Секрет майора

      Линнора любила спать в лаборатории на диване, ведь Ханджи часто работала допоздна, а зачастую эксперименты учёной затягивались до самого утра. Вот и сейчас девушка спала на узком диване, одетая в рубашку майора и почти с головой укрытая тёплым мягким одеялом.       Ханджи сидела рядом, в кресле по левую сторону от дивана, она всё ещё не хотела будить Линн и рассказывать ей о ходе своей работы, ведь её девочка недавно заболела, и несколько ночей учёная не отходила от ее кровати, давая лекарства и ухаживая за любимой, поэтому, для полного восстановления, Линн обязательно нужно было больше отдыхать. Да и во сне ресницы Линноры так трогательно подрагивали, девушка сжимала в руках край одеяла и мирно сопела. Ханджи улыбнулась, умиляясь этой картине. Линн была просто очаровательной, но как бы майору не хотелось подольше полюбоваться спящей девушкой, надо было её будить. Эксперимент, который проводила учёная, пошел немного не по плану. — Линн, милая, — зашептала учёная ей прямо на ушко, заставляя девушку чуть поморщиться и постепенно вытягивая её из сладкой дрёмы, — Проснись, пожалуста, мне нужно тебе кое-что рассказать, — спросонья Линноре показалось, что голос майора звучит ниже, чем обычно, но девушка не придала этому внимания, лишь сильнее зарываясь в одеяло, прячась от Ханджи и собираясь вновь уснуть.       Но майор была настойчивой, она потянула с Линн одеяло, заставляя девушку устало проворчать что-то под нос и все-таки сесть на диване, обнимая свою подушку. Линнора смерила Ханджи обиженным взглядом, на что учёная лишь мягко коснулась губами её лба, оставляя невесомый поцелуй. — Ну Ханджи, я так устала, — Линн потянулась, хрустнув позвонками и откинулась обратно на смятую подушку, — Я хочу ещё немного поспать. — Милая, тут такое дело, — Ханджи замялась, глядя на Линнору, а девушка, в свою очередь, напряглась, — Я решила использовать эксперементальный образец того вещества на себе, — после этих слов сонливость Линн как рукой сняло и она вновь села на диване, внимательно и испуганно глядя на майора, — И так вышло, что… Я теперь имею все мужские половые признаки, — девушка тяжело вздохнула, понимая, почему голос командующей звучал ниже, чем обычно.       Линн потянулась к Ханджи, обнимая её и перемещаясь к ней на колени, как часто делала, сидеть вот так вот на коленях учёной было очень удобно, особенно, когда она занималась бумажной волокитой и можно было невзначай пересчитать шрамы на её плечах, поцеловать в щеку, или же в шутку оставить засос на нежной коже у изгиба плеча. Ханджи ворчала из-за обнаруженных в последствии меток и иногда оставляла в отместку на бледной шее девушки следы от укусов и мелкие бордовые пятнышки засосов. Но сейчас Линн намеревалась лишь удобно вздремнуть, без одеяла было холодно, а майор была тёплой. Грудь была непривычно жесткой, поэтому девушка устроила голову у неё на плече. — И это — та самая важная новость, ради которой ты прервала мой сон о бескрайнем море и его обитателях, которых я исследовала? — Линнора всё ещё была немного обижена на Ханджи и забавно поджимала губы, скрестив руки на груди. О море Линн вычитала из запретных книг с неброскими обложками и без рисунков, которые она нашла в завалах всевозможной литературы в кабинете майора. — Мне неловко тебя об этом просить, — Ханджи отвела взгляд, глядя на окно, за которым едва-едва поднималось солнце, — Но я бы хотела исследовать особенности мужского организма на себе, — после этой фразы, щеки Линн залились милым лёгким румянцем и она внимательно взглянула на лицо майора, пытаясь понять, шутит она, или нет. Линн, как врач, отлично понимала, о каких таких особенностях говорит учёная. Но по всей видимости, Ханджи было не до шуток. В Линноре боролись за и против, звучало предложение очень заманчиво, и в то же время, было немного страшно и волнительно. После недолгих противоречивых размышлений, Линнора решила согласиться. Ситуация смущала, но интерес взял верх. — Будь со мной нежнее, майор, — смущенно и едва слышно прошептала Линн, — Ты будешь моим первым мужчиной.

