Мы не Вы, а Вы не Мы

Много ли ты сидишь и любуешься ночным небом? А задумывался ли ты когда-нибудь, что может быть там, в бесконечном пространстве, оснащённом звёздами, галактиками? А что, если вся наша Солнечная система — это малая часть преогромного мира, и есть много подобных нам планет, в которых также существует жизнь? А какая она? Вот тут вы можете включить свою фантазию. Было снято немало фильмов с жителями других планет, пусть хоть и выдуманными, столько всяких, как мы бы назвали «тварей», было создано. Да, всё выглядит правдоподобно, но что, если это всего лишь выдумки жалких фанатов астрономии, которые так хотят найти таких же развитых существ, подобных им? А может, это им всё не придумалось? Что, если они реально встретили их и, записав всё, что только могло отложиться в голове, воссоздали это, показывая людям, которые восхищаются их фантазией. В ночи можно заметить много миллиардов звёзд абсолютно разных размеров, форм, если только присмотреться на них хорошенько. А что, если эти звёзды — другой мир, в котором обитает лишь одна звезда, и думаю, не трудно догадаться, что это Солнце? И именно она видна нам, показывая, что там, за много световых лет, есть возможно жизнь, и так же, как и наша мать-звезда, указывает им о нас, что мы так сильно ждём их и готовы принять с распростёртыми объятиями. Отвечая на один такой вопрос, мы создаём ещё один, и ещё, и ещё. И так до бесконечности. Но всё же самый главный из всех возникших вопросов — примут ли они нас с миром, а также, как наше человечество примет их? Может ли это всё возрасти в межгалактические войны, в которых мы перебьём две расы, а по итогу ничего не достигнем, кроме того, что будем сидеть и оплакивать тех, кто воевал ни за что? Наверняка многие мечтатели задумывались обо всём этом, но нашего героя такие вещи никогда не интересовали, он даже и задумываться не пытался. И правда, это всё чушь. Мы одиноки во вселенной, и на данный момент это доказано. И пока не будет точных доказательств, верить во всю эту чепуху нет смысла, да и зачем засорять голову этим мусором. В реальном мире и без мечтаний хватает хлопот. Куча документов лежало на столе, освещенных лампой, а над ними повисло тело, кости которого так и ломило от усталости. Хотелось просто лечь, закрыть глаза и забыть обо всём, что только знал. Особенно самые горестные моменты, которые не давали покоя даже спустя много лет. Глаза так и слипались, желая наконец-то отдохнуть во мраке, а тело так и желало провалиться в мягкий матрас, отдаваясь ему в плен. Поэтому приходилось пить кофе довольно-таки немалыми количествами, чтобы хоть как-то поддерживать бодрость и не уснуть на стопке бумаг. Так бы и продолжалось бы до утра, если бы какой-то свет не привлёк его внимание. Встав со стула, парень подошёл к окну, осматривая, откуда идёт свечение. Осмотрев двор, он ничего не увидел, кроме тьмы, в которой всё же можно было разглядеть машины, детскую площадку, дорогу. "Видать, показалось." Возможно, ведь от усталости может и не такое причудиться (проверено самим парнем). Он собирался отходить, а голова уже отворачивалась от окна, как взор внезапно снова пал туда. Краем глаза в самый последний момент опять показалось свечение. И нет, это не померещилось. Где-то из леса, который был совсем недалеко от города, виднелся свет, проходя сквозь ветки и листья. Русского это очень даже сильно насторожило, никогда подобного он не встречал. Тем более подобный свет мог исходить лишь от больших прожекторов, но… Откуда им взяться в лесной глуши?! Одевшись потеплее, парень вышел на улицу. Сев и, естественно, заведя машину, поехал к опушке леса. Ещё несколько мгновений, и свет погас, как светлячки от самого малейшего звука, но русский хорошо запомнил, в какой стороне был свет. Остановившись, парень вышел из транспорта и осмотрел лес, может быть, сейчас можно было увидеть, что находится за первыми двумя рядами деревьев, на которые падал свет от фар машины, но дальше была лишь кромешная тьма. На заднем сиденье лежал фонарик и, вспомнив о существовании которого, русский достал его. Наведя фонарик в сторону леса он всё же решился пойти дальше, чтобы успокоить свой интерес, заставивший его сюда приехать. Проходя всё больше в глубь леса, парень ничего не находил, что сильно огорчало его. Может, ему и вправду мерещатся всякие странные, порой необъяснимые наукой вещи? Может, он чудак какой-то? Нет. Русский точно знал, что этот свет не был оазисом, часто мерещившейся усталым странникам. Вот только, кроме лежащих на полу веток, светлячков, летавших около стволов деревьев, словно путеводителей для заблудившихся людей, всяких ещё мелких вещей, как камешки, и шишки не находил. Но тут его взгляд уставился куда-то вдаль. Он заметил некий силуэт, сливающийся со мраком. Прищурившись, паренёк пытался его разглядеть. Тот был похож на человека, очень большого человека… Когда русский вывел в голове получившуюся картину, его охватила паника. Кто бы то ни был, а встречаться с ним точно не хотелось: кто знает, что это может быть на самом деле. Парень выключил свет, надеясь, что его ранее не заметили, и отошёл за дерево, но ветка под ним настолько громко, будто специально, желая ему зла, хрустнула, после чего силуэт остановился, словно смотрит куда-то. А вот куда, русский точно знал. Сердце забилось ещё сильнее, вместе с кровью стал протекать адреналин, проносясь по всему телу. В голове появилась лишь одна мысль — бежать. Сорвавшись с места, Россия ринулся в сторону машины, пытаясь замечать все деревья перед собой, чтобы не врезаться в них. Он слышал, как сзади кто-то преследовал его, нет, он не только слышал, но и чувствовал это, он точно знал, что за ним погоня. Русский пытался набирать скорость, не обращая внимания на усталость ног. Сейчас им нельзя расслабляться, ведь как только они почувствуют свободу, а кровь начнет бешено идти по жилам ног, их работа сразу же окончательно прекратится с желанием только передохнуть, а такой роскоши на данный момент парень не мог позволить. И всё бы ничего, бежал себе и бежал, может быть, спасся, но через пару мгновений он очутился на земле, и, сам того не заметив, пока бежал, споткнулся о ветку. Походу, его сегодня этот лес просто ненавидел, желая всячески погубить. Только парень собирался вставать, как чья-то рука схватила его за рубашку и отбросила в сторону. Приходя в себя после нового удара, русский снова принял попытку встать, но над ним уже нависли. Он пытался рассмотреть лицо точного маньяка, но это было довольно трудно. — Теперь ты точно попался, нет смысла сопротивляться. Прикажи