Подарок от ведьмы

      — Сэмми, — Дин хлопнул брата по плечу, заглядывая тому в глаза. — Не облажайся, я тебя прошу. От тебя зависят не только еще не загубленные жизни ни в чем неповинных девушек, но и, возможно, наши с Касом тоже, — Дин обвел пальцем себя и ангела, который стоял чуть поодаль, так же выйдя проводить Сэма в путь. Все трое волновались за исход операции.       Сэм закатил глаза, слегка качая головой с едва проскальзывающей улыбкой — брат наставлял его так, словно Сэмми отправляется спасать целый мир, а не усмирять одну разгневавшуюся душу, чем, по сути, они занимаются всю жизнь.       — Не волнуйся, Дин, — Винчестер-младший ответно хлопнул брата по плечу, переводя свой взгляд на стоявшего возле входа в мотель ангела. Тот был понур и задумчив, держа руки в карманах своего плаща, как-то нервно переводя взгляд из стороны в сторону, чуть ли не переминаясь с ноги на ногу. Сэм нахмурился. — Что случилось у вас с Касом там, у этой ведьмы?       Неожиданность вопроса не позволила Дину вовремя придать своему лицу безучастное выражение и придумать хоть сколько-нибудь правдоподобный ответ для слишком внимательного брата. Дин лишь хлопал своими длинными ресницами, время от времени беззвучно открывая и закрывая рот, пока не сдался под напором взгляда Сэма и не выдохнул простое «Ничего не случилось».       Ага, да, как же! Сэм хитро прищурился, прекрасно понимая, что брат обманывает его, но не время, не место и не те обстоятельства, чтобы пытаться вытянуть из этого закрытого человека хоть толику информации. Что бы ни случилось в злополучном доме ведьмочки, которую Дин почему-то называл извращенкой, — сам факт этого чего-то отражался на лице Винчестера-старшего и просачивался сквозь все его действия.       Дин потупил взор и засунул руки в карманы джинсов, отчего его поза стала походить на позу, в которой за спиной Винчестеров скромно топтался ангел. Сэм, с легкостью уловив это сходство, на секунду стал походить на эту самую ведьмочку.       — Ладно, — с откровенно читаемым в интонациях неверием Сэм на секунду обернулся на подъезжающее такси. — Храни свои тайны, Дин, — загадочный блеск промелькнул в глазах Винчестера-младшего. — Или обсуди их с Касом, — после этих слов напряженное выражение лица Дина сменилось сначала недоумением и непониманием, затем озарением, а после весь ураган эмоций, который до этого момента подавлялся лишь ситуацией и общими раздумьями о дальнейших шагах, был готов обрушиться на Сэма, который, однако, уже бежал к такси, видя по Дину, что попал в точку. — Удачно вам провести время! — Сэм, тихо смеясь, махнул рукой брату и ангелу, после чего скрылся в машине.       — Ты мелкий засранец, Сэм Винчестер! — вытаскивая руки из карманов и размахивая сжатыми кулаками в воздухе, крикнул вдогонку Дин, обреченно прикрывая глаза. Такси уже скрывалось в ночной темноте дороги, и Сэм не мог видеть, как алая краска постепенно заливает лицо и тело брата.       Руки сами опустились вдоль тела охотника, а губы сложились в трубочку, чтобы тяжело и протяжно выдохнуть воздух из грудной клетки, которую вдруг сдавило от подступающей паники. «Дыши, Дин, дыши. Ты же смелый и отважный охотник, тебя не должны так сильно заботить какие-то сны, — уговаривал себя Винчестер. — В конце концов, это не первый раз и, вероятно, не последний, когда ты остаешься с Касом наедине. До этого же все проходило ровно. Кто сказал, что сегодня будет иначе?»       Дин прекрасно понимал, кто. Ведьма. Случившееся, в целом, и слова заклинания ведьмы, в частности, не давали покоя охотнику. Дин помнил этот взгляд чертовки, который пылал при виде Винчестера с ангелом, и слышал набор непонятных ему терминов, которые, как он сильно хотел надеяться, не имели никакого смысла. Но знатный опыт охотника подсказывал ему, что несуразица, которую несла ведьма, не была простым набором звуков.       