***

      Линн казалось, что большую часть дня она просто провалялась в постели: сначала в лаборатории, на этом неудобном узком диване, а потом в их совместной с Ханджи комнате, где кровать была намного больше и удобнее, ведь у командования есть свои привелегии. Девушка проводила так время уже не один день, слабость пока не до конца отпустила её после долгой болезни. От скуки, Линнора взяла пару книг с полки майора, полистала, не нашла интересных картинок и отложила обратно, сил на чтение тоже не было. Поэтому, стащив подушку со стороны кровати, принадлежащей Ханджи, девушка обняла её, прижимая к груди. Она скучала по учёной.       Командующая, скорее всего, сейчас донимала глупыми вопросами об особенностях мужского организма коротышку-капрала, а потом Аккерман со злости, скорее всего заставит рядовых снова и снова отмывать замок до блеска. Линн усмехнулась своим мыслям и провалилась в сон.       Линнора была права, майор и вправду сейчас висла на капрале, спрашивая его обо всём, что могло бы касаться того, что случилось с ней в результате опыта. А потом, уже настойчивее, Ханджи просила показать некоторые моменты, о которых нехотя говорил Ривай. А вот уже на эту просьбу, капрал послал её, обещая в следующий раз отправить на корм титанам.       Под вечер, когда Линн лениво читала книгу о психосоматических заболеваниях, закутавшись в одеяло и грея замёрзшие пальцы о тёплую чашку чая, в их комнату вернулась Ханджи, оставляя какие-то пометки в блокноте и задумчиво потирая переносицу. Она плюхается рядом на кровать и вздыхает, откладывая в сторону блокнот. Линнора поставила чашку на тумбочку у кровати и потянулась к майору, снимая с неё очки и убирая с её лица пряди волос. Девушка гладит Ханджи по щеке и прижимается к её плечу. — Я скучала по тебе, — шепчет Линн куда-то в изгиб шеи учёной. Тёплые пальцы майора касаются спины Линноры, поглаживая её талию сквозь ткань рубашки, что учёная отдала ей недавно. Командующая приподнимает лицо девушки за подбородок и нежно касается обветренными губами нежных губ Линн, завлекая в мягкий поцелуй. Ханджи всегда целовала нежно, мягко и ненавязчиво, иногда кусая её губы, чуть оттягивая, иногда используя язык. Тогда Линнора вздрагивала, тяжело выдыхая ей в губы и лишь сильнее прижимаясь всем телом к учёной и томно шепча: «Майор…»       У девушки был некий фетиш на то, чтобы называть Ханджи по званию, а она была и не против.       Линн чувствовала, как скользят под рубашкой вдоль спины сильные и такие горячие руки майора, как они щекотно касаются лопаток, пуская по всей спине мурашки. Девушка то и дело вздрагивала в руках Ханджи, прижимаясь ближе и чувствуя пальцами рельеф её плеч. Линнора даже не заметила, как оказалась на коленях учёной. Девушка зарылась пальцами в волосы майора, то поглаживая, то приятно оттягивая их и целуя её, пытаясь взять инициативу на себя, но почти мгновенно, инициативу забрала Ханджи, прикусывая нижнюю губу Линн и расстёгивая на ней рубашку, обнажая бледные плечи с россыпью веснушек, мягко проводя шершавыми подушечками пальцев по шее и ключицам девушки.       Пусть девушка и понимала, что майор видела её обнаженной однажды, но всё равно ничего не могла поделать со смущением перед ней, ведь тогда в комнате было ужасно темно, а сейчас комнату заливал приятный слабый тёплый свет от свечи, что стояла на столе. Линн казалось, что свеча горит слишком ярко, а все изгибы в этом свете казались мягче и нежнее. Учёная нежно провела вверх по талии Линноры, не обращая внимания на побелевший шрам на боку, чуть оттягивая резинку лифа под грудью и снимая его одним ловким движением, заставляя девушку краснеть и смущаться.       