Fire Star

      – Значит так! – сказал я, когда мы с чейнджлингами вышли за ворота замка и отошли от стражников. – Вы двое мне тут совершенно не сдались. Даю последний шанс на раздумья. Либо на этот раз я вас пощажу, вы валите на все четыре стороны, и мы с вами никогда не пересекаемся, либо набиться ко мне в помощники — ваше окончательное решение, и вы слушаетесь меня беспрекословно. Выбирайте, – я требовательно уставился на двух замаскированных под пегасов чейнджлингов. Блин, эти значки над их головами так и маячат, что уже бесить начинает.       – Будто у нас есть выбор. Мы остаёмся, – с нотками отчаяния проговорил жеребец, а я вопросительно выгнул бровь, давая ему понять, что жду объяснений. – Путь домой для нас закрыт. Как только мы вернёмся в улей, королева лично нами займётся. Сомневаюсь, что мы сможем выжить. Если кто-то из нас попадает в плен, то он сразу же считается предателем и если даже ему удалось вернуться домой любым способом, будь то побег или освобождение, то этого позорного клейма всё равно не избежать.       – Я знаю, что Кризалис жестокая, но не настолько же. Это не похоже на неё, – приложил я копыто к подбородку и задумался.       – В этом и дело, – продолжил чейнджлинг. – После поражения на свадьбе, её будто подменили.       – Чейнджлинга подменили. Забавный каламбур, – прервал я его. – Продолжай.       – Она стала более… как бы сказать, странной. Тщательно планирует всё, до чего додумается, вплоть до того, в какой позе лечь спать. У неё и раньше были подобные замашки, но сейчас они стали ещё пуще.       – И откуда простому трутню известна эта информация? – я не читал всё досье на них, поэтому реально не знаю.       – Когда мы ещё жили и работали в улье, то шли разные слухи среди сородичей. Многие из них абсурдные, но одно все знали наверняка — королева изменилась. Двое её гвардейцев, которые всегда сопровождают её, рассказывали, что она иногда разговаривает сама с собой. А один раз она даже взбесилась из-за того, что какой-то солдат как-то не так на неё посмотрел. Ему тогда месяц пришлось проходить с повреждённым панцирем, прежде чем он его не сбросил, – ах да, чейнджлинги же периодически сбрасывают свой хитин как змеи кожу.       – И раньше подобного не было?       – Нет, – помотал он головой.       – Ясно. И всех устраивало это?       – Сначала нет. Но когда королева придумала новый способ похищения любви у пони, то все сразу же перестали испытывать страх к ней. Ведь наш улей перестал испытывать голод.       – Это и есть тот способ с захватом деревень и похищением пони? – спросил я и чейнджлинг кивнул. – Понятно. Не знаешь какие ещё изменения появились у Кризалис? – чейнджлинг отрицательно помотал головой. – А ты? – спросил я стоящую рядом кобылку, которая всё время молчала и просто нас слушала.       – Я? Ну… не знаю… был один случай, когда она вернулась в улей после свадьбы. Королева первые несколько дней вела себя странно: постоянно рассматривала свои копыта и крылья, что-то бубня под нос; не применяла магию, предпочитая копыта левитации; рассматривала стены и коридоры улья, как будто впервые их видела, но при этом хорошо ориентировалась.       Хм, может я поторопился прогонять их? Оказывается, что эти гады очень наблюдательны и подмечают всё, что видят. Это надо использовать. Благодаря им я узнал, что мои дела не просто плохи, ОНИ, БЛЯТЬ, НАХОДЯТСЯ В ПОЛНОЙ ПИЗДЕ, КОТОРУЮ ЗАСУНУЛИ В ПОЛНУЮ ЖОПУ!!! Это, конечно, если моя теория верна.       – Ясно. Ладно, может вы и вправду мне пригодитесь. Но если я одобряю ваше присутствие, то это не значит, что оно мне нравится, – обнадёжил я их. – Мне, а вернее нам, сейчас нужно наведаться в джунгли к одной особе. Не отставайте, – раскрыл я крылья и дал Еве команду на взлёт. Я заранее внёс Деринг Ду в поиск разумных, так что Ева сразу же скорректировала курс и понесла меня туда. Двое чейнджлингов не отставали и летели следом. Нужно потом тщательно изучить их мотивы. Не просто же так они согласились сотрудничать с короной. Просто могли съебаться куда угодно и жить среди пони. Так почему же они этого не сделали?       – Фанг, Сэйба, не отвлекаю?       – Нет, – ответила волчица.       – У нас появилось дело, – я открыл перед собой карту и поочерёдно ткнул в иконки волков в Вечнодиком лесу. Хм, я предполагал, что при помощи карты можно управлять ими, но чтобы как в стратегии — не догадывался. Следом я тыкнул в место, где проходит граница между какой-то поляной и джунглями, в которых засела моя цель. – Сейчас что-нибудь видите или чувствуете?       – Я вижу какую-то точку сквозь деревья. Что это? – спросил Фанг.       – Это место вашего назначения. Встречаемся там. Попытайтесь избегать населённых пунктов по пути.       – Принято, – синхронно ответили волки.       Волки мне нужны на случай, если вдруг объявится Аувизотль. Осталось понять, куда пристроить чейнджлингов в этом деле. Были бы они инфильтраторами, удалось бы запугать эту обезьяну. Представляю, если бы вместо двух волков, он увидел четырёх. Но, хуй — имеем, что имеем.       – Я так понимаю у нас о-о-очень большие проблемы, – сказала Ева.       – Ты про Кризалис? Я очень надеюсь, что это не попаданец в её тело, – ответил я, закрыв карту.       – Слишком много фактов сходятся: разговоры с самой собой; повышенный интерес к месту, где она была чуть ли не всегда; осматривает своё тело, как будто оно ей чуждо; не пользуется телекинезом в быту. Это стопроцентно не она.       – А если это Гитлер после смерти реинкарнировал? Звучит как бред, но в нашей ситуации всё возможно, хотя Кризалис из сериала на него больше похожа.       – Это может быть кто угодно. И мы не знаем, чего можно ожидать от неё. Если это ещё один человек, то лучше с ней не шутить. Сейчас нам ясно только одно — если это попаданец, то он поддерживает образ жизни чейнджлингов и их… паразитизм, так сказать. Ну или у неё просто не было другого выхода, кроме как вжиться в роль. Если она смотрела сериал, то проблем у нас может появиться ещё больше. А если она ещё и коварная, то найдёт способ тебе отомстить за Хуффингтон.       – Только не говори, что может появиться один из банальнейших клишированных сценариев с похищением любимой и тому подобного. Да, мне нравится Твайлайт, но не решиться же Кризалис похитить её. Похищение одной из принцесс будет расценено как объявление войны, что может подорвать деятельность городов, в которых чейнджлинги похищают пони и сосут любовь. Для королевы это будет не выгодно, – рассудил я. Конечно, не исключено, что она не такой заядлый стратег и проигнорирует подобный факт, но сейчас я могу только гадать. Нужно больше данных.

