552

Шёл дождь, когда однажды Чонгук подбежал к нему через поле, весь мокрый и запыхавшийся, потому что он, казалось, так спешил, что даже его куртка развивалась от ветра. Тэхён курил под навесом, посмеиваясь над тем, как нелепо волосы мальчика прилипли ко лбу. Его щёки раскраснелись от бега, и если бы Тэхён не знал, что Чон состоит в школьной команде по лёгкой атлетике, он бы предположил, что у него действительно слабая выносливость. — Мы поймали его, Тэ. Как ты и хотел, — Чонгук судорожно хватал ртом воздух, явно гордясь собой. Тэхён никогда не обращал особого внимания на Чонгука и не собирался начинать. Он был похож на мышь, которую не заметишь под ногами. Муха на стене, у которой, возможно, есть какие-то мускулы. Тэхён нахмурил брови, в замешательстве выдыхая остатки дыма. — Кого вы поймали? — злобно поинтересовался он, раздражаясь, что из-за дождя сигарета всё время гасла, и ему приходилось снова и снова зажигать её. Он потянулся за зажигалкой, щёлкнул ею и стал бороться с угасающим пламенем. Иногда дни были дерьмовее, чем обычно. Чонгук поблизости только усиливал его раздражение. — Чимина. Тэхён прекратил свои попытки, бросил сигарету и уставился на Чонгука, решив, наконец, выслушать парня, который что-то ему говорил. Пацан сиял от уха до уха, казалось, что не смотря на дождь и грязь, ничто не могло вывести его из приподнятого настроения. Он был чуть младше Тэхёна, всегда искал способы произвести на него впечатление и попытаться быть принятым в их шайку, так что он не мог спрашивать с него как с остальных. — В смысле вы поймали Чимина? Чонгук выглядел смущённым его ответом, выпрямляясь, он искал в глазах Тэхёна признак того, что он шутил. Тэхён продолжал гневно смотреть на него, сжав кулаки. Внезапно он почувствовал мороз по коже, а дождь начал холодить ему спину, и он пожалел, что не оделся теплее. — Мы его избили. — Вы что? — Решили его проучить… Тэхён схватил Чонгука за рубашку и жёстко заговорил, начиная сильно трясти его, из-за чего младший зашевелился от боли, со страхом смотря ему в глаза. — Я не говорил тебе повторять, что вы с ним сделали, и я не говорил вам делать свои делишки за моей спиной. Чонгук пытался что-то сказать, чувствуя боль в шее, когда Тэхён тряс его. Он выглядел испуганным и совершенно не понимал, что происходит, глядя на старшего парня удивлёнными глазами. Тэхён обычно выходил из себя, когда грубо обращался с людьми, но на этот раз он находился в абсолютном сознании. Ничего, кроме злости. Даже немного не отключился и не потерял над собой контроль. — Но… Хосок сказал нам, что ты будешь счастлив. Тэхён прикусил губу, немного ослабив хватку, как только услышал имя своего друга. Чонгук, вероятно, даже не приложил к этому руку. Он был всего лишь посыльным. Тэхён попытался успокоить свой голос, стараясь говорить менее громко, но продолжая крепко держать Чонгука. — Где он? — Хосок? — Нет, тупой ты кретин, Чимин, — Тэхён старался не думать слишком много о том, что его ждёт, потому что от этого у него подкашивались колени. Чонгук сглотнул и кивнул, указывая направо. — Школьный подвал, — выдавил он из себя. Тэхён молчал, и Чонгук воспользовался шансом успокоить его, слабо улыбнувшись: — Он уже сказал нам, где их тайник. Это наша золотая возможность. Тэхён ударил его коленом в живот, прежде чем уйти. Он пробирался сквозь дождь, грохоча ногами громче, чем раскат грома и молнии, пытаясь найти знакомую тропинку, внезапно дезориентированный от ужасного предчувствия. На этот раз коридоры казались бесконечными, все выглядели одинаковыми и пустыми, когда он бежал по ним, изо всех сил хватаясь за перилла лестницы, чтобы не упасть по дороге. Это был долгий путь вниз, в глубокий холод и сырую плесень, где они обычно хранили своё оборудование. Первым, кого