Домашний муж // 宠夫（快穿）

Подросток появился на территории университетского городка, словно только что вылез из канавы. Многие проходящие мимо люди с любопытством смотрели и на Цзян Пин Сю, и на Ян Цзин Цзе, который вел подростка за руку. Хо Лян, сосед Ян Цзин Цзе по комнате, с любопытством посмотрел на Цзян Пин Сю: — Ян Цзин Цзе, я никогда раньше не слышал, что у тебя есть такой друг! — Ты слышал это сейчас, — сказал Ян Цзин Цзе. Хо Лян засмеялся: — Он выглядит таким маленьким! — Да, — Ян Цзин Цзе также чувствовал, что Цзян Пин Сю был очень маленьким. Пока мысль о том, что первоначальный владелец этого тела действительно использовал несовершеннолетнего ребенка, он чувствовал, что его сердце сжималось. Дрожащая рука, которую он держал, была грубой, и от этого у него было кислое чувство. Ян Цзин Цзе посмотрел на Хо Ляна: — Хо Лян, мой друг пришел, сегодня я не буду есть с тобой. — Что ж, тогда увидимся позже, — улыбнулся Хо Лян и пошел в кафетерий. Когда Хо Лян ушел, Ян Цзин Цзе посмотрел на Цзян Пин Сю: — Пин Сю, что ты любишь есть? Цзян Пин Сю сжал пластиковый пакет с жареной уткой и, наконец, набрался храбрости: — Брат Цзин Цзе, я… я отдам тебе… дам кое-что, а я… я пойду. Он выглядит так плохо. Он обязательно поставит Ян Цзин Цзе в неловкое положение, когда сядет с ним поесть. — Ты редко приходишь ко мне и уже собираешься уйти. Давай ты хотя бы поешь перед уходом, — мягко сказал Ян Цзин Цзе. Цзян Пин Сю пришел сюда в обеденное время и, должно быть, еще не ел. Зимой он должен позволить Цзян Пин Сю съесть что-нибудь теплое перед уходом. — Я… я… — запнулся Цзян Пин Сю и потерял дар речи. В это время Ян Цзин Цзе уже затащил его в школьную столовую. В университете было несколько столовых, но все они были похожи. Эти столовые были очень большими, и в них продавалось много вещей. Первоначальный владелец обычно ходил в самую большую столовую №1, и теперь Ян Цзин Цзе также привел Цзян Пин Сю туда. Пол был покрыт белой плиткой, а стены выкрашены в белый цвет. В центре стояли большие деревянные столы и стулья. Вся столовая выглядела чистой и светлой. Цзян Пин Сю посмотрел на туфли на ногах. Эти ботинки были выброшены, когда жильцы, живущие в доме, переехали. Первоначально они принадлежали девушке. Он чувствовал, что туфли неплохие, поэтому он почистил их и носил. Это его лучшая пара туфель, но туфли белые с розовыми шнурками, они немного в пятнах. Ему было неловко ступать в такое чистое место. — Посиди здесь, я куплю еды, — сказал Ян Цзин Цзе Цзян Пин Сю. Он позволил Цзян Пин Сю сесть за стол, а затем достал карточку на еду из сумки, чтобы купить еду. Он взял обеденную тарелку, попросил две порции риса и овощей. Такая еда в кафетерии обычно стоила очень дешево. Он хотел купить больше еды для Цзян Пин Сю, но помнил, что тратил с трудом заработанные деньги Цзян Пин Сю. Он стеснялся их тратить и, наконец, купил самые дешевые, две тарелки по пять овощей на порцию. Он поставил еду перед Цзян Пин Сю, Ян Цзин Цзе снова ушел и взял две бесплатные тарелки супа. Возвращаясь с супом, он увидел, что Цзян Пин Сю внимательно смотрит на себя, а затем он застенчиво склонил голову. Ян Цзин Цзе сел рядом с ним и с улыбкой спросил: — Ты принес мне жареную утку? Цзян Пин Сю кивнул, опустив голову. Пластиковый пакет с жареной уткой был положен ему на колени, он дотронулся до него. Сейчас декабрь. Цзян Пин Сю приехал в город в июле и работал в автомойке более пяти месяцев. В автомойке предусмотрено питание для своих рабочих. Последние пять месяцев он жил в грязной мастерской и ел еду, небрежно приготовленную женой владельца. Эта запеченная утка уже была для него роскошью. Но когда он пришел в школьную столовую, Цзян Пин Сю понял, что жареная утка, которую он считал вкусной едой, на самом деле не имела большого значения. Все студенты здесь держали тарелки из нержавеющей стали с горячими куриными ножками и тушеной свининой. Они могут очень хорошо поесть. — Давайте съедим её вместе, — сказал Ян Цзин Цзе, взяв пластиковый пакет и открыв его. Что-то вроде жареной утки изначально было восхитительно в горячем виде, но сейчас холодная зима. Цзян Пин Сю принёс утку. Маслянистая и ароматная утка была особенно жирной и ароматной, но сейчас уже потеряла прежний аппетитный вид. Более того, часть этой утки уже съели, у нее не хватало одной ножки, придирчивые люди ее вообще не съедят. — Сейчас холодно… — Цзян Пин Сю немного смутился. — Это все равно утка, даже если холодная! — улыбнулся Ян Цзин Цзе. Он расставил две тарелки с рисом, а затем оторвал оставшуюся утиную ножку Цзян Пинсю. — Поторопись, и съешь ее, — сказал он, а затем взял крылышки, чтобы поесть. Ян Цзин Цзе