Репортаж

Вдох, выдох, вдох, выдох… Катя остановилась на секунду, перевела дыхание, прижалась к покореженному стволу тополя, боясь оглянуться. «Боже, боже, боже… что за тварь там была?! Далась мне эта погоня за сенсацией!» «Оно его утащило! Теперь оно придет за мной! Черт, черт, черт!». Шорох вдали заставил девушку вновь пуститься в путь. Катя двигалась быстро, пытаясь не шуметь. Рыжий локон выбился из-под кепки, волосы упрямо лезли в глаза и рот. Неестественно искореженный, мерзко-ржавого цвета лес шумел под порывами холодного октябрьского ветра, шафрановое солнце, некогда нещадно иссушившее траву до чуть ли не кирпичного цвета, ослепляло, но не грело. «Вперёд! Немного ещё осталось… В Страхолесье уже ждет машина, Дима отвезёт обратно в Киев, сдам материал и забуду все, как страшный сон! Кот же говорил что тут безопасно, что тут нет монстров!..» О судьбе сталкера, проводившего ее до объекта и почти выведшего с Зоны девушка старалась не думать. Шансов вернуться обратно незамеченной, почти не осталось, но… Пока дышу, надеюсь, верно? Катя всхлипнула, но быстро взяла себя в руки. Реальность была похожа на страшный сон. Вдалеке показался забор с колючей проволокой. Девушка заставила себя остановиться, сделала глубокий вдох и пошла медленно, аккуратно ступая на палую листву. «Почти всё, почти всё… я иду!» *** Стоя на пригорке и осматривая территорию в бинокль прапорщик Пелипонько вначале не поверил своим глазам, когда увидел как из леса выбежала девушка. «Зона что ли шутит?» — вспыхнула первая мысль в его голове. Он убрал бинокль, зажмурился, и вновь взглянул в окуляры. Нет, ошибки быть не может. — Отделение, нарушитель! За мной! *** — Стоять! Оружие на землю, руки за голову! — грозный мужской окрик заставил девушку остановиться. Катя медленно обернулась, обреченно разглядывая военный патруль: пятеро высоких крепких мужчин, оружие направлено в ее сторону. — Я… это не… — голос дрогнул, горячие слезы покатились по щекам. Попалась. После всего, что ей пришлось пережить. Пока девушка брела за военными, в её голове всплывали гротескные воспоминания последней недели, полные кошмаров; горькие слёзы страха и обиды текли по щекам. Зона был ужасна и прекрасна одновременно. Она явно была порождением чего-то чуждого этому Миру, таила в себе загадки и опасности, несметные богатства и знания. Когда Катя договаривалась со сталкером, чтобы тот вывел её к месту по координатам, которые передал информатор, девушка была в недоумении: сталкер, настаивал, он ходил через эту точку пару раз и там ничего нет, лишь небольшой лесок. Катя сказала, что это не его проблемы. В конце концов, она подняла цену вдвое, дала задаток и мужчина, пожав плечами, согласился. Кот — так представился проводник при встрече — грамотно довел её до точки: небольшого леска на холме, минуя аномалии и прочие опасности ЧАЗ. Довел и с ехидной усмешкой поинтересовался: «Ну, что я говорил? Лес как лес, дамочка, ничего интересного. И стоило сюда переться, потратив кучу денег и ежесекундно рискуя жизнью? Не верите мне, сами посмотрите, аномалий тут нет, я проверил.» Катя в недоумении ходила меж деревьев. Источник был надежный, как же так? Неужели обманул? Девушка со всей силы пнула ногой кучу листьев и вскрикнув упала на землю. Подбежавший Кот оглядел ногу, буркнул: «До свадьбы заживет,» — и с нескрываемым интересом разгреб листву: «Ну-ка, что это у нас тут?» Их изумленному взору предстал ржавый люк. Сталкер махнул рукой, мол, отползи чутка. Надел противогаз, попробовал открыть крышку. Та, не с первого раза, но все же, с душераздирающим скрипом, поддалась. Кот, убедившись что все в норме, насколько это слово уместно для Зоны, снял противогаз и посветил фонариком в разверзнутую пасть люка. Шахта была не очень глубокой, вниз вели скобы, вмонтированные в стену, образуя лестницу, оканчивающуюся кафельным полом из стандартной плитки голубого цвета, коей так любили облицовывать стены и полы в туалетах и медицинских учреждениях в эпоху СССР. Спустившись следом за сталкером, девушка оказалась в длинном прямом коридоре, который оканчивался завалом метров, примерно, через двадцать пять. По бокам коридора