солдатам прекратить атаку! — слова незнакомца были произнесены так внятно и точно, так… знакомо… Русский ничего не понял из сказанного: о чём шла речь, было не ясно. Какие солдаты? Разве он куда-то их направлял? Тем более разве начинал атаковать кого-то? Может быть, его просто с кем-то спутали? — Простите, я не понимаю, о чём вы… Может быть, вы меня спутали? — с некой дрожью в словах произнёс русский, наивно надеясь, что его отпустят. Мужчина притих и стал разглядывать русского, а включив фонарик, свет из которого исходил от браслета, навёл на парня, отчего тот стал щуриться от непривычного света. "Вроде бы похож, и не похож…" — Кто ты? — Я… Я РФ, Российская Федерация. Глаза его всё пытались привыкнуть к яркому свету, а когда он смог уже более менее смотреть, то сразу посмотрел на мужчину. Знакомое лицо… выражение лица… взгляд. От увиденного глаза русского округлились, и он застыл. — Кто твой отец? — довольно странно прозвучало это с уст мужчины, но он явно знал, что говорит. — Моим отцом был Союз Советских Социалистиских Республик… Взгляд русского был всё с тем же удивлением, он не верил своим глазам. Может… Он спит или… Или ему это всё мерещится? Может, он всё же ненормальный? Хватка ослабла, и русский почувствовал свободу. А мужчина стал смотреть на него, не понимая, что с ним произошло. "Сказал был? Значит, получил независимость." Мужчина стал осматривать себя с непонятной целью. "Но тогда почему…" Мужчина уже хотел что-то спросить у России, как его перебили. — Отец? Это ты? — парень встал и подошёл ближе, рассматривая лицо предполагаемого мужчины, а с каждым словом в голосе России отчётливо слышалась паника. — Но как? Ты… Ты же умер, я сам видел и чувствовал, что ты покинул этот мир… "Этот мир…" В голове мужчины словно что-то вырисовывалось, он будто стал понимать, в чём дело, но ему самому было трудно в это поверить… Во время боя он попал в дыру, а там уже совсем не помнил, что было, лишь то, как он сразу очутился в темноте, пытаясь найти хоть кого-то, пока не встретил Россию. — Нет, это не может быть, ведь попадая в дыру, всякое живое погибает, — это были явно мысли вслух. — Может, я умер?.. Русскому ничего не было понятно, даже тогда, когда было сказано про смерть. — Если ты умер, то что ты делаешь тут? Совет с новой попыткой погрузился в свои мысли, пытаясь расхлебать всю эту кашу. "Получается, я умер, но я тут, да и Россия не помнит, что было ранее или… Может, это не тот Россия? Что, если эта дыра перенесла меня в другой мир?" — Да нет, чушь всё это, — этот ответ старший русский произнес сам себе, что ещё пуще пугало и заводило в заблуждения Россию. "Хотя... а вдруг мои догадки верны? Тогда получается, что есть дыры, не только губящие людей, но и переносящие их в другой мир. Значит, и тут есть дыры, но почему-то я не увидел её, когда только появился тут." — Послушай… М, Россия, это может прозвучать довольно странно, но, как я понимаю, я попал в другой мир. Точнее, сюда. Точнее, я из другого мира. Россия покосился на него. О чём это он? Что за другой мир? — Что за ерунда? Этого не может быть. — Самому не верится, но, походу, это так. Ты не так похож на Россию, которого я знаю, а ещё, как я понял, в этом мире… Союз мертв, а получается, и ты, и твои браться с сестрами уже получили независимость? — Получается, да. Старший русский стал оглядывать местность, после чего из его браслета вылетела какая-то штука, напоминающая экран. Он стал водить по ней пальцами, проводя то туда, то сюда, видимо, что-то ища. Нахмурившись, Совет топнул от отчаянья. Рука переместилась на затылок, потирая кудрявые волосы, а Союз стал оглядываться. "Ни одной дыры по близости не намечается появляться." Что делать, русский не знал. Не было ни одной идеи о том, как вернуться обратно. — Союз, эм, если тебе там надо… — начал диалог младший после долгой тишины и наблюдений за отцом, но вот как называть его, он не знал. По сути, это его отец, но только из другого мира. Это же ничего не меняет? Всё так запутано. — Я могу тебе дать ночлег, ведь сейчас, наверное, тебе стоит отдохнуть, а на утро мы поговорим. — Знаешь, идея неплохая. Спасибо тебе за предложение. Да, сейчас бы ему не помешал отдых и сон, чтобы собраться со свежими мыслями и подумать о своём возвращении как можно скорее. Русские шли по лесу, выходя к его началу. Россия точно знал в каком направлении ему идти, словно в нём засел компас, указывающий путь. Через некоторое время они вышли к опушке, где стояла машина Росса. Совет посмотрел на нее, а потом на младшего. — Думаешь, смогу поместиться там? Росс кинул взгляд на свою машину и на этого гиганта. Да, для него, конечно, маловато, ещё будет удачно, если он хоть как-то влезет, но и то, будет много неудобств. Что поделать, парень любил машины не внушающих размеров: они довольно удобные; да и выпендриваться, как сейчас многие любят это делать, не любил, но он совсем не рассчитывал на такую вот встречу. — Тогда, можем пойти пешком, прогулка займет около часа. А я потом, может быть, как-то встану пораньше и перед работой заберу машину. Старший кивнул и последовал за Россией, который стал выходить к тропе, в скором времени вызвавшей их к дороге, которая была освещена слабыми фонарями. Теперь парень мог разглядеть чужака, благодаря слабому свету. Выглядел он довольно… устрашающе… В самую первую очередь, правая рука забрала его внимание. От кончика пальца до локтя был протез, который был оборудован всякими железками, выглядевшими дополнительной деталью, защищавшимм протез от повреждения. Рука была сделана настолько детально и давала максимальный комфорт и лёгкость движениям. А выше протеза шёл рукав от кителя, который также был оснащен дополнительной кожаной защитой, державшаяся на руке с помощью ремней. На плечах имелись эполеты, что было довольно странно для Союза, носить такое, но при этом очень гармонично для его вида. Китель, а так же штаны, напоминала тёмно-горчичневый цвет или даже бронзовый. Был довольно широкий ремень болгарско-розового оттенка, но был ещё один ремень, который вечно (скорее всего для красоты) закреплён на левом боку, прямо на другом ремне. Это была ткань серого цвета, которая висела по частям, соединяясь лишь золотым кольцом. Брюки были как брюки, ничего необычного. Посмотрев наверх, чтобы разглядеть его лицо, Россия заметил повязку такую же, как и у его отца когда-то. Кудрявые волосы до самых плеч с жёлтыми локонами, бородка, которая так шла этому лицу. Такие знакомые и красивые глаза, даже, если быть точнее, глаз. Если смотреть на него, то кажется, что радужная