момент я их не понимал. К тому же, раз в месяц приходила женщина с пепельными волосами, учила меня играть на пианино… Что-то мне это напоминает. Хотя о чём это я? Я впал в ступор, мне где-то около двух лет, а меня учат играть на пианино… Я в каком-то ебаном аниме-мире? Что за жесть? Мало того, что я физически не могу играть, так нихуя ж не запомню… Какой кошмар. Да и поведение женщины откровенно настораживает. И имя как-то смутно знакомо. Лавина… Должен признать, она очень красивая и нежная. Такая … ммм… точно! Как дикий мак: яркий, красивый, но очень нежный. Легкий ветерок и все лепестки опадут. Но запомнить её лицо у меня не вышло, слишком редко мы виделись, память ребенка сложная штука, а я не подозревал, что наши встречи закончатся так быстро. Рядом с ней я мог расслабиться, в отличии от моментов посещения моей комнаты госпожи дома. Мамой я побаиваюсь её называть. Наблюдаю за всеми со стороны и тихо-мирно стараюсь существовать.       Новые витки сомнений во мне порождали и странные истерики моей старшей сестры. Девочка была чертовски похожа на нашу маму. Ну или её… Самой примечательной чертой стали волосы. Опять. Сомневаюсь, что ребёнку лет пяти стали б красить волосы. А у сестры они ярко-малинового оттенка. Мало того, что я попал в тело другого гендера, семью с заскоками, так ещё и походу другой мир. Бьянки… Новое имя, что цепляет моё сознание.       Удивительно, сестрёнка, вместо ненависти ко мне, как часто бывает, любит меня. По крайней мере старается. И когда совсем мелким был, погремушками гремела, и сказки читала, делилась своими переживаниями. Опустим факт того, что большую часть я не понимал. Это ненужные нюансы. Именно благодаря её стараниям выучить язык стало проще. Да и узнал я весьма интересные нюансы. Одним из таких нюансов стала смерть Лавины. Хоть девочка и не любила её, но ко мне пришла зареванная. Завтра должен был быть мой день рождения, который даже праздновали. И вместе с тем день встречи с моим учителем музыки. — Хаятоооо, Ла-ла-лавина погиблааааа, — растягивая слова сквозь слёзы, произнесло красноволосое чудо. Из сбивчивого рассказа, приправленного соплями, я понял, что машина учителя свалилась с обрыва. Слушал в прострации: первый раз в этой жизни сталкиваюсь с чужой смертью. Горничные были максимально против такого балагана, и тут меня шокировали еще разок. Гокудера. Фамилия учительницы была Гокудера. Мысли завертелись хороводом и в этот день я уже ничего не соображал.       Провел в размышлениях я всю ночь. Если взять фамилию Лавины, нашу схожесть и моё имя, то я — Гокудера Хаято… Теперь ясно, что меня так бесило в самом начале, этого персонажа из мира Реборна я не забуду и искренне ненавижу… Но теперь это я… Надо всё переварить и обдумать. Черт, там же был побег из дома, плохие отношения с родителями и травля сестры? О чеерт… Ладно, пока нет никаких других доказательств, паниковать рано!       Но вдруг это правда и у меня есть шанс вернуться в мой прошлый мир? Если я могу вновь увидеть свою мать? Умерев здесь… Нет, слишком рискованно. Если я просто умру, вероятнее всего, назад не вернусь. Это просто теорема, теорема, у которой нет доказательства, но и опровержения пока тоже нет, а проверять на своей шкуре не охота. Мне нужно знать наверняка, второй попытки у меня не будет, поэтому пункт "умереть и вернуться в свое прежнее тело и мир" оставим пока, как самый крайний. В мои планы никогда не входило самоубийство, это самый простой способ побега от проблем. Проблемы должны решаться. И на данный момент будем решать ближайшую.       Если мои предположения верны хотя бы на пятьдесят процентов, то нужно искать способ налаживания контакта с матерью. Побег в неизвестные дали меня мало интересует, особенно если я сын главы мафиозной семьи. Пахнет слишком большими проблемами. К главному герою в ммм… Японию? Я должен попасть когда мне будет около тринадцати лет… Вот тогда и подумаю об этом. Сейчас меня обучают, пусть и примитивно, но всё же… Может, стоит попросить Бьянки и посещать её уроки? Мне не хватает знаний об этом мире! В особенности о новой семье.       День рождения прошёл шумно. Я даже смог сыграть легкую мелодию на пианино. Общий шум раздражал. Взрослые пугали, дети выводили из себя. Отец просто невыносим. Валентино Велено — человек расчетливый, верткий, хитрый и… чертовски любвеобильный! Кроме деловых разговоров с партнёрами, он флиртовал с тремя! дамами… А ведь его супруга рядом. Конечно, он соблюдал правила приличия, и руки держал при себе, но… Господи, я понимаю, почему мама всегда недовольная ходит. Интересно, он хоть подарки ей дарит? А ведь она, судя по обращениям к ней окружающих, взяла фамилию мужа, тем самым подчеркнув, что полностью переходит в его семью и посвятит себя ей.       