Дин выдохнул. Как же страшно обернуться и столкнуться взглядом с ожидающим его у порога ангелом. Дин буквально физически чувствовал, как небесный взгляд Каса прожигает ему затылок. От неловкости ситуации по спине пошли мурашки, а колени стали предательски ватными. В голове воспоминанием пролетели слова, которые набирала на ноутбуке ведьмочка, пока они с Касом были вынуждены прятаться в гардеробной комнате, и Дин резко прозрел, открывая глаза.       Душ.       Да, ему просто нужен душ, чтобы выпустить пар, чтобы снять напряжение, которое в течение этого дня периодически отдает легкой тяжестью внизу живота, порой не позволяя сосредоточиться на важных моментах. В течение дня, ага… Сколько месяцев уже, Дин? Два, три, больше? Не обманывай себя, дорогой.       Наконец, охотник, набравшись смелости, выдохнул и обернулся. И тут же оказался пойман в зрительную ловушку ангела, потому что от такого настойчивого и требовательного взора оторваться было практически невозможно. Кас, как и ожидалось, все это время, пока они стояли на улице вдвоем, прожигал Дина взглядом, не позволяя себе отвлечься ни на секунду. Эмоции на его лице были настолько нечитаемы, что Дин невольно поежился под таким пристальным взором пернатого.       — Мне нужно в душ, Кас, — Дин подошел к порогу, пересекаясь с ангелом, который по-прежнему не отрывал взгляда от Дина, будто пытался загипнотизировать или прочесть то, что происходит в этой странной загадочной голове закрытого охотника. Кас словно полуулыбался; но это была не улыбка одними уголками губ, а нечто, отображающееся только в глазах. Широко распахнутых голубых глазах, отдающих цветом предгрозового неба, с черными подрагивающими ресницами. Дин мысленно выругался самыми нецензурными словами, которые смогла воспроизвести его память, и, не выдержав этого взгляда, опустил глаза в пол, направившись в номер, а в нем — сразу в душ, уже предвкушая, как сейчас хорошенько и от души… А впрочем… Да.       Наспех раздевшись, бросив вещи на стоящий рядом стул, Дин почти что запрыгнул в душевую кабину, уже чувствуя, как заинтересованно дергается член, готовясь к медленным ласкам. Горячая вода опалила кожу охотника, и тот тихо заскулил, благодаря все земные и неземные силы за то, что когда-то в этом мире придумали мастурбацию.       Комната постепенно наполнялась влажным паром, но Дину было все равно на него, на саму комнату, даже на воду, потому что тело горело, мозг кипел, а член почти дымился от неспадающего давления. Дин, опираясь спиной на увлажненную стену душевой кабины, опустил правую руку на член, дразня очерчивая головку с уже выступившей смазкой. С губ сорвался тихий стон, когда пальцы слегка натянули кожу на головке, создавая долгожданное трение. Тяжелый выдох Винчестера разрезал влажный воздух, после чего охотник крепко обхватил член рукой и провел по всей длине несколько раз.       — Ох, черт… — Дин застонал в голос, и плевать, если его услышат в соседнем номере, если его услышит Кас. О-о-о, в особенности, если его услышит Кас. Дин даже немного желал, чтобы ангел его слышал, чтобы сейчас он находился в номере, а не продолжал торчать где-то на улице; чтобы слышал сквозь шум воды, как глубоко дышит Дин, буквально захлебываясь воздухом; как усердно ласкает себя, натирая член чуть ли не до ссадин; как выстанывает ругательства, пока воображение рисует картины, за которые сам Дин потом не забудет дать себе мощный подзатыльник.       Давление на орган становится все сильнее, ладонь горит от усиленного трения, рука уже затекла от одинаковых движений, кожа члена натерта до неприличия сильно, а разрядки все нет и нет. Она вот тут, она уже близко, остается только поймать ее, но каждый раз она ускользает от Дина, сколько бы мужчина ни пытался сосредоточиться на этом чувстве. Казалось бы, он ни о чем другом сейчас думать не может — все его мысли поглощены растекающимся по венам удовольствием и диким желанием наконец просто кончить, но дело бесконечно движется к финалу, каждый раз так и не достигая его.       — Да что же такое? — Дин хнычет, сжимая руку на члене еще сильней, дрожа от нетерпения всем телом, но оргазм все никак не накрывает его. Движения более рваные, дыхание настолько глубокое, что уже голова идет кругом, фантазия подбрасывает все более и более неприличные картинки, но даже это не помогает.       Совершенно отчаявшись, Дин обессиленно стекает по стене кабинки на пол, не выпуская член из руки, но и не двигая ей больше. Ноющая боль от неполученной разрядки пульсирует в руках охотника, заставляя сильнее сжаться под струями воды. С ним никогда такого не было. НИ-КОГ-ДА. Даже в самые паршивые времена, когда, казалось бы, для такого баловства не место и не время, у Дина все равно не возникало проблем с разрядкой. А сегодня, когда он слышал неприличные тексты про себя и пернатого, когда он провел время в тесной темной гардеробной с самым привлекательным ангелом на свете, когда этот ангел вжимал его в кровать всем своим весом, когда его буквально трахнули взглядом во дворе мотеля — ИМЕННО В ЭТОТ ДЕНЬ ОН НЕ МОЖЕТ КОНЧИТЬ!       — Да что за чертовщина?! — зло выругался Дин, выключая воду и вылезая из душа, обматывая махровое полотенце вокруг бедер, бросая грустный взгляд на опадающий член. Неожиданная мысль заставила охотника замереть на несколько секунд. А потом наспех замотать полотенце и вылететь, взъерошенным и почти что напуганным, в комнату, где на его кровати вольготно расположился ангел, присев, опираясь на короткую спинку кровати, вытянув ноги во всю длину.       — КАС! — Дин влетел в комнату, спотыкаясь на ровном месте, окидывая ангела на своей кровати оценивающим взглядом. В горле вдруг стало сухо, или так и было — он не помнит, потому что был слишком увлечен своим членом, чтобы отвлекаться на что-то еще. Кас в своей любимой манере задумчиво склонил голову набок, одним этим движением показывая невысказанный вслух вопрос. — Кас, — Дин выпрямился и набрал полные легкие воздуха. — У меня появилась теория, что эта ведьма могла сделать со мной. Особенно эта теория подходит под ее… — едва заметное шаловливое движение шеей. -… увлечения.       Ангел всем корпусом подался вперед, тем самым молчаливо высказывая свою заинтересованность в дальнейшей речи Дина. Но охотник молчал. Смотрел на ангела и молчал. Тишина затянулась на несколько минут, пока ангел не оглушил Дина своими словами.       — У тебя не получается достигнуть пика удовольствия, — скорее, как утверждение, чем, как вопрос, выпалил Кастиил. Ангел на несколько секунд опустил взгляд на свой плащ, давая Дину время прийти в себя от услышанного, однако охотнику не хватило бы и нескольких часов, чтобы полностью переварить слова ангела. Когда Кас, выждав немного времени, поднял свой взгляд на охотника, то не увидел ничего, что не ожидал бы увидеть: в зеленых глазах отображалось много вопросов, нотка недоверия, капелька жалости к самому себе и океан стыда. — Я все слышал, Дин, — Кас поправил свой плащ и опустил ноги на пол, рукой приглашая Дина присесть рядом. Охотник было дернулся, чтобы сделать шаг, но вовремя остановил себя, мысленно отвешивая несказочную оплеуху за собственные слабости.       Кас тяжело вздохнул, обдумывая свои дальнейшие действия. Дикая идея крутилась в его голове, давая сомнительную надежду на разрешение некоторых неожиданно появившихся проблем. Но, в конце концов, в этом номере им сидеть еще не пойми, сколько времени, чего, конечно, должно быть достаточно для того, чтобы проверить все теории относительно заклятия ведьмочки.       Ангел перевел взгляд со свободного места рядом с собой на мнущегося в центре комнаты охотника. На человека. На его человека. На его человека со всеми своими слабостями, которые он так старательно пытается скрыть за множеством масок, меняющихся каждый день. Дин не был для Каса, как и для всех остальных, в принципе, открытой книгой, но даже по обложке было очевидно, что это не простое бульварное чтиво на раз, а длинная запутанная история со сложными линиями повествования и неожиданными сюжетными поворотами.       