Поможешь мне с алгеброй?

Лип Галлагер — гениальный подросток, который никогда не ценил свой разум по-настоящему. Микки казалось, что все, что ему удавалось, не стоило парню никаких усилий. Он знал все темы по математике, получал «отлично» за тесты, хотя брюнет понимал, что он даже не открывал учебники в те дни и курил травку вместе со своей подружкой. Это… бесило Микки. Действительно бесило. Он учился с ним в одном классе, вот только никто никогда не думал, что ему, бандиту, может нравится математика. Милкович действительно любил, искренне любил сидеть над огромными уравнениями, задумчиво кусать ручку и воображать себя великим ученым, находя очередной сложный корень путем проб и ошибок. Как бы глупо это не казалось-Микки забывал о том, что он из Саутсайда только во время уроков математики и именно на них понимал, что хоть что-то стоит. А вот Лип… Ему было плевать на эту математику, он предпочитал прогулять ее в туалете с Карен, а потом прийти и без укоров совести нагло переписать контрольную после уроков. И ведь учитель любил его, ставил хорошие оценки и заботливо говорил ему о том, что ему стоит все же приходить на занятия, чтобы иметь хорошие оценки. А вот на Микки он смотрел скептически: поджав губы и постоянно поправляя очки, внимательно наблюдая, не списывает ли он? И Микки не списывал, но кто ему поверит? Держа в руке листок с надписью «удовлетворительно» он зло смотрит на написанное ниже «списано» и стукает кулаком по столу, переводя взгляд на Галлагера, который даже не обращает внимание на то, что учитель раздает листы с их контрольными. Лишь одним глазом взглянув на «превосходно» он усмехается и нагло отворачивается от математика, продолжая говорить с Карен о том, что его отец вновь напился и мешал спать всю ночь. —Какого хера? —спрашивает Микки махая листком и показывает его учителю, — Я написал идеально, без единой ошибки, с чего вы вообще взяли, что я списываю? Учитель презрительно усмехается и смотрит на него из-под опущенных очков: —Я что, похож на идиота, Мистер Милкович? У вас мозг размером с горошину, и вы думаете, я поверю, что вы решили все сами? Не знаю, как вам удаётся списывать так незаметно, но когда-нибудь я вас поймаю и отведу к директору. —Да пошли вы нахуй! —возмущается Микки, показав учителю средний палец, и, скомкав работу, кинул ее в мусорку, а потом направился к выходу из класса. В конце урока Лип незаметно поднял листок и пошел в столовую. Микки был зол, чертовски зол, но вновь пожалел о своих словах. Если бы он сказал, что может написать ту же работу один, под зорким глазом учителя, то точно бы доказал, что сам писал работу и знает! А вообще, он умен наравне с этим Липом Галлагером! Его компания… точнее, навязанная его отцом куча малолетних гопников, ушли раньше его, решив пропустить контрольную по физике и оставив Микки одного, поэтому Милкович ел в одиночестве. Его взгляд упал на того, кто делал его спокойнее и заставлял улыбаться: рыжий парень, который был на год младше него. Он сидел за крайним столом и кусал ластик карандаша, видимо пытаясь что-то решить в тетради. Брюнет невольно улыбнулся — он любил, когда тот выглядел так задумчиво и загадочно, кусал свои блядские губы и потом возвращал их к карандашу, то облизывая, а потом еще и кусая. И Микки бы отдал все сокровища мира, лишь бы оказаться на месте этого гребаного карандаша. Парень резко поднял взгляд, видимо замечая, что Микки на него смотрит, и приветливо улыбнулся. Микки заалел и тут же отвернулся, а его дыхание участилось. Он знал, что тот парень в курсе, кто такой Микки. Гопник, гомофоб, расист, наркоман, отродье Терри Милковича — все это было про него. Тогда почему он смотрел на него так, будто ему было плевать, а улыбался так нежно, что вся маска агрессии с Микки тотчас спадала? Он посмотрел на него снова только через минуту и заметил, как к нему подходит сраный Лип