он увидел, был Хосок, который стоял без пиджака, рукава его рубашки были выкрашены в красный цвет. Боковым зрением Тэхён заметил ужасающий вид справа, и его горло болезненно сжалось. Он перевёл взгляд и увидел обнажённую грудь Чимина, кровоточащую из-за большого количества довольно точных и ровных порезов, которые могли быть только результатом ножей-резаков, которые держали его парни. Тэхён на секунду потерял самообладание, оттолкнув Хосока в сторону, он кинулся к раненому телу на полу. Чимин выглядел таким маленьким и беззащитным. Таким замёрзшим. — Господи… — прошептал Тэхён, чувствуя дрожь в руках. Он находился в таком состоянии, что даже не мог вести себя как обычно, потому что раньше он сходил с ума, когда злился, сейчас же от увиденного перед собой он был просто в ужасе. Чимин лежал весь в крови, и от её густого запаха Тэхёна мгновенно затошнило. Глаза Чимина были широко раскрыты и напуганы, как будто он видел невидимого монстра, который уже готов наброситься на него и добить. Он выглядел преданным. Он содрогнулся, когда Тэхён коснулся его шеи, словно боялся, что ему снова сделают больно. Тэхён попытался успокоить его, аккуратно поглаживая места с неповрежденной кожей, чтобы расслабить мышцы, но посмотрел на свои напряжённые руки и сильно моргнул, потому Чимин с удвоенной силой истекал кровью от малейшего касания. Сморгнув выступившие слёзы, Тэхён повернулся и посмотрел на парней вокруг, которые уставились на него как на чужака. — Мы в старшей школе, если вы не в курсе! Мы не грёбаные якудза! — ему пришлось сделать глубокий вдох, чтобы собраться с мыслями, продолжая глядеть на парней вокруг, он вдруг понял, что совсем их не знает. Хосок стоял у стены, скрестив руки на груди, с отсутствующим выражением лица. — Мы всё время ломаем людей, Тэ. Не думал, что на этот раз ты рассердишься. Извини, наверное. Тэхён подумал, не заговорить ли с ним, потому что слышал в его голосе странные нотки, но физически не мог снова открыть рот из-за страха, что его вырвет или он сорвётся. Он прикусил губу, проверяя пульс Чимина и стараясь не заплакать, потому что он никогда не плакал. Пульс присутствовал, но был таким слабым, казалось, что ещё один глубокий порез мог прикончить его. Тэхён свирепо огляделся вокруг, провоцируя любого подойти ближе. — Ты хотел его смерти. Ты сам так сказал, — встрял кто-то, и Тэхён узнал голос Намджуна. Тэхён тоже хотел смерти Намджуна несколько недель назад, но это не означало, что он доведёт дело до конца. Его грудь бурлила от гнева, отчего-то стало ещё больнее, когда ему пришлось заставить себя наклониться над окровавленным телом Чимина, чтобы удержать его в сознании. — Эй, ш-ш-ш, прости меня, — прошептал Тэхён на ухо Чимину, поглаживая его влажные волосы и одним лёгким движением разорвав рубашку, чтобы завязать большие порезы на его запястьях. Именно из них сочилось больше всего крови, потому что лучевая артерия была в глубоких ранах. Никто ничего не сказал, когда Тэхён поднял Чимина на руки, с трудом вставая на ноги с дополнительным весом и пропитываясь кровью от его ран. Он впился взглядом в каждого из стоявших в круге парней с ножами в руках, словно приглашая их подойти к нему. Никто из них этого не сделает. Они все до сих пор испытывали к нему уважение — либо это, либо страх. Когда никто ничего не сделал, он направился к лестнице, его руки почти онемели, потому что он крепко держал тело Чимина, одновременно стараясь не причинить ему лишнюю боль. Идти домой с человеком на спине было самой трудной вещью, которую Тэхён когда-либо делал, и он ненавидел Чимина за это. Затем он перестал ненавидеть Чимина, потому что тот едва дышал и ещё сильнее начал ненавидеть себя. Он выругался, после того как поскользнулся на камнях и