Дневник Мимозы

      Запись IV 03.10.XXг.

      Вчерашняя тренировка прошла хорошо, я с Юно и Клаусом отрабатывали парочку совместных атак, и Клаус придумал новую тактику нападения с применением вихря Юно и моего цветка путеводителя. Суть была в том, чтобы я показывала врагов на карте, а Юно, основываясь на этих данных, проводил атаки с большого расстояния так, чтобы мы даже не входили в поле зрения врага. Он также сказал, что Юно таким образом мог бы ещё метать его железные копья. Как он там это назвал? «Небесная кара»? «Проклятье богов»? Или «Божественный гнев»? Точно уже не помню, но это точно было что-то связанно с небесами и наказанием. Сама идея этой атаки весьма недурная, но вот только для подобного нужно иметь очень большую дистанцию применения и поддержания заклинания, да такую, чтобы оно не только долетело до противника, но и нанесло ему хороший удар. Юно, конечно, очень силён, талантлив и его навыки растут с каждым днём, но для задумки Клауса ему ещё очень далеко, а самому Клаусу и подавно. Я не хочу этим оскорбить или принизить его достоинства, нет, я его уважаю и считаю сильным волшебником, однако отрицать то, что у Юно магически потенциал намного больше – бессмысленно. Он уже, если не догнал Клауса, то очень близок к этому, а это всего лишь за 2 месяца в ордене… В любом случае, Юно тоже эта идея пришлась по душе, так что мы договорились практиковать это по возможности, хотя название он явно не оценил. Мы тренировались до ужина, и я была так вымотана, что сразу после него приняла ванну и легла спать.       Сегодня утром, за завтраком, я поняла, что хочу ответить на парочку вчерашних вопросов. По крайней мере попытаться. Ведь суть этого дневника в том, чтобы я смогла понять себя. Итак, первый вопрос, на который я хочу ответить: «Почему я не могу ни с кем поделиться своими переживаниями?». По сути, именно это и послужило причиной, по которой я начала вести этот дневник. Ответ прост и банален: У меня просто нет подходящего человека. Я бы на этом и закончила, но я сама понимаю, что этого недостаточно, поэтому я постараюсь изъясниться подробнее.       Если взять весь мой круг общения, то можно легко заметить, что среди них нет по-настоящему близких мне людей, в которых я была бы уверенна на все 100%. Нет, конечно есть моя семья, хотя Киршьне в счёт, Аста, Юно, Клаус, Ноэль на худой конец, но всё это не то. Я доверяю этим людям, правда, но среди них нет той самой «лучшей подружки», с которой я бы делилась всем самым личным и сокровенным. Откровенно говоря, кроме вышеперечисленных людей и товарищей по ордену, в моём круге общения никого нет. Возможно я слишком застенчивая, неуклюжая и неинтересная? Или же это из-за моей, как говорит Ноэль, «природной грубости»? Я умудряюсь делать людям разные обидные замечания, при этом даже не понимая этого. Может поэтому никто не хотел со мной сближаться? Или же мне не стоило сидеть и ждать чуда, а самой предложить кому-нибудь дружбу? Правда до недавних пор мне не особо-то и были нужны подруги. Для «кухонных посиделок» мне вполне было и мамы достаточно. Но ей мне не хочется об этом говорить. Она навряд-ли отнесётся к этому всерьёз, скажет что-то на подобии: «Ты просто ещё совсем юна, это пройдёт, не беспокойся. Да и к тому же, зачем тебе он? Лучше присмотрись к тому же Юно, у него большое будущее». А потом возьмёт и выдаст меня. Как бы я не хотела верить своей маме, но я уверенна, что после нашего разговора она тут же всё расскажет папе или, того хуже, ему. А это мой, пожалуй, страх №1, даже учитывая обнаружение дневника.       