виднелись три гермодвери со смотровыми окошками: две слева и одна справа. Спертый, затхлый воздух, пыль, поблескивающая в луче фонаря сталкера, противоестественная тишина, — всё создавало гнетущую атмосферу напряжения. Дыхание сталкера участилось, безотчетный страх обуял даже его. Искажения света в завале и висевшие в воздухе, нарушая все законы физики, куски бетона, четко давали понять, что коридор обвалился не сам по себе: гравитационная аномалия, материализовавшись, своей чудовищной, чуждой этому Миру энергией, заставила его схлопнуться, будто бы кто-то сжал этот участок туннеля словно фантик. Сталкер тем временем медленно продвигался вперед. Заглянул в окошко первой двери: стол, стул, какие-то документы и записи на столе, местами погрызанные крысами, медицинские плакаты, с выцветшими от времени изображениями внутренних органов и линий вскрытия и доска, исписанная физическими формулами. Странное сочетание. Потянув дверь на себя — та, на удивление, открылась легко — Кот пропустил Катю вперед, а сам остался наблюдать за коридором. Девушка сделала несколько фотографий и принялась изучать документы: куча формул и описаний каких-то экспериментов, разбираться и читать вдумчиво не было времени. Надпись на одной из папок гласила:"Отчет по подопытному №43,» — и примечание в углу — Успех! Значительное увеличение пси-способностей! Катя сунула папку в сумку, осмотрела помещение — больше ничего интересного — и вышла в коридор. Безотчетный страх все нарастал. Её провожатый стал заметно тревожнее. Судя по всему, он тоже ощущал нечто подобное, но Екатерина решила не нервировать мужчину лишними расспросами. Направились к следующей двери. Вновь беглый взгляд через смотровое окно — помещение с большими аппаратами, похожими на колбы: две разбиты, вокруг них на полу виднеются пятна. Луч фонарика осветил внутренности колбы и Катя зажала рот руками, дабы не закричать: внутри находились кости какого-то существа. Третья колба была целой, мутная жидкость слабо опалесцировала в свете фонарика, поэтому никак не удавалось разглядеть, что находится внутри. Сталкер взглянул на Катю. -Заходить будем? Она вновь взялась за фотоаппарат и, сглотнув, кивнула. Дверь открылась с трудом, они вошли внутрь. Эхом разнесся скрип петель, в воздухе витал сладковатый запах гниения. Кроме трех колб, от которых в пол уходили гофротрубки, в комнате больше не было другого оборудования или мебели. Подойдя к не разбитой колбе, они смогли разглядеть труп существа, что отдаленно напоминало человека без ног, с деформированными чертами лица и непропорционально большой головой, практически лишенной шеи. Катя сделала серию фотографий, а затем, махнув рукой сталкеру, вышла в коридор. Стоя у последней двери девушка почувствовала, как к страху примешивается странный писк в ушах, словно назойливое насекомое пробралось в голову. Заглянув в окошко они увидели комнату, что была обставлена столами с различными инструментами, на стенах висели схемы, чертежи, формулы. Посреди комнаты на столе стоял прибор, напоминающий огромный фонарь, центральная часть которого находилась за защитным стеклом и светилась тусклым голубоватым светом. Дверь поддалась и открылась, и их сознание в ту же секунду словно захлестнуло волной. В голове возникли видения ослепительного и прекрасного Нечто — огромный светящийся камень, разговаривал с ними, окутывал теплом, заботой и своим восхитительным сиянием… Вот смысл жизни: служение Ему! Он велик в своей мудрости! Он даёт силу и счастье! Слава Монолиту! И свет, что исходил от него, заставил их опуститься на колени и слезы счастья градом катились по её лицу. Прозвучала автоматная очередь. Резкая вспышка! И разум Кати поглотила темнота. *** Катя прикусила губу, оттерла ладонью слезы, стараясь не вспоминать. *** -…Павлова Екатерина Юрьевна, 24 года, родной город — Чернигов, — мужчина, назвавшийся начальником КПП майором Гордеем Антоновичем Сидоренко, повертел в руках паспорт девушки, отложил его и потянулся за удостоверением журналиста. — Какими судьбами к нам? — обманчиво доброжелательным тоном спросил он, поглядывая на Катю маленькими темными глазками. — Я… — Катя посмотрела на