Прощение

      Ягами искренне удивился тому, когда этот странный парень вот так прямо сказал ему, что он и есть тот самый детектив L.       L… да уж, Ягами себе совсем не так его представлял.       В принципе, он понимал, что однажды встреча с L всё-таки состоится. Но Ягами никак не ожидал увидеть вот такого несуразного паренька. Лохматые волосы, уставший взгляд, синяки под глазами и слишком бледная кожа, сгорбленный и… и чаще, чем положено, босиком. Какой интересный детектив.       Но Лайт понимал, что внешность обманчива и не стоит к нему относиться не серьёзно. Не зря же об этом парне говорят, что он лучший детектив в мире.       Конечно же, Лайт никак не показал своих эмоций во время первой встречи, как и во все последующие. Нельзя, чтобы L его раскусил. Уж слишком долго и упорно Кира шёл к своей цели и не мог допустить, чтобы кто-то ему помешал. В том числе и этот супер-детектив.       Сложное дело, но ведь Кира справится, не так ли? *****       Ягами поставил себе чёткую задачу устранить L. Или Рьюзаки, или как он себя там ещё называет, это не важно… Не важно, узнает Лайт настоящее имя L или нет, но он должен его убрать. Ему попался слишком сильный противник, который вполне способен помешать Кире вершить правосудие.       Правосудие...       Лайт искренне уверен в правильности своих действий. И, хотя он, по факту, был таким же преступником, как и те, кого он казнил, он оправдывал себя тем, что он делает это для блага Японии. Для блага всего мира. Что у него другие цели. Ягами не хотел и не хочет убивать ни в чём не повинных, законопослушных граждан. Но вот полиция часто бездействовала, поэтому многие преступники увиливали от наказания. Или откупались, уходили от наказания, сбегали со страны, не важно… Важно то, что они не несли заслуженного наказания, а пострадавшие не были отомщены.       Кира поможет им всем. Кира считает, что так поступать нельзя.       Жаль, что L так не считает. Его вообще бесполезно переубеждать в этом. Если бы Лайт мог ему как-то это донести…       Поэтому выход только один. Если L не станет помогать Кире, то L стоит убрать.       По крайней мере, так думал Ягами поначалу. Но, чем больше он общался с Рьюзаки, тем больше… сближался с ним, что ли. Не только по работе, по общей, "общей" цели – поимки Киры. И если сначала это была показушная дружба, чтобы обмануть других людей, чтобы обмануть самого L, то позже Ягами заметил, что… что он заигрался, и не понял даже, с каких пор он перестал врать себе, врать другим и на самом деле почувствовал тягу к L.       Наверное, всё дело было в том, что где-то в глубине души Ягами восхищался L. Такой молодой, такой умный, такой странный, такой непонятный и такой манящий… Действительно очень достойный противник. И даже Миса не могла должным образом обратить внимание Лайта на себя. Будучи с ней, он, в то же время, мыслями был далеко. И он думал не только о своих делах в роли Киры, он также думал об L. Интересно, что же детектив на самом деле думает о Лайте? А то вряд ли он выкладывает сотрудникам абсолютно все свои мысли. Что он думает, когда смотрит на Лайта чересчур долго…       Чёртов детектив. Всё начинает заходить непозволительно далеко.       Сказать, что Рьюзаки был странным – это ничего не сказать. Ягами часто краем глаза замечал, как тот пялится на него, даже не скрывая этого. Конечно, L говорил, что за ним нужно следить, так как Ягами – главный подозреваемый по делу Киры, и, несомненно, это было обоснованно и логично, но… но зачем, к примеру, Рью с неподдельным интересом смотрел, как Ягами ест? Или ищет какие-то документы на столе, или моет руки, занимается всякими самыми обычными вещами… Это ведь делу не поможет. Лайт допустил мысль, что L хочет его проанализировать абсолютно во всех аспектах жизни. И первое время эта само успокоительная мысль вполне помогала. Но потом до Лайта дошло, что всё время Рью этим бы не занимался. Это как перечитывать одну и ту же книгу сотни раз, надеясь найти там что-то новое. А L именно этим и занимался. Он сотни раз следил за Ягами, когда тот снова и снова делал то же, что и делал раньше.       