делал все это слишком естественно, жесткое тело Цзян Пин Сю медленно расслаблялось. Он внимательно посмотрел на Янь Цзин Цзе, а затем подтолкнул тарелку к нему: — Ты… ешь утиную ножку. — Я люблю есть крылышки, — засмеялся Ян Цзин Цзе, — разве ты не знаешь? Крылья дороже ног. Цзян Пин Сю был немного удивлен. Ян Цзин Цзе продолжил: — Поторопись и поешь. Если не поешь, все остынет. Цзян Пин Сю поспешно склонил голову и поел. Во время еды Ян Цзин Цзе давал Цзян Пин Сю овощи — тело Цзян Пин Сю было маленьким, он должен есть больше мяса и овощей. Ян Цзин Цзе купил два вида овощей; один был жареными кабачками, а другой — жареной брокколи — очень распространенными овощами. Но Цзян Пин Сю указал на кабачки и спросил: — Брат, это… Что это? Я… я никогда раньше не ел такого. — Это называется кабачки, — ответил Ян Цзин Цзе. Цзян Пин Сю указал на брокколи и спросил: — А как… как это называется? Я никогда раньше не пробовал… Я не знаю что это. — Это брокколи, — сказал Ян Цзин Цзе. Цзян Пин Сю тоже слегка улыбнулся: — Это вкусно. Если внимательно присмотреться к лицу подростка, он действительно должен выглядеть неплохо. Но его волосы были жесткими, кожа потемневшей, лицо было полно красных пятен, и его одежда тоже была грязной. Определенно было не очень приятно смотреть. Но Ян Цзин Цзе считал, что он определенно красив! Думая о том, что сделал первоначальный владелец, он хотел дать себе пощечину. Жаль, что он не знал, куда делся первоначальный владелец. Теперь он владелец этого тела, поэтому он отказался от идеи ударить себя. Еда в университете состоит из больших порций, мальчики обычно могут ее съесть, но большинство девочек могут съесть только половину. Однако Цзян Пин Сю закончил трапезу, сделав два или три кусочка. Ян Цзин Цзе чувствовал, что для Пин Сю этого должно быть недостаточно. К счастью, в жареной утке мяса было много. — Ешь больше мяса, — Янь Цзин Цзе положил мясо жареной утки в тарелку Цзян Пин Сю. Он о чем-то подумал и сказал, — я дам тебе миску каши. — Нет не нужно… — Рис бесплатный. Было бы напрасным не съесть его, — Ян Цзин Цзе объяснил, — здесь каждое утро готовят кашу. Если она останется, ее разогреют и раздают бесплатно в полдень с бесплатным супом для студентов. Цзян Пин Сю удивился: — Бесплатно? — Да, это бесплатно, — сказал Ян Цзин Цзе. Еда в университете была действительно дешевой. А студенты могут даже подавать заявки на различные субсидии. Первому владельцу действительно не нужно было бессовестно выжимать деньги из Цзян Пин Сю. Что за сволочь. Ян Цзин Цзе быстро принес две миски каши. Он не ел, все это попало в желудок Цзян Пин Сю. Даже эту жареную утку Цзян Пин Сю съел гораздо больше, чем он. У детей, которые еще растут, действительно хороший аппетит! Ян Цзин Цзе смотрел, как Цзян Пин Сю закончил есть, и сказал: — Пин Сю, пойдем в мою спальню, у меня есть кое-что для тебя. — Брат? — Цзян Пин Сю опешил, а затем был затащен в общежитие Ян Цзин Цзе. Но он отказался подниматься наверх: — Я не пойду, брат… я… я только заставлю тебя потерять лицо. Ян Цзин Цзе почувствовал себя немного болезненно, однако он не заставлял его. Он позволил Цзян Пин Сю подождать, а затем поднялся наверх, чтобы взять недавно купленный комплект термобелья и длинную хлопковую куртку первоначального владельца. Он сбежал вниз к Цзян Пин Сю. — Брат, но это твоя одежда… — Если я отдам ее тебе, она будет твоей, — Ян Цзин Цзе надел на Цзян Пин Сю длинную хлопковую куртку и спросил, — где мойка, на которой ты работаешь? Я найду тебя на выходных. Цзян Пин Сю был ошеломлен, прежде чем дать адрес автомойки Янь Цзин Цзе. У Ян Цзин Цзе была очень хорошая память. После того, как он услышал адрес, он быстро запомнил его. Он коснулся головы Цзян Пин Сю: — На обратном пути никуда не торопись. — Хорошо, — лицо Цзян Пин Сю покраснело, он медленно пошел вперед. Идя по дороге, он оглянулся и увидел, что Ян Цзин Цзе все еще стоял на месте и смотрел на него. Когда он увидел, как он оглянулся, Ян Цзин Цзе помахал ему рукой. Цзян Пин Сю поспешно повернул голову, чтобы продолжить идти вперед, подошел к углу и не мог не повернуть голову. Ян Цзин Цзе все еще стоял там. Его сердце, казалось, было наполнено медом, слишком сладким. На обратном пути Цзян Пин Сю не мог сдержаться от радостного смеха и чуть не запрыгал от радости. Он много съел и носил плотную хлопковую одежду. Теперь, когда он шел, ему было довольно жарко, но он не хотел снимать одежду. Это одежда Ян Цзин Цзе. Одежда, которую дал ему брат Ян Цзин Цзе. На самом деле, для его маленького тела, оно было довольно большим, но Цзян Пин Сю не хотел снимать одежду. Если бы он мог носить ее вечно, он бы сделал это.