Та, что уснёт под утро

       4:45. Сложно понять, что произошло. Подорвавшись рывком с кровати, она долго не могла отдышаться, а после, забившись в истерике, упала лицом в подушку. «Сколько можно?! Уйди! Хватит!». И так почти каждый день. Поначалу воспоминания оставляли на сердце приятную горечь, но со временем это чувство стало настоящим наказанием.        Ей снится один и тот же сон: малиновый закат расстилался пеленой над синевой океана, раскалённый песок ещё не успел остыть и с каждым шагом обжигал ноги сильнее, пустой берег и до боли знакомый силуэт, который постепенно приближался в лучах уходящего солнца. Она знала его не так давно, но этого времени хватило для того, чтоб полюбить всем сердцем. Такой он человек: с одной стороны бойкий, решительный, привыкший получать желаемое, а с другой - ранимый и осторожный, не подпускающий никого глубже поверхности. Ей это было знакомо.       Они встретились апрельским утром на берегу океана. Их подхватило буйным течением и они сумели утонуть, но не в бушующих водах, а друг в друге.        Ближе к концу лета им суждено было закопать все воспоминания на том берегу. Не потому, что хотелось, а потому, что так проще. Он растворился вслед за солнцем, а она осталась. Осталась одна, стоя обожженными ногами на уже остывшем песке в попытке затушить ещё сильнее обожженное сердце.

Я вновь бегу по Звёздам в колыбель, Где цвёл апрель, Где грозы разрываясь, Нас кутали в махровую постель, Чтоб поутру в объятьях просыпались. Я вновь бегу туда, где цвёл Закат. Где утопал в приливе вод беспечных В обнимку с солнцем твой искристый взгляд, А локоны волной ласкали плечи. Я вновь бегу по Млечному пути Туда, где не найти конца и края, Где мрак Содома нарекая Раем, Едва ли сосчитав до десяти, Среди светил мгновения теряли. Да только вот куда теперь идти? Ведь ночь сменяет краски на рассвет, А я, в бегах с Луной наперевес, Все жду, когда блеснёт парад комет И спрячет Солнце под покров небес.

Тогда-то все и началось...