траве, пытаясь найти свой дом под дождём, блуждая по густому лесу. Он никогда раньше не думал, что под ливнем настолько холодно, пока полностью не промок. Из-за влажности запах крови стал ещё гуще, насквозь впитавшись в его одежду. Сырость также не помогала ранам Чимина, и он подумывал о том, чтобы попытаться нести его на руках, но отбросил эту идею, решив, что его раны нужно срочно обработать и зашить, и он не может терять драгоценное время. Он как раз пытался вспомнить, где у него дома находится аптечка, когда перед ним возникла неясная тень. Первой мыслью было — Хосок пришёл, чтобы помочь ему и извиниться, но знакомое лицо оказалось другим. Ещё более нежеланным, хотя конкуренция была довольно жёсткой после того, что произошло. — Ты садистский ублюдок, — произнёс Юнги, выглядя довольно опасным, несмотря на свой маленький рост. Тэхён знал, что Чимин держал его в качестве телохранителя не просто так; он не был дураком. Он испытал на себе гнев кулака Юнги, и ему даже не довелось увидеть, что он сделал с ребятами из Пусана, которые однажды попытались ограбить их притон. — Сначала ты насилуешь его на каком-то складе, а потом заставляешь истекать кровью? — Я ничего не делал из того, что ты говоришь, — пробормотал Тэхён, делая шаг вправо, когда наконец увидел вдали свой дом. Юнги последовал за ним, опережая его и преграждая ему путь. Он был быстрее, отчасти потому что его не тормозили шестьдесят килограммов истекающего кровью человека. — Прочь с дороги, Юнги. У меня нет времени на разборки с тобой. — Он не заслуживает того, что с ним случилось, — парень находился в абсолютном неадеквате, уставившись на Тэхёна, он явно не понимал, что Чимин истекает кровью и может умереть, пока он их задерживает. — Он забрал твою заначку у Намджуна, потому что ты, тварь, первым загнал нас в угол. — Даже не собираюсь ничего отвечать. Ты глухой, я только что сказал— Не успел он договорить, как Юнги на него набросился, его глаза были мертвенно-бешеными, он замахнулся большим молотком, который Тэхён не заметил раньше, и который он нацелил прямо ему в голову. Тэхён выругался, пригибаясь, он уронил Чимина на землю. Он услышал, как Чимин всхлипнул от боли, и его сердце сжалось при мысли о том, что его раны соприкоснутся с грязной землёй. Юнги продолжал смотреть на него, высоко подняв молоток как сумасшедший. — Чимину нужна помощь, тупой недоносок! — закричал Тэхён, кашляя, потому что дождь и холод начали вызывать переохлаждение в его организме. Он попытался поднять кулаки, чтобы защититься, но они дрожали. — Сейчас не время ревновать, ты долбанутый кусок дерьма… — он ударил Юнги, когда тот снова подошёл к нему, едва уклоняясь от удара молотком. Юнги согнулся пополам, но тут же замахнулся во второй раз, его молоток приземлился где-то сбоку от головы Тэхёна, и уже через секунду он почувствовал раскалывающуюся головную боль, а затем что-то тёплое потекло по его шее. — Нет! — закричал Чимин с земли, начиная плакать, когда увидел Тэхёна с почти оторванным ухом от удара молотка, согнувшегося от боли. Юнги, казалось, только заметил Чимина, широко раскрыв глаза от удивления, он поспешил к нему и склонился над его искалеченным телом, обхватывая его лицо руками. — Отвали от меня! — слабо протестовал Чимин, не в силах поднять руки. — Не прикасайся ко мне! Тэхён проигнорировал боль в ухе и рванул вперёд с нарастающей инерцией, с силой пиная Юнги в голову когда он, наконец, отвлёкся, заставляя парня рухнуть без чувств на землю рядом с Чимином. — Пиздец, — донёсся слабый голос Чимина, и Тэхён почувствовав лёгкое облегчение, что он вернулся на уровень сознания, который включал общение, снова схватил его в свои объятия, сосредоточившись только на том, чтобы спокойно дойти до дома и запереть за собой дверь.

