На крыше в жаркий день

      — Просыпайся, болван, — прозвучал голос Цукишимы как-то отдалённо, словно через толщу воды.       — «Цукишима?» — подумал Ямагучи, чуть приоткрывая глаза.       Цукишима сидел на корточках рядом с ним и смотрел ему прямо в лицо поверх своих очков.       — Не думал я, что ты будешь так беспечно дрыхнуть здесь, — выдохнул Цукишима, прикрыв глаза. — Не боишься, что тебя может кто-нибудь поцеловать или ты простудишься. Сейчас хоть и лето, но ясному небу я доверять не советую.       Он поправил очки с совершенно невозмутимым лицом, а потом сел рядом, подтягивая длинные ноги к груди и обхватывая их за колени руками. Ямагучи прыснул со смеху и перевернулся на бок, для удобства подкладывая руку под голову.       — На лестнице слишком жарко, ты же знаешь, а здесь ветерок. Если прилечь в тени, то можно очень хорошо выспаться, — он протянул свободную руку и потеребил тонкую пристегнутую к ремню Цукишимы и свисающую на прохладный бетон цепочку, что бросилась ему в глаза секунды три назад. Она приятно холодила пальцы, и Ямагучи не заметил, как Цукишима стал на него пялится.       — Что ты делаешь? — спросил он.       — А? — Ямагучи посмотрел наверх, прямо в два золотых глаза, скрытые за прозрачным линзами и улыбнулся так, как может только он: мягко и ярко, словно он ещё одно солнце, освещающее сердце только этого парня. — Просто смотрю, что может быть холоднее: твои руки, манера речи или мой подарок. Твои руки пока лидируют.       — Идиот, — брякнул Цукишима и отвернулся. Кончики его ушей покраснели, от чего Ямагучи расхохотался и перевалился на спину. Смеялся он недолго, от силы полминуты, а потом затих, закидывая руки за голову.       — Ты говорил, что меня может кто-нибудь поцеловать, если я буду здесь спать, — сказал Ямагучи, смотря в голубое небо, где не было и намека на облака.       — И? — Цукишима сделал вид, что не понял намёка.       — Про то, что крыша открыта знают только я, ты и те два идиота из волейбольного клуба, — продолжил Ямагучи, как ни в чем не бывало.       Цукишима промолчал.       — Так кто же может меня поцеловать? — спросил Ямагучи, поднимаясь.       Цукишима даже не дернулся, когда Ямагучи произнёс эти слова.       — О! — протянул Ямагучи. — Точно! Может та девчонка, которой я отказал в прошлом месяце? Она продолжает греть те чувства, которые питает ко мне и всё также следит за мной, поэтому знает про это место. Как тебе такое, Цукишима? Может ли это быть правдой?       Ямагучи придвинулся к нему почти в плотную, пакостливо ухмыляясь.       — Ну, так что, Кей? Кто может поцеловать меня?       Цукишима не выдержал, резко повернулся, соприкасаясь с носом Ямагучи, но не отстранился назад, когда это произошло.       — Я, вот кто может тебя поцеловать, придурок! — прохрипел он.       — «Кажется, у него горло пересохло.» — подумал Ямагучи, но эта мысль сразу же ушла на второй план.       Ямагучи заухмылялся сильнее, засверкал глазами, словно подстрекая Цукишиму на действие, и Цукишима сделал то, чего он хотел: молниеносно подался вперед, накрывая своими губами чужие.       Ямагучи ответил сразу же, обхватил шею Цукишимы руками, притягивая его к себе поближе.       Они быстро вошли в раж, и через секунду Цукишима по-хозяйски блуждал языком по чужому рту. Он проходился по зубам и нёбу, перехватывал язык и толкал его назад. Ямагучи почти задыхался от этих ощущений. Ему было приятно, его лицо покраснело, он разомлел, полностью отдавшись Цукишиме, но продлилось это недолго, хоть Ямагучи и показалось, что прошла вечность. Воздуха в его легких критически не хватало, и он цапнул Цукишиму за губу, спасаясь.       — Чёрт, — произнёс Ямагучи, упираясь лбом в плечо Цукишимы. — Ты просто зверь. Когда только успел научиться так целоваться?       Цукишима приобнял его за талию и, утирая кровь с нижней губы, ответил:       — Это был мой первый поцелуй.       — Что? — Ямагучи повернул голову в его сторону. — Первый? Господи…       Он снова уткнулся в плечо Цукишимы, на этот раз зажимая пальцами его рубашку.       — Какой ужас, с кем я связался?       — Тебе не понравилось? — поинтересовался Цукишима.       — Нет, — коротко ответил Ямагучи.       — Значит… — Цукишима раскинул мозгами. — Ты будешь встречать со мной?       — Нет, я боюсь представить, что будет дальше. Может, ты сожрешь меня или я никогда не смогу тебя бросить. Только представь, мы с тобой вместе до самой старости…       — Но ты никогда не узнаешь, если не попробуешь.       — Ха-а, — выдохнул Ямагучи. — Когда ты в философы заделался?       — Не знаю.       — Это был риторический вопрос.       Они замолчали и молчали вплоть до звонка на урок.       — Ты не пойдёшь? — спросил Ямагучи тихо, не отпуская его.       — Нет, — ответил Цукишима.       — Вот как, — в голосе Ямагучи зазвучало искреннее веселье, словно вовсе не было того протяжного молчания. — Это будет первый раз, когда великий Цукишима Кей прогуливает уроки, чтобы пообжиматься с каким-то парнем на крыше. Мне это нравится…       Цукишима промолчал и лишь сильнее стиснул Ямагучи в своих объятиях.       — Ямагучи? — позвал он, выдержав длительную паузу. — Признай, я же тебе нравлюсь, так почему ты не хочешь встречаться со мной?       — Я уже сказал, — ответил Ямагучи. — Я боюсь того, что будет дальше. Мне страшно, вдруг мои родители выгонят меня из дома, узнав что мне нравится парень, вдруг твои мать и брат не примут твой выбор. Я боюсь, что люди будут судачить о нас. Я боюсь, что от нас отвернуться все. Я боюсь, что однажды ты бросишь меня, и я никогда не смогу полюбить кого-то, кроме тебя. Я боюсь всего этого. Мне очень страшно, поэтому я не могу ответить на твои чувства взаимностью.       — Я понимаю, я тоже боюсь всего этого, но я готов бросить всё ради тебя и я обещаю, что никогда тебя не оставлю. Я готов стать твоими поддержкой и опорой, слышишь?.. Ямагучи? Ты что плачешь?       Плечи Ямагучи мелко подрагивали, а его хватка стала сильнее, рубашка Цукишимы на плече, на котором устроилась голова Ямагучи, намокла.       — Ямагучи, прошу тебя, не плачь, — Цукишима попытался его успокоить, но слезы Ямагучи продолжали литься, впитываясь в белую ткань.       — Обещаешь, что никогда меня не бросишь? — немного успокоившись, задал вопрос Ямагучи, не поднимая головы.       — Обещаю.       — Тогда смотри, если не сдержишь свое обещание, я сделаю всё для того, чтобы изрядно подпортить тебе жизнь. Ты согласен на такое?       — Согласен.       — Хорошо. Я буду встречаться с тобой.