Мои дни тянулись очень долго, но с другой стороны я сделал немало. Сестра согласилась, чтобы я учился писАть рядом с ней. А это дает возможность пополнять знания. Учителя были недовольны, но спорить с наследницей не стали. А я получил ещё одно доказательство того, что этот мир другой. Пламя. Оно здесь есть. Плюс один к теории о мире Реборна. Хотелось бы побиться головой о стену… Однако сейчас не до этого. Урок о пламени чертовски интересен, но полон вопросов. Сестра скоро пойдет в школу. В школу для мафиози. Блять, этот мир ёбнутый…       Семья Велено занимает довольно-таки низкое положение в Альянсе, и всё же не самый низ иерархии. Мы сотрудничаем с Бовино — тоже маленький, но гениальный клан ученых. Вместе они являются яркими представителями семей, не придерживающихся установленных «норм».       Глава и хранители, как оказалось, не столь уж и распространенное явление. Небеса редки. Точнее будет сказать, редко доживают до нужного возраста. Всего век назад их истребляли. Мало кто хотел подчиняться человеку просто из-за другой силы. Сейчас же их стараются оберегать, только вот незадача — баланс был нарушен, и даже стремящаяся к равновесию природа не может восстановить былое равновесие. Поэтому за сохранностью маленького Неба будут следить всем миром. Даже Вендиче, стражи омерты, объявили, что за причинение вреда обладателям неба до момента исполнения им четырнадцати будут жесткие меры. Но даже это не изменит перевес в количестве пламенных. Да, семьи, во главе которых стоят другие атрибуты, всё ещё притесняются, но такие семьи, в которых большинство одного атрибута, существовали всегда. На нашу семью «Ядов», мало кто посягает. Мы может и слабы, но сумели отстоять хоть какую-то независимость.       К сожалению, этот мир тоже предвзят к женщинам, однако, после Даниэлы, Восьмой Вонголы, с силой женщин начали считаться. Да и против моей матери мало кто пойдет. Для семьи она сделала чертовски много, и продолжает помогать из тени. Поэтому становлению сестры главой семьи никто не воспрепятствует. А это минус проблемы на мою головушку.       Но вернёмся к пламени. Эта сила накладывает отпечаток на владельцев. Так как наша семья поколениями направляла разрушение Урагана в сторону приготовления ядов, нам мало что мешает спокойно и без проблем развить силу. Не страдая ментально. Только в аниме, если не ошибаюсь, и у Хаято, и у Бьянки были проблемы с головой. Их эмоциональный фон пострадал из-за проблем в семье? Пламя взяло верх? Черт.       Я изучил огромное количество книг, что были в нашей библиотеке, и пришел к выводу: Ураган убивает своего владельца изнутри. Именно поэтому все представители урагана нестабильные. В голове всплыли воспоминания о каком-то психе в короне. М-да, возможно, покажется, что этого мало для выводов, но отец и его люди — живое подтверждение. Нужно самому создать свою шизу, иначе пламя сыграет в колесо фортуны.       Моё пламя пока не пробудилось, а вот у сестры начало просыпаться. Приготовленные ею вчера кексы выглядели подозрительно. Да и глючить её начинает на любви. Вера в принца и счастье не плохо, если бы она не была в мафии. Какие счастье и любовь в мире предательства и лжи? Да, узы пламени могут уберечь в некотором роде, но не всегда. Как её убережёт, если мать не уберегло. Не знаю, как правильно донести это ей, поэтому подбил её к изучению химии. К удивлению, она далась очень легко. Всё такое знакомое и понятное. Да и сестра быстро всё улавливает. Интересно, такая скорость развития из-за пламени? Или гены? Всё же Агнес воистину великая химичка.       