Логика подсказывала Ягами, что дело тут не только в подозрениях, что он – Кира. Интересно, до чего доведёт эта игра.       С каждым днём было всё сложнее. Когда, казалось бы, они уже приблизились к разгадке дела, непременно что-то происходило, что отбрасывало команду на несколько шагов назад. Конечно, не без участия Лайта, ведь ему хотелось подразнить L. Показать L, что есть кто-то не менее умный, чем он. Взгляд Рьюзаки, взгляд не моргающих глаз, смотрящих на Ягами, так и подталкивал второго на действия. Схватить этого, уверенного в своей правоте, детектива за горло, прижать к стенке и прошептать ему на ухо максимально близко, касаясь губами смоляных волос, что он и есть Кира, а потом облизнуть его шею до прерывистого вздоха…       Лайт вздохнул. Когда это мысли об L успели повернуть в такое русло? Но думать об этом особо некогда. Ведь как раз сейчас L ждёт его на крыше. В дождь и на крыше… – Сегодня колокола звучат громче, чем обычно, - сказал Рью, когда Ягами наконец подошёл к нему.       Что за чудик… В такую погоду не было ни малейшего желания находиться на улице. И ведь Ягами стоял под крышей и ждал, когда детектив заметит его и подойдёт. Но он этого не сделал, так что пришлось подойти Ягами. – Я ничего не слышу, – ответил Лайт. – Прости. Я часто несу какую-то чушь, – брюнет снова посмотрел себе под ноги. – Ты бы поменьше слушал меня. – Хорошо, Рьюзаки, – сказал Ягами с улыбкой. – Ты и впрямь по большей части несёшь чушь. Если тебя каждый раз принимать всерьёз, то с ума сойдёшь. Мне это известно лучше, чем кому-либо. – Да, это именно так, Лайт.       Взгляды встретились, повисло молчание. L снова начал… пялиться? Что бы это ни было, Ягами не хотел уступать, поэтому решил тоже не отводить взгляд. Не на того напал, супер-детектив.       Разговора, как такового, не получилось. Студент начал ломать голову над вопросом, зачем L вообще его звал? Погода не располагает для прогулок, разговора не получилось, они просто, по большей части, поиграли в гляделки на крыше. В ливень. Класс…       Обдумывая это, Ягами так и не решился спросить Рьюзаки о причине его поступка. Он молча вытирал волосы, позже присел на ступеньки, чтобы снять ботинки и вытереть ноги. Одежда мокрая насквозь, надо было хоть частично убрать воду, а то так и до простуды недалеко.       В это время детектив, с полотенцем на голове, подошёл к Лайту сзади. Как всегда, беззвучно, так как был босиком. Шатен почувствовал взгляд L спиной, и обернулся. – Нас хоть выжимай, – начал брюнет. – Это ты виноват, вытащил меня в дождь, – ответил Лайт, продолжая вытирать волосы. – Извини, я сожалею.       L прошёл мимо него и присел у его ног. Отобрал полотенце, вызвавшись помочь с вытиранием ног. Ягами опешил от неожиданности. – Что ты делаешь, Рьюзаки? – Ты так тщательно вытираешься. Позволь, я помогу. – Да я и сам могу… – Это меньшее, что я могу сделать. Я ведь... подозревал тебя.       Никто из парней так и не сказал вслух, что это не правда. Не "подозревал", а подозревает до сих пор. Но брюнету тоже надо как-то притупить внимание подозреваемого.       От неожиданности Лайт не стал останавливать Рьюзаки. Тот вытирал ему ноги, склонившись над ними, от чего холодные капли воды капали на ноги с его волос. Создавался диссонанс от разных ощущений. С одной стороны – касания Рью, от которых, несомненно, было приятно.       