оболочка была заменена самым настоящим янтарем, ведь цвет глаз был такой насыщенный, а в темноте словно сиял. Для того, чтобы рассмотреть это всё, младшему и минуты не понадобилось. У него хорошая память, так что, охватив всё, Россия изучал в своих мыслях каждую замеченную часть, сравнивая его с Союзом, которого знал. Да, различий, конечно, намного больше, чем схожестей, но это ведь только внешне. Может быть у них схожий характер? В голову не шли никакие мысли насчёт поддержания разговора. Положив руку на затылок, Росс почесал его, слабо промычав, тем самым придавая ещё больше неловкости обострившейся ситуации. Старший русский, заметя неловкие действия младшего, усмехнулся и приоткрыл рот, готовясь что-то сказать. — Ну что ж, расскажи хотя бы о себе, чем увлекаешься, чем занимаешься, как там у тебя дела с работой? — Что у меня… Да так, на работе всё туго там, и объяснять долго, — «Точнее даже не хочется», – мысленно добавил Рос, — а так играю на гитаре, дабы хоть на какое-то время позабыть о всех проблемах и отдаться чувствам. Развлечений у меня мало, да и времени не хватает на это всё. Это ещё хорошо, когда мне удается выловить лишний часик, чтобы поспать. — А как у тебя с отношениями? С братьями и сёстрами у тебя что? — Да паршиво, со многими я просто не держу никакой связи. Вот с Украиной у меня очень сложные отношения. У нас с ним и раньше был очень разный характер, и представления у каждого свои были, сейчас не лучше. С США отношения тоже так себе. На лице старшего появилась заметная улыбка. Что-то ему это напомнило, видать, схожести какие-то точно есть, хоть они и не сразу выявляются. — Пиндос – это ещё та пробка в дырке. Видимо, хоть в какой вселенной он не существовал, а вот эта способность у него всегда будет. Ещё долгое время они болтали и болтали о чём-то, узнавая о вселенных все больше. Русский стал замечать, что впереди стали видны невысокие здания, а там свет из некоторых окон. Их путь подходил к концу так же, как и заканчивался разговор, в котором они смогли узнать немало важного. Завернув за углы по достижению конца одного из зданий, Россия повёл Союза по дорожке, которая их вывела к нужному месту. — А почему ты выбрал такой городок для проживания? — Тут довольно тихо, редко что происходит. Жизнь в этом городе спокойная, не такая бурлящая, как в крупных городах. Могу насладиться этим. И в принципе не так далеко от столицы. Подойдя к подъезду, Россия достал из кармана ключи, а там взял нужный ключ и открыл дверь, заходя и ведя Союза за собой. Старшему пришлось наклониться, чтобы пройти. Поняв, что лифт это будет на самая лучшая идея для Союза, РФ подошёл к лестнице. — Я надеюсь, ты не староват, чтобы подниматься по лестнице до самого верха. А то боюсь, лифт не для тебя. — Это что, вызов? Думаешь, я настолько стар? А, нет, рано делаешь выводы, я пусть уже не молодой, но сил у меня побольше чем у некоторых. Усмехнувшись, Совет вступил на лестницу и стал подниматься по ней. Подниматься-то было совсем не сложно, а, посмотрев вверх, русский заметил, что осталось совсем немного. — Ну что? Может, стоит помочь самому умному подняться? А то вдруг ты переутомишься. — Нет, спасибо, я не маленький ребенок, чтобы забираться на ручки. Сам дойду, — вздохнул русский, дойдя до предпоследнего этажа. — Ну, как скажешь, — тихо ответил старший, продолжая идти вверх. Наконец-то добившись цели, РФ, пытаясь возобновить дыхание, подошёл к двери и вставил в проём ключ, открывая дверь. — Прошу, проходите в мою скромную квартиру. Сделав шаги внутрь, Совет нащупал выключатель и включил свет, немного морщась от него с непривычки. А когда глаза уже привыкли и могли спокойно открываться, Совет увидел и впрямь скромную квартиру. Коридор как коридор, он был с несколькими входами в комнаты и зал, а также кухню. Строгие чёрно-белые оттенки сопровождали все комнаты, придавая всей квартире однотонность, никаких перескоков с одного цвета на другой. — Идём, я покажу тебе комнату, — позвал за собой Россия, входя сначала в свою комнату, а там уже в другую комнату. — Обычно у меня нет гостей, и комната для них совсем не готова, так что могу предложить только это. Диван можно разложить. А вот одеяло лежит в шкафу. Совет кивнул, поблагодаря русского за заботу. Отказавшись от помощи, он подошёл к кровати. Расстелить её он решил сам: разберётся, что надо делать. — Хорошо, может быть ты чего-то хочешь? Чаю? — Знаешь, я бы не отказался, что-то надо перед сном принять. Младший, уйдя на кухню, поставил чайник греться, а Совет продолжил расстилать кровать. Как и подразумевалось, это было не трудно. Не впервые русский сталкивался с этим. В шкафу Союз нашёл теплое одеяло и кинул его на кровать, выходя из комнаты. Направляясь прямо на кухню, он заметил Росса, который уже разливал чай по кружкам. — Тебе с сахаром или без? — С сахаром. Две чайные ложки, пожалуйста. — Как скажите, — достав из ящика ложку, русский потянул руки к сахару. Насыпав в чай ровно две ложки сахара, русский стал перемешивать его, чтобы сахар мог быстрее раствориться, и, дав кружку старшему, русский уселся рядом, начиная пить свое кофе. — Чего это ты решил попить кофе? — Да знаешь, у меня много работы, а сила не помешает. — Только смотри, не сиди долго, чтобы на утро не быть как зомби. — Зомби — это уже мое обычное состояние, так что хуже не будет. — Но всё же я предлагаю тебе хорошенько поспать. Когда Россия сделал пару глотков, к нему стали приходить разные вопросы в голову, которые он даже при разговоре забыл задать. — Союз, а что за дыры ,о которых ты тогда говорил? И откуда они у нас? — Я думаю, ты понимаешь, что такое дыра. Так вот, дыры — это у нас такая опасная вещь, в которую, однажды попав, не вернешься обратно. На самом деле мы ещё не до конца их изучили, на данный момент мы только знаем, что они могут губить, но теперь получается, они ещё и могут переносить объект из нашего мира в другой. У нас они могут появиться в любом месте в любое время. Раньше очень часто пропадали люди, по случайности или по своей же глупости. И поэтому мы создали вот такие браслеты, — русский протянул руку, показывая чёрный браслет с круглой штукой, напоминающую часы, и, да, они действительно были похожи на часы. — Когда дыра должна появиться, а человек проходит неподалеку, браслет начинает мигать, порой издавая звук в зависимости от расстояния. Так же, если хочешь узнать где эта дыра, можно посмотреть, — Совет нажал на кнопку, находящуюся на браслете и перед ним высветилась панель. А там русский показал России, что к чему. — Ого, похоже на вещь из фантастики. Словно