Смирись

      Возможно Салли ненавидел себя из-за этого. Возможно вообще все проблемы парня были из-за этого. Он ведь никогда не хотел себе соулмейта. Ему было хорошо одному, пока все его друзья хвастались именами на запястье. Фишер надеялся что его имя будет каким нибудь сложным и не знакомым, чтобы уж точно не встретить человека предназначенного ему судьбой, а потом на его запястье болезненно проявились буквы. «Трэвис Фелпс»—вот оно, имя человека, с которым Салли должен был провести всю оставшуюся жизнь бок о бок. Тогда-то было понятно. Судьба решила сыграть в игру.

***

Два дня до происшествия.

      Зависать с Ларри в подвале по пятницам уже было традицией. Конечно парни проводят там почти целые сутки, но пятницу они считают священной. В этот день можно забыть о домашке, забыть обо всем. Просто сидеть, пить дешевый алкоголь, ранее украденный у Генри, и разговаривать. Раньше они разговаривали на разные глупые темы, которым стоило только возникнуть в голове, и парни сразу принимались на полном серьёзе обсуждать какого цвета трусы одеты на Эшли сегодня, если вчера они были серые. Да, такое было вполне нормально. Вот только после дня рождения Ларри, когда этому столбу исполнилось семнадцать и он наконец-то узнал как зовут его врага, а как соулмейта, все их темы для разговора вертелись вокруг этого события.       Джонсон, с улыбкой на лице, твердил, что ему повезло, ведь на правом запястье было аккуратно написано «Эшли Кемпбелл», и шатен верил что именно она его судьба, а не «Кристофер Хорин», который красовался на другом запястье. Ну вообще Крис был не плохим парнем, как они выяснили раньше, поэтому в сторону Ларри все же было выброшено пару голубых шуток, но Эш, как давняя любовь, все же больше подходила на роль человека, с которым хотелось бы провести всю свою жизнь до самой старости.       Салли был рад за друга, ведь ему действительно повезло с парой. Сам протезник был не против иметь у себя в соулмейтах Эшли. Вот только после трех дней монотонных рассказов от Ларри, про то, как ему хорошо с девушкой и что он так счастлив не был никогда, Фишер стал злиться. Это не было ревностью, все же он знал что брюнет не променяет друга на бабу, он сам так говорил не раз, но все же он чувствовал себя странно во время рассказов о родственных душах. Его семнадцатилетие приближалось очень быстро, и это пугало. Он не хотел соулмейта. С десяти лет он знал что это больно, терять кого-то. У его отца, судя по рассказам, была чудесная жизнь когда мама была жива. Они были созданы друг для друга, и как твердили все вокруг, сильнее их любви ничего не было. Именно поэтому Фишер старший начал перекрывать свою боль алкоголем. Его единственная любовь умерла, и в каком то смысле Сал был виновен в ее смерти. Он лишил своего отца самого дорогого и корил себя за это несколько лет. Он не хотел иметь соулмейта, не хотел закончить как его отец, с разбитым сердцем.       Позже все вокруг словно сговорились и начали обсуждать соулмейтов. На каждом шагу, где бы голубоволосый не был, дома, в парке, в школе, в апартаментах, он слышал разговоры о родственных душах. Все были счастливы с теми, кто попался им, все были рады своей судьбе, возможно все. Были люди, которые, как и Сал, не хотели этой брехни с родственной душой. Обычно это либо люди, которые были дано влюблённы не в тех, кого им предоставила жизнь, либо те, чьи родственные души были действительно ужасны. Например Трэвис.       Этот парень вроде всю жизнь доконал Салли и его друзей. Его кулаки всегда чесались и он буквально нарывался на драку.Это злило всех, кроме Фишера. Ему было интересно. Ужасно интересно, почему Флепс так относится к ним. Возможно, все дело в воспитании парня, но его отец чертов священник и по идее блондин тоже должен вести себя как святой, но нет. Возможно все дело во внешности Салли, но Тревис обижал Ларри и до приезда парня. Возможно все дело в Эш, и она является его тайной любовью, но все же задира должен понимать что своими поступками и драками он не привлечёт внимание девушки. Вероятно все дело в ориентации Тодда, или на самом деле Тревис латентный гей, хотя нет. Возможно все вместе.       Это было действительно интересной темой для рассуждений и можно повесить у себя в комнате большую доску, к которой Сал бы прикрепил кучу разных фоток или обрывков газеты, соединив все красной ниткой как в дешевых бессмысленных детективах, чтобы наконец-то разгадать это тайну, но это глупо. Фишер живёт по правилу "Не тормоши улей, и осы не будут нападать", но пока оно слабо помогает ему. Вообще не помогает. Все что остаётся—сидеть дома, но даже там его могут побить. Например пьяный отец. Поэтому приходится либо шляться по улицам как бездомный пес, пока все вокруг показывают на тебя пальцем. Видимо когда бог создавал Салли, он случайно поставил сложность его жизни на максимум.       Поэтому единственное место, где он мог чувствовать себя в безопасности это подвал. Но даже факт того, что ему всегда рады, и Лиза ни капли не против, чтобы Фишер поселился там навсегда, мешает ему оставаться более чем на две ночи подряд. Он не хочет пользоваться этой добротой. Он потом не расплатится за нее. Тем более теперь у Ларри есть девушка, и теперь он предпочтет проводить время с ней, вместо того чтобы играть в игры с другом. Все же этим голубкам нужно свое гнездышко.       Вот и еще один повод ненавидеть соулмейтов. Почему вообще все обсуждают их, а не врагов. Возможно у кого-то на запястье уже давно написано "Салли Фишер", говоря о том что это его враг. Хотя если смотреть на отношение всех его одноклассников к его персоне, его имя у всех.