***

Уставившись в потолок, они лежали рядом на кровати в комнате Тэхёна, окровавленная аптечка лежала на полу, полностью использованная. Тэхён не был специалистом в таких делах и только пытался скопировать то, что видел в фильмах, пока зашивал раны и накачивал Чимина незаконным количеством обезболивающих. Лицо Чимина вновь обрело цвет, многочисленные швы на теле делали его похожим на куклу Чаки. За исключением того, что Чимин был красивой версией… Тэхён почувствовал, что бредит. — Ты хочешь пойти в больницу?.. — он не решился закончить, и остальная часть фразы осталась у него на языке. Там станут задавать вопросы и это навлечёт на них неприятности. У Чимина было девяносто граммов наркоты в школьном шкафчике, в крови не должно быть столько обезболивающих, и ни одно из их оружия не было законным. — Нет, — понуро ответил Чимин, понимая всю ситуацию. Тэхён не мог оторвать от него глаз. Не потому, что он выглядел отвратительно, а потому, что несмотря на все порезы и перевязку, которой его обмотал Тэхён, Чимин выглядел таким безмятежным и прекрасным, когда свет из окна падал на его лицо. Тэхён действительно не нашёл времени раньше, чтобы детально рассмотреть его вблизи. Он почувствовал, что Чимин может привести к миру во всём мире и положить конец всем войнам, и он был единственным, кто знал это. — Я никогда не хотел твоей смерти, — виновато пробормотал он, вспоминая сцену в подвале. Самодовольные парни злорадно смотрели сверху вниз на истекающего кровью Чимина. Его сейчас стошнит от этой картины, которая прочно засела в мыслях. — На самом деле я говорил это, но я и предположить не мог, что кто-то из моих парней действительно попытается всерьёз убить тебя. И… мне очень жаль. Я правда… я… — Знаю, — просто ответил Чимин, пытаясь немного пошевелить запястьем. Он поморщился от боли, и Тэхён бережно устроил его рядом с собой. — Я удивлён, что Юнги не линчевал тебя. — Он почти сделал это, — фыркнул Тэхён, чувствуя, как болит ухо под дурацкой повязкой, которую он десять раз обмотал вокруг головы, что сделало его похожим на грёбаную мумию. — Он даже не опоздал. Господи, Чимин, он, должно быть, влюблён в тебя или что-то в этом роде. Я не могу быть единственным, кто это заметил. Чимин громко рассмеялся, потом закашлялся, потому что смех причинял ему боль, Тэхён тоже засмеялся, и ему пришлось зажать ухо, потому что оно горело каждый раз, когда его голова двигалась. Сейчас они оба выглядели довольно нелепо. — Думаю, порезы и синяки, которые я оставлял людям не так уж плохо выглядят по сравнению с твоими сейчас, а? Ты собираешься начать их собирать? — поинтересовался он, осторожно касаясь шва на рёбрах Чимина. Чимин свирепо глянул на него, и Тэхён тут же извинился, понимая, что своей шуткой сморозил глупость. — Пожалуй, нет. Мне и этих хватит на всю жизнь. — Согласен. Я занимаюсь коллекционированием шрамов, так что, будь добр, найди себе другое хобби. Он увидел, как Чимин улыбнулся и понял, что непроизвольно улыбается ему в ответ, очень широко и болезненно для уха. Тупое идиотское ухо. Прямо перед тем, как они оба провалились в сон от усталости, Тэхён даже из своей комнаты уловил запах гниющей еды из холодильника, результат того, что его мама ушла из дома более трёх недель назад.