из какого-то будущего. — Может быть, есть такое, только вот в отличие от фильмов, нам удалось это всё создать в реальности. Хорошо, я продолжу. Обычно оповещение приходит за минуты две до появления дыры. Так что, это очень помогает. За последние годы смертность от попадания в дыры уменьшилась. Правда, мой браслет способен на большее – он служит не только средством предупреждения, но и средством для связи, выхода в сеть. То есть такие же функции, как у телефона, даже больше. Сейчас многие пользуются именно такими браслетами, ведь это довольно удобно. Только вот… Я не понимаю, когда я сюда попал. Я не заметил никакой дыры, её просто не было. Она словно мгновенно исчезла или вообще не появилась. — То есть ты хочешь сказать, что у нас тоже есть такие дыры? И что они везде вот так появляются? — Нет, в большей степени они появляются в лесах, полях, довольно много в пустынях, но в городе их тоже можно встретить, что бывает редко. Мне завтра нужно будет вернуться обратно и всё изучить. — Хорошо, тогда я завтра с тобой пойду до машины. Работа всё же не ждёт. Только давай выйдем как можно раньше. — Без проблем, только поспи хорошо. Русские и не заметили, как выпили весь чай и долго болтали. На улице уже давно хозяйничала ночь, отправляя людей спать. — Знаешь, я бы душ принял, не покажешь, как пройти? — Ай, да, конечно. Сейчас я тебе за полотенцем сбегаю. Русский выбежал из кухни, побежав в какую-то комнату, а Совет вышел в коридор и стал ждать. По приходу Росс сразу повёл отца к ванной, включая сразу свет и давая в руки полотенце. — Вот, можешь спокойно принять душ, думаю, дальше сам разберёшься. Кивнув, Совет зашёл в ванную закрывая за собой дверь, а РФ направился в комнату, чтобы доделать свою работу, пока старший русский не выйдет. *** Шаги. Бурчание. Слабый топот. В конце концов, рычание. Как так, всё же было просчитано, но почему всё идёт не так как надо? И это всё так раздражало. Отбросив со стола все бумаги на пол, парень сел на стул, положив руки на голову. — Да чёрт! Почему?! Он же должен был помереть! — Сэр, разве это не так? Даже я видел, как он попал в эту дыру. — Нет! Он жив! Не знаю почему, но он жив. Я это чувствую! — яростно произнёс парень, вставая перед солдатом во весь рост. — Я хочу, чтобы вы всё проверили, каждый миллиметр, но нашли мне его. А так же я требую, чтобы учёные стали изучать саму дыру и узнали, что она из себя представляла! — Принято. Как только солдат вышел, парень снова стал метаться по кабинету. Хотелось всё разнести, поломать, выплеснуть всю злость, а потом уже совершенно без сил сесть и думать, что все эти задумки кажутся бестолковыми и бессмысленными. Ну, как и обычно бывает. Тут открывается дверь и кто-то облокачивается на неё. — Брат, что-то не так? — Я не понимаю, что происходит. Ты же сам видел происходящее и итог, но почему-то ничего не случилось, нет никаких изменений! — паренька снова одолела паника, и он сел на стул, кладя руки на затылок и словно выдирая волосы. — В кои-то веки мне удалось добиться того, чего ждал я так долго, но, почему-то мне кажется, что он меня провёл… Снова… Другой парень подошёл к нему и положил руки на его плечи, слабо постукивая по ним. — Ты слишком зацикливаешься на этом. Тебе следует отдохнуть, а потом в здравом уме начать работать. — Думаю, ты прав. Как и всегда. Младший парень сделал глубокий вдох и выдох, дабы успокоить себя и выпустить весь пар. — Чёрт, так что мне делать с Китаем?.. Как только узнает о том, что Союз всё ещё жив, он сразу начнёт на меня атаку. — Я не думаю, у него сейчас и так полно проблем с США, так же как и у меня. Скорее всего ему будет не до этого, да и распространять эту информацию пока не стоит, ибо лишние уши могут услышать. Но даже если начнет атаку, ты и так будешь готовым, ты всегда на чеку и подготовленный, только в этой войне я тебе не помощник. Ты знаешь мои отношения с Китаем, и я не собираюсь рушить такие долгие взаимоотношения. — Я всё понимаю, ты и так не причастен к нашим временным разногласиям. — Может быть, ты прав. Чем меньше ушей получат эту информацию, тем быстрее мы с Китаем сможем прийти к миру. Всё же я планировал не с ним вести войну, а хорошие отношения с ним в будущем могут сыграть хорошую роль. Отойдя от младшего брата, парень направился обратно к выходу. — Не забудь отдохнуть! Идя прямо по коридору, парень зашёл в свой офис и закрыл дверь. — Я так и знал! Не мог он так просто погибнуть! Съехав вниз по двери, кореец сел прямо на пол и уставился в потолок. — Только вот где ты?.. И долго ли будешь скрываться? Открыв экран, КНДР нашёл переписку с Союзом, в которой по большей частности рассказывал о планах того, кто так жаждал его смерти. Стоит ли написать? Ответит ли он или нет? — Нет, думаю, если надо будет, он сам напишет. Встав и отряхнувшись, парень вышел из офиса, направляясь к лифту, чтобы спуститься вниз к машине. Находясь рядом с русским и его армией, кореец пытался проявлять хладнокровность. И пусть сейчас он был очень рад сложившейся ситуации, показывать свою радость нельзя было. Малейшая ошибка могла привести к критичному исходу. Даже ранее закрытой для многих страной, кореец поддерживал хорошие отношения с Союзом. Тот всегда ему помогал, даже после окончания той долгой войны. Сейчас, по случаю новой войны и желанию положить конец этой вражде, он вышел в свет. И кто знает, может уже навсегда. Может быть, он был предателем, смотря на его нахождение на обоих фронтах, но он не стремился погубить одну из сторон, лишь хотел, чтобы они сошлись к миру и жили как прежде — в мире. И лишь проигрыш его брата мог остановить всё. Возможно после проигрыша он смирится и забросит свои безумные идеи. Он всё же был одним из немногих стран, которым кореец мог доверять и полагаться. Да и большую часть своей молодости он был рядом с братом, и они всегда помогали друг другу. Кто бы мог подумать, что такая страна поменяет своё мировоззрение за столь малое время. Видимо, война с Японией научила его ценить всё самое ценное, что у тебя есть и, наверное, единственное. Порой, мужчина, смотря на брата, видел себя — такого же молодого, неопытного, слишком самоуверенного, вспыльчивого. При любой, самой незначительной угрозе или косого взгляда на него, он был готов порвать всех. Его мнение являлось самым главным. Пусть он был и не прав, но никогда не признавал этого. Что ж, молодость – это как раз то время, когда ты совершаешь немало ошибок, о которых в дальнейшем будешь жалеть всю жизнь, принося себе каждый день боль. Сев в машину, руки прикоснулись к рулю, плавно перемещаясь из