Миссия «Найти Учиха»

      Сакура бесконечно рада за своих друзей. Здорово, когда все так хорошо складывается. Наруто и Ино действительно как будто созданы друг для друга. Вместе эта парочка такое вытворяет, что невольно проникаешься уважением и ужасом. Хитрые идеи Яманака умноженные на преданную исполнительность Узумаки — тот ещё адовый коктейль.       Сай и Хината образец семейных отношений. Лишенный семьи, а затем выращенный в тяжёлых условиях, парень готов буквально пылинки сдувать с дражайшей супруги. Да, с пониманием и выражением чувств у Сая по-прежнему крайне трудно, только ничего из этого в клане Хьюга и не нужно. Его не выражающее ничего лицо пришлось там как раз кстати. Даже фальшивую улыбку можно было не использовать, оставив за закрытыми дверями лишь очень редкую и искреннюю для Хинаты. Можно и не рассказывать, насколько это устраивает девушку.       После Нового года вернулась молодая чета Акимичи. Затем вроде как и Киба смог договориться с Тамаки, и девушка всё-таки переехала в Коноху. Маэми и Рок Ли вышли на новый уровень освоения силы юности, так как в конце февраля радостный Гай-сенсей на дикой скорости носился по всей деревне, с маленьким зелёным трико и во весь голос кричал, что скоро станет дедушкой.       Сакура очень рада, что у её друзей всё хорошо. И ей совершенно нечему завидовать. Рано или поздно, она все равно найдет Шисуи, хотя бы ради того, чтобы задать ему взбучку. Она бы и думать о нём забыла — ей хватает своих забот. Сидеть и страдать по пропавшему Учиха не входило в её планы совершенно. Да только где уж там! Кошмары не перестают её мучать. Практически каждую ночь она прыгает с обрыва и тонет. И это ужасно выматывает.       Ещё больше выматывают сочувствующие взгляды друзей. Иногда хочется просто крикнуть: «Ребята! Очнитесь! Я не чувствую себя ущемленной, из-за того, что у вас все хорошо!». Тем не менее, теперь на встречи с друзьями Ино стала всегда приглашать какого-нибудь свободного парня. Из-за которого все себя чувствовали неуютно, а больше других Сакура. Потому что вместо отдыха после очередной бессонной ночи и непростого рабочего дня, ей приходилось уделять внимание абсолютно неинтересному ей человеку. Поэтому она просто начинает отказываться от этих встреч. До часа Луны ещё почти полгода, и она не знает, как выдержит это время.       Ближе к её дню рождения, Сакура практически валится с ног от бессилия. Кошмары настолько усилились, что окончательно перестает помогать снотворное. Шизуне проводит обследование, но ничем не может помочь. В библиотеке Харуно, с горем пополам, находит информацию, о том, что её кошмары могут быть обусловлены сильным желанием родственной души быть рядом. Очень, блин, здорово!

