Не-печальный финал

Почтить своим вниманием празднование первой годовщины Победы над Волдемортом определенно было не самой плохой затеей. Снейп смог вдоволь налюбоваться на лица всех своих вольных или невольных союзников в борьбе со змееподобным тираном. Смог помолчать с Кингсли, отдав друг другу дань уважения, отсалютовав почти полным бокалом с виски. Смог в который раз отказать директору МакГонагалл в возвращении на должность преподавателя Зелий, с удовольствием, однако, угостившись ее знаменитой настойкой, с полной фляжкой которой пожилая леди никогда не расставалась. Смог перекинуться парой слов с Артуром Уизли, в отличие от жены простившим Снейпу участие в нападении на Нору, и оценить вкус магловского шампанского, тайком пронесенного на министерский прием этим любителем маглов. И, главное, он смог посмотреть на всех своих бывших учеников, в чьей судьбе значительный след оставила война. Наметанным глазом опытного шпиона оценить как сложились их жизни. Конечно, он не был привязан к ним, Мерлин упаси! Никаких сентиментальных глупостей! Просто приятно было убедиться, что не зря приложил столько усилий. Лонгботтом — его вечная головная боль на уроках — нежно обнимал хрупкую девушку с темными глазами. Еще больше выросший и раздавшийся в плечах с их последней встречи, он больше не напоминал того напуганного до чертиков нескладного подростка, каким Снейп видел его в классе зелий. Луна почти не изменилась. Все тот же взгляд в себя. Слишком пронзительный и мудрый, чтобы можно было обмануться. За нее он всегда был спокоен. Драко еще не вернул себе прежнюю, довоенную уверенность избалованного ребенка, но явно оправился от потрясений. Или, по крайней мере, стал лучше держать лицо, становясь все больше похожим на мать. Пожалуй, стоило подойти к нему, напомнить, что слизеринцы всегда помогают своим. Но позже. Когда опустеет очередной бокал. Рон Уизли и Гермиона Грейнжер — люди, чья популярность сейчас уступала только собственно Мальчику-который-выжил-и-победил, расположились за колонной, прячась от заинтересованных взглядов. У них, в отличие от пресловутого Победителя Волдеморта, еще не успел выработаться иммунитет ко всеобщему вниманию. Оценив их решительные лица и переплетенные в знак трогательной привязанности пальцы, Снейп отправился дальше. Пить и смотреть по сторонам, подмечая мелкие, ничего не значащие детали, вроде страстных взглядов Лаванды Браун на Невилла или заговорщических перемигиваний между Фредом Уизли и Дином Томасом. Надо бы проследить, чтобы последние не устроили переполох. Он как раз решился отойти от стены — пол немного качался, а колонны отчего-то решили водить хоровод — и погрозить шутникам, как к его рукаву робко прикоснулись. Обернувшись, Северус увидел того, ради кого он сегодня и явился сюда. Пусть бы он и скрывал эту заветную цель даже от самого себя. Поттер. Конечно, это был Поттер. Вытянувшийся и возмужавший, в дорогой, хорошо сидящей мантии, зачем-то отрастивший себе нелепый хвостик, он выглядел сногсшибательно и, кажется, чего-то очень хотел от своего бывшего учителя. По крайней мере, Снейп уловил робкую просьбу в словах, которые доносились до него, как сквозь толстый слой ваты. Отказать было невозможно. — Идемте, Поттер! — рыкнул Снейп и целеустремленного потащил свою несопротивляющуюся добычу к месту для аппарации. *** Дальнейшее Снейп помнил смутно. Но в какой-то момент он обнаружил себя на собственном диване, увлеченно целующимся с Поттером. Причем, если его энтузиазм еще можно было понять, то мотивы юного Победителя оставались загадкой. Тем не менее, язык в горло своего самого нелюбимого школьного преподавателя тот засовывал со всем тщанием и знанием дела. — Поттер! — грозный рык перешел в стон, когда шею Северуса обожгло немного болезненным укусом. — Только не сейчас! Пожалуйста! — взмолился Поттер, изо всех сил вцепившись в плечи лежавшего под ним. — Еще хоть чуть-чуть… — Поттер! Где вы забыли свои очки? В сумочке своей ученой подружки? Или теперь ваша мамочка самая младшая из рыжего семейства? — Мне восстановили зрение в Мунго, — раздраженно сказал