верхушки к середине. После такого трудного дня хотелось поскорее прийти домой, закрыть глаза, забыть обо всём. Мысленно переместиться в какое-нибудь прекрасное место, пусть даже необитаемый пляж. Замечательное место: нет никого, никакой войны, проблем. Можно лечь на горячий песок и любоваться синим прозрачным морем, волны которого приближаются к тебе и, ударяясь о хрустящий песок, доходят до твоих ног, хватают их своей ледяной хваткой, а потом нежно отпускают, уходя обратно и давая новой волне возможность приблизиться к ножкам. Прикрыв очи, хочется слушать шум ветра, доносящийся со стороны моря, те же самые волны, которые создают приятную для ушей морскую мелодию. Сколько всего можно услышать, не имея зрения, а сколько можно ощутить. Проходя руками по песку, можно нащупать много-много ракушек, от самых маленьких до больших, с размером в кулак, раздробленных морем и целых, которые царапают кожу, когда на них лежишь. Может, ему и вправду стоит уехать в такое место, если, конечно, эта война подойдёт к концу? Вот так просто взять и исчезнуть, совсем незаметно, лишь ты и никого больше, хотя бы на недельку. Да, было бы неплохо, но Демократической Республике хотя бы сейчас надо доехать до дома, чтобы не заснуть за рулём из-за усталости на работе. Когда пытаешься работать так, чтобы можно было создать подходящий план для его брата, но при этом, чтобы с этим планом мог справиться Союз, не нанеся ему большого ущерба, и не так устанешь. Всю оставшуюся дорогу мысли корейца были погружены в такую яму, в которой не найдешь решения. Ведь так? Нам же хорошо известно, что случилось с Союзом и насколько эта ситуация неизвестна всем. *** Откинув все эти чёртовы документы в сторону, парень встал, выгибая спину. Боль в спине была терпимой. Когда русский захотел выйти из-за стола, в глазах потемнело, а в области спины что-то очень сильно кольнуло. Рука переместилась на лицо, начиная массировать мешки под глазами. Тяжёлый взгляд упал на маленькие часы, стоявший на столе. "03:07", – показывали они. "Чёрт, эти документы заняли кучу времени. На сон осталось в два раза меньше положенного. Что ж, хорошо", – подумав об этом, русский стал выбирать между сном и бодрости в оставшееся время. Но скорее всего выбор падёт на последний вариант, трудно будет заснуть после недавно случившегося. Заглянув в другую комнату, Росс заметил фигуру у окна. Да и сам не задумываясь, подошёл, словно тело само ведёт его, а не он мыслями, которые передают сигнал мышцам для начала действий. — Не спится? —Да, не могу заснуть, не думая о недавнем… Младший русский облокотился на подоконник поудобнее, когда Совет соизволил поделиться с ним окном, отодвинувшись в сторону. Взгляд Совета был устремлён куда-то вдаль. — Ваша луна намного ближе к вам, чем наша, и она такая большая, красивая, а звёзды, окружающие её и просто раскиданные по всему ночному небу, только украшают её, — русский замолк, видимо, стал любоваться этой ночной картиной. — Луна похожа на солнце, пусть хоть и не такой мощный светильник, но, вижу, ночи у вас не отданы кромешной тьме. Всё так красиво укутано лунным сиянием. Да, как тут не согласиться? Ночь была красива, так же как и главные её компоненты. И кто сказал, что ночь — жуткое время, в котором могут скрываться всякие твари, так и жаждущие твоей плоти? Может, они все находятся в местах, отвергнутых луной? Куда не попадает не только лунный свет, но даже и дневной, так жадно захватывающий всё, что можно, себе. Русский и не замечал всей этой красоты, со своей работой и не только окружающее диво не заметишь. — Значит, спать не будем? — Как видишь, нет. Мне сейчас не до сна, всё никак не могу понять, как выбраться отсюда. — Знаешь, может, стоит сообщить о случившемся совету? Может, решение найдётся быстрее, если подключатся некоторые страны? — Не стоит, я хочу это решить сам, без привлечения внимания. И так тихо, будто меня тут и не было. — А что, если ты всё равно не сможешь вернуться? Если у тебя не получится? Тебе, получается, придётся остаться тут. — Я найду способ вернуться в свой мир обязательно и, пока не смогу, не буду останавливаться. Там моя родня, которая нуждается во мне и возлагает все надежды. Парень склонил голову. Слишком он похож на отца, который также стремился к достижению цели, даже порой, когда у него ничего не получалось и приходилось всё начинать с начала. Упрямство. Возможно это даже и положительный характер, особенно, когда случаются вот такие ситуации. Но вспоминая, до чего это упрямство могло доходить, русский быстро откинул это качество на середину как баланс. Ночь пролетала быстро, а светлеть начинало всё быстрее. На данный момент время года такое, что солнце рано появляется из-за горизонта и поздно ложится на покой, отдавая больше времени тем, кто так нуждается в нём и не сможет прожить без светила. Пока младший принимал душ и прихорашивался, Совет возился с какими-то железками, тщательно всё проверяя на прочность и готовность к неожиданным поворотам событий. Может быть, уже сегодня он сможет вернуться к себе, зайти в свой надёжно-спрятанный дом, который ещё не поменялся, остался более надёжным. Совету приходилось словно скитаться, чтобы его не нашли солдаты, но они вечно идут по следам, и приходится бежать, забирая все самые ценные бумаги, чтобы они не достались врагу. И после этого Союз уже начинает думать, а стоит ли возвращаться в дом? Скорее всего его уже обнаружили, а даже если нет, то надо найти новое укрытие. Выдвинувшись в путь, русские направились по тому же пути, что и недавно прошедшей ночи. Теперь вся окрестность была хорошо видна и можно было получше изучить путь, чтобы, если что, знать, как вернуться. Посмотрев вниз, Совет увидел, как много бумаг несёт парень. — Давай я помогу? Даже не ожидая согласия, русский схватил бумаги, облегчая Россу путь. — Что ж тебя столько заваливают, прямо отдыха не дают? — Ну, да… Мне вечно вручают документы какие-то и… Особенно санкции, которыми США так щедро разбрасывается. Совет лишь вздохнул, понимая его нелегкое положение. Он всё ещё неокрепшая страна, и спуску ему не дают, только и желают загнать его в угол, в будущем воспользовавшись этим. Знакомая проблема, но русскому удалось выпутаться из трудной ситуации. — Главное, не поддавайся им, ведь они хотят тебя ослабить. Не показывай свою усталость и гордо держи голову перед ними. Вселяй страх, показывай, кого тут на самом деле нужно бояться. Младший кивнул и вернул прежнее положение головы, продолжая смотреть прямо. Всё же с этого момента поход длился не так уж и долго. Русские стали приближаться