Застукав нас на кухне с бытовыми реактивами, женщина заинтересовалась. Не знаю, какая она супруга и мать, но учительница она потрясная. Наблюдая за её четкими и быстрыми движениями, слушая серьезный и ледяной голос, смотря в её, практически черные, глаза, во мне росло восхищение. И я его высказывал в полной мере. Даже выпросил у служанки нитки, крючок и бусины, вспомнил своё увлечение из прошлой жизни и сплел цветок. Тот, на который так похожа госпожа семьи Велено — гортензия. Я сделал её голубого цвета, как ассоциацию к холоду. Агнес всегда сдержана и холодна. Мне очень нравится эта женщина, как минимум она не убила меня, а ведь могла. Да так, что никто бы не подумал на неё. Подарить цветок у меня получилось, конечно, но… кажется, мама была не довольна. Даже мои объяснения, почему именно это растение не помогли, женщина только сильнее нахмурила брови и молча ушла. Ну хоть цветок оставила себе… Хотя, может, и выкинула…       Я понимал, что будет сложно, но как любая творческая натура расстроился. Сестра, узнав причину моей тоски начала успокаивать, а ещё попросила создать для неё цветок. Пообещал, что подумаю. Сейчас мы разбираем очередной талмуд с химическими формулами, сестра недавно вернулась с занятий. Должен признать, с каждым годом она становится всё краше. Волосы теряют свою ядрёность, становясь более светлых оттенков. Так похожи на волосы матушки. Шелковистые, прямые, тонкие… странно, у меня такие же, только другого цвета. Получается, структуру волос взял от отца? А пигмент от матерей??? Но ведь расцветка папы должна быть доминантной… Ай, ладно. Зато глаза у нас одного цвета — зеленые. В папеньку.       Интересно, сестра предпочтёт короткую стрижку, или же длинные локоны, как у мамы? Ей пойдет любая прическа, но мамины замысловатые прически прекрасны. Не хочу знать, сколько времени это занимает… Недавно меня отпустили вместе с Бьянки по магазинам. Конечно, не обошлось без кучи сопровождающих, но это ерунда. Лучше так, чем быть похищенными. Через это уже проходили. Мне не понравилось. Было больно, страшно, холодно, голодно, мрачно. Да и вид трупов меня не впечатлил. Зато мне увеличили количество занятий.       Из выделенных мне денег купил для мамы подарок — у нее на днях день рождения. Отец наверняка опять забудет. Как и о куче других мелких праздников. Агнес хоть и хладнокровная женщина-мафиозо, но постепенно подарочками я прокладываю дорогу к её сердцу. А вот отношения с отцом куда хуже. У меня к нему куча претензий! Но я пока не набрался смелости высказать ему их все в лицо. Зато каждый раз бить по его самолюбию очень приятно. Кажется, он меня не просто презирает, но и ненавидит. Этот факт забавляет Агнес, и временами она смотрит на меня с каплей иронии, так же как и на Валентино. Возможно, только возможно! Я понимаю, почему сбежал в своё время Хаято… Но как же меня бесит это!       Сегодня очередной сложный день, мне стукнуло шесть. Папаня всё также развлекает гостей за счет моей игры на пианино… Кажется, терпит он меня и мои выходки только из-за схожести с Лавиной… Бесит! — Хаято! Не переживай, у тебя всё выйдет. Ты очень красиво играешь. Я тебе кексиков испекла, — Бьянки прям пышет энтузиазмом, но ей так идет улыбка, прическа-гулька с разными косичками, как у Агнес, и классический костюм черного цвета с красной приталенной рубашкой и черным галстуком… Боже, она же сейчас так похожа на Агнес… Как Валентино мог изменить такой прекрасной женщине?! Ай, не о том думаю, куда важнее кексы… Ядовитые кексы. — Бьянки, я очень признателен за твою поддержку, но кексы перед выступлением мне только помешают, лучше угости вон тех мальчишек. — Но ведь они сплетничали о тебе! — на прелестном личике старшей сестры выступило недовольство и гнев. Только уроки Агнес не позволяют ей надуть щечки и топнуть ножкой в аккуратных каблучках. — Именно поэтому им стоит угоститься твоей прекрасной выпечкой. Люблю тебя, сестрёнка, — обняв Бьянки на удачу, направился к пианино. Сегодня вновь играть композицию Баха. Отец просто влюблен в него… "Air on the G String", кажется, так называется сегодняшняя композиция. Блин, играть будет сложно, после тренировки руки побаливают.       В общих чертах, этот день закончился неплохо. Надоедливым детям скрутило животы, а их родители ничего не смогли предъявить: во-первых, все доказательства были съедены, во-вторых, — с моих с сестрой слов — мы тоже ели кексы. Зато теперь будут меньше языками ляпать. Все было бы замечательно, но мне давно хочется поговорить с матушкой. И раз уж теперь я совсем большой мальчик, набрался смелости и подошёл к ней с этой просьбой…       И вот теперь мы сидим на балконе, в её комнате, в удобных креслах, пьём чай… — Что ты хотел? Только давай без хождения вокруг да около. Не трать моё время, — леденящий душу голос и пронзительный тяжёлый взгляд завораживали… — Мама, я хотел спросить, почему вы меня ненавидите? — главное, не отводить взгляд. Черт, когда она хмурится, ей совсем не идёт… Кажется, я начал не с того… — Я