***

      – Сейчас идите в лес и принесите хворост и прочий горючий хлам. Разобьём тут лагерь. Мне нужно многое обдумать, – сказал я своим попутчикам, когда мы сели недалеко от границы джунглей. Даже если они съебутся, мне будет похуй. Сейчас не до них. Нужно сопоставить все факты, которые недавно на меня свалились, а также нужно оружие. Хочу изучить получше магазин и проанализировать то, что удалось найти.       Когда чейнджлинги ушли, я собрал небольшие булыжники в округе, выложил из них круг, а также притаранил два бревна недалеко от границы леса и положил их по обе стороны от будущего костра. Кстати о лесе, я заметил такую странность, что границы абсолютно любого леса, будь то Вечнодикий или простые джунгли, всегда начинаются внезапно. Например, идёшь ты по чистой поляне и хуяк — куча деревьев, словно стена. Не знаю, естественно это или нет, но выбивается из общего пейзажа.       Пока я жду своих новых друзей… хм, друзей… не друзья они мне! Такое ощущение, что судьба решила мне знатно поднасрать. Вот ненавижу я чейнджлингов, а теперь двое из них ходят со мной. Странно? Странно. Пиздец? Ещё какой! А если бы я ненавидел пауков, то мне бы приписали двух огромных арахнидов? Я бы даже не удивился этому. Хотя вру. Я бы охуел и послал Селёдку нахуй, случись подобное.       Так вот, я отвлёкся. Пока я жду этих черножопых, не помешало бы зайти в магазин, что я и сделал. Ну-с, посмотрим.