До одури приятно.       С другой – дискомфорт от холодных капель, что попадали на уже сухую, к тому моменту, кожу.       L смотрел на ноги, как под гипнозом. Не совсем понимая, что он делает, Рьюзаки наклонился к ноге и слизал языком одну из капель, что упала. Вместе с этим он коснулся мокрыми, холодными волосами ног, нежно, и почти невесомо в это время, поглаживая лодыжки пальцами.       "Чёртов детектив. Всё начинает заходить непозволительно далеко", – снова подумал Ягами и прикусил губу.       Ощущения были фантастические, и снова двойственные. Дискомфорт от холодных волос и жар от горячих губ. По спине пробежали мурашки, Лайт закрыл глаза и отдался ощущениям. Пускай продолжает.       Зазвонил телефон.       "Чёрт", – выругался про себя шатен.       Детектив прервался и ответил на звонок. Значит, что-то важное. – Пойдём, Ягами…       Дальше он уже не слушал брюнета. Конечно, борец за справедливость никак не выдавал своих эмоций, но в душе просто бушевал ураган.       Мысли упорно не хотели возвращаться в рабочее русло. Ягами нервничал. Нервничал так же, как и в моменты, когда он был близок к разоблачению. Да и сейчас много напряжения. Всё же он уже продумал план, как устранить Рьюзаки. Осталось только дать добро Рэм. Почему же он сомневается?       Взгляд сам наткнулся на L. Он сидел, как всегда, сгорбившись, и покусывал свой большой палец, так же, не моргая, смотря на Ягами.       Лайту до безобразия захотелось продолжить начатое. Дурацкий телефонный звонок… Хотя и того, что успело случиться за те пару минут, вполне хватило, чтобы выбить уравновешенного Ягами из колеи. Он хотел продолжения. Поэтому, дождавшись, когда все разойдутся, он без раздумий пошёл к брюнету.       Провидение явно сегодня не на его стороне. Но он мог разобраться и с этим. Он вполне мог сделать с детективом всё, что только пожелает, и даже без силы Киры. Он мог задушить его голыми руками, когда тот потеряет бдительность. Избить до полусмерти, превратив в фарш. Бить долго и больно – руками, ногами, всем, что попадётся под руку… Устранить того, кто спит и видит его поимку и прикладывает к этому максимум усилий, делая всё возможное и невозможное. Остановить этого мистера дедукцию…       Ход его мыслей прервал Рьюзаки, который, наконец, открыл дверь. Как всегда взгляд, не выражающий ничего, кроме усталости.       И в этот момент Ягами понял, что он не сможет остановить L. Если детектива кто и убьёт, то точно не он. Без объяснений Лайт прильнул к губам брюнета, крепко прижимая к себе и заталкивая его в комнату. Запустил пальцы в и без того растрёпанные волосы, целуя жадно, и, в то же время, обречённо. Рьюзаки ответил на поцелуй, ведь именно перед ним Кира сдался. Он на сто процентов убедился в своей правоте в тот момент, когда вызвался вытереть ноги Ягами. Кира страдает комплексом Бога, и если бы у Лайта не было этого комплекса, он ни за что не позволил бы Рью опуститься до уровня раба… Значит, Ягами и есть Кира.       Неведомые ранее чувства влекли в пучину отчаяния, что утянет за собой обоих. Оба понимали, что их ждёт плохой финал, так как в данном положении они не смогут быть вместе. Не смогут никак.       Кто знает, какую из двух зол выбрать? Сделать и жалеть, или не сделать и жалеть..? *****       Вот и всё. Конец настал, как и обещал Рюк. Бог смерти записал имя Ягами в своей тетради. Для Ягами всё кончено, а ждать, когда он умрёт в тюрьме за свои злодеяния, Рюк не имеет ни малейшего желания. Ведь снова будет скучно, да и не будет больше яблок…       Последние 40 секунд жизни Ягами Лайта – Киры, борца с преступностью. Последние. Перед Ягами возникает образ Рьюзаки. Такой же, как и при жизни. Смотрит на него и ничего не говорит. Хоть L был убит и не Ягами, шатен чувствует себя виноватым. Он это допустил. Жажда власти, жажда победы затмила собой всё. Он причастен к смерти человека, что хотел стать ему другом. Что стал ему другом… Стал даже кем-то большим, чем просто друг, и более важным, проникнув в глупое сердце.       "Рьюзаки…". Взгляд мутнеет, глаза закрываются, и ресницами смахивается на щеку маленькая слезинка. ***** – Я ждал тебя.       Знакомый голос заставил Ягами проснуться. Что? – Рьюзаки? – Меня зовут Эл. Эл Лоулайт. Сейчас я могу не бояться назвать своё настоящее имя.       Всё тот же силуэт, та же светлая футболка, синие штаны и… босиком. Конечно же. В руке тарелка с печеньем, рядом на блюде кучка из ягод клубники, видимо, из торта.       Ягами не мог понять, что происходит. – Ты умер, Лайт. И я умер. Ну, мою смерть ты помнишь, я встретил её у тебя на руках. Да и свою вспомнишь, только не сразу. Вероятность того, что ты её вспомнишь в течении пары часов – 80 процентов.       На этих словах Эл засунул очередную печеньку в рот. Ягами продолжал непонимающе смотреть на него. – Я не знаю, где мы, так что не спрашивай. Но это не похоже ни на рай, ни на ад. Здесь не происходит… абсолютно ни-че-го. Есть много красивых мест, куда можно пойти, есть еда, одежда… Но здесь совершенно нечем заняться… Кира.       Ягами сглотнул. – Кира? – Да, Кира. Я всё знал почти с самого начала, Ягами, – Эл внимательно на него посмотрел. – Просто у меня не было достаточного количества доказательств, чтобы тебя привлечь к ответственности. А потом я умер.       До Лайта начало доходить. "Человек, который пользовался тетрадью смерти, после смерти не попадёт ни в рай, ни в ад…", вспомнились слова Рюка. Он понял, где они находятся. Что же, он, Ягами Лайт, это заслужил. Но что же здесь делает Эл? Разве он, как убитый, не должен был попасть на небеса за свои страдания? – Видимо, я тоже кому-то не слабо насолил, поэтому я и здесь, – всё так же, медленно жуя печенье, отозвался брюнет. – Что? Как ты узнал, что я думаю?       Брюнет посмотрел на Ягами, убирая свою длинную чёлку набок. – Ты всё тот же, каким и был раньше. И я такой же, каким был раньше. Я могу прийти к выводу о том, что ты сейчас можешь думать, исходя из данной ситуации.       На этом моменте он отставил тарелку с печеньем и подошёл к Лайту. – Я много думал. Я не знаю, сколько времени я здесь. Не знаю, сколько времени прошло в нашем мире… нашем бывшем мире, – Эл прервался, обращая свой взгляд вдаль. Потом продолжил, взяв Ягами за руку. – Но я знаю одно. Я точно в этом уверен. Раньше, когда тебя тут не было, это были догадки, но сейчас я в этом уверен… – он снова запнулся, пытаясь подобрать правильные слова. – Мы не смогли бы быть вместе там.       Эл отвернулся, но крепче при этом сжал руку Ягами. Всё же надо закончить начатое. – Но я благодарен провидению, богам и всему тому, что привело нас сюда. Живи мы в нашем мире, ты бы продолжал дело Киры, а я продолжал бы охоту на тебя. Мы никогда не смогли бы быть честными друг с другом. Никак.       Лайт посмотрел в глаза Эла, когда тот наконец повернул к нему лицо. На вид такой же уставший и одинокий, как и раньше… – Но здесь этого нет. В Кире нет нужды. Ты просто Ягами Лайт. А я – не детектив. Я просто Эл Лоулайт. Просто Эл…       Ягами понял, к чему тот клонит. Он прижал Эла к себе и крепко обнял.       Он заслужил восхищение умом Киры, будучи карателем, от лучшего детектива в мире. Он получил лучшего соперника, которому нет равных. Жизнь свела их в бою, в котором, к сожалению, оба проиграли. И, к тому же, Лайт поставил на кон жизнь Эла ради своих целей.       Глубокий вздох, вдох-выдох, вдох-выдох… Что же, теперь у Ягами Лайта есть целая вечность, чтобы заслужить его прощение.