к машине, а следовательно, и к лесу. Вытащив из кармана брюк ключи, Росс нажал на кнопку, после чего машина открылась. Открывая заднюю дверь, Россия сказал отцу положить бумаги внутрь. — Что ж, на этом наши пути расходятся. Не знаю, встретимся ли мы ещё или всё же мне придётся остаться, чтобы во всём разобраться. — До свидания, Товарищ Союз, — русский улыбнулся гиганту, пожимая его такую же немалую железную руку. — Там уже как судьба нас сведёт. Но я буду рад принять тебя в свой дом. Попрощавшись, Совет направился в лес, переступая упавшие ветки, чтобы не зацепиться и не споткнуться о них. Русский включил свой экран, пытаясь засечь энергию исходящую от дыры. Проходя по траве, на его обуви оставалась коренная роса, которой умываются и питаются маленькие жители леса. А сама подошва обуви чуть пачкалась из-за влажной почвы, лишь находя спасение на травке, которая могла убрать всю эту грязь. То место, где он появился, уже вряд ли можно обнаружить, тем более учитывая, что из-за темноты того времени не всё можно было разобрать и запомнить какие-то детали. Приходилось ходить везде то кругами, то зигзагами. Ничего. Ничего не было. Может быть, просто неудачный день, и сегодня возможно не будет никаких появлений. И всё же Совет не может знать наверняка, поэтому приходится ходить и ходить. Сдаваться нельзя. Если тут нет ничего, значит, надо идти вглубь леса и искать там. *** Доносился звук топанья. Стопа ноги ударялась об асфальт, показывая всю раздражимость парня, который чего-то ожидал с большим нетерпением. Уже крайне надоело такое восприятие со стороны союзника. Вот почему, если сказали приехать как можно скорее, надо приехать наоборот, с большим опозданием. Парень стоял и что-то бормотал себе под нос, издавая слабое рычание от недовольства. Наконец-то из темноты появились несколько фигур, которые приближались к стране. Паренёк смотрел на приближение с тем же, как раньше, недовольным лицом, желая услышать объяснения такого халатного поведения к сей ситуации. — Кого я вижу? Неужели сам США решил наведаться? Какое неожиданное событие. Обычно вы предпочитаете нежить свою попку дома, посылая своих людей ко мне. — Сегодня, как ты можешь увидеть, мой дорогой союзник, я решил лично посетить тебя, — страна американского континента подошла к парню, смотря ему в лицо и так ехидно, казалось на первый взгляд, улыбаясь. — Что же это за срочное дело? — Пройдёмся, и я всё расскажу. Русский повернулся в сторону аллеи, ожидая пока Штаты соизволят пройти. Но вместе с ним стала идти охрана, которая сопровождала его на каждом шагу, что очень бесило русского. — Без охраны. Я расскажу всё только наедине. Пиндос махнул рукой, указывая оставаться своему хвосту на месте и дожидаться предводителя. Две страны тронулись и стали проходить по тёмной аллее, слабо освещённой светом фонарей. Дальше выложенной плитки никого и ничего не виднелось: ни деревьев, которые были усажены для красоты этой местности, ничего того, что находилось позади них. — Неужели собираешься меня убить? Да и место довольно подходящее выбрал. — Если бы я хотел тебя убить, то сделал бы это уже давно, но мне сейчас как-никак нужна твоя помощь. Так что придётся тебе пожить ещё, – эти шуточки уже перешли все границы, а терпения у русского не так много, но сдерживаться приходилось, хотя, находясь рядом с этой личностью, довольно трудно держать себя в руках. — Я думаю, слухи о смерти Союза уже дошли до тебя. Но, к сожалению, это оказалось ложным заявлением. Он всё ещё жив и мне нужно, чтобы ты подключил к этому делу всех возможных ученых и солдат. — Поясни-ка, что собственно требуется от них. — Та дыра, в которую попал Союз непохожа на остальные, и поэтому он всё ещё жив. Я не знаю, что эта дыра с ним сделала, — или куда направила – но мы должны найти его, и я думаю, что стоит начать с изучения такого крайне интересного явления. Именно поэтому я прошу помощи, чтобы ускорить процесс. А ещё я прошу, не разносить эту информацию за пределы нужного. — Хорошо, я помогу тебе в этом деле. В скором времени я отправлю к тебе лучших людей, Росси. Рука русского сжалась в кулак, хотелось так врезать по этому лицу, чтобы улыбка, находящаяся на нём мигом пропала, оставляя за собой лишь кровь. — Ещё раз ты меня так назовёшь, и я уже точно чем-нибудь, да искажу твоё лицо. И тогда придётся делать тебе операции совершенно иного типа. — Знаешь, сколько бы не прошло времени, сколько бы поколений не менялось, а вы, русские, остаётесь всё такими же. Насколько предсказуемы и буйны вы, — Америка, видимо, совсем не боялся тех угроз, оставленных в его адрес пару секунд назад. — И мне это нравится, так приятно играть на ваших тонких струнах. — Вот именно. Тонких. Эта струна когда-нибудь порвётся, и твоя удача обойдёт тебя стороной. Указательный палец лёг на грудь русского, слабо надавливая на неё. — Если твоя грязная рука хоть пальцем тронет меня, я обещаю, ты очень об этом пожалеешь. Пусть мы заключили союз, но моё отношение к тебе не поменялось и не собирается меняться. Этот характер так похож на отцовский. США уже не раз замечал эти черты лица, тон, а этот взгляд, эти русские точно родственники. Убрав свой палец, американец развёл руки, положив голову набок, и посмотрел на республику, делая выражение лица, говорящее «так лучше?!» — Что ж, было очень приятно повидать тебя. Но боюсь, мне пора возвращаться, — Америка в своём настрое направился к началу их пути, где его ждала охрана. — Жду приятных новостей. Последнее, что сказала держава, так это: «Сотрудничек», – и то, сказано себе под нос, с некой насмешкой. Неужто вся английская семья такая? Или, может, этот выпендрёжник единственный такой? Что ж, как говорится, в семье не без урода. Не успела исчезнуть тень уходящей страны, которая с таким нетерпением рвётся к темноте, чтобы наконец-то освободиться от оков света фонаря и начать бродить по этой завораживающей темноте, подобно призраку в своём горе-замке, как русский сразу же двинулся в свой временный, да и не очень уютный дом. Потирая глаза, парень глубоко вздохнул, пытаясь тем самым хоть как-то успокоиться. Нет. Ну, не может же этот американец хотя бы раз побывать на встрече и не взбесить его. Хотя, может это совсем не его вина? Возможно это сам РСФСР такой вспыльчивый. Чуть что, и всё внутри начинает гореть, а вся сила переливается в кулаки, наделяя их такой мощью, что трудно сдержать её, и хочется выплеснуть всё на чём-то, в частном случае, даже на ком-то. Но вот как не старайся, а свой гнев усмирить никак не выходит. Слишком много обиды и злости накопилось где-то