Этот человек давно стал для Каса особенным, выделяясь среди миллиардов других людей, которых ангелу довелось повидать за все время своего существования. Зеленоглазое чудо, внутренний мир которого ежедневно переживал апокалипсис, могло отлично сочетать в себе и острую душевность, и холодное безразличие; и стопроцентную уверенность, и неверие в собственные силы. И Кас наблюдал за этим чудом, не переставая удивляться, как много граней в этом, как кажется, обычном пареньке.       Кас одарил Дина понимающим взглядом, отчего у того по всему телу мелкими шажками разбежалось тепло. Зеленые глаза выражали волнение и некий внутренний трепет. «Не зря начальство не доверяло моим интересам», — мысленно рассуждал пернатый, пока охотник нервно поправлял сползающее с бедер полотенце.       Кас смотрел на Дина. На своего Дина.       Ангел сомневался. Но ради своего человека можно.       — Я могу попробовать, — Кас решительно посмотрел в глаза Винчестеру-старшему, приковывая взгляд зеленых глаз к своим. Дин непонимающе нахмурился. — Я могу попробовать сделать то же, что и ты, и мы проверим, насколько тут замешана ведьма.       Дин откровенно опешил от услышанного, всматриваясь в Кастиила: ангел выглядел вполне серьезным и уверенно настроенным совершить то, что предлагал. Моторчики в голове охотника взревели и принялись крутиться, отбивая дружный ритм в такт участившемуся сердцебиению зеленоглазого: представить, как Кас ласкает себя, сминая свободной рукой одеяло, как загнано дышит, пока его рука скользит по сочащемуся смазкой члену, как голубую радужку заполняет ночная темнота, как горячие капельки пота сползают по раскрасневшемуся телу ангела… Дин встряхнул головой, отгоняя присосавшиеся мысли, обращая внимательный взор на Каса.       Ангел сидел в ожидании вердикта охотника, абсолютно и ни капли не нервничая. По крайней мере, так казалось со стороны: Кастиил, как обычно, смотрел немигающим взглядом на Винчестера, сложив руки в замок на своих бедрах, вслушиваясь в общую тишину комнаты и в доносящееся дыхание человека. Дин не отрывал взгляда от ожидающего ангела, пока в его голове, в душе и в теле шла самая настоящая борьба всех «хочу», «можно» и «нельзя».       — Раздевайся, — властный тон Дина подорвал тишину комнаты, заставляя Каса удивиться неожиданному приказу. Пока ангел соображал, шутка это или охотник действительно предложил (кхм, поправочка — приказал) ему сделать это, Дин схватил стул и поставил его в двух метрах от кровати, на которой находился Кас, приземляясь на него с таким блаженством, словно ноги уже не держали охотника. Мокрое полотенце неприятно проехалось по ягодицам и скомкалось в области паха, что, в принципе, Винчестера полностью устраивало.       — В одежде не очень удобно это делать, поверь, — Дин словно безучастно смотрел на ангела, но внимательные голубые глаза читали интерес Дина по всему его лицу: по тому, как на этих словах охотник сглотнул волнение, и оно единой волной прошло по горлу мужчины; по тому, как едва заметно дернулись уголки губ после произнесенного приказа; по тому, как зеленая радужка становилась все меньше и меньше, уступая свое место черным расширяющимся зрачкам Дина. Кас встал с кровати. — Достаточно будет, если ты останешься в трусах, — Дин, выдыхая и нервно ерзая на стуле, осмотрел ангела с ног до головы. Блять, валить и трахать, честное слово. — Остальное убирай, — Дин закрыл лицо руками, желая унять истерику, которую его гетеросексуальность устроила в одурманенной Кастиилом голове.       