***

      Ебать меня в глаза! Это сложнее, чем я думал. Просматривая ассортимент, невольно могут потечь слюнки. Так, нужно собраться. Помнится, что я отказался от скрытого клинка, так как не люблю ближний бой. Да, я крыса, но мне похуй на чужое мнение. Вместо клинка я надыбал кожаный наруч, в который встроен маленький арбалет. Да и не простой он, а универсальный, что пиздец. Болты к этой вундерваффле нужно закупать отдельно. Я, когда увидел несколько видов боеприпасов, слегка прихуел от их цен. Самый дешёвый — это простой мелкий болт с треугольным стальным наконечником. Ничем примечательным не выделяется и стоит двести пятьдесят опыта за десяток. В принципе, можно взять десяток на всякий пожарный. Для охоты, там, или типа того. Но мои глаза приковались к другим боеприпасам. Те, что наносят стихийный урон наподобие огня, молний, льда и подобной хуеты я скипнул, так как это слишком просто по моему мнению. Моё внимание привлёк боеприпас "Полый болт". Когда я впервые увидел это название, то ничего не понял. Прочитав же описание, я готов был кипятком ссаться. Это то, что мне нужно! В играх я люблю всякую отравляющую магию или алхимию с её возможностью варить яды и травить недругов. Любил подобный билд в Скайриме и Обливионе. Так вот, полый болт — эти болты впитывают в себя ту жидкость, в которую я опущу наконечник. Да это же такое раздолье для заготовки боеприпасов на все случаи жизни. Ядов в магазине большое разнообразие: парализующий; дизориентирующий; яд страха; антикоагулятивный, яд конфуза; сыворотка правды, которая с моими эмпатией и анализатором мне не нужна; яд ядовитой шутки; яд из корня жарницы, который создатель этой системы, походу, так же спиздил из Скайрима, никакого разнообразия, ей-богу, хоть на авторские права подавай; яд чёрной вдовы и т.д. Цены, конечно, кусаются, но никто же мне не запрещал самому делать яды и заправлять болты. Осталось научиться алхимичить, и я стану токсиком в прямом смысле этого слова. С обучением у Зекоры я потом разберусь. Сейчас у меня другие дела. Я выбрал наруч с встроенным арбалетом, который стоит три тысячи опыта и добавил три слота под модификаторы — по тысяче за каждый. В один слот я запихнул модификацию на игнор хитина и панцирной брони, за три косаря, а два слота пока оставил пустыми, чтобы в будущем проапгрейдить оружие, если будет необходимость. Завершив настройку, я подтвердил покупку и с моего счёта списалось девять тысяч. Магазин закрылся и вот передо мной появился обычный, ничем не примечательный наруч, который просто цепляется на переднюю ногу. Подобрав его с земли, я нацепил изделие на правую ногу и затянул ремешки. Сидит идеально, как будто под меня делали. А привата у этой херни нет. Вместо него есть чары, которые просто отваживают внимание наблюдателя от объекта. Наблюдатель сможет обратить внимание на наруч и арбалет, только если я буду им угрожать. Странная хуйня. Приват был бы лучше.       Так, теперь боеприпасы. Я взял десяток простых болтов за двести пятьдесят, десяток полых за косарь, пузырёк с пятью милилитрами парализующего яда быстрого действия за полторы тысячи и пузырёк с антикоагулирующим ядом за семьсот. Итого на всю амуницию, если считать арбалет, я потратил двенадцать тысяч четыреста пятьдесят опыта. Дохуя? Не то слово! Но теперь я не чувствую себя настолько беззащитным. А траты того стоили. Ведь это не просто арбалет. Его повышенная цена в сравнении со скрытым клинком себя оправдывает. Ведь он не только позволяет стрелять, но и имеет выдвигающуюся иглу для поражения в упор. Игла впрыскивает в жертву яд, который заправлен в маленькую полость под ложем арбалета в передней части. Минусом этой иглы является то, что вся заправка рассчитана на один впрыск, что не позволит перезарядить её во время боя, а перезарядка иглы тут немного геморная.       Наруч выглядит как двухслойная кожаная ткань, но это только на первый взгляд. Между слоями как раз таки и скрываются выдвижные дужки арбалета, а слой кожи, который находится сверху, является крышкой, которую я открыл. Под ней было пустующее ложе арбалета и дужки, расположенные параллельно ему. Каждая из них имеет ролики в основании, которые при повороте расправляют дужки и они выныривают наружу, приводя арбалет в боевое положение. Механизм пиздец замудрённый и не только он. В задней части наруча видно отверстие для перезарядки арбалета. Туда просто надо вставить три болта и они по очереди, как в магазине дробовика, будут сменять друг друга после каждого выстрела. Если присмотреться, то видно, что два неиспользованных болта хранятся под ложем. Главное запоминать, какой болт за каким идёт, чтобы не возникло казусов. Под крышкой в передней части сбоку от ложа была ещё одна маленькая крышечка с надписью "1 ml". Под ней я обнаружил маленькую полость. Именно отсюда игла и берет то, что я сюда налью. Во время боя не зарядишь, так как нужно открыть две крышки, залить в полость яд и всё это закрыть. Хм, целесообразней было бы снабдить иглу всосом, чтобы через неё набирать яд, не проделывая манипуляции с крышками. Баланс? Хер его знает. Когда заправлю туда яд, то буду беречь на крайний случай.       Закрыв крышечку отсека для иглы и крышку, скрывающую весь арбалет, я зарядил в отверстие для зарядки три простых болта и поднял ногу, указывая копытом в ближайшее дерево. По воле мысли дужки раскрылись, и я представил, что у меня вместо копыта рука, а указательным пальцем я нажимаю на спусковой крючок пистолета. Тетива тренькнула, болт со свистом вылетел из переднего отверстия и устремился к своей цели, а дужки вернулись внутрь арбалета и снова выдвинулись, сделав перезарядку. А что там с мишенью? Конечно же мимо.       – Надо бы поработать над точностью, – сказал я, идя туда, куда улетел боеприпас.       – Предоставь это мне, – сказала Ева, когда я подошёл к воткнутому в землю болту. – Попробуй сейчас прицелиться – попросила она, пока я заряжал болт обратно в арбалет. Затем я снова поднял ногу и направил её копытом в сторону дерева. – Теперь выстрели, но ногу не опускай, а держи в том же положении, что и в момент выстрела.       Я так и сделал. Болт со свистом вылетел и воткнулся в дерево. Я же продолжил стоять в том же положении, что и в момент выстрела. Спустя пару секунд из моего копыта прочертилась тонкая белая полоска по направлению в дерево, прямо в то место, где торчит болт.       – Можешь двигаться. Надеюсь, я правильно откалибровала.       – Сейчас проверим, – сказал я, когда арбалет перезарядился, и я направил его на дерево, которое стоит подальше. Белая линия из арбалета последовала по направлению моего копыта. Выстрел. Болт угодил прямо в дерево, но чуть ниже прицела, потому что дерево находится дальше, а траектория превращается в параболу.       – Погоди, сейчас подправлю, – сказала подруга и белая линия из прямой превратилась в изогнутую, заканчиваясь на болту в дереве. – Всё, калибровка завершена. Теперь ты будешь целиться как в играх и видеть траекторию полёта своего снаряда.       – Спасибо тебе! Чтоб я без тебя делал? – спросил я, вынимая из дерева первый болт, и направился ко второму.       – Не знаю, – ответила Ева, а я телекинезом вырвал второй болт из другого дерева и положил в сумку к остальным, а затем направился к месту будущего костра.       Я сел на одно из брёвен и телекинезом достал из сумки десять полых болтов и два бутылька с ядами.       – Жаль, что болты одноразовые, – сказал я, ставя бутылёк с антикоагулянтом рядом, а второй, с парализующим ядом, вскрыл и приготовился окунать наконечники болтов по очереди. Да, у всех болтов есть одна неприятная особенность — они просто испаряются после того, как попадут в живое существо. Хорошо, что когда я стреляю по неживым предметам или промахиваюсь, я могу подбирать их и использовать повторно.       – Ну надо же придумать для тебя больше способов тратить деньги и опыт, – сказала Ева, пока я окунал первый наконечник в яд и он не впитал в себя часть жидкости.       – Барыги ёбаные, – пробубнил я, кладя пропитанный болт с ядом на бревно возле себя и окунул второй.       – В этом суть донатов, – хмыкнула подруга.       Так и обсуждая всю уебанскую экономическую систему магазина, я заполнил пять болтов парализующим ядом и пять антикоагулирующим. Каждый из бутыльков растворялся в воздухе, когда яд в них кончался. Прикольно, не придётся мусорить.       Я открыл крышку арбалета и убедился, что в него заряжен простой болт, и закрыл обратно. Затем я вставил в отверстие для заряжания болт с антикоагулянтом и потом парализующий. Прикол в том, что болты заряжаются в арбалет в обратном порядке. То есть болт, вставленный первым, будет вылетать последним. Прямо как в помповом дробовике. Тактика следующая: если по каким-то причинам парализующий яд не сработает на цели, или я промахнусь, то дальше пойдёт связка из антикоагулянта, который вырубит у противника свёртывание крови, и обычного болта, который будучи выпущенным следом, вызовет кровотечение. Будем надеяться, что тактика рабочая. Знаю, что болт с антикоагулянтом и сам может вызвать кровотечение, но согласитесь, две дырки лучше, чем одна.       Внезапно я услышал хруст ветки со стороны джунглей. Взглянув в сторону звука, я увидел двух чейнджлингов в истинном обличии, которые несли на своих спинах палки и ветки. Неужели они действительно решили работать на меня и не съёбываться? Ну-ка, проверим…       Я просканировал их обоих и открыл перед собой досье.       – Куда это? – спросил чейнджлинг-жеребец, когда они подошли ко мне.       – Бросьте тут, – махнул я копытом себе за спину, не смотря на них. Мда, а этот парень не соврал — им некуда деваться. Они привыкли исполнять чьи-то приказы и, в отличие от инфильтраторов, не могут жить самостоятельно. Походу я теперь для них папочка. Пиздец…       – Что дальше? – спросил чейнджлинг, когда они скинули свою ношу неподалёку. А он любит попиздеть, как погляжу, а его спутница наоборот, слишком молчалива.       – Сидеть молча и ждать, пока я не разрешу говорить! – строгим, но не громким голосом сказал я, посмотрев на него, а затем встал с бревна и подошёл к кругу из камней. Кинув туда несколько веток, я достал из сумки бутылочку жидкости для розжига, купленную в человеческом мире, налил немного на ветки и закинул обратно в сумку. Затем я пролевитировал из сумки коробок со спичками и достал одну. Моя эмпатия улавливает нотки заинтересованности, а чувство слежки мозолят две пары глаз.       – Можете не пялится на меня так? – сказал я, не смотря назад. Затем я заставил спичку в облачке телекинеза чиркануться о фосфорную полоску коробка. Я пролевитировал её над будущим костром и выключил телекинез, отправив горящую спичку в свободное падение. Пока она падала, я повернулся к чейнджлингам. – Это немного раздражает, знаете ли, – уже на половине этой фразы костёр вспыхнул. Не бензин, конечно, но сойдёт.       Мои спутники тем временем завороженно смотрели на спичечный коробок в облачке моего телекинеза, который я вернул в сумку.       – Показушник, – прокомментировала Ева мои недавние действия.       – Что это за магия такая? – спросил жеребец. Эх, ничему жизнь не учит.       – Я вроде говорил вам молчать, вы можете говорить, только когда я разрешу! – строго сказал я. Чейнджлинг закрыл рот и замер. – Бери пример с Легиозы, Ластор, – я подошёл к нему и прищуром посмотрел в его большие, голубые, фасеточные глаза, которые стали ещё крупнее, когда он услышал имена. – Откуда я знаю ваши имена? – предвидел я его немой вопрос. – Секрет. А теперь, кто хочет есть? – я вернул себе нормальное выражение лица. Эх, мне ещё не скоро надоест вгонять их в ступор. Из-за частой смены манеры моего поведения они не могут понять, что я за фрукт такой.       Чейндждинги молча подняли по копыту, и я довольно улыбнулся. Помусолю их немного злым полицейским, а потом задобрю… Наверное. Посмотрим на их поведение.