Губы Ханджи коснулись чувствительного места под ушком, горячий язык обвел ушную раковину, и Линн тихо застонала от приятного ощущения. Пальцы девушки не слушаются, и она с трудом расстёгивает пуговицы на рубашке ученой, не чувствуя привычной мягкой груди под пальцами. Как только Линнора сняла с майора рубашку, то почти сразу же ощутила спиной прохладные простыни и почувствовала, как Ханджи несильно кусает изгиб её шеи, а потом ещё раз и ещё, заставляя Линн тяжело дышать и цепляться пальцами то за её плечи, то за простынь. — Ты такая красивая, ты это знаешь, пташка? — шепчет Линноре на ушко майор приятно-низким голосом, от которого сводило низ живота.       Девушка не смогла ничего сказать в ответ, губы приоткрылись в беззвучном стоне, потому что губы Ханджи переместились на шею, оставляя небольшое алое пятнышко на самом видном месте, а потом дорожкой нежных поцелуев спускаясь на грудь Линн.       Командующая подняла голову и взглянула в глаза девушке затуманенным взглядом, полным желания. Горячие руки накрыли её грудь, чуть сжимая. Зое улыбнулась, чувствуя, как под ладонями твердеют соски. Линнора тяжело выдохнула, цепляясь пальцами за плечи Ханджи и чуть царапая кожу короткими ногтями. — Ты просто прекрасна, милая, — прошептала майор, проводя пальцами по животу девушки и касаясь губами её груди, проводя языком по соску и чуть прикусывая его.       От такого действия Линн выгнулась в руках командующей и вскрикнула, запуская руки в волосы майора и оттягивая их: Ах, Ханджи!       Ханджи играла с грудью девушки, чередуя нежные ласки и поглаживания со слабыми укусами и наслаждаясь стонами возлюбленной. Ещё немного прикосновений, и командующая спускается ниже, проводя языком по кромке шрама на боку, чувствуя, как Линн вздрагивает от этого действия.       Командующая смотрит на раскрасневшуюся Линн, дыхание девушки сбивалось, как от тяжелой тренировки, а во взгляде плескалось неозвученное желание. Ханджи поддевает кромку пижамных брюк и снимает их с Линноры, оставляя ту в одном белье и заставляя краснеть ещё сильнее. Проскользив кончиками пальцев по нежной коже бёдер, учёная разводит ноги девушки, удобно устраиваясь между ними и почти невесомо касаясь ладонью внутренней стороны бедра. — Я хочу тебя, майор, — голос Линн был хриплым и говорила девушка ниже, с придыханием, затуманенно глядя на Ханджи. Между ними так и искрила страсть, казалось, что ею можно обжечься, а Линноре казалось, что в голове совсем не осталось мыслей, так она была поглощена любимой.       На слова Линн, Ханджи лишь прижалась возбуждённым членом сквозь ткань брюк к бедру девушки, давая понять, насколько возбуждена. Линнора вздрогнула, в груди волнительно тянуло, а майор опустилась между её ног, снимая с неё бельё и оставляя абсолютно обнажённой. Её губы оставили несколько мягких поцелуев на нежной коже внутренней стороны бедра, на что Линн сдавленно охнула, сжимая пальцами простынь.       Ханджи почувствовала, как пальцы девушки запутались в её волосах, нетерпеливо надавливая на затылок. Линн перебирала пальцами волосы майора, желая поскорее ощутить на себе эти жгучие, распаляющие прикосновения. Ещё мгновение, и Линнора чувствует, как учёная несильно надавливает языком на чувствительный комочек плоти, девушка стонет, прикусывая пальцы на руке, боясь быть слишком громкой, а пальцы в волосах командующей невольно сжались, приятно оттягивая пряди.       