Клише

А вы не знаете, почему живот болит? Там уже сдохли все бабочки до одной.. Это не я, а сердце мое скулит, Напоминает, чувствует себя живой.

Тэнэ сдался. Просто в определенный момент мир рухнул, оставив после себя лишь серость. Не осталось ничего. Усталость, грусть, тоска — все ушло. Смех использован, слезы выплаканы, жизнь прожита. А ведь ему всего лишь 21. Все разглагольствуют о детстве, что это были лучшие времена, бла-бла… Сука, а если детства не было вообще?! Если ты вырос В нелюбви, которая началась даже не из-за тебя. Если ты должен был быть идеальным, потому что за неподобающее поведение получаешь еще больше?! Постоянная боль в кровоточащих ссадинах, многочисленные ушибы, изрезанные запястья под бинтами. Излюбленное описание героев романа. Но сука, никакой это не роман, это даже не сказка и не рассказ. Это злая суровая реальность, где тебя не заберет никакой принц, где не поможет никто. Будучи главным героем разворачивающейся картины, ты не выкарабкаешься, твои останки сгниют в канаве и о них не вспомнит никто, потому что всем плевать на человека, не оставившего после себя ровным счетом ничего, лишь горстка пепла у дороги и цветущие ландыши напомнят о том, что никто не вечен… Лавэнэ стал последней каплей для искалеченной души брюнета. Обещанная забота обернулась холодной расчетливостью в серых глазах и очередной галочкой в списке тех, с кем охота переспать. Но с осознанием такого добавилась иная проблема: Блондин оказался энерговампиром, однако уйти уже не было возможности. Абьюз? Определенно нет, чувство, снедающее брюнета изнутри, было в несколько раз хуже. Со временем на него стали поднимать руку, если ответы чем-то не устраивали Крициана или его многочисленных дружков. Оставить свой отпечаток на сознании Кенига не гнушался практически никто, особо мерзопакостные личности даже пинали старосту, оставляя на одежде и сердце грязные следы чужой подошвы. Бороться смысла не было, все попытки сопротивления пресекались на корню. Сильные руки могли подхватить, удержать от бездны, в которую с каждым днем проваливался Тэнэ. Но не подхватывали, лишь ухмылка озаряла лицо, сверкнув напоследок цепочкой пирсинга. Не поддержал, позволил упасть в пропасть. Брюнет опять ошибся… Так смысл бороться дальше?.. Сейчас Кениг — опустошенная фарфоровая кукла. Грязная, наивная. Жалкая. Поломанная игрушка в умелых руках. Смирение в глазах цвета мокрого асфальта лишь усугубляет положение, из которого самому уже не выбраться. Обычно в романах после таких мыслей появляется загадочный герой в темном плаще. Ага, герой. Но герои приходят к принцессам, изящным и утонченным. Ко всяким красивым девушкам с алыми губками и большими глазами. Кому нужен будет покинутый всем миром, изуродованный многочисленными шрамами, бледный как смерть и отвергнутый обществом мальчишка? Вопрос риторический. Пора бы привыкнуть, что он навсегда останется один, хах. * * * Никому, совсем никому нет дела до одного парня с пустыми глазами. Никто не пойдет в заброшенный многоквартирный дом. Никто не увидит тело с перерезанными венами среди комнат без мебели. А через пару часов Крициан Лавэнэ найдет записку в спальне:

Я был сплошным клише из боли и страдания, из-за тебя, в какой-то степени, тоже. Но я благодарен, не стоит искать в людях сострадания. Спасибо за все. Тэнэ Кениг

Не все судьбы радужны, лишь немногим из них суждено остаться неизменными.