стакан воды стоящий перед ней и обхватила его ладонями, — приехала, чтобы провести журналистское расследование. Из угла раздался неприятный смешок, девушка вздрогнула, но заставила себя не оборачиваться. Они сидели в маленькой комнатушке на КПП: Екатерина верхом на жесткой табуретке, через стол напротив нее — майор Сидоренко, в углу — напрягающий и раздражающий элемент — некто капитан СБУ Романенко Игорь Владимирович, как аттестовал его майор. Игорь Владимирович почти ничего не говорил, но Катя, почему-то, боялась его куда больше майора. — Вы знаете, что грозит за незаконное проникновение в ЧАЗ? — безмятежно спросил Сидоренко, не глядя на девушку. Она сглотнула. — Лет двадцать колонии? — Двадцать пять. От спокойного голоса майора по спине у девушки побежали мурашки. — А… может быть как-то можно ну… договориться? — неуверенно спросила она, наклоняясь чуть вперед. Майор на секунду закатил глаза и тут же вновь уставился на девушку. — Договориться? Вы хоть понимаете серьезность ситуации в которой оказались? — ответил он, многозначительно глядя на Катю. Та горестно вздохнула, еще крепче стискивая стакан. — Как вы попали в Зону? — раздался чуть хрипловатый голос капитана Романенко. — Ну? Мы ждем, — тут же поддакнул майор. — М… мне помог один человек, — ответ был очевидным и Катя не стала скрываться. Как минимум сейчас. — Продолжайте, — кивнул Сидоренко. — Сталкер. Никаких особенных примет. Имени не сказал, просил называть его Кот, — девушка говорила чистую правду. — И куда же он пропал? — Он… — голос девушки дрогнул, она замолчала, потянула к себе стакан воды и сделала глоток. Вспоминать по-прежнему не хотелось. — Ну, — поторопил майор, в интонации послышались стальные нотки. — Его утащил монстр, — тихо сказала Катя, не поднимая глаз. В голове вихрем пронеслись воспоминания: вот они вдвоём идут мимо зарослей орешника, она чуть позади, сталкер впереди, внимательно осматривая территорию. — Аномалий и опасных мутантов тут встретить уже практически не реально, а вот военные шастают частенько, — сказал мужчина. В этот момент куст орешника слева от него разошелся будто бы сам по себе, время для Кати остановилось. Ужас спрессовал короткие мгновения в целую вечность. Сбоку от сталкера появилась ужасающая тварь, похожая на обнаженного человека, вместо нижней челюсти — свисающие, омерзительные щупальца, с которых капала слюна. Тварь схватила сталкера лапами и, рванув на себя, исчезла вместе с бедолагой в кустах. Катя, онемев от ужаса, побежала со всех ног, не разбирая пути. Полные нечеловеческого страдания вопли сталкера, преследовавшие её, наверное будут являться в кошмарах до конца жизни. Сидоренко хотел было что-то уточнить, но капитан, сидящий в углу, подал мужчине знак, и тот промолчал. — Ладно, — сказал, наконец, Сидоренко, — зачем ты в Зону полезла, Катя? Он внезапно перешёл на «ты» и было в этом обращении что-то снисходительно-презрительное. — Репортаж делать, — девушка сжала губы и взглянула в глаза майору, — люди должны знать, что находится там, за ограждением! — убежденно добавила она. — Ну и как, нашла что интересное? — фыркнул Сидоренко. — Нет, — Катя пожала плечами, — зря только всё затеяла. — Ой ли? — майор немного помолчал. — Давай-ка мы твою камеру глянем. — произнес он со всей возможной задушевностью. Катя помедлила, но камеру отдала. Положение было скверным, хуже не придумаешь, права качать не выйдет. Сидоренко покрутил фотоаппарат и передал его капитану Романенко. Тот ловко достал флэшку и мужчины направились к столу, на котором стоял допотопный компьютер. Романенко вставил флэшку в адаптер, скинул фотографии на жесткий диск и, вместе с майором принялся их методично просматривать. Екатерина спокойно разглядывала свои руки, хотя сердце ее колотилось, как бешеное: она знала, что мужчины ничего не найдут. И, действительно, примерно через двадцать минут капитан и майор оторвались от созерцания красот осенней Зоны и повернулись к задержанной. Девушка сделала глоток воды и аккуратно поставила стакан на стол, стараясь не встречаться с мужчинами взглядом. — Ну серьезно, барышня, — задумчиво произнес капитан, — вы далеко не первый репортер в