***

Убедившись, что здоровье Чимина позволяет его оставлять одного дома, Тэхён вернулся в школу. Он обнаружил в своём шкафчике письменные извинения Намджуна и Чонгука за произошедшее с Чимином. Каракули и беспорядочный слог на целый лист бумаги формата А4, и это действительно было довольно впечатляюще, потому что он не был уверен, что они умеют читать. Это не означало, что он простил их, но он знал, что они просто выполняли приказ. Во время обеда он сел на свою обычную скамейку, прямо рядом с Хосоком, лицо которого скривилось в отвращении, когда он увидел Тэхёна, сидящего рядом с ним. Он тут же встал и скрестил руки на груди, пронзая его взглядом. Тэхён остался сидеть, занятый подсчётом денег, которые Намджун дал ему, чтобы покрыть ту сумму, которую Сокджин украл у них. Он заплатил ему йенами, а не вонами, конечно же, Намджун не мог не налажать ещё раз. — Тэхён, — позвал Хосок, продолжая странно смотреть на него. Тэхён проигнорировал его, убрав деньги, он вытащил блокнот, в котором следил за всеми сделками. Ему ещё предстояло подойти к Чонгуку и спросить, не хочет ли он сменить Намджуна, но он полагал, что сможет сделать это позже. — Тэхён! — Хосок, — признал он, раздражённый громкостью. Он потрудился поднять глаза на секунду, обнаружив сердитое лицо и странную ауру. — Ты должен уйти, — спокойно процедил Хосок, глядя на него сверху вниз. Тэхён убрал свои вещи и сложил руки на колени. Было очевидно, что Хосок боится его. Хосок знал, почему он был лидером в первую очередь. Что он мог сделать и как легко он выходил из себя. — Ты больше не часть нас. Тэхён изогнул бровь, и только тогда он заметил двух мускулистых новичков, стоящих рядом с Хосоком. Вдалеке он увидел Намджуна и Чонгука, которые стояли неподвижно у дерева, наблюдая за происходящим. — Что? — Нам не нужны бабы в наших бандах, и уж точно я не потерплю пидоров. Ты и Чимин. Не смотря на то, что это правда, грубые слова не звучали менее обидно. На самом деле Тэхён взбесился из-за того, что и каким тоном сказал Хосок. Но Хосок знал, что они разозлят его, поэтому он молча щёлкнул пальцами, и двое новичков справа от него подошли к Тэхёну, вытряхивая из его рюкзака все деньги и блокнот, передавая их Хосоку. Тэхён уставился на него, но быстро понял, что потерпел поражение. Раньше он никогда не оказывался на этой стороне медали. Он всегда был тем, кто щёлкал пальцами. — Ты такая дешёвка, — усмехнулся он, вставая со скамейки. Двое новичков подошли к Хосоку, прикрывая его, в то же время, с опаской поглядывая на Тэхёна. Хосок, вероятно, рассказал им, что он сделал с парнем, который следил за Чимином во вторник на крыше. По крайней мере, он надеется, что он поставил их в известность. Сколько людей могут сказать, что они оторвали парню член, не используя практически ничего? — Бесишься, что у тебя больше нет псин, которыми можно помыкать? — спросил Хосок, ухмыляясь при виде того, что Тэхён сейчас один против трёх. — Не устраивай сцен хотя бы сейчас. Впервые в жизни Тэхён не стал устраивать сцену. Он вроде как хотел, потому что у Хосока хватило наглости угрожать ему и вышвырнуть его из банды, которую он и создал, но что-то в глубине его сознания подсказывало, что ему всё равно. Это не должно волновать, потому что больше не является главным в его жизни. Он схватил свой рюкзак и пошёл прочь, направляясь прямо домой. По его мнению, это полная противоположность тому, чтобы устраивать сцену. Проходя мимо, он даже не сплюнул в этих дебилов жвачкой.