***

Пол часа до происшествия.

      Понедельник день тяжёлый —твердили все вокруг, но протезник так не считал. Тяжелым для него был любой день, когда он просыпался живым и осознавал что еще часов двенадцать ему придётся жить на этом свете. Он конечно пытался вскрыться, но его гемофобия, которая появилась при неизвестных обстоятельствах, всегда мешала. Он боялся осуждений. Он не хотел показаться слабым. Мама всегда твердила ему, что он сильный мальчик и со всем справиться, и тут хоп, он подводит ее ожидания, умерев самым банальным способом. Так же он не хочет бросать отца одного. Они не в самых лучших взаимоотношениях, но все же Сал должен ему. Хотя бы за то, что тот терпит его существование, покупает ему одежду и иногда, но оставляет что-то поесть.       Сегодня был прекрасный день, чтобы умереть. Семнадцать лет назад он появился на свет, и это было бы символично умереть, так и не узнав кто ему предначертан судьбой. Вчера, за пару часов до полуночи, он перемотал свои запястья эластичными бинтами, чтобы не видеть его. Не видеть имени. Это было глупо, и он понимал что рано или поздно, он узнает кто там. Но лучше поздно. Всё же ужасно давил тот факт, что его судьбе уже давно семнадцать и она знает кто ей предначертан. Именно поэтому не объявилась. Это хоть и больно осознавать, но лучше пусть все будет так. Все будет спокойно. До поры, до времени.       Сомнения в удачности этого дня развеялись, когда вместо того чтобы как обычно выйти из квартиры и пойти в школу, на пороге его встретили его друзя весело крича "С днем рождения Сал!". Было приятно, что они помнят, но парень пообещал себе что этот день пройдёт, как и все другие. Он не должен зацикливаться на этом празднике. Он давно вырос из того возраста, когда ждёшь день рождение зачеркивая красным фломастером прошедшие дни.       На прошлый день рождение ему ничего не подарили, и парень был рад этому. Ему ничего и не нужно, только чтобы его друзья были с ним. Тогда Эшли сказала ему "Сал, жизнь — это не видео игра, которую можно пройти по туториалу какого то геймера. Ты должен научиться жить и пройти все испытания сам, пока не сразишься с главным боссом—собой." Девушка была единственной, кто видела состояние Фишера лучше, чем он сам. Она незаметно помогала ему со всеми трудностями, и парень был ей благодарен. —Хей, братишка. Чего завис? Пошли в школу, старуха Паркинсон поставила свой урок первым и сожрет нас, если мы не придем. —Ларри как обычно улыбался во все тридцать два, придерживая за плечи свою девушку, пока та пилила взглядом перемотанные запястья. Салли было не по себе от ее взгляда. —Лар, заскочи и поторопи Тодда. Мы его долго ждать не будем. —улыбнулась шатенка, поправив свою футболку. Она была Джонсона, и по всей видимости девушке было немного не удобно в ней. Все же она привыкла к своей кофте.       