***

      – Всё готово, – сказал я, беря телекинезом три банки тушёнки, расположенных вплотную к костру. Её можно было и не разогревать, но я люблю, когда еда горячая. Хорошо, что я додумался проделать в крышках отверстия, иначе содержимое банок сейчас бы украшало поляну в радиусе двадцати метров. Я вскрыл их открывашкой, тоже купленной в мире цветных людей и пролевитировал две из них чейнджлингам, которые сидели с противоположной стороны костра. Да, они тоже всеядные и любовь не является их основным рационом. Её действие на организм чейнджлингов можно сравнить с действием инсулина на человеческий. То есть, по идее, все перевёртыши являются диабетиками, но немного в другом смысле.       Когда мои новые помощники понюхали содержимое банок, то удивлённо переглянулись, видимо опознав содержимое, а затем слегка охренели, когда увидели, как я ем кусок мяса из своей банки. М-м-м, обожаю тушёнку. Всё же, организм аликорнов странная штука.       Я молча продолжал телекинезом доставать и есть куски мяса из банки, смотря при этом в костёр. Напоминает поход, но немного странный. Не будь тут двух существ, которых я терпеть не могу, то было бы заебись.       – Либо вы сейчас едите, либо остаётесь голодными, – раздражённо сказал я чейнджлингам, которые всё это время удивлённо сверлили меня глазами. – Ешьте, пока я добрый, – говорил я, продолжая смотреть на огонь. Он такой завораживающий. Языки пламени так и манят своей красотой, а треск древесины похож на музыку. Огонь может согревать, а может испепелять, если попадёт в неверные руки или копыта. Стоп, вот оно! Вот почему у меня резист к огню! Это же моя любимая стихия. А частичный резист к холоду обуславливается тем, что на Земле я любил холодный климат и чувствовал себя комфортно в морозную погоду. Я медленно приблизил копыто к огню, но ничего не почувствовал. Просто тепло и всё. Даже когда копыто коснулось языков пламени, то ничего кроме тепла не ощущалось. Немного непривычно. Ладно, с этим разобрались. Тогда почему я получаю повышенный урон от других стихий? Про электричество объяснить могу — я очень боялся получить любой разряд тока, даже когда снимал с себя связанный моей мамой свитер, который заряжал меня при этом статикой. Ха, кажется я только что вспомнил, почему это. Недалеко от моего дома стояла большая трансформаторная будка, а в метрах тридцати-сорока от неё построена металлическая детская площадка, которая постоянно пиздила лёгким разрядом, когда я прикасался к перилам, что вызывало не очень приятные ощущения. А возле пластиковых частей волосяной покров на руках немного вставал дыбом. Да, такое детство у нас было. Эх, Россия. Не удивлюсь, если там построят водную горку прямо в канализационный люк. Хотя странно, что площадка могла бить током от трансформатора, ведь там всё заземлено. Хуй знает, я в этом не шарю. Ладно, если с электричеством понятно, то почему повышенный урон наносят и другие стихии? На воду, воздух и землю мне было глубоко фиолетово. Так почему же?       Из моих размышлений меня вырвало чавканье. Я убрал копыто из огня и поднял взгляд на чейнджлингов. Видимо им очень вкатила говядина.       – Не торопитесь так. Никто у вас еду не отнимает. Я понимаю, что в темнице Кантерлота кормят не ахти, но соблюдайте манеры, – сказал я им. А то небось ещё подавятся и придётся вручать им премию Дарвина. – Разрешаю вам говорить, – бросил я им и подкинул пару веточек в костёр.       – Никогда не ел ничего вкуснее. Что это за мясо? – тут же подал голос Ластор.       – Тушёная говядина из другого мира, – сказал я правду, – Очень питательна и незаменима в походах, – чейнджлинги удивлённо посмотрели на меня, а затем на банки в своих облачках телекинеза. – Что надо сказать? – спросил я, а Ластор вопросительно выгнул бровь.       – С… спасибо, – еле выговорила Легиоза.       – Хоть у кого-то из присутствующих есть манеры, – с упрёком я посмотрел на жеребца.       – Да… спасибо, – сказал он, словно пробуя это слово на вкус. – Почему вы едите мясо? Пони же травоядные.       – Аликорны всеядные. Да-да, отвечу на ваш удивлённый взгляд — Селестия тоже ест мясо, – сказал я, и чейнджлинги задумались. Наверное представляют себе Селестию с вилкой и ножом в облачке телекинеза, которая гоняется за коровой по полю. На самом деле, хз, что они думают, но в мою голову пришла именно эта мысль.       – А что мы будем делать в этих джунглях? – спросила Легиоза после недолгого молчания, пока Ластор продолжал есть.       – Там живёт одна пони. Хочу навестить её. А затем мы с вами найдём ещё какой-нибудь город с чейнджлингами. Вот там я и узнаю вашу преданность, – вон аж как напряглись. Хоть я и знаю, что в ближайшее время они не собираются меня предавать, потому что у них других вариантов нет, но капать на их психику я не устану. Ведь, по сути, я веду их на борьбу с собственным народом, а это кого угодно выведет из равновесия.       – Неужели мы будем драться с нашими сородичами? – спросил Ластор.       – Если я захочу, то ты будешь их убивать, – прищурил я глаза, требовательно посмотрев на него.       – Я отказываюсь! – воскликнул он, поднявшись с бревна и откинув пустую банку в сторону. – Мы с принцессой не так договаривались!       Я направил на него копыто, и из наруча вынырнули дужки арбалета. Чейнджлинг опешил и испугался, смотря на направленное в его сторону оружие. Легиоза вжалась и опустила ушки, но не издала ни звука.       – Мне всё равно, о чём-то вы там договаривались! Селестии тут нет, а значит вы слушаете меня. Возражения есть?       Ластор так и стоял молча на месте, словно проглотив язык.       – Я жду ответа, – потребовал я, направив белую полосу системного прицела ему прямо промеж глаз.       – Нет, – сдался он и сел обратно на бревно, а я убрал арбалет. Ну врёт же, собака! Ладно, пусть думает, что я поверил.       – То-то же. Можешь потом идти к принцессе и жаловаться, как маленький жеребёнок, мне всё равно, – сказал я и прищурился, сделав голос чуть потише. – Только когда ты это сделаешь, вспомни, что не только Кризалис умеет разбираться с предателями. Намёк понят?       – Да, – тихо сказала Легиоза, а я перевёл взгляд на Ластора.       – Да, – вторил он своей спутнице.       – Всё настроение испортил, – пробубнил я себе под нос, опуская взгляд на костёр.       – Не слишком ли жестоко? – спросила Ева.       – Да ладно. Я бы всё равно не убил его. Максимум, пальнул бы ему в шею, чтобы часик полежал с параличом.       – Я не об этом. Мне кажется, что постоянно держать их в страхе себе дороже. Вспомни фильмы и игры, где злодей держал своих людей в страхе, а те в итоге восставали против него.       – Вспомни фильм "Майор Пейн", – парировал я.       – А-а-а-а, я поняла. Ты хочешь сначала их запугать и показать всю свою чёрствость, а потом показать им, что они не безразличны тебе, тем самым заслужив их симпатию? – догадалась она       – Примерно. Когда им будет грозить какая-нибудь опасность, то я непременно помогу. Сначала нужно убрать из них некоторые негативные черты чейнджлингов и заставить их слушаться меня. С Легиозой, думаю, проблем не будет. Она больше смахивает на скромницу и признаёт мой авторитет. А вот Ластор наоборот, полная противоположность. Он бунтарь, которого нужно держать в узде.       Я мельком глянул на мини-карту. Фанг с Сэйбой сейчас были на полпути. Эх, чем бы заняться, пока мы их ждём?

***

Кантерлотский замок. Несколько часов назад.