Если честно, то я сама долго не могла принять это, думала, что всё пройдёт или это что-то другое, может, какая-то благодарность или простое восхищение, но со мной прежде не было такого. Это не то восхищение, с которым я смотрю на своих старших родственников или высших меня по званию товарищей, не та благодарность, которую испытываешь, когда тебе помогают с чем-то или спасают. Нет. Это чувство, заставляющее твоё сердце болезненно сжиматься, когда он рядом, вслушиваться в каждое сказанное им слово и с трепетом вдыхать аромат его одеколона, когда он стоит возле тебя или просто проходит мимо. То чувство, что заставляет тебя искать в толпе его взгляд и немного про себя обижаться, когда он вместо того, чтобы обратиться к тебе, выбирает кого-то другого. Да, это любовь. Боже, я заставила себя написать это, я призналаэто. До этого момента, во мне всё ещё таились сомнения, но теперь, когда это на листке бумаги, я уверенна, что это она и есть. Мои щёки сейчас так пылают, что увидь меня кто, подумал бы, что у меня жар. Мне стыдно, неловко, душно и страшно одновременно. В горле сразу же образовалась пустыня и застрял ком.Казалось бы, обычное слово, тем более, что всё и так уже давно было понятно, но почему-то именно сейчас до меня дошло истинное значение данного набора букв. Будто бы после моего такого признания самой себе, я резко осознала насколько безнадёжно и жалко моё положение. Я знала это и до этого, но осознание пришло только сейчас. Да, я влюблена, и у меня нет ни единого шанса. Так грустно, что аж наворачиваются слёзы, будто бы я за пару секунд успела взмыть к небесам и тут же упасть обратно на твёрдую землю. Откуда-то появилось чувство, будто я потеряла смысл жизни, хотя, если мой смысл жизни был в еголюбви, то не велика потеря, ведь невозможно потерять то, чего и не было. Вот только от этого ничуть не легче…       

      Запись V04.10.XXг.

      Я пришла в порядок. Вчера вечером я прекратила писать, потому что не смогла совладать с эмоциями и разревелась. Отчаяние поглотило меня, и я действительно думала, что жизнь кончена. Да… я очень эмоциональна. На самом деле хорошо, что вчера всё так случилось, так как если бы я была бы в состоянии продолжать писать, то столько бредовых мыслей появилось бы на этих страницах, что это было бы невозможно читать. Нет, я не считаю свои чувства бредом, просто, когда эмоции наваливаются через край, порой о таком можешь думать, что потом хочется вычеркнуть это из памяти. Со мной такое частенько.       Вчера я ответила на 2 вопроса, на один намеренно, а на другой получилось само собой. Да, меня беспокоит влюблённость. За ночь я уже окончательно приняла эту мысль, поэтому сейчас спокойно об этом пишу. Интересно, часто ли я буду доводить себя до подобных «истерик», пока буду вести дневник?       Сегодня я не в настроении копаться в себе, да и через 2 часа мы отправляемся на задание, вроде бы оно долгое, так что записей не будет какое-то время. Надеюсь, на этот раз я не подведу товарищей. За эти 4 дня я вполне отдохнула и пришла в себя, так что думаю, всё пройдёт хорошо.       

      Запись VI 06.10.XX г.