Гарри, все-таки отрываясь от изучения бледной безволосой груди с темными сосками. Такими чувствительными, что, стоило задеть их зубами, как оскорбительные вопросы перемежались томными вздохами. — Если вы пытались оспорить мой выбор партнера, уповая на возможную слепоту, то круто ошиблись, — безапелляционно заявил он, наконец набравшись решимости посмотреть в черные глаза. — Хочу тебя. Можно? — Да, — просто ответил Северус, потому что… Почему бы и нет? Его долги выплачены, счет закрыт. Он столько лет отказывал себе в удовольствии. Разве не заслужил он хоть одну ночь, когда можно отбросить мораль и этику, свое тяжелое прошлое и мерзкий характер, и просто быть? Снейп обхватил Гарри ногами и толкнулся вверх, вызывая очевидный стон удовольствия. Как же приятно было тереться о молодого сильного мужчину, чувствуя ответное желание! Несколько слов свистящим шепотом, и они соприкасаются голой кожей, а растворившаяся в воздухе одежда материализуется на полу. — Вау! — выдохнул Поттер в ответ на этот фокус. Его глаза стали круглыми-круглыми, как в тот день, когда он впервые увидел Большой зал Хогвартса. К Мордреду! Северус не будет думать об этом. Лучше проверить, правда ли можно довести до безумия, касаясь лишь самыми кончиками пальцев? — Хочу тебя! Хочу! Тебя! Да! Могу я? — Гарри провел по впалому животу. Все ниже, ниже, обвел бархатистые яички, мимоходом удивляясь почти полному отсутствию волос на теле, и коснулся между ягодиц, недвусмысленно обозначая свою просьбу. Едва дождавшись кивка, он ввел внутрь один палец, безошибочно наложив невербальное очищающее и наколдовав смазку. — Неплохо, мистер Поттер, — прохрипел Снейп, настойчиво подаваясь навстречу. Он хотел больше. Немедленно. Раз уж сегодня вечер без обязательств! И безжалостно царапнул трогательно розовые соски, отчаянно выделявшиеся на смуглой коже. Раз, другой, пока не добился почти нечленораздельного мычания с трудом расшифрованного как: «Сев-Сев-Сев». От волнения и чувственной перегрузки из горла Гарри вырвалось неподобающее прозвище, которое, тем не менее, лишь завело еще больше. Снейп ухмыльнулся и продолжил свое познавательное путешествие, спускаясь к члену. Очень твердому члену, который был совсем не против ощутить в себе. Но лишь после того, как вдоволь изучит все остальное. — Сев! — Рычание вышло весьма впечатляющим. — Ты совсем не помогаешь мне сосредоточиться на подготовке! — А с чего я должен тебе помогать? — просипел Снейп, мучительно извиваясь от вторжения уже второго пальца. — Я достаточно помог тебе в этой жизни. Теперь твоя очередь! Гарри закинул одну длинную стройную ногу себе на плечо, открывая лучший доступ. У него дрожали руки. От возбуждения. От предвкушения, от осознания почти сбывшейся мечты. — Ты классный. Ты такой классный. Даже не представляешь, как классно внутри тебя, — нес он не в силах остановиться. Унять бестолковый язык и жаждавшее удовольствия тело. Сдержаться, чтобы не причинить боли. Но как? Когда прижимать голого Снейпа к дивану - это лучшее, что он испытывал в своей жизни. — Словарный запас у тебя никогда не блистал, — между выдохами прохрипел Северус. Ему было хорошо, как давно уже не бывало. Сладко. И он знал, как сделать еще слаще. Удачно, что его дом стоял на отшибе, и их стоны, рычание и восторженные комментарии никто не слышал. Иначе потом было бы стыдно. Потом. Когда вернулось бы критическое восприятие, груз вины и прочие прелести бытия бывшего Пожирателя Смерти. — Сев! — интимно выдохнул ему на ухо Поттер, сжимая в медвежьих объятиях. Кажется, ему тоже было хорошо. *** — Поттер… Снейп с намеком погладил Гарри по чуть влажной спине. Они лежали, сплетясь в объятиях, и, похоже, ни один из них не желал, чтобы эта ночь заканчивалась. — Да. Хорошо. — Я еще ничего не просил. — А я уже на все согласен. — Согласен? Снейп ловким движением оказался сверху, оседлав бедра Гарри. Его пока еще мягкий член уютно устроился в ложбинке между упругих смуглых ягодиц, каждая из которых была выше всяких похвал и заслуживала всяческого поклонения в виде поцелуев и укусов. Впрочем, все остальное — спина, шея, трогательно