      – Но если их вдруг найдут в ближайшей канаве, то все претензии не ко мне, – сказал огнегривый аликорн через весь тронный зал и закрыл за собой массивную дверь.       – Не найдут, – пробубнила солнечная принцесса и телепортировала к себе, только ей известно откуда, чистый свиток и принялась что-то в нём писать. Спустя несколько секунд боковая дверь открылась, и в тронный зал вошла Луна.       – Доброе утро, сестра, – сказала ночная принцесса и зевнула.       – Доброе, – ответила Селестия. – Как ночь прошла? Всё хорошо?       – Как всегда, – говорила Луна, поднимаясь по лестнице к своему трону. – Пони снятся кошмары, а я их исправляю, – ответила она, сев на трон, и снова зевнула в копыто. – Обычная рутина.       – Тогда зачем ты пришла? – Селестия отложила свиток на столик возле её трона и посмотрела на сестру. – Знаешь же, что днём ты отдыхаешь от ночных дел. Да и я вижу, что тебе нужен отдых, – заботливо говорила она.       – Ночью я была во сне у нашего детектива. Поговорила с ним и узнала кое-что интересное.       – Только ли поговорила? – не упустила возможность подшутить Селестия.       – Ты за кого меня принимаешь? – в соответствующем тоне возмутилась Луна. – Я просто захотела поговорить с ним о том выбросе, что мы почувствовали.       – И судя по тому, что ты здесь, информация очень важная, – старшая сестра вернула себе серьёзность в голосе.       – Не знаю, стоит ли нам бояться, но у Фаера есть с собой камень памяти, – начала Луна, а бровь Селестии вопросительно поднялась. – Предвижу твой вопрос — да, это тот самый камень, которым злая колдунья стирала пони память. Ты представляешь? Он просто смог отследить его в параллельном мире и принести в Эквестрию, как будто для него это обыденное дело.       – Я не удивлена, – ответила Селестия и увидела слегка шокированный взгляд сестры, – За те несколько дней, что мы знаем его, он успел уже порядком нас удивить. Но его манера поведения отличается от манер любого пони, что я встречала…       – Мы это уже проходили, – перебила Луна, – Он тебе понравился именно из-за этого. Его отношение к нам больше похоже на равное, чем он неосознанно тебя и зацепил.       – Я не об этом. Я недавно навела справки в королевском архиве, а также отправила запросы в крупные города о нём. Хотелось бы узнать где он родился, кто его родители, как ему удавалось скрываться так долго и почему никто из пони не заметил, что рядом с ними живёт аликорн.       – И что удалось узнать? – заинтересовано спросила ночная принцесса.       – Абсолютно ничего. Его как будто и не было. По крайней мере в крупных городах. В деревни и маленькие посёлки я не направляла запросы, так как это может спровоцировать чейнджлингов, если вдруг письмо пришло бы в одну из захваченных ими деревень.       – А свидетельства? Неужели никто его никогда не видел или не слышал о предсказателе?       – Нет. Тут тоже ничего, – Селестия отрицательно помотала головой.       – Думаешь, что он от нас что-то скрывает?       – Я в этом уверена. Меня пугает его осведомлённость во многих делах. Например, он вчера как-то узнал, что мне было известно о пришельце из того мира. Говорил так, как будто на все сто был уверен в том, что мне это известно.       – Я тебя сейчас, наверное, шокирую, но ему даже известно о твоей фобии. Я про куриц.       – Что? Откуда ты знаешь?       – Он сам мне сказал. Я ему об этом не говорила, честно, – Луна подняла передние копыта в защитном жесте и опустила их, – Он хочет, чтобы мы вели себя с ним как простые пони. Говорит, что весь этот официоз его раздражает. А если ты не захочешь этого, то он…       – Можешь не продолжать, – перебила Селестия сестру. – Я поняла, что он сделает, – принцесса перевела взгляд на витражи, которые освещались утренним солнцем. – Кто же ты такой? – спросила она в пустоту.       – Без понятия. Я бы тоже хотела это узнать, – ответила Луна. – Слушай, предлагаю отвлечься. Я тут узнала от него, что на самом деле случилось с Кловером Мудрым. Рассказать?       – Давай, – нейтральным голосом ответила Селестия, не сводя взгляд с витража и думая над вопросами, которые не давали ей покоя.

***

      – А можно вопрос? – спросила Легиоза, выводя меня из своих мыслей. Костёр уже стал меньше, а хворост к этому моменту уже кончился       – Валяй.       – Тогда в замке, вы сказали, что нам место рядом с нашим командиром. А что с ней и где она?       – Скорее всего кормит червей, – ответил я и уловил два непонимающих взгляда. – Мертва она, вот что. Вам повезло, что Селестия не дала мне сделать то же самое с вами. Хотя, её тут нет и мне ничего не помешает это сделать, но будем считать, что вам повезло. Я послушаюсь её в этот раз, но моё терпение не безгранично.       Чейнджлинги притихли и ушли в себя. Скорее всего, тема смерти для них является чем-то новеньким и пугающим. Ведь в сериале её не затрагивали и не показывали, что, похоже, является правдой и тут. Даже когда в сериале были сражения, которые таковыми можно назвать с натяжкой, то не было показано ни одного летального случая. Кажется, моё влияние на жителей Эквестрии может вылиться не в очень хорошем ключе… Да и похуй.       Волки уже почти пришли к нам и сейчас находятся в чаще на противоположной стороне поляны. Ну, скоро мы все будем в сборе и пойдём в джунгли. Такс, а что там с Дэринг? Без изменений. Всё в этих же джунглях, но как будто топчется на месте, так как её точка очень медленно перемещается туда-сюда в радиусе нескольких метров, словно она в замкнутом пространстве. Кажись, она сейчас в храме Таликона, но я могу ошибаться, потому что я вижу эти джунгли только на общей карте, а при приближении там просто белое ничего, так как местность в этой области я не разведал.       – А когда мы пойдём к вашей знакомой? – спросила Легиоза.       – Скоро. Просто ещё не все в сборе.       – Мы кого-то ждём? – спросил Ластор.       – Да. Вы их знаете. Скоро они придут.       – Знаем? Неужели это ночные гвардейцы?       – Нет. Всё, хватит гадать. Через несколько минут узнаете.       – Фанг, Сэйба, тут со мной двое чейнджлингов. Это свои. Поняли? – сказал я через телепатическую связь.       – Да.       Замечательно. Осталось придумать, что делать, когда я встречу Дэринг Ду. Сейчас уже три часа дня, а значит времени на знакомство у нас вагон. Ведь завтра уже прибудет главная шестёрка, а я ой как хочу вынести мозг Рэйнбоу.       Так как поляна находилась за спиной чейнджлингов, то они даже не заметили, что из чащи на другой стороне выбежали два древесных волка и устремились к нам. Когда они почти добежали до нас, то сбавили шаг и стали подходить.       – Знакомый запах, – оживился Ластор. – О нет! Неподалёку древесные волки! – да что за запах, о котором всё трындят, когда волки оказываются рядом? Я ничего не чую.       – Ты даже не представляешь насколько близко, – ехидно сказал я, посмотрев чейнджлингам за спины. Те резко обернулись и замерли в шоке. Буквально в нескольких метрах от них были волки, которые с каждой секундой сокращали дистанцию. – Правда они милашки? – спросил я, встав с бревна, и подошёл к ним, почесав каждому шею. Твёрдые. Главное заноз не нахвататься.       – Это же те самые волки! – вышел из оцепления жеребец.       – Да. Можете не бояться, они вас не тронут. По крайней мере, пока я этого не захочу, – запугал я их. – Ладно, все в сборе, а значит выдвигаемся, – подошёл я к бревну, на котором сидел, поднял с него свои сумки и положил на спину. Затем я убедился, что костёр уже погас и пошёл в джунгли. Волки прошли мимо чейнджлингов, а те остались сидеть на бревне.       – Вам что, отдельное приглашение нужно? Бегом! – прикрикнул я и жукопони подорвались со своих мест и подбежали ко мне, с опаской поглядывая на волков.       – Не отставайте, – вошёл я в тень деревьев, а мои спутники пошли следом.