Галлагер, с улыбкой растрепав рыжие, такие красивые волосы, и нагло садится рядом. Он сидит недалеко и прекрасно слышит их разговор: — Проблемы с алгеброй? Помочь? — Да, было бы неплохо, — с улыбкой кивает рыжий и дает ему искусанный карандаш, а Микки, сам того не понимая, злится. Чертовски злится. Он старается не глядеть на них двоих, доедая свой обед, и только спустя двадцать минут слышит, как кто-то кашляет за спиной. — Прости, что побеспокоил, — с улыбкой говорит Лип, а Микки переводит взгляд на пустое место, где совсем недавно сидел тот красивый парень, —слушай, я увидел твою работу по алгебре и слышал то, что сказал учитель. Может, тебе помочь с ней? —Ты издеваешься? —едко усмехается Микки, разминая свои запястья, и встает, ловя на себе немного испуганный взгляд одноклассника, — ты реально думаешь, что я тупой? — Я… Слушай, Микки… Микки не слушает — лишь замахивается и резко ударяет кулаком прямо меж глаз Галлагера, и они начинают драться прямо в столовой, опрокидывая друг друга то на столы, с громким звуком разбивая тарелки, то толкаются к стенам, продолжая оставлять друг другу множество ударов. Микки не понимает, почему он так зол, а в голове только одно — тот загадочный парень с ярко рыжими волосами. Это ревность? — Довольно! — яростно шипит директор, разнимая их. — Быстро ко мне! Оба! Их отстраняют от школы на два дня, что, в принципе, очень даже хорошо. Микки бы провел все время либо шляясь по городу, либо с его хреновой компанией — лишь бы не идти домой к Терри. Он ненавидел отца, а когда тот каждый раз находился дома, старался там не бывать. Ему было очень тяжело. Но в этот день им руководила злость. Почему таким, как Галлагер — все, а ему — абсолютно ничего, хотя он старается, а Лип только и делает, что пинает хуи? — Я не думаю что, это хорошая идея — идти в дом Галлагеров, чтобы избить того парня, —подает голос Игги, стоя возле двери, на что получает грозный взгляд младшего, —Что? — Да брось, у них такая семейка, что его даже не защитят, —он накидывает на себя капюшон, уверенно стуча в дверь. Милкович слышит шаги и уже готовит кулаки, чтобы врезать Липу, но дверь открывает не он. Тот рыжий парень смотрит на него удивленно, а когда переводит взгляд на Игги хмурится. — Слушайте… — Мы не из тех, кто слушает, придурок, — хмыкает Игги, схватив парня за футболку, толкая на себя, и ударяет. Микки замирает, не зная что делать, потому что не хочет бить парня, которым каждый раз любовался на обедах и по понятным причинам влюбился в него. Рыжий не теряется, защищаясь, и Игги получает пару точных ударов в глаз прежде чем Микки оттягивает брата к себе. —Это не он, придурок, — шипит он брату, а потом смотрит на лежащего на земле рыжего, вытирающего с разбитой губы кровь. Они разрывают зрительный контакт через несколько секунд, и Микки помогает встать брату и уходит. Уходит, в очередной раз как трус. Ему снятся глаза рыжего, которые вечно смотрят на него с добротой, растрепанные волосы, как в тот день, когда он вышел из дома Галлагеров. Губы парня касаются его шеи и Микки послушно выгибается, чувствуя его обжигающее дыхание — Проснись, придурок, — шепчет парень с улыбкой, а Микки с удивлением смотрит на него. — Что? — Говорю — проснись, придурок. Тебя отстранили всего на два дня и тебе пора в школу. Вставай, Мик! Микки хмурится, щурясь и открыв глаза, обнаруживает стоящую около его кровати Мэнди. — Твою мать, ты такой сон мне обломала, — хрипит брюнет, вставая, и лениво идет в ванну под какое-то ворчание сестры. Уже в душе он замечает каменный стояк, от которого он избавляется, приняв ледяной душ. Ему бы извиниться перед ним. — Слушай, а тот рыжий чувак, он же вроде с тобой учится, —как бы невзначай спрашивает Микки, на что получает нахмуренный взгляд сестры. — Мик, не избивай его, пожалуйста. Я понимаю, ты как-то узнал, что он гей, но это не повод. — Он гей? — удивленно