там, далеко в душе, а если быть точнее, в том, что осталось от души. По приходу, даже не желая уделять время для чая, парень вернулся в свой кабинет. Нащупав рукой выключатель, русский провёл рукой вниз, что привело к включению света, а также потемнению в глазах от такой яркости. Прикрывая один глаз, а другим чуть прищуриваясь, а потом делая так же, но уже доверившись другому глазу смотреть, куда он идёт, парень добрался до стола и, отодвинув стул, от которого послышался скрип, сел в него, начиная потирать свои глаза, желаемые уже отдохнуть. Хотелось немного посидеть и поразбирать бумаги, которые лежали на столе, да ещё так и не аккуратно, но веки стали закрываться и, сам того не замечая, русский стал засыпать, упав головой на стол. Из-за слишком неудобном месте для сна, руки перебрались на стол, принимая на себя вес головы. *** Через 20 дней. *** Вздыхая от очередной неудачи и с довольно немалой силой ударяя заднюю часть головы об стенку, мужчина просто закрыл глаза. Состояние было ужасным. Недосып. Вечные прогулки по лесам, горам, да где только он не побывал. А итог? Итог хоть есть? Нет. Ничего. Хотелось просто бросить всё, сказав то, что всё уже достало, но что-то там, за тканью, у грудной части не давало покоя. Казалось, что его сердце сейчас остановится от вечных уколов иглы-тоски, приносящей одну лишь боль своими новыми ударами. Такая маленькая, а что может натворить, если она вдруг решится отыграть на ком-то. Развалившись на стуле, Совет расслабил тело, позволяя мышцам обмякнуть и просто расплыться всему, придавая некое облегчение. На этот раз гость пришёл с новой порцией проблем, которая уже стекала по ноге алым цветом, щедро окрашивая штаны собой, думая, что так будет лучше да и красивее смотреться. Но вот эта жидкость жгла в том месте, из которого она появлялась. Стенки ран от прикосновения крови давали о себе знать, вот это вот точно. Она уже стала струиться до пола, растекаясь всё больше и больше. — Чёрт, вот угораздило меня так. Встав с этого блаженственного стула, русский направился к ванной, чтобы промыть рану и обработать, чтобы не появилось никаких инфекций. Хорошенько промывая полученное ранение, мужчина услышал крики, а даже скорее всего возмущение только что пришедшего хозяина дома: — Твою же! Союз! Ты снова! Упс. Походу, хозяин заметил кровавые следы и лужу. Хотя как не заметить, если этот след ещё мог идти с подъезда? Росс быстро залетел в небольшую ванную, смотря с удивлением и злостью одновременно на отца, но выражение лица мигом переменилось, показывая всю усталость из-за таких сцен. — Пропал на три дня. Не было ни слуху ни духу, а теперь объявился, да ещё и с таким подарочком, — парень сложил руки на груди, не переставая говорить возмущённым тоном, выглядел так, словно он ругает маленького ребёнка, но тут ему попался огромный детина. — И где ты раздобыл такую прелесть? Только не говори, что снова пытался по предгорью пройти. — Нет, на это раз не совсем горы. Я решил проверить местность у водопада. Оказывается, не так легко было взобраться наверх. Младший сомкнул зубы. Этот беспредельщик и дальше будет соваться непонятно куда или может всё же решит взять перерыв и попробовать более... безопасно это всё сделать? Идя за аптечкой РФ крикнул, чтобы его было слышно из другой комнаты. — Ну и что? Хотя бы там что-то обнаружил? — Нет. — Всё ещё будешь пытаться где-то лазить? — тут уже надрывать горло приходилось меньше, ведь Совет становился всё ближе, шаги уменьшали расстояние между ними. — Я вроде бы дал тебе доступ ко всем скрытым источникам. Да и в самых доступных мог что-то поискать. — Да я везде был, ничего. У вас всё там отстало, вижу ты не стремишься продвигаться. Достав из аптечки нужные вещи, русский стал обрабатывать рану. Кровь удалось остановить быстро, а значит, можно приступить и к следующей части. — Мне что-то не нравится эта рана. Принеси-ка иголку, без неё, боюсь, тут и не обойтись. Пока сын ходил по комнатам в поисках этой несчастной иглы, Совет успел достать нить из коробочки первой помощи и примерно оторвать нужную себе длину. А когда и игла была доставлена, приступил к не очень приятному делу, из-за которого Россия отвёл взгляд, не желая рассматривать все ужасы этой процедуры. — Не думал, что ты такой слабонервный, а ведь на это могут смотреть порой не все. — Да и не все могут делать это своими руками, так ещё и на себе. — Ребёнок. Пройдя через немало битв, кровавых побоищ, много что мне перестало быть противным. — Выглядишь как бесчувственная машина. Хотя у машин и так нет ничего внутри. — Я бы на твоём месте язык подержал бы за зубами и не высовывал, когда не надо. Если думаешь, что я такой, то ты абсолютно ошибаешься. Не будь у меня души, я бы не старался бы так тщательно вернуться в свой мир, где у меня семья, народ, обязанность и долг, висящий перед ними. — Прости, я не специально, это как-то само вырвалось. В последнее время я сильно напряжен, а тут ещё и ты объявился, таща за собой кровавый след. — Я всё уберу, не переживай. Ай, — сделав последний зашив, русский отдёрнул оставшуюся нить. — Вот и всё. Совет первым делом решил выполнить своё обещание, а то всё же жутко ходить по кровавому дому. — Не забудь ещё в подъезде убрать за собой, ну, хотя бы чтобы этот след не вел к моей квартире. "А я пока тут порядок наведу." Столько суматохи было со всем этим делом, но за час вполне управились и уже заваривали себе чай. — Ты неважно себя чувствуешь, отдохни ты, развейся, потом продолжишь, а то, боюсь, в скором времени просто не дойдёшь до сюда. Может, он прав. Союз слишком много напрягает себя, да и за всё это время не было никакого прогресса. В здравом уме будет принять это предложение, пусть хоть раньше мужчина не желал оставлять свои поиски даже на день. Совет всегда был таким, ставивший работу превыше своего самочувствия, из-за чего порой приходилось платить за свои не самые разумные решения. Казалось, с возрастом становишься мудрее, но вот это не тот случай. Союз лишь размяк за эти годы, ну, так казалось ему самому. Очень частое недовольство собой и это только по причине того, что не может решение проблеме на данный момент. *** — Ну что, они что-то смогли разузнать?! — Сэр, наберитесь терпения, нам ещё ничего не сообщили, а если бы и было что-то, мы непременно доложили бы это вам. Удар по столу ничуть не напугал солдата, стоявшего напротив республики. Почему-то русский ни капли не был рад такому ответу. И почему он в них слышит подвох? Паранойя берёт вверх. Доверять никому нельзя, даже своим солдатам, а особенно этому смазливому на вид