      Мы получили звезду! Я была так рада, когда капитан Ванджанс сообщил нам об этом. Такое чувство, будто бы я наконец вернула долг, висевший на мне долгое время. Мы правда хорошо постарались. Ах да, «мы»– это я, Клаус и вице-капитан Вод. Нам нужно было найти и вернуть магический артефакт, который был украден ворами у одной из благородных семей. Служанка была в сговоре с бандитами и, когда члены семьи уехали на какой-то праздник, вроде то был день рождения двоюродного брата или что-то такое, она помогла разбойникам, ночью, проникнуть в дом и забрать артефакт. Кстати говоря, то было ожерелье с синими, не очень крупными, камнями. Оно хранилось в кабинете главы дома, в сейфе. На сейфе, помимо замка, было ещё и заклинание, которое при попытке взлома должно было связать взломщиков ядовитым плющом. Однако та служанка предупредила об этом грабителей, поэтому один из них, специализировавшийся на растительно-защитных заклинаниях, сумел обезвредить защиту. Это и сделать было не так-то трудно, ибо глава этого дома, известный своей скупостью, пожалел денег на более стойкие и сильные чары. Именно поэтому-то его и предала та женщина, так как бандиты предлагали ей в награду её годовую зарплату. Однако они ей так ничего и не дали. Сразу после того, как получили своё, они ушли, и пригрозили, что если она их выдаст, то пойдёт за решётку как соучастница, что, в общем-то, справедливо. Она планировала уволится сразу же после этого инцидента, но не успела поговорить об этом с главой дома до того, как он обнаружил пропажу. Узнали мы всё это на допросе прислуги, этот барин экономил не только на замках, но и на персонале, поэтому опросить 3-ёх служанок и охранника для Маркса не составляло труда. Откровенно говоря, выслушав то, в каких условиях работали эти женщины, я не была удивлена, что одна из них пошла на предательство. За крошечную зарплату поддерживать чистоту и порядок в огромном имении, когда тебе ещё постоянно стараются её понизить, придираясь ко всяким мелочам – та ещё работёнка. Казалось бы, можно было бы просто уйти, но не в нынешнем положении клевера. Сейчас обычному народу довольно трудно найти себе работу, а с нормальными условиями труда и зарплатой – ещё труднее. Хоть какую цену не поставь и какой адский труд не предлагай, всё равно найдутся люди, готовые и на такие условия. И такие скупые помещики, как наш клиент, активно пользуются этим. Правда на честность и преданность таких работников стоит только, разве что, молиться.       После допроса тот помещик готов был разорвать в клочья ту девушку. Как эксперта по растительным заклинаниям, меня сразу же определили на это задание, поэтому я присутствовала на допросе и могла лично лицезреть его взбешённое рыло. Он и в обычном состоянии не вызывал положительных эмоций при взгляде на него, а злым он был похож на раздутого хряка. Барин уже было хотел подойти к бывшей служанке и замахнуться на неё, и я даже успела зажмурить глаза, чтобы не видеть этого, но тут его остановила рука капитана.       – Самосуд запрещён у нас в стране, – голос капитана был спокойным и уверенным.       – Да что эта чертовка себе только позволила! Обокрала меня! И это после того, как я ей, нищей черни, дал работу, позволил жить у себя! Да лучше бы она сдохла от голода, – помещик всё не унимался, брызгая слюной в сторону девушки.       – Прошу успокойтесь, мы найдём ваше ожерелье, и виновники будут наказаны по закону.       – Конечно найдёте! Я требую, чтобы вы лично взялись за это дело! – помещика явно ещё более взбесило холоднокровие капитана по отношению к его чувствам и желаниям, решил отыграться.       – Извините, но у меня нет на это времени, но можете быть уверенны, я дам это задание хорошим ма…, – но капитана прервали.       – Ну уж нет! Я требую, чтобы за моё дело взялся лично капитан лучшего ордена! Для чего я по-вашему плачу налоги? Чтобы всякая мелочь, подобная этой девчонке, – его маленький жирный палец показал на меня, и мне ещё никогда не было так омерзительно, – брались за мои задания?       – Прошу прощения, – в разговор вступил господин Маркс, и, откашлявшись, продолжил, – мы ценим ваш вклад в казну королевства, но подобное задание не настолько сложное, чтобы его выполнял капитан ордена, и ваше мнение здесь не к месту. «Золотой Рассвет» – орден с наибольшим количеством звёзд во всём королевстве, и будьте уверены, это так не спроста.       – Раз задание от прилежного налогоплательщика не достойно нашего великого капитана, то тогда я требую, чтобы на его выполнение был отправлен хотя-бы вице-капитан! – ответ господина Маркса явно не удовлетворил привередливого хряка.       – Про…, – помощник короля уже было хотел снова возразить, но тут раздался голос капитана Ванджанса.       – Хорошо, я отправлю вице-капитана Вода на это задание, – я и господин Маркс с удивлением посмотрели на него, и я могу поклясться, что барин ликовал, хоть я и не видела его лица, – хоть мы и видели в воспоминаниях служанки только 2-х людей, но нет никакой гарантии, что на самом деле их не больше, а вице-капитан Лангрис – сильный волшебник, который может справится с большим количеством врагов. Также мы не знаем точного местонахождения врага, поэтому его пространственная магия будет весьма уместна. И конечно же, я не хочу заставлять многоуважаемого господина лишний раз беспокоится об выполняемости миссии. Может быть, у вас есть какие-нибудь ещё пожелания по поводу состава команды? – голос капитана прозвучал немного саркастично, а на губах появилась лёгкая улыбка.       Радость помещика тут же сменилась раздражённостью. Вот кто-кто, а так непринуждённо поставить зазнавшегося барина на место может только наш капитан. Его харизма и ум настолько же велики, как у этого помещика низки. Капитан Ванджанс добрый, чуткий, вежливый, умный, харизматичный и по-настоящему благородный человек, то есть полная противоположность этой свиньи. И как он вообще посмел так нагло перебить капитана? Так нагло требовать его отложить свои дела ради своего задания, с которым может справится буквально любой волшебник в «Золотом Рассвете»? Почему все такие прогнившие, гадкие, жадные и тщеславныелюди такого высокого мнения о себе? Что ж, видимо они просто настолько глупые, что не замечают свою жалкость.       Тем временем, на вопрос капитана помещик лишь ответил сухим «Нет» и, бросив напоследок раздражённый взгляд в его сторону, вышел из комнаты допроса, громко захлопнув дверь за собой.       – Сэр Ванджанс, а вы уверенны в том, что посылать на это задание вице-капитана – целесообразное решение? – Несмотря на объяснение капитана, господин Маркс всё ещё сомневался, что это задание достойно вице-капитана. В прочем, как и я.       – Я не хотел более пререкаться с этим господином. Понимаю, что мог бы понизить планку, но это бы не стоило потраченных усилий и времени. Лучше как можно быстрее покончить с этим делом, судя из воспоминаний служанки, эти воры –контрабандисты, и они собирают артефакты из Клевера на продажу в другой стране. Время сейчас играет не в нашу пользу, – сказав это, капитан повернулся ко мне, – Мимоза, я прошу прощения за то, как тот господин высказался о тебе. Ты очень ценный рыцарь-маг, и, понимаю, после тех слов тебе не хочется ему помогать, но ты на этой миссии будешь крайне полезна: Так как целью врага являются артефакты, то логичной будет проверка гробниц в первую очередь, и твой цветок-путеводитель будет весьма кстати. Также, как я уже говорил, точное число противников нам не известно, поэтому маг-целитель не помешает.       Сэр Ванджанс такой добрый, такой внимательный и чуткий. Он беспокоился о моих чувствах, и даже извинился за того невежу, хоть и совсем не был обязан этого делать, ведь я бы в любом случае пошла, если бы он сказал мне.       – Ничего страшного капитан, вы не виноваты, я в порядке, – смущающимся тоном сказала я, и уголки моих губ приподнялись в улыбке.       – Тогда хорошо, рассчитываю на тебя, - улыбаясь своей обыденной улыбкой, сказал он, – отправка через 2 с половиной часа, я определю ещё 3-го человека на задание, встречаетесь у главных ворот штаба. Лангрис будет назначен капитаном, дальнейшие указания я передам ему. Есть вопросы?       – Нет, Сэр! – бодро ответила я и, поклонившись, вышла из комнаты допроса, направляясь к себе в комнату в штаб «Золотого Рассвета».       