Oathbound

— САНС, ТЕБЕ НУЖНО ВСТАТЬ С ПОСТЕЛИ. Прошло уже три дня с тех пор, как челюсти отчаяния сомкнулись вокруг Санса, хищные и неумолимые. Он не ел и не принимал душ. Даже приподнять книгу, которую его муж принёс в спальню и оставил на тумбочке, было слишком большим усилием для него. Руки подхватили его под мышки и подняли, заставляя скелета повиснуть, как котёнка. Дельтаруна запульсировала от не совсем команды, но даже боль не остановила его. Тяжелые веки затрепетали, и Эджи вздохнул. — ПОЛАГАЮ, НАМ ПРИДЁТСЯ ПОЙТИ ТРУДНЫМ ПУТЁМ, — высокий скелет отнес Санса в ванную и сунул в душ, — ТЫ МОЖЕШЬ РАЗДЕТЬСЯ САМ, ИЛИ Я СДЕЛАЮ ЭТО ЗА ТЕБЯ, И ТЕБЕ НЕ ПОНРАВИТСЯ ВТОРОЙ ВАРИАНТ, — когда Санс не ответил, он включил воду. Было холодно. Но это было нормально… В конечном итоге он согреется. Эджи пробормотал проклятие и стянул с себя спальные штаны. Санс был в своей обычной толстовке и шортах, так как тоже не переоделся. Упомянутая одежда промокла к тому времени, как Эджи снял её и отбросил в сторону, снова пытаясь поставить Санса на ноги. Устал. Так устал. Санс прислонился к груди мужа, готовый снова заснуть прямо в душе. — ТАКОЕ ПОВЕДЕНИЕ НЕДОПУСТИМО. Раздался щелчок, и душ наполнился ароматом лаванды. Вскоре на его костях появился нежный скрип мочалки. Хех. В первый раз, когда он увидел отвратительно розовый предмет в душе, он рассмеялся. Эджи защищал свой аксессуар для ванной комнаты с обычной энергией и ядом, заявляя, что это наиболее практично, когда мыло легко скользит между пальцами. — Что, сделаешь меня скользким? — пробормотал Санс, — Не так, как ты обычно это делаешь. —…ПРАВДА? ПОЧЕМУ ИЗ ВСЕХ ЧЕРТ, КОТОРЫМИ МОЖНО ПОДЕЛИТЬСЯ С МОИМ БРАТОМ, ЭТО БУДЕТ ВКЛЮЧАТЬ НЕУМЕСТНОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ГРУБОГО ЮМОРА? —…Э… Прости… Наверное. Наступила густая, неловкая тишина, когда Эджи смыл пену с него, прежде чем, наконец, он прогнулся. — Это… Нет, я прошу прощения. Я должен быть осторожен с тобой, даже когда ты меня раздражаешь, — речь явно была не для кого-то с именем Эджи. Но Санс мог оценить честность. — Чувствуешь себя подавленным? — Я полагаю, — начал он, затем, словно внезапно уловив намек, Эджи фыркнул и быстро смыл пену с Санса, — Ты не в том состоянии, чтобы заниматься подобными делами, а я не в настроении. — Я бы не возражал. — Что? — Эджи выключил воду и принес полотенце, чтобы вытереть их обоих. Санс пожал плечами, тяжелые веки распахнулись, — Если ты передумаешь насчет настроения. Всё в порядке. Очевидно, это было неправильно, потому что глаза Эджи зажглись, и он вышел из ванной, оставив Санса в коконе из полотенца. Когда он вернулся, он молчал и одевал Санса с уверенностью, которая давала впечатление, что у него было много практики. Вскоре Санс был облачен в свежую футболку и шорты, а сверху на нем была надета новая бледно-голубая куртка. Она была мягкой. Запах кожи, окутавший его, заставил его подумать о Рэде. Поняв, что Санс с удовольствием продолжает сидеть на полу, высокий скелет снова поднял его и на этот раз бросил в «его» кресло, для верности шлёпнув книгу по астрономии ему на колени. Санс зевнул. Тёмный скелет издал еще один звук, на этот раз похожий на шум чайника. Туманный огонек встретился с адским огнем красного цвета, и Эджи скрестил руки на груди, словно пытаясь укрыть свою душу от всевидящего взгляда Судьи, — Ты расстроен. — Блестящая детективная работа… Что? Я просто ленюсь, как обычно. — Почему? — Эджи фыркнул, словно Санс только что плеснул ему в лицо чаем, — Ты не можешь проснуться даже на пять минут, и у тебя хватает наглости предложить мне просто- Санс моргнул и слегка откинулся на спинку стула, все еще сонный, — Конечно. Лучше чувствовать себя хорошо хоть немного, чем- неважно. И вот это всё… Знаешь… Наследник. Контракты и все такое. Его муж неожиданно остановил его неожиданной ПРОВЕРКОЙ, его голос был мягким, но напряженным, — Тебе больно, не так ли? Ты спишь, потому что Дельтаруна причиняет тебе боль, — Эджи поднял руку, — Не отрицай этого. Или его описание в проверке выдаст его. —…Всё в порядке. Я справлюсь с этим. — Я должен смириться с тем, что ты так сильно хочешь прервратиться в пыль, что единственное, что тебя поддерживает, — это приказ? — Ох… Эджи был яростен в своей невысказанной злости, его аура была ужасной и пугающей, независимо от того, как сложился язык его тела и выражение лица, — Тебе не позволено умирать, Санс. — Хех. Почему бы просто не приказать мне быть счастливым? Разве это не решит проблему? Подчеркивания дисбаланса сил в этом горьком заявлении было достаточно, чтобы опрокинуть терпение Эджи, — У меня один приказ и только один, Санс. И это значит, что ты должен жить, — и на этом разговор закончился, его муж зашагал прочь, магия потрескивала вокруг него. А Санс? В одно мгновение он понял, что Эджи допустил критическую ошибку в своей новой команде.