американцу. Он же точно ждёт свой кусок, а то просто так бы не решился помогать. Думает, избавившись от одной могучей страны, сможет завладеть новыми, наиболее слабыми, которые потеряли единственную опору под себя. Ну уж нет, такому русский не даст случиться. "Может, стоит самому пойти и узнать, как обстоят дела? По моим можно, зайти к брату и его с собой прихватить, а то затих в последнее время. Всё время проводит где-то, вдалеке от всех." Поездка не была длинной, да и хорошо, всё равно нет ничего интересного в местностях, по которым держал путь РСФСР. В детстве всё то, что было за окном машины, русский любил рассматривать, запоминая картины, которые так быстро пропадали, любил писать про всё это в своих тетрадях. Не секрет, что всё стихами. Красота строк, плавные переходы и описания чего-либо, описание души. Но то время другое было, душа расцветала, наполняя красками каждую написанную строчку. Сейчас, ничего из этого не осталось, лишь холод, злость, тщеславие, а писать о таком не очень хочется. Вдохновение давно покинуло парня вместе с детством. Шёл гудок. Ответа нет. — Ладно, может быть, просто не слышит. Подъехав к дому, парень вышел из машины и стал стучать в дверь. — КНДР! Открывай. Дёрнув за ручку, дверь открылась и русский смог спокойно зайти, но почему-то в доме тоже всё было тихо. Повторно набирая номер, наследник стал прислушиваться. Что-то слышится, наверху. Звук вёл к комнате, в которой также не было хозяина дома. Русский стал осматривать комнату. Ничего лишнего. Только, как по его мнению, самое важное: кровать, шкаф, стол с бумаги. Тут что-то привлекло его внимание. Хотелось взглянуть на работы брата, под которыми оказалась карта и ещё несколько листков бумаги со всякими стрелками и надписями. "Исчезновение Совета", "Обход через море", "Внезапное нападение"... — Стоп. Стоп. Стоп. Всё так знакомо. Красные стрелки похожи на мой недавний план против Китая. А этот... на стычку с Союзом. Что это значит? Нет. Возможно КНДР просто отмечал все недавние битвы, так, для справки. Настораживал лишь текст. Открыв экран корейского браслета, русский стал смотреть там всё. "Русские собираются пойти на вас с восточной части. Чтобы устроить им неожиданное появление выдвинуться следует в ближайшее время через море, и нападёте сзади...." "Новостей о Союзе ещё нет, но РСФСР стал сотрудничать с США..." "Отец, я узнал весь план РСФСРа и есть пару идей насчёт..." Чем больше, тем становилось всё понятнее. Или наоборот ещё больше вводило в ступор и недоумение. Пазл складывался и появлялась одна целая картина. Такого же не может быть. Может, это всё снится, ведь в последнее время русский спал и возможно где-то заснул от усталости? Чёрт. А если это всё реально? И КНДР, получается, тогда предатель... Он предал его... Русский сел на стул и встряхнул головой, дабы вернуться к здравым мыслям. Неужели всё так? Нельзя опровергать этот факт, тем более с учётом всех доказательств. Тут русский услышал мотор машины. Кто-то подъехал сюда. КНДР заметил у своего дома ещё одну машину. Машина брата. Кореец в панике зашёл в дом и стал искать названного гостя. — РСФСР? Ты тут? "На первом этаже нет. Что, если он на... Нет. Только не это! А если он всё увидит?" Северный быстрым шагом поднялся, нвдеясь, что не увидит там его. Зайдя в комнату, он застыл. Русский сидел на стуле, облокотившись о спинку, нога на ноге, руки были скрещены на груди. — Брат. Объясни, что это всё значит? — Не обращай на это внимание, в этих бумагах нет ничего интересного. — Правда?! — спокойный голос русского стал переходить на грубый тон, еле сдерживаясь от крика. — А то, что я нашёл у тебя в переписках тоже ничего интересного?! Да?! На это мне тоже закрыть глаза?! Может, есть что-то ещё, на чтобы я мог глаза закрыть?! Кореец рванул вниз по лестнице с надеждой сбежать через черный ход. Схватив того ещё на лестнице, РСФСР швырнул его вниз, пролетев следом. Ударив по животу брата, не давая ему встать, русский взял его за шиворот и ударил по стене, оставляя на стене полосу из крови. Северная страна вцепилась в лицо брата и ногами пытался откинуть от себя, чтобы убежать. Рывками удалось выбраться из хватки. На попытке встать и бежать к выходу, почувствовалась резкая боль в области бедра. Удар ножом остановил корейца и заставил вскрикнуть. Пытаясь вытащить нож, который пронзил корейца, русский успел накрыть брата собою, желая нанести ещё один удар. Выхватив нож, молодой парень стал опускать его к плечам лежащего. — Что? Сил не хватает справиться со мной?! Нож снова стал проникать в кожу Северного. Рубашка стала окрашиваться в алый цвет. КНДР стиснул зубы от боли и стал бить коленями по животу русского, а потом вовсе дав со всей силы ногой по его лицу. Воспользовавшись моментом, кореец вытащил нож, откинув его подальше. Но через мгновение он снова оказался на полу, без возможности вдохнуть воздух. Наследник схватил руками того за горло, сдавливая всё сильнее и не давая вдохнуть ни капельки воздуха. Руки брата притронулись к шее русского, пытаясь тоже начать душить, но из-за нехватки воздуха сил не оставалось. Пусть хоть и с такими жалкими попытками, но кореец пытался вдохнуть воздух, смотря в глаза брата. Он ощущал, как капли слез падали на него. Русский что-то говорит, но всё это кореец не слышал, лицо стало менять свой цвет, руки упали на пол, а глаза стали закрываться. Русский освободил горло от смертельной хватки, но сразу же хватая за волосы начал ударять его об стенку, пока тот окончательно не потерял сознание. Встав с пола, русский подошёл к окну, где заметил сигареты. КНДР редко курил, хотя он даже не замечал брата за этим делом. Решив взять одну сигару, русский зашёл зажигалку. Выдохнув дым, русский смотрел на брата, на его разбитое лицо, на кровь на одежде. Да, он его не хило потрепал. Он не сдерживал своей злости и просто всё выплеснул на корейце. — А ведь мы были братьями. Сморщившись и посмотрев на сигару, русский выкинул её вниз, ногою пытаясь потушить. — Отвратительный вкус, — это не те сигареты, которые привык курить русский. Видимо, у них с братом не только вкусы разные. — И что же мне с тобой, с тварью, делать? Не долго думая, РСФСР, подойдя к лежащему, стал тащить к выходу, а оттуда к машине. Что-то, да должно лежать тут. Показавшись в ящике, он заметил верёвку, которая как раз пригодилось. Связав брата, Республика бросил его на заднее сидение, а сам за руль. —Вот же чертовщина! Было так херово на душе. Не так трудно отойти от понимания того, что собственный брат тебя предал, тот кому ты мог довериться, одному единственному....