Ларри кивнул на слова девушки и помчался к лестнице. Лифтом он не рисковал пользоваться. Пару раз они уже застревали в нем. —Все хорошо? —тихо спросила Эшли снова смотря на запястья. —Надеюсь это не то, что я думаю... —Я просто замотал их еще вчера, чтобы не знать... Мне это не нужно.. —Кемпбелл с пониманием кивнула, решив больше не расспрашивать. Он взрослый и сам разберётся. —А как у тебя с Ларри? Он прямо... сверкает? —Это сложно. Он нравится мне, честно, но после того как узнал, что мы вроде как созданы друг для друга, он изменился. Стал более заботливым и привязчивым... —девушка отвела взгляд. Было ясно, что старый Ларри нравился ей больше. Все же парень действительно изменился. Его будто подменили.       Фишер все же закрыл дверь своей квартиры и, кивнув девушке, они пошли вниз решив подождать парней там. Тодд стал все чаще задерживаться после того, как его приняли в какой-то заумный университет. Он мастерил сутки напролёт и даже забывал иногда делать домашку, хотя учителя, итак, ему все прощают. Он же гордость школы. Из всей четверки ему первому исполнилось семнадцать, и он первый нашёл своего соулмейта в лице своего партерна по биологическому проекту—Нила. Темнокожий был старше Моррисона на год, и даже Ларри подтвердил что тот ужасно горяч. Буквально ходячая модель досталась Моррисону, и было видно, что он рад и никогда не отпустит своего парня. Хотя тот и не пытался бежать.       Как и ожидалось парни уже стояли около выхода из апартаментов. Воссоединившись, четвертка пошли в школу, медленно и спокойно. Ларри и Тодд обсуждали какую-то видео игру, пока Эш и Сал шли сзади. Они редко разговаривали между собой во время похода в школу. Им не нужно было общаться, чтобы понять переживания друг друга. Они были как брат и сестра, и считали себя ими.       Школа встретила их скрипом входной двери и криками первоклассников. На первом этаже было очень шумно. Дети бегали сбивая все на своем пути, хотя у них были специально отведённые места для этого. Поднимаясь по лестнице на нужный этаж, с каждой ступенькой крики детей прекращались и начинались крики учителей, которые отчитывают кого-то.       Спрятав учебники в свой шкафчик, который находился немного дальше чем шкафчики его друзей, Салли поправил свою челку в маленьком криво вклеенном зеркальце, перед тем как дверцу захлопнули. Бледный кулак, покрытый синяками, врезался в метал рядом с лицом парня. —Кромсали... Где же твои дорогие педиковатые друзья? Бросили тебя в твой день рождения? —его губы складывались в кривую усмешку, а глаза осматривали каждый миллиметр тела, пока не наткнулись на перебинтованные руки. —Что, твой соулмейт настолько тебе противен, что ты решил срезать его имя? Или ты специально забинтовал чтобы не смотреть? Знаешь. Мне жаль того человека, чье имя написано у тебя там. Я думаю он обосреться когда узнает о том что вы созданы друг для друга. —Флепс засмеялся и в его челюсть прилетел кулак. Ларри прибежал на помощь другу и пока Эш уводила протезника в кабинет, шатен выбивал из задиры его душу. —Все хорошо? —обеспокоенно поинтересовался Тодд, смотря как дерущихся парней оттаскивают друг от друга. —Все в норме, он прав. Любой испугается узнав что именно я его соулмейт.