***

      Когда Сакура едва не отключается во время операции, Шизуне вынуждена отстранить её от работы. Като отправляет Харуно на месяц на больничный, настоятельно требуя в течении отпуска побольше времени уделить медитации и может пропить успокаивающих трав. Других вариантов у девушки нет, поэтому она уныло плетется к Хироко-сан.       Старушка радостно её встречает, но, видя её усталость, сразу начинает причитать и искать ей нужный травяной сбор. А потом и вовсе предлагает пожить у реки, мол место здесь целебное, и от работы отдохнёшь, а то гляди до чего себя довела. Даже домик свободный неподалеку есть — живи и радуйся. Сакура говорит, что подумает, хотя в душе понимает, что вряд ли она решит тут жить. Но, уже уходя от Хироко-сан, чувствует, что её буквально тянет магнитом к реке. Девушка поддаётся желанию, и садится на берегу, а затем начинает медитировать. А через несколько часов, впервые за много дней, чувствует себя отдохнувшей.       Вот так и получилось, что Сакура решает провести свой отпуск в маленькой хижине на берегу реки. Каждое утро девушка медитирует, затем тренируется, ест и снова медитирует. Кошмары не проходят, но ей действительно легче в этом месте. Ей нравится это место, его тишина и природа, что её окружает. А ещё ей нравится Мизуко-сан.       Сакура сама не понимает, почему так ждёт, когда мужчина присоединиться к её медитации, или когда составит ей компанию на тренировке, или когда вечером, за неспешной беседой, разделит с ней травяной чай. В нем нет ничего особенного, да и красавцем, как Саске или Какаши, его не назовешь, хотя сложно разобраться, когда не видишь часть лица. Но именно он, почему-то всегда находит удачные слова, которые могут её подбодрить или успокоить.       Иногда Сакура не понимает, как у Мизуко получается так правильно двигаться. Она не чувствует в нем ни грамма чакры, но при этом он выполняет движения не менее искусно и плавно, чем Генма или Какаши. И тогда она спрашивает:       — Мизуко-сан, а кто был вашим наставником?       Парень неловко чешет затылок:       — Честно говоря, Сакура-сан, я не знаю. После этой травмы, я не помню ничего до того момента, когда матушке удалось меня выходить. Я же тогда больше полугода даже в сознание не приходил. Так что, все что было, до этого — я не помню, а матушку эти вопросы огорчают. Получается, что я некоторые вещи просто знаю, а откуда мне не ведомо.       На секунду, Сакура хочет осмотреть его мистической ладонью, но мужчина этого не просил, а ей не хочется портить отношения. Поэтому она просто берет его за руку, выражая жест поддержки. У Мизуко немного краснеет лицо, но девушку больше удивляет другое. Ей приходится практически заставить себя отпустить его ладонь. И это не является нормальным. Только к вечеру она понимает, что весь день чувствует себя отлично и практически ни разу не вспоминает о Шисуи. С этого дня кошмары перестают быть выматывающими. Теперь это больше похоже на просто сны о воде.       Сакура раздумывает о своём отношении к мужчине, и начинает наступление. Она сама инициирует совместное времяпровождение, не отказывая себе в «случайных» прикосновениях. Каждый раз, когда у мужчины краснеет лицо, или дёргается кадык, или нервно двигается рука — Харуно испытывает такое вселенское удовлетворение, что иногда сомневается в собственной адекватности. Девушка по-прежнему отрицает очевидное, но где-то в глубине души уже понимает, как называется то, что с ней сейчас происходит. У Харуно все ещё есть страх быть отвергнутой, но почему-то кажется, что в этот раз все будет по-другому.

