Только твой, или Пора взросления

      К сожалению, этого позитива хватило ненадолго, и очень скоро внутреннее напряжение у каждого достигло предельной отметки.       Чонгук смотрел на ведущего программы и чувствовал, что всё ближе подходит к точке кипения. Его раздражало в нём всё: манера задавать вопросы, голос, в котором явно слышалось чувство превосходства, то, как он кладёт ногу на ногу, как дотрагивается до своих волос, но больше всего раздражало то, как он смотрит на Мису. На его, Чонгука, Мису.       Сегодня весь день был наперекосяк. Первый облом случился ещё в агентстве, когда Чонгуку показали новый костюм для сегодняшнего выступления – чёрная рубашка с серебром. Зачем столько блеска? Они его с Чимином перепутали? Сейчас говорить что-то бесполезно, но эти стилисты…       Чонгук в который раз подумал, что сегодня увидит Мису и в мечтах о ней забыл про рубашку.       Приехав на телестудию и переодевшись, парень отправился на съёмочную площадку в радужных мечтах о встрече с девушкой. Он пришёл первым и, сделав несколько упражнений для разогрева мышц, стал нетерпеливо прохаживаться по помещению.       А дальше, как в замедленном кино: все звуки вокруг в раз исчезли, только стук её каблуков. Чонгук поворачивает голову и видит девушку, входящую в открытую дверь. Лучше бы он этого не делал…       Ей тоже поменяли платье. Почему-то об этом он совершенно не подумал и увидеть такую Мису был ну просто совсем не готов.       Длинное узкое красное платье сидело на ней, как вторая кожа. Чонгук увидел даже рёберную дугу, когда Мису, заметив парня, глубоко вздохнула. Разрез юбки заканчивался где-то очень высоко на бедре и при любом движении была видна стройная ножка, ну просто совсем вся. Стилистам показалось этого мало, и они добили парня узенькими бретельками, давая наслаждаться открытыми плечами и спиной, и полуприкрытой грудью.       При всём непотребстве (по мнению Чонгука) костюма, девушка выглядела, как сама невинность – серьёзное личико, милый румянец, опущенные глаза, что дезориентировало окончательно.       Замедленная съёмка резко закончилась, потому что у Чонгука так скрутило все внутренности, что он, схватив бутылку с водой, вынужден был просто выбежать в коридор, в ужасе осознавая, что если он не сможет обуздать свои эмоции, то не он один будет в курсе того, что у него очень узкие брюки.       Выпив полбутылки воды и сделав дыхательные упражнения, парень рискнул появиться на площадке.       Ему повезло. В их сторону уже шёл ведущий программы.       - Через пять минут мы начинаем. Я скажу несколько слов – и сразу камеры переключатся на вас, - сказал он после приветствия. – Будьте готовы, пожалуйста.       Стафф ещё раз проверяет макияж, костюмы, микрофоны. Ободряющие улыбки друг другу. Всё лишнее – в сторону. На съёмочной площадке тишина. Минутная готовность.       И вот оно – чудо: перевоплощение, преображение. Музыка, голос и танец. Ради этих нескольких минут – ежедневный кропотливый труд до изнеможения и звёздочек в глазах. Но тем, кто видит артистов сейчас, знать такие подробности не надо.       И зрители наслаждаются лёгкостью движений, не задумываясь об их сложности, звучанию вокала, не вслушиваясь в его тесситуру. В этом и состоит задача артиста – заставить сопереживать, не думая о том, какой ценой достигнуто совершенство.       Номер закончился, камеры опять переключили на ведущего. У ребят есть две-три минуты, чтобы прийти в себя. Подбегает стафф. Снова подправляют макияж, промакивают пот на открытых участках тела. Мису и Чонгук жадно пьют воду и нацепив на лица улыбки, появляются в кадре рядом с ведущим.       К Мису запоздало подбегает девушка-помощница и накрывает её плечи полупрозрачной шалью в тон к платью. Чонгук облегчённо вздыхает.       Но тут же замечает, что ведущий, красивый, высокий мужчина, старше его лет на десять, слишком заинтересованно реагирует на Мису. Девушка поправляет выбившуюся во время выступления прядь волос – и тот тянется рукой к узлу галстука. Мису возвращает на место сползающую с плеч шаль – мужчина проводит рукой по волосам. Да он её откровенно хочет! Чонгук опускает голову и стискивает зубы.       И вопросы, с точки зрения Чонгука, слишком провокационные: «Являетесь ли вы парой?», «Как вы друг к другу относитесь?», «А хотели бы вы с кем-то встречаться?». И долгий взгляд на Мису.       