Дин не знает, сколько времени прошло между первым шуршанием плаща ангела и его очевидным приземлением обратно на кровать, так как оторвать руки от лица было невероятно тяжело, к тому же, это грозило непредсказуемыми последствиями. Кас тихо, но настойчиво, позвал Дина, на что Винчестер опустил руки на полотенце, поднимая взгляд, лицезрея всю картину перед собой, мысленно захлебываясь от восторга: он никогда прежде не видел Каса хоть сколько-нибудь обнаженным — безразмерный плащ и скучный костюм постоянно прикрывали тело, до которого Дину удавалось добраться только в своих снах и в некоторых, слишком смелых, фантазиях.       Гетеросексуальность, нервно постукивая каблучками, помахала на прощание охотнику ручкой. Черт.       — Дин, — Кас вдруг предавшим его голосом хрипло выговорил обращение. Ангел, как и до появления Дина из душа, сел, вытянув ноги (какие красивые, оказывается, мать его, ноги!) на кровати, опираясь на хрупкую спинку, аккуратно сложив руки поверх ткани белья. — Я никогда прежде этого не делал, — и без того ласкающий слух охотника голос стал еще более опьяняющим. — Ты… расскажешь мне… или покажешь… как правильно?       Дин был готов взвыть, глядя на спокойного ангела, которого, кажется, ситуация, если и смущала, то лишь на десятую долю. Он смотрел на человека своими светлыми невинными глазами, периодически пытаясь устроиться поудобнее на кровати, не зная, куда себя деть под пристальным взором охотника, внутри которого в этот момент все горело и полыхало, как бы он ни старался унять этот огонь. Ситуация казалась настолько бредовой, что Дин сам себе не верил.       — Достань его, — Дин на одном выдохе слышно прошептал это, взглядом указывая на пах ангела. Кровь охотника продолжала сбегаться под полотенце, но это сейчас волновало меньше, чем широко распахнувшиеся от возникшего волнения глаза ангела, который, задержав дыхание, опустил взгляд вниз и, приспустив белье, достал наливающийся от предвкушения кровью член. Лицо Каса выглядело заинтересовано и было так волнующе, что руки Дина буквально зазудили от желания прикоснуться к себе при виде этой картины.       — Погладь его, аккуратно, — Дин уже не сдерживал свое дыхание, которое так предательски сбивалось при виде ласкающего себя ангела, едва заметно выдыхавшего первые стоны. От новых приятных ощущений твердеющей в руке плоти Кас, тяжело и рвано дыша, слегка закинул голову назад, представляя Винчестеру полный обзор на эту нежную шею: охотнику хотелось припасть к ней с поцелуем, изучить каждый сантиметр мягкой кожи, оставить на ней свои метки, спуститься ниже…       — Дин, — Кас вырвал Винчестера из своих дум, продолжая утопать в новых ощущениях. — Дальше, — голубые глаза затягивало пеленой запрета, но ангел продолжал внимательно вглядываться в Дина, цепляя его взгляд своим.       — Проведи по всей длине, не резко, не дергай, — Дину стало невероятно жарко, отчего выступившая на лбу испарина грозилась стечь капелькой по лицу охотника. Кастиил внимательно смотрел на своего человека, повинуясь его указаниям, не отрывая своего взгляда от зеленых глаз, подавляя рвущиеся из горла стоны.       — Я все правильно делаю, Дин? — голос ангела сбивался на каждом слове, потому что касания собственной руки к ноющему члену были настолько же приятны, насколько пожирающий взгляд охотника, который не отрывался от светлых глаз пернатого. Кас заглядывал в зеленые глаза, продолжая двигать рукой по всей длине члена, периодически тихо срываясь на стоны, от каждого из которых у Дина проходили мурашки по спине, сползающие вниз, к налившемуся кровью паху.       — Ты все правильно делаешь, Кас, — уже не скрывая восхищения и собственного восторга, Дин подбадривал ангела, не разрывая зрительный контакт, словно пытаясь загипнотизировать. — Ускоряй темп, когда посчитаешь необходимым, — собственный стояк больно упирался в полотенце, которое, к слову, удачно его маскировало.       