понимаю, что слишком похож на биологическую мать и напоминаю вам об измене отца, но ведь это не было моим решением, — сжатые кулаки у меня и плотно сомкнутые губы у неё, она хмурится сильнее. — Кто? — Что? — её вопрос поставил меня в тупик. Такого я не ожидал. Не понимаю, что именно её интересует. Прокашлявшись, она продолжила. — Кто тебе это сказал? — вокруг неё стало появляться пламя, не сильно, еле заметно, но этого достаточно для осознания: матушка в гневе. Непроизвольно наклоняю голову в низ, хочется сжаться. Давление слишком сильное для меня. — Никто. Просто во мне нету ваших черт, на отца я похож весьма отдаленно. Зато помню женщину с такими же волосами, как у меня. Это же она… — Хватит! — чашка опустилась на блюдце, чуть было не расколов его. Агнес в ярости. — Ты изначально был слишком догадливым! Чертов мальчишка… Запомни раз и навсегда, ты мой сын. Для всех вокруг это истина, не подлежащая сомнениям! Если ты начнешь развивать эту тему, больше всех пострадаешь именно ты. И так ведь должен был слышать слухи, что витают вокруг тебя. — Я знаю. Просто хотел удостовериться. Прошу прощения, я не хотел напоминать вам о плохом, — всё еще не могу поднять голову. Руками вцепился в штаны, страшно. Но я должен задать последний вопрос. Очень важный, всё же побег не входит в мои планы. — Что я должен сделать, чтобы мы смогли начать нормальное общение? Мама, я правда вам очень благодарен, и знаю, что прошу многое, но что я могу сделать, чтобы вам было комфортно, когда я рядом? — всё же мне хочется куда большего. Я соскучился по теплу и ласке. Сейчас, изредка, меня обнимает только сестра… — Глупый ребёнок. Тебе стоило говорить об этом с отцом, а не с чужой тебе женщиной, от которой ты чувствуешь угрозу, — она склонила голову к плечу, тяжело выдохнув. Пара прядей выбились из её прически и обрамили лицо. — Но вместо этого ты сам идёшь ко мне, и всячески отвергаешь своего отца. Я бы не удивилась, реши ты, что именно я убила твою мать, — её взгляд сложно выдержать, но сейчас в нем скорее усталость, чем злость. — Но ведь вы бы выбрали более изящный способ, чем автокатастрофа. А отец… Он меня не видит. Ему даже не интересно, чем я увлекаюсь, чему учусь. Да и мне он непонятен. Я не помню, как выглядела учительница по музыке, но вы невероятно красивы… Отец часто повторяет, что я должен быть верен семье… Но ведь он сам не сохранил верность. Вы же всегда честны. Вы давно могли от меня избавиться, но позволили жить. Даже разрешили видеться с той женщиной. Нашли учителя, позволили присутствовать на ваших уроках. И вы ни разу не лицемерили. К тому же вас уважают все в поместье. — М-да… Я рада, что ни один из детей Валентино не взял его скудоумие. Помимо тебя было ещё трое детей… Должно было быть, каждый из них погиб в утробе матери. А Лавина… Она была слишком мягкой и наивной. Она мне даже нравилась. Когда она отказала моему мужу, я хохотала как ненормальная… Ты похож на неё, чертовски. Если б у тебя были рубиновые глаза… Но ты увлекаешься совершенно другими вещами. Временами мне казалось, что ты станешь как Валентино… Я ненавидела эти мысли. Надеюсь, ты не станешь совершать глупостей. Я не ненавижу тебя, и то, что ты жив и живешь, как мой сын, тому доказательство. Сомневаюсь, что смогу вести себя с тобой мягче, это не в моём характере. Отправлять тебя в школу нет смысла, тебе будет скучно, у тебя будет домашнее обучение. Всему необходимому для выживания в нашем мире тебя обучат… Хаято, ты мальчик понятливый, потому говорю сейчас. Сегодня пришло письмо от Ноно Вонголы. Он стоит во главе Альянса семей. Тебя пожелали, как хранителя для десятого. Твой отец согласился. Фактически тебя продали. Когда и куда тебя запросят, неизвестно. Как та, что в ответе за тебя, прошу — обучайся всему. Считай, что времени у тебя нет. Не знаю, кто этот десятый и кто будет его учить, но что-то мне подсказывает, что все обернётся проблемами. Твой ураган только начал просыпаться, учись его чувствовать. И ещё… Твои подарки мне были приятны. Каждый подаренный браслет я храню, вместе с цветком гортензии… Можешь идти.       Я был невероятно счастлив. Сейчас, в игре света, лицо Агнес выглядит, как фарфоровое. Женщина прекрасна и грациозна. И ещё она поделилась со мной важной информацией. К тому же я получил её признание. Об остальном подумаю потом. — Мама, спасибо вам. Спокойной ночи, — это был первый раз, когда я улыбался Агнес. Всё же она невероятная женщина.