Майор то дразнила Линн, надавливая языком совсем несильно, то проводила с большим нажимом, чувствуя, как бёдра девушки под ней дрожат от напряжения. Дыхание Линноры казалось, стало ещё более тяжёлым и прерывистым, девушка не то хотела свести бёдра, не то желала раскрыться перед Ханджи сильнее.       В один момент, Зое скользнула языком ниже, проникая в девушку, и та, не сдержавшись, простонала во весь голос что-то несвязное, сильнее надавливая на затылок майора. Колени Линн дрогнули, раздвинулись шире, девушка не могла контролировать стоны, её грудь тяжело вздымалась и сама она отдалась в полную власть этих умелых рук и языка. Линнора подавалась вперед, открываясь Ханджи как никогда раньше. Майор вздрогнула от мыслей о беспомощности и доверии Линн по отношению к ней, и эти мысли тяжело отдались возбуждением внизу живота, делая эрекцию почти болезненной.       Не в силах больше терпеть это возбуждение, Ханджи оторвалась от ласк, слыша разочарованный стон Линноры, и быстро избавилась от форменных брюк, что неприятно сдавливали возбужденный член. Линн вздрогнула, когда почувствовала, как горячая головка члена упирается во вход, слабо надавливая, но не проникая внутрь. Командующая наклонилась к девушке, касаясь губами её губ, вновь целуя глубоко и развязно, скользя ладонями по груди и очерчивая пальцами талию Линн. — Ты готова, пташка? — голос Ханджи звучал нежно и чуть хрипло, так приятно, что аж ноги сводило. — Для тебя я всегда готова, Ханджи, — едва слышно прошептала Линн, прикрывая глаза от смущения, а в голове шумело от возбуждения. — Смотри на меня, детка, — этот властный голос и пальцы, приподнимающие лицо девушки за подбородок лишь подливали масла в огонь. Линнора невольно приоткрыла рот, тяжело дыша в предвкушении, и вот, Ханджи сильнее надавливает головкой на вход, и входит в неё до упора, растягивая почти болезненно, а Линн выгибается в спине до хруста позвонков, проводя ногтями по коже на лопатках майора и оставляя алые полосы, простонав при этом имя командующей прямо ей на ушко.       Ханджи захлестнуло ощущениями с головой: внутри Линноры было узко и горячо, майор отчетливо ощущала жар тела девушки. А как только Линн чуть сжалась, чтобы полностью прочувствовать новые ощущения, Ханджи сдавленно застонала, чувствуя, как это незамысловатое действие посылает жаркий импульс по всему телу. Для большего удобства, Линнора закинула ноги командующей на талию, а Зое подалась назад, выходя почти полностью, после чего вошла до конца, слыша сладкий стон Линн. Не сдержавшись, Ханджи убрала пряди волос с шеи девушки и сжала зубами кожу, вновь толкаясь в неё, заставляя Линнору сильнее сжать её талию коленями и сильнее вцепиться в плечи, раз за разом слыша негромкие стоны.       Майор стала двигаться в девушке чуть резче, сильно сжимая её мягкие бёдра, то и дело оставляя алые метки на плечах и груди Линн. Линнора кусала губы от противоречивых ощущений: от легкой боли от укусов и сладкого возбуждения внизу живота, что с каждой секундой возрастало. Девушка вновь зарылась пальцами в волосы Ханджи, притягивая её к себе и целуя, мягко сминая губы учёной и невольно простонав от особенно глубокого проникновения.       Ханджи чувствовала, насколько близка к тому, чтобы получить желанный оргазм. Движения отдавались острым, сладким возбуждением внизу живота, а когда Линн снова сжалась изнутри, майор едва успела выйти из неё, и белёсые капли упали девушке на живот. — Вот чёрт, совсем немного оставалось, — тихо выдохнула Линн, явно ещё пребывая в лёгкой неге от произошедшего. Прикрыв глаза, девушка отдалась ласкам Ханджи, майор вновь гладила её грудь и живот, чуть размазывая капельки семени. — Второй заход, милая? Побудешь сверху? — прижимаясь ближе к Линноре прошептала командующая, отчего по коже Линн побежали мурашки.       