***

      Твайлайт заговорчески оглянула пустую библиотеку. Убедившись, что рядом точно никого нет, она подошла к одной из книжных полок и достала несколько книг. За ними обнаружилось едва заметное миниатюрное замочное отверстие, в которую пони пролевитировала маленький ключ и повернула его. Механизм щёлкнул, и аликорночка отодвинула крышку, за которой был небольшой тайник. Единственное, что содержалось там, была книга. Достав её телекинезом, она вновь закрыла тайник и вернула скрывающие его книги на место.       – Итак, что же нравится жеребцам? О, Селестия, я впервые решилась прочитать подобную литературу, – сказала Твайлайт сама себе, держа в облачке телекинеза книгу. Спайка не было в библиотеке, а значит аликорночка могла читать что угодно, не боясь быть обнаруженной за подобной литературой.       Последний раз оглянув библиотеку, она поднялась в свою комнату, поудобнее расположилась на кровати и открыла книгу на первой странице, коей является содержание. Искусство взгляда, кокетство, любимая еда жеребцов, носочки, намёки от А до Я — это ещё не полный список того, что было написано. Уже предвкушая знания, которые Твайлайт узнает из этой книги, она с нетерпением перевернула страницу. Сегодня выдался свободный от хлопот денёк и она решила посвятить его своему любимому делу — чтению.