ЧАЗ, уверен, что здесь не все фотографии, которые Вы сделали… — Но вы только что просмотрели мою флэшку и… — Катя, Катя, — от вкрадчивого голоса майора Сидоренко у нее по спине поползли мурашки, — отдай вторую флэшку. Сама. — Я не понимаю, о чем вы говорите, — хмуро отозвалась девушка. Майор пожал плечами и заговорил строгим официальным голосом: — Вас необходимо обыскать. Женщин у нас тут не служит, к сожалению, так что… Раздевайтесь и складывайте одежду на стол. Обувь тоже снимайте. — Но… Я… — Катя беспомощно уставилась на майора: взгляд его был непреклонен. Девушка вздохнула и принялась расстегивать куртку. Она предполагала подобное развитие событий, но раздеваться перед мужчинами всё равно было неприятно. Сидоренко тщательно осматривал куртку, шов за швом. Екатерина стянула ботинки и пыталась снять штаны — непослушные пальцы никак не могли справиться с тугой пуговицей. Вдруг майор издал торжествующий смешок и повернулся к капитану Романенко, держа в руке флэшку. Еще одну. — Ладно, хватит. Дальше можешь не раздеваться, — обронил капитан, направляясь к компьютеру. Флэшка — та самая, которую Катя вставила в фотоаппарат, когда добрались до объекта — тускло поблескивала в ладони мужчины. Информатор уверял, что на объекте — засекреченном НИИ времен СССР, так называемом «почтовом ящике», у которого нет названия, только лишь порядковый номер — Катя сможет найти нечто сенсационное. Мужчины принялись рассматривать фотографии: вход в лабораторию, обшарпанные стены, двери с узкими окошками, колба с истлевшими останками мутанта, таинственный фонарь, который Катя успела машинально сфотографировать лишь пару раз, до того, как волна света захлестнула ее с головой. — Екатерина Юрьевна, — капитан Романенко обернулся к девушке, посмотрел прямо и строго, — расскажите обо всём, что видели. Положение серьёзней некуда, не в ваших интересах лгать и юлить. Тем более после того, как пытались обмануть нас и скрыть эти фотографии. Давайте по порядку. Вы попали в Зону… Катя всхлипнула, прикусила губу и отвернулась, не в силах выдержать властный взгляд капитана. Теперь она — преступница и полностью в их руках. «Двадцать пять лет в заключении…» — пронеслось в голове девушки. — Ну, Катя, — голос Сидоренко звучал утешающе, почти ласково, — мы уже посмотрели фотографии. Доказательств твоего присутствия в ЧАЗ предостаточно. Просто расскажи, что видела. Девушка с тоской посмотрела на майора, вздохнула и принялась за рассказ. Остановилась только, когда дошла до комнаты с фонарём, замолчала и умоляюще взглянула на Сидоренко. — Ну, а дальше что? — мягко спросил майор. — Не помню, — девушка расстроенно пожала плечами, — я почувствовала… Свет? Мощь?.. Не знаю. Помню, упала на колени, плакала вроде бы, потом темнота. — А потом? — холодный голос капитана Романенко заставил поежиться. — Можно еще воды? — тихонько попросила Катя. Капитан прорычал что-то нечленораздельное и с громким стуком поставил на стол графин с водой. — Задержанная. Вы тратите моё время и я уже теряю терпение. В ваших интересах рассказать всё и побыстрей. — Да, да, я всё расскажу, — торопливо произнесла девушка. *** Свет, свет заполнил её голову. Он разговаривал с ней, и его голос, успокаивающий, отеческий, дающий уверенность и спокойствие, был словно хор сотканный из множества голосов. Он направлял её. Звал к себе. И она четко знала куда ей идти чтобы прийти к нему. Туда, к центру Зоны. Там он обещал ей открыть истину. Потом были выстрелы и она, должно быть, потеряла сознание. Пришла в себя от того, что сопровождающий сталкер, тряс её за плечо. —Жива? Чуть было не влипли.