***

      Отпуск близится к концу, и Сакуре будет нужно вернуться на работу. Конечно, она может попробовать остаться жить здесь, но это очень далеко, а когда работаешь в госпитале, иногда каждая секунда бывает на счету. Это занимает мысли девушки, когда она слышит стук в дверь. На пороге стоит Хироко-сан.       — Сакура, деточка, как хорошо, что ты меня послушала! Выглядишь гораздо лучше!       — Спасибо, Хироко-сан, — благодарит девушка. — Вы что-то хотели?       — Да, милая! Мне бы цветы первоцвета собрать, да за ними день дороги в одну сторону, да день в другую. Так-то, Мизуко у меня самодостаточный парень, только вот как-то неспокойно мне его одного на два дня оставлять. Может сможешь прийти его проведать? Может, пообедаете вместе. Я видела, что вы неплохо поладили.       — Да, конечно, Хироко-сан, — смущённо отвечает Харуно.       — Ну и славно, деточка, — отвечает старушка.— Я тогда сразу и отправлюсь в дорогу. Раньше уйду, раньше вернусь.       Хироко-сан отправляется по своим делам, а Сакура уже было собралась в гости к Мизуко, когда видит на окне АНБУ.       — Харуно-сан, Хокаге вызывает.       Сакура понимает, что если за ней послали, дело плохо. И действительно, оказывается, что целый отряд АНБУ попал в засаду, и сейчас трое из них в тяжёлом состоянии. Весь день она и Шизуне не выходят из операционной, но к вечеру жизни троих шиноби вне опасности. Като отмечает, что отпуск прошел ей на пользу, и отпускает Сакуру восвояси.       Девушка торопиться домой, надеясь успеть разделить с Мизуко хотя бы ужин. Быстро приняв душ, Харуно надевает своё лучшее платье, хотя и прекрасно понимает, что нет абсолютно никакой разницы, во что она одета.       Она приходит как раз, когда мужчина собирался сесть ужинать. Тот выглядит немного удивлённым её визиту, но определённо рад, что она пришла. Пара разделяет нехитрый ужин, а затем Сакура заваривает травяной чай. Они сидят на ступеньках дома, слушают вечерние песни цикад, пьют чай и неспешно беседуют. Девушка садится ближе и кладет голову на плечо Мизуко, обнимая его руку. Даже ночного света, от только появившиеся луны, достаточно, чтобы разглядеть румянец мужчины.       — Сакура-сан, вы уверены, что это нормально для друзей, так сидеть?       — Скорее всего, не особо. Но дело в том, что я и не хочу с тобой дружить.       Харуно чувствует, как у мужчины учащается сердцебиение, и нервно ожидает его ответа.       — Сакура, но у тебя же есть родственная душа, — хрипло отвечает Мизуко.       — Да, есть. И когда мы познакомимся, я уверена, что мы или станем отличными друзьями, или вообще не будем общаться. Веление судьбы — это здорово, но я буду творить свою судьбу сама.       И девушка, на свой страх и риск, целует мужчину. Несколько секунд он явно обескуражен, но затем начинает неумело отвечать. Всё внутри Сакуры ликует, сердце стучит как бешеное, а мозг машет ручкой и уходит в неизвестном направлении. Сакура продолжает целовать мужчину, одной рукой перебирая светло-серые волосы, а другой поглаживая сильные руки и подтянутый торс. Она слышит, как быстро он дышит, и кладет его руку себе на талию, имитируя поглаживающие движения. Его рука сначала скользит несмело, но уже через несколько секунд уверенно гладит тело девушки. Когда он начинает ладонью исследовать её грудь, Сакура слышит первый стон, и вдруг понимает, что сама же его и издала.       — Прости, я сделал что-то не так? — срывающимся голосом спрашивает Мизуко.       — Нет, ты делаешь всё отлично — голос Харуно не лучше. — Но я хочу переместиться в комнату.       Мужчина старается взять себя в руки, встаёт и уныло тащится к креслу, чтобы продолжить общение в их обычном месте в доме. Но у Сакуры совершенно другие идеи этим вечером, тем более теперь, когда она видела, насколько сильно ему понравилось её целовать. Девушка тянет его за руку к кровати, и снова слышит, как у него резко учащается дыхание. Она усаживает мужчину, и следом садится к нему на руки, лицом к лицу. Сакура вновь принимается целовать Мизуко, руками оглаживая его плечи и шею, и ликует, когда чувствует, что руки мужчины тоже не бездействуют. Харуно знает, что сегодня произойдет ровно столько, сколько она позволит. Как хорошо, что она уже все для себя решила. Поэтому одна её рука уже опускается все ниже, и начинает гладить пах мужчины. Девушка слышит первый несдержанный стон Мизуко.       В комнате темно, потому что ему свет не нужен, а Сакура хоть и действует уверенно, но по большей части инстинктивно, поэтому всё равно стесняется. Сегодня ей будет достаточно видеть лишь очертания в свете луны. Девушка расстёгивает платье, направляя руку Мизуко. Воздух становится тяжёлым, тело невозможно горячим, и Сакура изо всех сил пытается ухватиться за остатки рассудка. Пока она ещё хоть что-то соображает, ей нужно помочь снять ему футболку так, чтобы он не зацепил повязку на глазах. Харуно всё-таки удается сделать это, и последние крупицы рассудка отправляются вслед за мозгом.

***

      Следующим утром Сакура просыпается первой, но совсем не торопится вставать. Девушка анализирует свои ощущения, и понимает, что ей хорошо и комфортно, как никогда в жизни. На кой ей сдалась родственная душа, если она может испытывать такие чувства рядом с этим мужчиной? А ещё, она вдруг понимает, что сегодня, впервые за долгое время, ей не снилась вода. В голове, голосом Ино, звучит: «А я тебе говорила! Вот что секс животворящий делает!». Сакура весело хмыкает и собирается направится в душ, но позорно не может выпутаться из простыни. Девушка, хихикая, дёргает оную, и тем самым раскрывает Мизуко. Мужчина поворачивается, не желая просыпаться, и вдруг, девушка видит то, что в одночасье меняет всё. На внутренней стороне его левого бедра, на всегда скрытом от посторонних глаз месте, красуется имя «Харуно Сакура».