спрашивает Микки, чуть не уронив пакет с молоком. — А ты разве не из-за этого спрашиваешь? — с любопытством смотрит на него Мэнди. — Мне нужно его имя, — прокашлявшись говорит он. — Только при условии, что ты не будешь избивать его, — получив кивок, она продолжает, — Йен Галлагер. Он хороший парень. — Он брат Липа? — удивленно спрашивает Милкович, а потом, не собираясь говорить еще что-то сестре, выбегает на улицу, дрожащими руками доставая с кармана пачку сигарет, —Ебать, он его брат… Пиздец. Он пытается найти Йена в столовой, но его нигде нет, так же как и чертова братца. Твою мать, он ревновал Йена к его же брату. — Клянусь, я буду помогать тебе с математикой сколько хочешь, только пожалуйста, обрати на меня внимание, — тихо говорит брюнет сам себе и вздыхает. На следующий день они не появляются снова и Микки начинает переживать. Его брат избил парня, который ему небезразличен, а он ему даже не помешал. Придурок. Он уже принял один пакет травы, которую сам же и продавал поэтому решил извиниться перед Йеном. Микки заходит в магазин, где он несколько раз видел за прилавком парня, но его там нет, поэтому он спешно направляется к дому Галлагеров. Он не стучит в дверь. Трусит. Ему страшно, что рыжий посмотрит на него с ненавистью и скажет убираться от сюда, поэтому он ждет, пока тот выйдет. На улице холодно, руки онемели, но он продолжает ждать, выкуривая уже пятую сигарету за полчаса. Дверь открывается со скрипом, и наконец из дома выходит он, наверняка на смену в тот магазин. Микки натягивает капюшон, чтобы его не видели и следует за ним. — Йен, — крикнув подходит Милкович, когда они уходят подальше от дома, парень же разворачивается и хмурится. — Не подходи ко мне! — Послушай! Я просто хочу поговорить! — просит парень посмотрев на него и кусает губу, — Пожалуйста. Пойдем на трибуны и поговорим? Я клянусь, что не буду тебя трогать. Он видит, как Йен колеблется, наверняка думает, что Микки врет и изобьет сам, но на удивление кивает. Они молча идут на трибуны, Йен курит, а Милкович наблюдает за тем, как он сжимает губами фильтр сигареты, и сам невольно облизывает свои. — О чем ты хотел поговорить? — тихо спрашивает Галлагер, садясь на лавочку, а Микки набирается смелости. — Хотел извиниться. — Извиниться? — удивленно смотрит на него рыжий, но видя, как серьезно он смотрит на него, замолкает. Брюнет набирает в легкие воздух и рассказывает все, что у него на душе под действием травки. Твою мать, как он будет жалеть об этом на следующий день. —И… И каждый раз, когда я видел тебя в столовой, ты так улыбался, хотя знал, какой я хуевый человек, — говорит Микки, смотря на парня, но тот молчит, пристально смотря на него, будто пытается раскрыть все его секреты. А он их и не скрывает, — у меня ноги каждый раз подкашивались когда мы встречались взглядами. Я… Я не знал, что ты брат Липа, а когда Игги напал на тебя… Мне жаль. Все эти дни я винил себя, а потом сам избил брата за то, что он сделал с человеком, который мне нравится. — Нравится? — удивленно смотрит на него рыжий, а Микки усмехается. — Я влюблен в тебя, хотя узнал, как тебя зовут всего пару дней назад. Повисло неловкое молчание, а через пару секунд Йен начинает смеяться. Микки хмурится: он только что признался в своих чувствах, а над ним насмехаются? Не удивительно, он этого заслуживает. Парень же встает с лавочки и обхватывает его лицо руками. Микки удивленно смотрит на него. — Я влюблен в тебя почти два года. Каждый раз надеюсь, что ты будешь сидеть в столовой один и обратишь на меня внимание. У Микки перехватывает дыхание, а ноги подкашиваются. Он еле выдавливает из себя одно слово: — Пиздишь. — Неа, — мотает головой рыжий и приближается к его лицу, нежно целуя, а Микки в ту же секунду отвечает, прижимаясь к горячему телу. Они отстраняются друг от друга, тяжело дыша, и Йен с улыбкой смотрит на него. — Поможешь мне с алгеброй?