***

      – Носочки, намёки? Она там случаем не камасутру читает? – спросил я, глядя в окошко, которое показывало мне то, что видит аликорночка.       – О-о-о-о, кто-то решил начать действовать и этот "кто-то" не ты, – съехидничила Ева, смеясь при этом.       – Ну пусть тренируется. А, я, так сказать, оценю её успехи. В этом мире кобылки стараются делать первый шаг, так что меня можно в подобном не упрекать, – мысленно сказал я, попутно обходя дерево и наклоняясь, чтобы не зацепиться рогом о лианы. Затем я начал читать.       "Порой, в привлечении жеребца может помочь ваш взгляд. Именно ваши глаза могут показать жеребцу, что он не безразличен вам. Встаньте перед зеркалом и потренируйтесь. Наклоните голову слегка вперёд и поверните в сторону, смотря на собеседника исподлобья (см. рисунок 1). Затем несколько раз моргните."       Аликорночка перевела взгляд на соседнюю страницу, где была изображена кобылка со слегка скромной миной, смотревшая на читателя немного исподлобья.       – Флаттершай в этом приёме очень преуспела, – "сказал" я, и Ева хихикнула.       Тем временем, Твайлайт встала с кровати и подошла к зеркалу, висевшему на стене возле письменного столика. Сверившись с книгой, она посмотрела на своё отражение, немного опустила и слегка повернула голову в сторону, затем несколько раз моргнула.       – А у неё хорошо получается. Главное, чтобы она не пошла на улицу тестировать этот приём на прохожих, – сказала Ева весёлым голосом.       – Надеюсь, что в главе про носочки не написано что-то типа: "Наденьте чулочки и пройдитесь по улице своего города, обращая внимание на реакцию жеребцов и замужних кобылок, которые пытаются привести своих мужей в чувство".       – Аха-ха, смотри не накаркай, а то с чейнджлингами вон как вышло, – смеялась подруга.       Я увлёкся просмотром попыток Твайлайт сооблазнить своё отражение, а попутно и меня, что не заметил толстую ветку над собой и ударился об неё рогом. Больно блять! Остановившись, я приложил копыто ко лбу, так как боль от рога отдаёт в голову.       – Так и знал, что подобное произойдёт, – глянул я на чейнджлингов и пошёл дальше. Мои попутчики, не проронив ни слова, пошли следом.       – Конечно произойдёт. Ведь подглядывания ещё никого до добра не доводили, – стебалась Ева, смеясь между словами.       – Будто тебе не нравится за ней подглядывать. Ты же извращенка, как я погляжу.       – И что?       – И то, – железобетонно парировал я, нехотя отключая видение разума.       Внезапно, точка в полукилометре впереди, обозначавшая Дэринг Ду, пришла в движение. И прямо в нашу сторону. На ловца и зверь бежит. Хм, действительно бежит. Прям несётся.       – Фанг, в те кусты, – указал я на оные справа. – Сэйба, в те, – указал я на кусты слева. – Вы двое, – повернулся я к чейнджлингам, пока волки расходились по укрытиям. – Превратитесь в пони. У нас гости.       Чейнджлинги сверкнули своей зелёной магией и стали пегасами. Спасибо, что не жеребятами.       Тем временем, до моей цели осталось триста метров и это расстояние стремительно сокращалось. Когда мы отчётливо услышали топот копыт, из кустов впереди выскочила запыхавшаяся песочная пегаска с чёрно-пепельной гривой и пробковым шлемом на голове. На шее у неё было надето большое золотое кольцо, свисающее вниз. Увидев нашу компанию, она кинулась к нам.       – Бегите! – крикнула она, огибая меня, и уже хотела побежать дальше, но я схватил её хвост телекинезом.       – Отчего такая спешка? – спросил я, пока пегаска поднимала пыль, пытаясь бежать.       – Отпусти! ОН гонится за мной! – крикнула она, а я послушался и выключил телекинез. Пегаска чертыхнулась и влетела в кусты позади меня.       В это же мгновение кусты впереди пришли в движение. Я активировал обнаружение жизни и увидел мелкий силуэт за ними. Не успел я просканировать его, как этот зверёк сам выпрыгнул из-за них.       – И этого ты испугалась? – спросил я, смотря на маленького белого котёнка. Ясно, она бежала от Аувизотля. Это опять я накаркал или магия сюжета сработала?       – Нет! – крикнула Дэринг, выглядывая из кустов. – Вы не понимаете, ОН идёт, бегите!       – Ути какой милый котёнок, – сделал я умилительное лицо, смотря на маленького кошака, который строил мне глазки как Кот из Шрека. Затем я сурово посмотрел на него и сделал строгий голос. – Был бы милым, если бы не связывался с этой обезьяной, – схватил я его телекинезом за шкирку и поднёс ближе. Тот зашипел и попытался царапнуть моё лицо, но не дотянулся. Я не настолько дебил, чтобы подносить этого паршивца в плотную. – А вы там долго сидеть собираетесь? – спросил я у четырёх силуэтов в кустах, которые появились несколько секунд назад.       После этого на поляне стало на четыре представителя царства кошачьих больше. Это были рысь, пантера, гепард и… тигр? Блять, про тигра то я совсем забыл.       – Оу, я смотрю у этого маленького ангелочка есть друзья? Забирайте, – швырнул я котёнка в их сторону. Тот шлёпнулся на землю возле других кошек, резко встал ко мне боком и, выгнув спину, угрожающе зашипел. Тут же зашипели и зарычали большие кошки.       – Хм, кого-то не хватает. Ах, да, где ваш хозяин? Что-то я не наблюдаю его тут.       Тигр, пантера, рысь и гепард переглянулись в недоумении. Видимо они не понимали, почему я их не боюсь. И да, они понимали мою речь, что было заметно по их поведению.       – О, а вот и он, – услышал я нарастающий звонкий топот.       – ДЭРИНГ ДУ!!! Верни кольцо судьбы или пожалеешь! – на половине этой фразы через кусты перепрыгнуло обезьяноподобное чучело синего цвета с золотыми украшениями и серёжками. Фу-у-у, кто родил это убожество? Мне прям жалко его родителей.       Дальше шла немая сцена. Я смотрел на Аувизотля, тот смотрел на меня и моих спутников, а за нами из кустов выглядывала пегаска с кольцом на шее.       – Это ты про него говорила, да? – спросил я, повернув голову назад.       – Да, – ответила пегаска.       – Ещё пони? Дэринг Ду привела сообщников! Отнимите у неё кольцо, а с этими я сам разберусь. Вы будете хорошими слугами для меня, – расхохотался он и щёлкнул пальцами на хвосте. Да, у этого уебана на конце хвоста полноценная пятипалая кисть. Кошки стали обходить нас с двух сторон, чтобы напасть на пегаску, но я вновь заговорил:       – Впервые вижу того, кто хочет напасть в заведомо проигрышной ситуации, – сказал я.       – Что? – синхронно спросили Дэринг с Аувизотлем, а кошки остановились.       Вместо этого я два раза топнул копытом по земле.       – Выходите из кустов и угрожающе рычите. Фанг, оскаль при этом зубы, – дал я команду волкам.       После этого действия кусты по бокам от поляны пришли в движение и из них вышли рычащие волки. Котёнок первый испугался и спрятался за тигра. Со стороны Дэринг я уловил страх, а вот жертва Чернобыля немного охуел.       – Понимаешь, кошки — это старомодно. Я предпочитаю пёсиков. Хочешь познакомиться поближе? Он вон как хочет, – сказал я, подходя к рычавшему и оскалившемуся Фангу и демонстративно почесал ему за корягой, которая имитировало ухо. Надо быть начеку, потому что подойдя к Фангу я открыл прямой путь к Дэринг Ду.       Моя эмпатия уловила от этого обезьяна нарастающую ненависть. Ясно, значит ему не страшно.       – Чего встали? Хватайте её! – рявкнул он на кошек. Те стояли словно парализованные и со страхом смотрели на волков.       Ненависти стало ещё больше.       – Фанг, если он сейчас кинется на нас, то прыгай в сторону, – мысленно сказал я ему. Хочу пальнуть в этого мутанта арбалетом, если вдруг это произойдёт.       Но говно из меня предсказатель. Он рассвирепел от того, что кошки его не слушаются и кинулся в сторону Дэринг Ду. Даже пара замаскированных чейнджлингов на его пути как будто были невидимыми для него. Вся его злость, мотивация и действия сейчас были сосредоточены только на одном — добыть это золотое кольцо.       – В сторону! – крикнул я чейнджлингам, на которых нёсся живой танк. Сэйба прыгнула на несущегося Аувизотля и тут же была откинута в противоположном направлении. Тот немного замешкался, что дало мне больше времени для действий. Пока он восстанавливал равновесие на бегу, я вскинул ногу с арбалетом и направил на него копыто. Дужки выпрыгнули из наруча и сразу же произошёл выстрел. Пришлось целиться ему в переднюю часть, так как я находился сбоку относительно него и надо было взять мизерное упреждение. Арбалетный болт попал ему прямо в плечо. Одновременно со всеми этими действиями, чейнджлинги в испуге отпрыгнули в стороны, а парализованная туша покатилась вперёд, пропахивая собой землю и поднимая кучу пыли, остановившись буквально в нескольких сантиметрах от шокированной пегаски в кустах.       – Ну что, желаете познакомиться с моими друзьями? – обратился я к кошачим, которые, похоже, даже не понимали, что происходит. – Брысь отсюда! – топнул я ногой.       Большие кошки запрыгнули обратно в кусты и скрылись в джунглях. Котёнок же остался на месте и продолжал шипеть на меня.       – Будь добр, – обратился я к Фангу.       Волк раскрыл зубастую пасть и зарычал даже громче, чем орёт Аувизотль. Да так, что с деревьев в округе взлетели стаи птиц. Кошак подпрыгнул и ускакал за своими собратьями.       – Все живы? – спросил я всех присутствующих.       – В порядке! – отозвался Ластор недалеко от Сэйбы.       – Я тоже, – сказала Легиоза, стоя недалеко от меня.       Я подошёл к пегаске, которая немигающим взглядом смотрела на лежащего перед ней Аувизотля.       – Ты как?       – Что произошло? Он… Ты его…       – Парализован, – ответил я, развеивая её опасения.       – А… волки?       – Это со мной, как ты уже могла понять. Давай, приходи в себя, – протянул я ей копыто.       – Да я уже, вроде, – схватилась она за протянутое копыто и я вытянул её из кустов. Пегаска отряхнулась и привела свою форму в порядок, а также поправила шляпу. – Спасибо, дальше я сама.       – Вы только посмотрите на неё. Я тут шёл к ней через все эти джунгли, чтобы помочь, а она уже уходит.       – В каком смысле "помочь"? Я всегда всё делаю сама. Просто мне повезло встретить тебя с этими волками. Кстати, как ты их приручил?       – Не приручил, а подружился. Не уходи от темы, Дэринг Ду. Я в этих джунглях именно из-за тебя. Хочу помочь тебе с этим, – кивнул я на лежащую обезьяну переростка. – И с этим, – я взял кольцо на её шее телекинезом, снял с неё и поднёс к себе.       – Эй, отдай! Это не твоё! – напряглась пегаска.       – И не твоё, – спокойно парировал я. – Я только посмотрю его и верну, не волнуйся – успокоил её я, попутно анализируя этот обруч. И что вы думаете? Нихуя! Анализатор молчит. Это уже меня напрягает. Сначала зелье Зекоры, теперь эта херня. Может, анализатор сбоит? Да нет, тут что-то другое.       – Что с твоими глазами? – спросила Дэринг, пока я осматривал кольцо, а затем вернул его ей на шею.       – Одно моё заклинание, не обращай внимания. Мне больше интересно, что ты собралась делать с кольцом, которое может вместе с другими подобными превратить эту долину в палящую пустыню?       – Не дать этого сделать Аувизотлю и его прихвостням. Что ж, я вижу, ты разбираешься в реликвиях. Кто ты такой?       – Посмотри сюда, – указал я правым копытом на значок слева на груди. Она серьёзно его не заметила?       – Королевский детектив? Здесь? Не припоминаю, чтобы в Эквестрии была подобная должность, – подозрительно прищурилась она.       – Недавно появилась. Я вижу, что сюда новости идут с большим опозданием. Но ничего. Давай лучше уйдём отсюда, пока этот неуравновешенный не проснулся.       – Согласна, – сказала она и развернулась. – За мной, – пошла она только в известном ей направлении.       Я махнул стоящим неподалёку волкам и чейнджлингам, чтобы шли за нами и сравнялся с Дэринг Ду.       – Как ты узнал, где меня искать? И кто твои спутники? – спросила идущая рядом пони.       – Я могу найти любого пони, где бы он не находился. А эти двое, – махнул я на замаскированных чейнджлингов позади нас, – мои помощники. Жеребца зовут Ластор, а кобылку Легиоза.       – Очень приятно, – посмотрела она на них и перевела взгляд на меня. – В каком смысле: "Можешь найти любого пони"?       – В прямом. Именно поэтому принцесса и дала мне должность детектива…