Одно мгновение, и девушка уже сидит на бёдрах Ханджи, чувствуя, как в неё упирается вновь возбужденная плоть. Чуть приподнявшись, Линн направила её в себя, чувствуя, как член постепенно заполняет её, а Ханджи аккуратно придерживает за талию, не давая опуститься слишком резко. Опустившись до конца, Линнора тихо простонала и чуть поёрзала, вновь привыкая к этому чувству заполненности.       Девушка оперлась руками о грудь майора и резко двинулась, почти выпуская член из себя и с пошлым звуком вновь принимая его в себя до основания. Ханджи тихо стонала, наслаждаясь прекрасным силуэтом Линн, поглаживая ее мягкую грудь и изредка толкаясь в неё, стараясь войти глубже. Напряжение в паху возрастало, но Линнора замедлила движения, сжимаясь изнутри и осторожно вращая бёдрами. Учёная охнула от нового ощущения и взглянула на лицо Линн: глаза были прикрыты, ресницы чуть дрожали, губы приоткрыты, будто бы маня к себе и требуя поцелуя, а щеки покрывал легкий румянец. Её сердце пропустило удар, а возбуждение накрыло с головой.       Ещё пара движений и Линнора выгибается в экстазе, не успевая соскользнуть с члена Ханджи и чувствуя, как внутри становится горячо и липко. Девушка осторожно поднимается, всё ещё чувствуя покалывание во всем теле и тяжело переводя дыхание. Сил на то, чтобы пойти и смыть с себя пот и сперму не было ни у одной из них, поэтому Линн лишь сворачивается клубочком под боком у Ханджи на разворошенной кровати, прижимаясь спиной к её груди и поглаживая руку, которой майор обнимала её за талию. Перед тем, как уснуть, Линнора почувствовала поцелуй в макушку и услышала нежный шепот командующей: Я люблю тебя, Линн.

***

      На следующее утро Линнора проснулась, прижимаясь ко вновь мягкой груди майора и закинув ногу ей на бедро. Всё тело неприятно ломило, поэтому, чуть поёрзав, устраиваясь поудобнее, Линн вновь положила голову на грудь Ханджи и задремала, чувствуя слабые поглаживания по спине. Она случайно разбудила майора. Последними в глаза бросились яркие алые метки на шее командующей, но девушке слишком хотелось спать, чтобы придать этому значение.       Второй раз Линн проснулась от того, что кто-то бесцеремонно открыл дверь и, чуть не споткнувшись о стопку книг на полу у порога, а потом чуть ли не растянувшись вдоль этих книг, крикнул: — Линн, у меня для тебя важные но… — это был Кай, но ему пришлось оборвать фразу на полуслове. Он всё-таки заметил, в каком положении и с кем находится сестра. Видя обнаженную спину, едва выглядывающую из-под одеяла, видя засосы на шее Линноры и майора, на которой та спала, парень лишь мог пробормотать под нос: Упс, помешал…       И после этих слов, Каю пришлось ретироваться под недовольный и испепеляющий взгляд Линн и многозначный взгляд Ханджи, которая всё ещё обнимала девушку.       Линнора попыталась встать, но тут же болезненно зашипела: на бёдрах расцветали синяки, вся шея была в засосах и кровоподтеках от особенно сильных укусов, а на внутренней стороне бёдер неприятно стягивала кожу засохшая сперма. Тяжело вздохнув, Линн взглянула на Ханджи. Она выглядела не лучше: вся в алых пятнышках засосов, что уже начинали темнеть и с расцарапанной спиной, зато эффект той жидкости, что испытала на себе учёная, уже истёк.       Ханджи тоже поднялась с кровати, подходя к Линноре и обнимая её. Майор наклонилась к девушке и оставила на её губах невесомый поцелуй со словами: — Давай это останется нашим маленьким секретом, милая?