Кас начал активнее двигать рукой, все чаще срываясь на стоны вперемешку со всхлипами и именем Дина. Каждая мышца этого разгоряченного тела сейчас напрягалась под касаниями голодного взгляда охотника. Кас не сводил глаз со своего человека, уже не сдерживаясь и выстанывая его имя, выгибаясь на одеяле, сильнее толкаясь в собственную руку. Пот и смазка смешались на теле ангела, всхлипы, стоны и имя Дина горячили воздух вокруг. Дин почти подпрыгивал на стуле, всей душой переживая за своего ангела, который, однако, все никак не доходил до финальной точки: резкие движения сбивались с ритма, вся плоть Каса заметно горела, глаза сверкали голубыми молниями, но все чаще брови отчаянно сводились вместе от безвыходности ситуации.       Страх подкатил к горлу охотника и отразился в глазах, что не могло ускользнуть от чуткого взора ангела. Пернатый лишь сломленно кивнул, прикрывая глаза, будучи готовым сдаться и отпустить член, но Дин резко сорвался с места и подлетел к кровати, нависая над небесным воином.       — Кастиил, мать твою, Ангел Господень! — Дин, отодвинув руку пернатого, схватил член Каса в свою ладонь, на что получил громкий выдох. — Только, блять, попробуй не кончить! — Кас широко распахнул глаза, когда Дин стал резко водить своей ладонью по члену, пуская новые, прежде невиданные пернатому, волны удовольствия по дрожащему телу. Голубые глаза оказались прикованы к зеленым, а руки сами тянулись к мужественным плечам, к метке, оставленной когда-то им же самим. — Полотенце, — прошептал Дин на ухо ангелу, продолжая ласкать того, улавливая стоны. Ангел настойчиво выгибался навстречу Винчестеру, смешивая жар своего тела с огнем охотника. — Убери мое полотенце, Кас.       Ангел одним движением сорвал полотенце с тела охотника и отбросил на пол прежде, чем уверенная рука Дина обхватила два колом стоящих члена, создавая трение между ними, на что два голоса дуэтом сорвались на вымученные стоны. Дин вжимал всем своим телом податливого ангела в кровать, чувствуя между телами свою руку, желая, как можно большими участками тела соприкоснуться с пернатой мечтой.       Раскрасневшийся Кас, нетерпеливо извиваясь под охотником, обводил ладонями крепкий стан Винчестера, спускаясь с напряженной шеи вниз по мужественной груди, останавливаясь здесь, чтобы несколько секунд поиграть с сосками охотника. Дин от этого непривычного прикосновения охнул и несдержанно зарычал, сжимая руку вокруг членов еще сильнее, выстанывая ругательства и комплименты Кастиилу.       — Дин, — Кас выдохнул на очередном всхлипе, подаваясь навстречу Дину. — Я хочу… кое-что…       — Что, солнце? — Дин яростно отдрачивал себе и ангелу, упираясь своим лбом в лоб Каса. Два горячих дыхания смешивались в одно, еще больше распаляя пожар между человеком и пернатым. К неожиданности охотника ангел обхватил руками лицо Дина и робко притянул к себе для поцелуя.       Для их первого поцелуя.       Рука охотника сбилась с ритма, а сердце резко сжалось где-то в груди, пропуская удар. Казалось, время застыло, планета перестала вращаться, а в мире не осталось никого, кроме этих двоих. Дин начал отвечать на нерешительный поцелуй Каса, посасывая его губы, языком выводя на них скромные узоры, пытаясь проникнуть в рот ангела. Кас, не сопротивляясь, раскрывал губы, впуская язык охотника, переплетая его со своим, отчего Дин мурчал и плавился, а новая волна мурашек пробежалась по его телу.       Язык Каса оказался так податлив и активен во рту Дина, что тело охотника с каждым движением шаловливого язычка вибрировало новыми волнами удовольствия, а последние остатки сознания плавились от жара, идущего от тела ангела. Кас, толкаясь в руку Дина, захватывал его губы своими, посасывал, смакуя новые грани, которые сегодня открывал в охотнике: он кусал, зализывал, снова кусал, обвивался своим телом вокруг тела охотника, загнанно дыша ему в губы, притягивая бедра Дина к своим.       — Кас, — охотник, дурея от всего спектра новых эмоций, оторвался от столь долгожданных губ, чтобы перевести дыхание и вернуть прежний темп руке. Дин удивлялся неожиданной активности ангела и чувствовал себя добычей, до которой наконец-то добрался голодный зверь. Синева глаз ангела полностью заполнилась темнотой, а его тело стало сильнее дрожать от ласк Дина. Не разрывая зрительный контакт, Кастиил спустил свои руки по горящему телу охотника, едва касаясь кожи — прямо, как во снах, — и обхватил ладонями руку с членами мужчин. Ноги Винчестера резко стали ватными, пальцы ног поджались, а откуда-то из самых глубин души вырывалось столь долгожданное чувство.       В глазах Дина заискрило так, что он не видел ничего, кроме умиротворенного лица Каса, глаза которого засверкали своей синевой в прежде невиданной им красоте. Руку обожгло горячее семя, проливаясь на живот тяжело дышащего ангела, стекая тоненькой струйкой по влажной коже на одеяло Дина. Плевать. Охотник, постанывая в посторгазменной неге, упал рядом с ангелом, обхватывая его трясущимися руками и ногами настолько крепко, насколько был способен в этот момент, стараясь не задавить пернатого. Все тело содрогалось в мелких судорогах, которые били то тут, то там, и Дин кожей чувствовал, что Кас испытывает схожие ощущения.       Тишину, нарушаемую лишь неровным дыханием мужчин, первым прервал Кас.       — Дин, — его ресницы трепетали от нового чувства, и голубые глаза наполнились еще большим светом. — Мы только что сняли заклятие?       Охотник сдержанно посмеялся куда-то в шею Каса, прижимая его еще больше к себе. Он уже и забыл о ведьме, забыл о деле, забыл о том, что все это начиналось, как эксперимент — ему просто было хорошо, здесь, сейчас, с Касом. С таким теплым любимым ангелом.       — Не знаю, Кас, — Дин выдохнул эти слова в шею ангела, отчего у того по коже побежали мурашки. Охотник, заметив это, улыбнулся. — В любом случае, ведьму нужно убить хотя бы ради девушек, которых она может погубить. Так что пусть Сэмми трудится, — Дин немного помолчал. — Но если все это, — спустя пару минут тишины охотник очертил рукой комнату, как бы намекая на случившееся. — Если все это произошло из-за ее бурчания, пока мы выпрыгивали из окна, то… — Дин замолк, подбирая подходящие слова, которые полностью могли бы описать то, что он чувствует.       Кас потянулся к влажным волосам человека, слегка поглаживая их, отчего Дин блаженно прикрыл глаза, пока его пушистые ресницы трепетали от прикосновений ангела.       — То ты ей даже благодарен? — Кас едва слышно усмехнулся, продолжая запускать длинные пальцы в волосы человека.       — Но как жестоко это было сделано! — Дин от возмущения аж поднялся на локте, проскальзывая макушкой между пальцами ангела, заглядывая в голубые глаза Каса. Тот повернулся лицом в сторону охотника, одаривая его теплой улыбкой. — Не дать кончить нам по-отдельности!       — Чтобы мы сделали это вместе.       Дин уткнулся лбом в плечо ангела, пытаясь скрыть довольную улыбку.

*Спустя два дня*

      Утомленный долгой дорогой и несколькочасовым раскапыванием могилы Сэм, глядя на горящие кости, набрал номер Дина.       — Да, Сэмми, — отрываясь от губ Каса, Дин слишком неожиданно отозвался на входящий вызов. Винчестер-младший кинул недоумевающий взор на телефон. — Кхм… Как дела? Ты нашел могилу, сжег кости? — Дин нервно облизнулся, подмигивая ангелу, который в это время ласково, но медленно очерчивал его бедра рукой с внутренней стороны поверх джинсов.       — Да, Дин, все горит ярким пламенем, — Сэм усмехнулся, слыша загнанное дыхание брата вперемешку со словами благодарности в трубке телефона. Он несколько секунд обдумывал свой вопрос, приглаживая взлохмаченные волосы на голове. — Как у вас дела? Заклятие успело себя проявить? — Сэм, стоя над горящей могилой, довольно улыбался, словно и не было всей этой жуткой истории. — Как вы с Касом себя чувствуете?       Выделенные интонацией слова не ускользнули от слуха Дина, который на это, однако, лишь самодовольно хмыкнул, скользя свободной от телефона рукой по груди ангела, даже сквозь рубашку чувствуя крепкие мышцы. Дин прикрыл глаза.       — Будь уверен, Сэмми, — мы с Касом прекрасно себя чувствуем.