Когда я добралась «домой», первое, что я сделала – это открыла свой дневник и сделала запись за 4-е октября, то есть предыдущую. Изначально я планировала только почитать то, что я написала днём ранее, но после прочтения поняла, что просто обязана написать, что я в порядке, так как не хотелось заканчивать всё на такой депрессивной ноте, после чего я собрала вещи и отправилась на место встречи.       Возле ворот штаба меня уже ждали вице-капитан Лангрис Вод и мой друг Клаус Люнетт. Честно, я была удивлена, ибо была уверенна, что с нами пойдёт Юно. Не знаю с чего я это взяла. Может из-за того, что Юно сильный атакующий волшебник? Или из-за того, что его магия ветра тоже хороша для быстрого перемещения? Но сейчас думая об этом, я понимаю, что как раз эти 2 функции хорошо выполняет и вице-капитан, и Юно здесь был бы просто лишним. А вот стальная стена Клауса как раз весьма кстати, ведь я вообще не владею защитными заклинаниями. В любом случае, я никак тогда не выдала своего удивления, и выслушав план вице-капитана Вода по выполнению задания, мы втроём вошли в портал и попали на первое место проверки – в одну из древних гробниц.       Не хочу сильно заострять внимание на данном месте, так как ничего толкового мы там не обнаружили. В прочем, как и в последующих. Первый день нашего поиска в целом не обвенчался успехом, как я подумала изначально, но потом, когда мы уже было хотели возвращаться в штаб, Клаус предложил напоследок опросить жителей в округе, не видели ли они тех преступников, которых мы ищем. Был уже вечер, люди шли с работы кто домой, а кто в трактир, ну а для кого это одно и то же место. Можно было бы зайти в парочку и опросить посетителей, так как по близости, помимо гробницы, есть ещё и усадьба благородной семьи, где по-любому имеется что-то ценное. Эта идея пришлась нам по душе. В конце концов, возвращаться не с чем нам не хотелось, особенно вице-капитану.       Зайдя в первый попавшийся трактир, мне тут же в нос ударил резкий запах дешёвого пива и какой-то солёной рыбной закуски. Все были заняты чем-то своим: кто-то играл в азартные игры, кто-то что-то обсуждал по поводу работы, а одна компания людей, по всей видимости, чуть ли не затевала драку. Всеми посетителями были довольно крепкие и рослые мужчины с грубыми чертами лиц. Помещение было набито под завязку, и внутри стоял такой гул, что на наше появление никто не обратил внимание. Хоть я и не видела лиц вице-капитана Вода и Клауса, но точно могу сказать, что им это место явно не понравилось, и, признаться честно, мне тоже. Однако отступать уже было поздно, поэтому мы направились к барной стойке.       По мере приближения на нас обращалось всё больше и больше глаз. В итоге, когда мы уже стояли напротив бармена, все в округе уже заметили наше присутствие, и люди разделились на 2 лагеря: Одни с настороженностью и некой даже озлобленностью пялились прямо на нас, я бы даже сказала, не моргая, а другие наоборот – отвернулись на 180 градусов и тщательно пытались сделать вид, будто бы не замечают ничего необычного, хотя напряжённые спины и гробовое молчание выдавали их с лихвой.       – Чем могу быть обязанным господам рыцарям-чародеям? – в голосе бармена слышалось напряжение.       – Вам не знакомы данные лица? – господин Вод достал из своей сумки портреты преступников, которые составили по воспоминаниям служанки.       – Нет, впервые вижу, – голос мужчины потерял былую настороженность и сейчас звучал спокойно и безразлично.       – Очень жаль, но, может, кто-то из вас обладает какой-либо информацией? – вице-капитан развернулся к посетителям, держа портреты в правой руке над головой.       – А что, если да? – голос прозвучал совсем рядом, и, обернувшись, я поняла, что это был мужчина средних лет, сидевший за барной стойкой сзади меня.       – Если да – то вы обязаны доложить нам, – вице-капитан прожигал его взглядом.       – И всё? А награда какая-нибудь есть?       – Ваша награда – это спокойное продолжение вечера без допроса в катакомбах дворца, – встав пообок от мужчины, Клаус смотрел на него сверху вниз угрожающим взглядом.       –Чтож, жаль, что ничем не могу помочь, – выдохнув, он взял в руку кружку с пивом и осушил её на половину.       – По законам королевства Клевер: умалчивание важных для следствия показаний сровне соучастию, или вам так не терпится в тюрьму?       – Я всего лишь поинтересовался будет ли какое-либо вознаграждение, я не говорил, что обладаю информацией, так что повода для насильственного допроса у вас нет, а значит, по законам королевства Клевер, вы не имеете права меня допрашивать, – мужчина оставался абсолютно спокойным, будто бы мы тут не решали вопрос, где он проведёт ближайшие несколько месяцев, а будет ли на завтрак чай или апельсиновый сок.       – Разве ваше излишнее любопытство уже не является поводом для подозрений?       – Вы можете подозревать меня в чём угодно, однако закон не карает за спрос.       – Ну так может мне переместить нас в катакомбы и развеять все сомнения? – сказал вице-капитан Лангрис, у которого уже, по всей видимости, сдавали нервы. Его можно понять: сам он по себе довольно вспыльчив, так ещё целый день мы провели безрезультатно, и теперь, когда настолько нужная нам информация так близка к нам, но нам в упор не хотят её давать – это кого угодно может разозлить. А если ещё и учитывать то, что послужило главной причиной для назначения его на эту миссию – то я вообще удивлена, как с его характером он всё ещё удерживается от того, чтобы насильно не запихнуть этого знатока законов и правил в пространственный портал.       – Говорю же вам, у вас нет на то законных оснований, да вы и сами должны это знать, как рыцарь-чародей. Или же законы пишутся только для простых жителей?       Пока мои товарищи думали над ответом, таверна начала постепенно заполняться тихим полушёпотом, который из-за большого количества людей, превращался в неплохой такой гул, в котором можно было чётко расслышать «Так им и надо» и «Эти рыцари-чародеи вообще в край обнаглели». Стоит отдать тому мужчине должное, редко встретишь настолько подкованного в конституции Клевера человека среди трудового класса.       – Если в результате расследования мы установим, что вы скрывали от нас информацию, что тогда будете делать? –Клаус, по всей видимости, не найдя другого выхода, перешёл на прямые угрозы, – не лучше ли, в таком случае, сразу сказать всё, что вам известно?       – В таком случае мне ничего не останется, как пойти в тюрьму, – всё ещё будучи абсолютно спокойным, сказал мужчина.       Мы были в тупике. Я одного не могла понять, к чему весь этот цирк? Если он действительно просто интересовался наградой, то мог бы ещё раз это повторить и не приплетать сюда различные законы и правила, тем самым вызывая к себе подозрения. Мужик он не глупый ведь, должен был это понимать. А если он что-то да знает, то почему не сказал сразу же? Почему он ведёт себя так, будто бы на 100 процентов уверен, что мы ничего на него не найдём? Да и если бы с самого начала он не собирался ничего нам рассказывать, то внимание зачем привлёк? Хотел выставить нас в дурном свете или же… Награда! Он хочет вознаграждения, да? Чтож, попробовать стоит.       – Мы вас поняли, не удивляйтесь, если скоро к вам придёт повестка в суд, –Лангрис повернулся в сторону выхода, – идём, у нас ещё есть места для проверки.       – Постойте, – сказала я, поворачиваясь к мужчине, – а если награда всё-таки будет, вы нам расскажете, что знаете? – я достала из своей сумочки мешочек с монетами и положила его перед ним, – этого хватит? Тут 50 тысяч драгоценных, можете пересчитать.       – Мимоза, не сто.., – но Клауса перебили.       – Да, этого вполне хватит, – посмотрев на меня и зрительно оценив количество монет в мешочке, сказал мужчина.       – Так вы всё же располагали информацией! Мимоза, забирай назад деньги, теперь мы имеем полное право отвести его на допрос, – восторженно произнёс Клаус, –чтож, Сэр, вы держались достойно, однако ваша алчность вас и погубила.       – Ну я бы так не сказал, сударь, – да что с ним не так?! Его только что поймали на лжи, а он всё ещё спокоен, – видите ли, вы действительно можете сейчас меня отправить в катакомбы на допрос, однако время-то позднее, а дело, судя по тому, что вы были вполне не против поспорить со мной пол часа, не особо-то и важное, что значит, ждать начала допроса вам придётся до утра, а исходя из моей информации, такой привилегии у вас нет, – он повернулся к вице-капитану, который уже смотрел на него не злым, а каким-то маниакальным взглядом, будто бы зная, что тот сейчас скажет, – так что не будет ли разумно оставить всё так, как есть, и дать мне рассказать вам то, что я знаю?       – А не боитесь, что если расскажете, то мы предоставим наши воспоминания как доказательство того, что вы не желали содействовать расследованию? – на лице Лангриса красовалась хитрая улыбка, он будто бы начал наслаждаться этим диалогом.       – Я ведь сознался не на официальном допросе, что по законодательству королевства Клевера приравнивается к добровольному содействию, – мужчина тоже начал улыбаться, не сводя глаз со своего оппонента.       – Так я и думал, – усмехнувшись, выдал вице-капитан, – в таком случае нам действительно ничего не остаётся, как оставить всё так как есть и дать вам высказаться. Не думал, что среди простого народа можно встретить таких образованных людей как вы.       – А как иначе, надо же знать, в каком королевстве проживаешь, – сказав это, мужчина положил мешочек с деньгами в карман своего пальто и рассказал нам, что знал.       Как оказалось, знал он действительно очень важную информацию: когда он сегодня проходил мимо одного из переулков, он ненароком услышал разговор одного из тех бандитов с мужчиной-охранником того самого барского дома, что неподалёку от деревни. Тот преступник сразу вызвал у него подозрения, так как он впервые видел его, и поэтому решил немного подслушать, если не будет ничего интересного – то пойдёт дальше своей дорогой, от пары минут с него не убудет. Но вот только он задержался там на подольше, так как речь шла о похищении одного из артефактов с того дома, преступник и охранник обсуждали время, когда это будет лучше всего сделать и способ, как пробраться в поместье. Они сговорились на 2 часа ночи и что зайдут со стороны сада.       Получив всю эту информацию, мы тут же отправились с засаду. И ведь действительно, получив мы эту, на тот момент, ценнейшую информацию утром следующего дня – она стала бы абсолютно бесполезной, и было бы так обидно. Думаю, это урок о том, что не всегда стоит до конца стоять на своём, иногда условия твоего оппонента куда выгоднее, чем ты можешь себе представить.       Дальше не было ничего особо интересного, прождав в засаде порядка 3-х часов мы поймали преступников, всё же по магической силе им было не сравниться с вице-капитаном «Золотого Рассвета», а когда они пытались навредить мне, то железная стена Клауса надёжно меня защищала. Как итог, в три часа ночи они уже были в катакомбах, а дальше был допрос, на котором они выяснили местоположение всех сокровищ и остальных членов группировки. Меня и Клауса на допросе не было, вице-капитан отправил нас отсыпаться, чтобы потом составить отчёт о миссии, но когда мы сдавали ему отчёт, он нам рассказал, что в воспоминаниях того злоумышленника, который договаривался с охранником, как и в воспоминаниях самого охранника, не было никаких оснований подозревать в удержании информации того мужчины с бара, так как после окончания разговора он, по всей видимости, очень удачно смешался с толпой, из-за чего его там было не засекти, потому то он и вёл себя так спокойно, ведь знал же, что в воспоминаниях его не будет. Вице-капитан рассказывал это с такой злорадной улыбкой, будто был одновременно готов и убить, и наградить того мужчину. Ещё он вернул мне те 50 тысяч драгоценных, сказал, что раз это была затрата на задание, то её должно покрывать государство.       Ну а сегодня нас вызвал к себе капитан Уильям Ванджанс чтобы наградить звездой. Я уже писала о своих эмоциях, так что не хочу повторяться, да и, признаться честно, я немного, ну как немного, очень даже устала писать за этот вечер. Вчера у меня чуть рука не отвалилась, пока мы с Клаусом на пару писали отчёт о миссии, там ведь нельзя написать «В гробнице №Х не было ничего интересно, как и в последующих», а надо всё подробно описывать, не забывая про пунктуацию и орфографию, и ещё почерком тоже надо красивым писать, ведь это будет читать он, и я не хочу, чтобы он думал, что я безграмотная или что мой почерк невозможно почитать, хотя многие его хвалят, надеюсь, что и ему он нравиться.