***

Тэхён снова лежал рядом с Чимином на кровати, уставившись в потолок и пытаясь осмыслить то, что произошло в школе. Он ходил туда только за деньгами из чужих шкафчиков и, может быть, за сигаретами. Он вернулся домой без них и без суммы всех его жизненных сбережений. Даже три дня спустя это всё ещё было горько, но возвращаться в школу ему не хотелось. Никогда. — Юнги не перестаёт звонить, — со смехом сказал Чимин, отбрасывая жужжащий телефон. Боже, как хорошо было снова услышать его смех. Иногда Тэхён чувствовал, что никто, кроме него и Чимина, никогда не смеялся в этом месте. — Он, наверное, места себе не находит и переживает, что ты удерживаешь меня в заложниках. — Так и есть, разве ты не заметил? — Тэхён показал ему язык. — Вот почему я не позволю тебе уйти. — Твои шутки всегда такие дерьмовые, — скривился Чимин, но зашипел от боли, когда пошевелился, его руки снова заболели. Тэхён побледнел, заботливо укладывая его на подушки. — Пошёл ты, — сказал он, плюхаясь рядом с Чимином и уставившись на его швы. Чувство облегчения нахлынуло на него, когда он понял, что раны хорошо заживают и никакая инфекция не попала внутрь. Чимин громко вздохнул, и этот звук успокоил Тэхёна. Год назад он и подумать не мог, что окажется в подобной ситуации. Он понятия не имел, что теперь будет с его жизнью, но он точно находился на своём месте. Рядом с Чимином, не соперничая с ним и не убивая. Вместо этого восхищаясь тем, как его красивые ресницы подпрыгивают каждый раз, когда он моргает, и желая приготовить для него еду, хотя он ненавидел готовить, и у него в холодильнике завалялось только одно протухшее яйцо. Он почти мечтал, чтобы Чимин снова ударил его головой, просто так. Может быть, чтобы сделать их равными, хотя то, через что прошёл Чимин, было намного хуже всего, через что он когда-либо заставлял Тэхёна проходить. Он не мог поверить, что так недооценил свою команду. Психопаты-убийцы, по-видимому, большинство из них настоящие преступники. — Эй, — начал Тэхён, поворачиваясь лицом к Чимину, который выглядел так, будто пытался просверлить дыру в стене. Очень серьёзное дело. — Эй, — снова попытался он, осторожно дотрагиваясь до бока Чимина, где у него не было перевязанной раны, пытаясь привлечь его внимание. — Малыш. Чимин мотнул головой, обиженно нахмурившись: — Не смей называть меня «малышом», — пробормотал он, слегка покраснев, и посмотрел Тэхёну в глаза. Тэхён возьмёт удар, сказав, что ему действительно нравится так его называть, и он не вкладывал в свои слова двойной смысл. — Но меня только что выгнали из моей банды, малыш, — протянул Тэхён с расчётливо надутой нижней губой. Вытянув руку, он начал играть с милыми пухлыми пальцами Чимина. — Мне грустно. — Если тебе от этого станет легче, меня понизили. — Они понизили в должности всемогущего детку? — спросил Тэхён притворным голосом, нахмурившись от боли, когда Чимин ударил его в плечо. Больно. Сильнее, чем он думал может ударить временный калека. — Эй, какого хера это было? — Я ненавижу быть здесь. Ненавижу торчать с тобой, — вздохнул Чимин, перекатываясь на другой бок и отворачиваясь от Тэхёна. Тэхён увидел, как его плечи грустно опустились и внезапно почувствовал себя неуютно. Он наклонился, подползая ближе к маленькому комочку, лежащему рядом с ним. Секунду он просто смотрел на Чимина, затем поцеловал в плечо, а потом уткнулся носом в его шею, почувствовав себя беспризорником с дурным воспитанием. Краска залила щёки Чимина, и Тэхён счастливо улыбнулся. — Малыш, — повторил он, на этот раз очень мягко. Чимин не протестовал, когда он наклонился, чтобы поцеловать его в щёку, тёплая нежная кожа успокаивала сухие губы. Он аккуратно приподнял голову Чимина, чтобы поцеловать его прямо в губы, и тот невольно прижался к нему, когда Тэхён осторожно обнял его сзади. Как выяснилось, не ненавидеть Чимина не так уж и плохо. Но прежде, чем они начнут всё заново, Тэхёну сначала придётся извиниться перед ним пятьсот пятьдесят два раза. — Я хочу тебе кое-что сказать.