Чонгук еле сдерживается, чтобы не двинуть этому индюку по его наглой физиономии. Пытка наконец-то закончилась. Платье девушки мелькнуло в конце коридора. Поговорить опять не удалось. Кто-то дотронулся до его плеча. Чонгук пытается сконцентрироваться – менеджер настойчиво указывает в сторону гримёрки.       Чонгук вспоминает, что день на сегодня ещё не закончен и его ждёт танцевальная практика с Хосоком и Чимином. Он предвкушает чувство физической усталости, когда все мысли разлетаются и в голове – пустота. Да. Это именно то, что ему необходимо. И Чонгук идёт за менеджером.       Отодвинув все лишние сейчас чувства, парень почти вернул себя к действительности. Где-то на задворках всплывал образ Мису в сногсшибательном красном платье и изредка колет воспоминание о взгляде ведущего, устремлённом на девушку.       Желая поскорее убраться отсюда, Чонгук быстро переоделся, схватил рюкзак, предоставляя стаффу беспокоиться об остальном, но услышав упоминание о человеке, ставшем ему настолько ненавистном, остановился. Менеджер проникновенно говорил охраннику, что ребятам очень повезло принять участие в программе именно этого ведущего.       Дальше Гук уже не слушал. Всё негодование, вся злость, которые, как ему казалось, он смог в себе погасить, рванули наружу и буквально ослепили его. Чувство собственника пинком выдворило разум, открывая путь инстинктам, и Чонгук рванул прочь из гримёрки.       Мису уже переоделась и начала застёгивать рубашку, когда к ней ворвался Чонгук. Она даже не успела ничего сказать – парень налетел на неё, как ураган, не дав ни подумать, ни опомниться.       Он обхватил руками лицо девушки и осыпал его короткими, обжигающими поцелуями.       - Я так скучал, - каким-то рычащим шёпотом говорит он и сминает губами её губы.       Когда минуту назад открылась дверь, Мису по инерции стянула края рубашки руками. И сейчас, ошеломлённая и растерянная, она так и продолжала держаться за ткань, будто ища в ней опору и спасение. Таким Чонгука она видела впервые и это немного пугало.       А парень, не замечая её состояния, продолжал опутывать девушку поцелуями и ласками, постепенно заполняя тело блаженным теплом, уговаривая сдаться.       - Мису, моя Мису, - лихорадочно шепчет он, покусывая мочку её уха. – Только моя.       Его шёпот, как сладкий яд вливается в уши девушки, и она падает в омут ему навстречу. А Чонгук, почувствовав её податливое тело, скользит руками под расстёгнутую рубашку и накрывает ладонью грудь девушки. Она прикрывает глаза, выгибается и томно вздыхает. Чонгук опять тянется к её рту…       Но тут среди туманного марева, опутавшего его, где-то на периферии сознания, слышатся голоса:       - Менеджер Джена, вы не видели Чонгука?       - Нет, не видела.       Парень замирает, с тоской смотрит в затуманенные глаза девушки и в один прыжок оказывается за плотной портьерой, прикрывающей часть окна. И делает это вовремя, потому что практически сразу дверь открывается, и менеджер Джена входит в гримёрку.       - Ты ещё не переоделась? Что так долго?       - Я сейчас, онни. Пуговица на рубашке оторвалась, - Мису изо всех сил старалась говорить, как обычно.       - Давай скорей, у тебя ещё репетиция. Сейчас пробки, и так не известно, когда доедем, - торопила Джена, собирая вещи.        Мису, опустив голову, дрожащими пальцами, с трудом попадая в прорамки, пытается застегнуть рубашку. Гук, за время их столь неожиданного и страстного общения, успел развернуть девушку спиной к двери. И сейчас Мису с пунцовыми щеками и припухшими губами боится обернуться и посмотреть на Джену.       Закончив наконец с непослушными пуговицами, девушка натягивает на лицо маску (её всё равно придётся надевать, а значит лишних вопросов не будет), хватает куртку и рюкзак и бросает:       - Я готова.       Джена забирает оставшиеся вещи:       - Пошли.       Услышав звук закрывшейся двери, Чонгук сползает на пол и прикрывает глаза.       Мелькающие на внутренних веках картинки повергают его в ужас. Совесть долбит по голове и мучительный стон вырывается из горла. Что это было?       Чонгук всегда считал себя уравновешенным человеком, но только что, ещё несколько минут назад, он вёл себя совершенно бесконтрольно. Как животное!       Что он скажет Мису? Как сможет посмотреть ей в глаза? Как такой человек может взять ответственность за чью-то жизнь?       Парень зарывается руками в волосы и какое-то время покачивается из стороны в сторону. Потом всё же поднимается с пола и идёт к двери.       Скорее в зал, на практику! И танцевать так, чтобы ни о чём не думать, а после работы упасть с пустой головой на кровать и провалиться в спасительный сон.