выглядывающие из темных волос аккуратные уши тоже притягивали взгляд. И руки. И губы. — Тогда, может, объяснишь мне, какого Волдеморта забыл в моей постели? Грязные тайны меня возбуждают. А, Поттер? — прошептал он прямо в загривок. Многие бы назвали его упрямым. Снейп бы сказал упертый. Но вкусный. — Я фантазировал о тебе с пятого курса. — И что же это были за фантазии? Строгий учитель наказывает провинившегося ученика? — почти в шутку протянул Снейп. — Да ладно? — Виноватый взгляд через плечо и покрасневшие уши говорили сами за себя. — Как банально. — Так — только в тот год, — Гарри перевернулся. Ему нужно было видеть глаза собеседника. — Потом я представлял нежность и романтику. — Со мной? Поцелуи при луне? Ночные прогулки по Запретному лесу? — Снейпа передернуло от представленной картины и, чтобы отвлечься, он принялся за тщательное облизывание плоского живота Поттера, радующего взгляд внутреннего эстета проработанностью мышц. — Тайный почтовый ящик для записочек на Астрономической Башне? — Вот-вот. На Башне. Ты куришь и задумчиво смотришь в даль. А я отбираю сигарету. И поцелуй со вкусом дыма и отчаяния. А потом ты… — А потом я убил Дамблдора, — жестко закончил Снейп, с силой прикусывая кожу возле самой тазовой косточки. — Надеюсь, ты не представлял, как я насилую тебя над его телом? Это было бы немного слишком, с твоего позволения. — Это я насилую тебя, — простонал Гарри. Его колотило. Снейп творил невероятные вещи своим ртом, плавящие тело удовольствием. Душу же — заставлял корчится от боли. — Раз за разом. В палатке думал, как найду тебя в кабинете директора, заткну твой ядовитый рот чем-нибудь мерзким и трахну! — Надеюсь, ты не испытываешь чувства вины за свои мысли? — вдруг спросил Снейп, пронзительно и испытующе глядя снизу вверх. — Надеешься, что не испытываю?! Его внушительный нос едва не задевал головку члена Гарри, а он так спокойно рассуждал о не случившемся изнасиловании?! — Ты ни в чем не виноват. Повтори! Снейп видел состояние молодого любовника. Нужно было исправлять. Когда-то он был хорош в том, чтобы доставлять удовольствие. Прижать язык к пульсирующей вене на немного опавшем члене, проследить ее по всей длине. Обхватить губами ствол — обещанием будущего наслаждения. И отступить. Повторить, пока не добьешься движения навстречу. — Повтори! Я ни в чем не виноват. Давай, Гарри, уж ты-то точно сделал все, что мог. В чем бы ты не черпал силы, главное, что их хватило. — Ты сумасшедший! Ты! Голос сорвался. Снейп взял до горла. Сокрушительно, как парализующее проклятье. И тут же жесткие пальцы проникли внутрь, растягивая и растирая. — Не думай! — шептал Снейп, прижимаясь и заполняя. — Не думай о тех днях. Я сейчас с тобой. Добровольно. Уж это я могу тебе дать. Снять хоть одну вину. Все плохое позади. Время жить. Для нас с тобой. Для тебя. Перестало хватать дыхания, и он замолчал, продолжая двигаться. Быстро и яростно, на грани. Но так было даже лучше. Честнее и правильнее. Как и должно было быть между ними. *** — А ты фантазировал обо мне? — спросил Гарри, едва шевеля языком после пережитого вынимающего душу удовольствия. — Я не сплю со своими учениками. Это табу! — так же вяло ответил Снейп. Он смотрел, как занимается рассвет за окном, и думал, что затянувшееся присутствие Поттера в его постели нельзя объяснить только чрезмерным опьянением и простым желанием убедиться, что у того все хорошо. — А с бывшими учениками? — Ты единственный, кто не выбросил меня из головы, как страшный сон, едва закончив обучение. Идиот, что тут еще сказать. — Но твой идиот? — рассмеялся Гарри. Он перевернулся на бок, устраиваясь рядом, но не вплотную. Оставляя личное пространство, так легко и обыденно угадывая тайные желания. — Мой, — вздохнул Снейп. Некоторое время он рассматривал заснувшего в его постели молодого привлекательного мужчину, гадая, чем же обернется их неожиданный союз. Тренированный ум просчитывал варианты развития их отношений, большинство из которых имели печальный финал. Но самым печальным был финал, где они даже не попробовали быть вместе. Хватит с них печальных финалов.