Это была компактная пси-установка, если б не мой случайный выстрел — бродили бы мы сейчас с тобой идиотами по этому подвалу и лопотали бы всякий бред. — Кот устало откинулся к стене и шумно выдохнул. — Ладно, пронесло, хвала Зоне, пора выбираться. Сталкер встал и, подав руку, помог Кате подняться. Она сделала несколько снимков выведенного из строя устройства и они направились к выходу. Покинув бункер, Катя заменила флешку в фотоаппарате и спрятала её в потайной карманчик в шве куртки. Кот повёл её к «Большой Земле». Шли осторожно, сталкер очень нервничал и то и дело приказывал ей сесть, а сам к чему-то прислушивался. Они как раз находились на вершине небольшого холма, когда проводник вдруг махнул ей рукой, мол — ляг, быстро! — и сам тут же упал в траву. Достал бинокль и стал смотреть в сторону небольшой лощинки, что была от них в метрах трёхста. Затем витиевато выругавшись произнёс ни к кому не обращаясь: «Вляпались. Фанатики.» Спрятал бинокль и прошептал ей: «Отползай назад, быстро! И не вставай пока я не разрешу!» Неожиданно тишину заполнили звуки выстрелов. Кате даже почудилось будто кто-то крикнул — Свободу не остановить! Она вжалась в землю от страха в очередной раз проклиная себя за то, что пошла в ЧАЗ за сенсацией. Никакие деньги и слава не стоят того, чтобы расстаться с жизнью. Кот встал и, поманив за собой, быстро побежал вниз по холму. Когда они остановились, перевести дух, мужчина кивнул Кате. — Везучая ты. Фанатики сцепились со свободовцами, вот мы под шумок и свалим, не будем мешать парням, — он хохотнул и они продолжили путь к периметру. *** — Ну что, оформлять будем? Или обойдемся кратким рапортом об очередном неучтенном лице, убитом при задержании? — спросил Сидоренко, кивая на девушку, сидевшую в углу и тоскливо глядящую в окно: Катя рассказала всё, что могла. Майор с капитаном стояли в дверях комнаты и тихо переговаривались. — Нет, слишком долго и муторно по первому варианту. Да и второй не подходит: её показания будут ценны для наших аналитиков, нужно допросить более подробно. Заберу в контору. — Ну… хорошо, — замявшись, произнес Сидоренко. Не нравилось ему, это всё, но СБУшнику виднее. Мужчина еще раз окинул хрупкую фигурку задержанной взглядом и сел за стол. — Капитан, но в рапорте по происшествиям, я укажу все как полагается. — Само собой. — произнес Романенко, взял всхлипывающую Катю под локоток — сильная ладонь не давала шансов вырваться, и добавил обращаясь к девушке — Пойдем, бедолага. Выведя журналистку из здания, он усадил её на задние сиденья старого уазика устроившись рядом. Дорога до Киева занимала два часа. Катя с тоской смотрела на унылые пейзажи мелькавшие в окнах, оплакивала свою судьбу. Зря она согласилась на эту работу, зря полезла в Зону и теперь, пережив столько и попавшись так глупо, должна распрощаться со свободой. Девушка вытерла слёзы рукавом и с ненавистью посмотрела на капитана Романенко, спокойно сидевшего рядом и о чем-то размышлявшего. Машина въехала в город и Романенко приказал остановиться, Катя недоуменно нахмурилась. — Почему мы остановились? — спросила она и принялась нервно накручивать локон волос на палец — Скоро узнаете, — бесстрастно ответил капитан. — Выходите. Катя, ничего уже не понимая, послушно вышла из машины, прокручивая в голове разные варианты развития событий и недоуменно посмотрела на мужчину: тот полез в карман, достал флэшку и протянул её девушке. — Вот, держите. И сумку свою с документами возьмите. — Но… Но… Я думала, вы везете меня… — пролепетала Катя, поспешно забирая вещи, спрятала флэшку в потайной кармашек куртки и изумленно уставилась на капитана. — Всё, свободна — хмыкнул тот и ехидно улыбнулся — Материал опубликуешь где-то через месяц, а пока уезжай из города. Советую залечь на дно и не высовываться. И помни, если опубликуешь раньше, мы найдем тебя даже в Зоне. — Я все сделаю как Вы сказали, но. . Почему вы отпускаете меня? — недоверчиво спросила Катя, крепко сжимая в руках сумку. Капитан лишь усмехнулся, не удостоив Катю ответа и молча сел в уазик, который тут же тронулся с места и затерялся в общем потоке машин. *** — Так точно, товарищ полковник. Статья выйдет примерно через месяц. — Романенко стоял перед столом своего начальника, полковника СБУ Артемчука. — Отличная работа, капитан. — Артемчук кивнул майору, приглашая его сесть. — Если всё пройдет так как задумано, то армейское начальство ждет крупная чистка за такой фееричный прокол и крупную утечку информации, а значит подёргав за ниточки мы сможем посадить своих людей в нужные нам кресла. Это уже дело техники. Благодарю за службу, капитан. Полковник достал из шуфлядки стола бутылку коньяка, две рюмки, наполнил их и протянул одну Романенко.