***

      – Вот же гады! – выругалась Дэринг Ду, после того, как я вкратце рассказал про деревню с чейнджлингами, опуская жестокие события. – Будь тут парочка из них, я бы им задала! – с боевым настроем выговорила она. Я глянул на пегасов позади нас, которые со страхом посматривали на бойкую пегаску. Я невольно улыбнулся, видя подобную картину. Интересно, если снять с них маскировку, то они останутся в живых? Проверять я это, конечно же, не буду.       Так мы и дошли до халупы посреди джунглей. Именно тот домик, что был показан в сериале. Отличие от сериала было одно — тут было прибрано и отсутствовал тот беспорядок, словно тут прошёлся ОМОН в поисках наркоты. Всё чисто и цивильно. Похоже, что Кабаллерон припрётся завтра, как раз незадолго до прихода шестёрки.       – Проходите, будьте как дома, – сказала пегаска, заходя в дверной проём.       – Фанг, Сэйба, рассредоточьтесь недалеко от дома и замаскируйтесь. Сообщайте обо всех, кого увидите. Не исключено, что к нам может прийти Аувизотль. Если вдруг увидите его, в бой не вступайте.       – Есть! – синхронно отозвались они и развернулись. Блин, слух режет эти их армейские фразочки. Волки пошли искать себе укрытия, а мы с чейнджлингами зашли в дом.       – Уютненько тут, – сказал я, когда подробнее осмотрел жилище.       – А то! – сказала копошащаяся в книжном шкафу пегаска. Она достала красную увесистую книгу с изображением подковы. Положив копыто на подкову, она крутанула её, и книга, щёлкнув механизмом, открылась. Положив в неё кольцо, она закрыла и убрала книгу в шкаф. Точно, помню эту полую книгу. Хату разнесли, а кольцо в ней так и не нашли. Дэринг повернулась к нам. – Осталось только не дать Аувизотлю получить кольцо и всё будет в порядке.       – Пусть только сунется. Я ему снова устрою.       – Ты ведёшь себя так, как будто не удивлён видеть меня или Аувизотля, – сменила она тему, сев в кресло.       – Я давно знал о том, что твои книги основаны на реальных событиях. Вот почему я не удивлён.       – Как?       – Я могу отличить правду от вымысла, какой бы абсурдной она не была, – увиливал я и решил сменить тему. – Кстати, что мы будем делать дальше? Ты же не будешь просто так держать это кольцо тут, пока Аувизотль не успокоится. Хотя, судя по его поведению, это произойдёт ой как не скоро.       – Эй, не трогай! – крикнула пегаска куда-то мне за спину.       Я посмотрел назад и увидел, как Ластор хотел взять какую-то статуэтку с полки на стене, но замер в тот момент, когда она была почти в его копытах. Я строго на него посмотрел и тот отошёл от полки на пару шагов. А вот его подруга, если её можно так назвать, молодец. Сидит себе тихо на стульчике и просто осматривается.       – Конечно нет. Я собираюсь отдать его в музей, но позже. Хочу убедиться, что оно безопасно и не сделает что-нибудь…магическое, когда будет лежать на полке в музее.       Не врёт. У неё нет злого умысла и она действительно рада своей работе. Плюс, она пишет книги о своих приключениях и срубает нормально бабок на продажах. Вот это я понимаю — писать о своём хобби, которое тебе нравится и получать за это кэш. Хм, а разве люди на YouTube, Twitch и прочих платформах не занимаются подобным? Из размышлений меня вывела Дэринг Ду:       – Ладно, ждите, – сказала она и пошла в комнату на втором этаже. – Я сейчас спущусь, – крикнула она уже со второго этажа.       – Маскировку не снимать, – тихо сказал я чейнджлингам, пока пегаска что-то делала наверху. – Если она узнает, кто вы, то прилетит не только вам, но и мне. И я думаю вы понимаете, чем это чревато для вас, после того, как я её обезврежу.       Перевёртыши нервно переглянулись и, посмотрев на меня, кивнули. Вот и славно.       Тем временем пегаска спустилась по лестнице, но была одета в тёмно-фиолетовый плащ, очки с красной оправой и серую шляпу. В сериале она так маскировалась, чтобы фанаты её не узнали. И куда это она намылилась в таком виде? В этом прикиде она больше похожа на старушку, которая любит ходить в парк и кормить голубей.       – Пошли, – поманила она меня копытом, направляясь к выходу.       – Куда? – заинтересовался я, идя вместе с ней на выход. Чейнджлинги молча направились следом.       – На пляж, – ответила искательница приключений, когда мы вышли из дома. Она закрыла дверь и пошла прочь. – Хочу сходить туда и развеяться. Обычно я хожу туда одна, но раз уж вы тут, то приглашаю со мной. Вы идёте?       – Да, – ответил я за всех.       – Вот и замечательно, – обрадовалась она, идя вперёд. – Я всегда отдыхала одна, а сейчас буду в хорошей компании.       – Фанг, Сэйба, держитесь недалеко от нас и сообщайте, если что-нибудь заметите.       – Подожди, – отозвался я, после того, как дал команду волкам и посмотрел на карту. – Зачем тебе маскировка? У нас на пути нет городов и поселений.       – На всякий случай. Я постоянно кого-то да встречаю. Не хочу, чтобы меня узнали.       Эм, окей, дело её. На пляж она захотела. Это именно из-за подобных отдыхов она решила перенести написание книги ещё на несколько месяцев?       – Не хочу обнадёживать, но завтра уже должна быть серия. Как думаешь, мы успеем? – спросила Ева.       – А что мешает? Мы вернёмся сегодня и времени ещё будет вагон. Если, конечно, чего не случится. Не буду каркать. Да и идея с пляжем хорошая. Подумаешь, десять километров на восток, делов-то.       – А почему мы идём? По воздуху же удобнее, – спросил я. Да, я решил выебнуться перед ней и раскрыться.       – Я, конечно, тебя не удивлю, но не у всех из присутствующих есть крылья, – сказала она, намекая на меня.       – Неужели? – ухмыльнулся я и расправил спрятанные под плащом крылья.       Лицо пегаски надо было видеть. Она, конечно, удивилась, но не так сильно, как другие пони. Странно, на Твайлайт в сериале она не обратила никакого внимания, а тут от меня у неё сейчас глаза из орбит вылезут. Ах, да, точно. Пол тоже играет значение. Вот что с ней.       – Почему ты… вы… не сказали? – запнулась она.       – А ты не спрашивала, – парировал я. – И на "ты", пожалуйста. Не люблю весь этот официоз от знакомых.       – Хорошо, – пришла она в себя, – Тогда это полностью меняет дело. Тут недалеко есть участок, где среди крон деревьев есть просвет. Там и взлетим.

***

      – Твоя задача найти дом Дэринг Ду и выкрасть у неё кольцо судьбы. За это я щедро заплачу, будь уверен, – сказал Аувизотль одному из четырёх пони, который был у них главным.       – Хотелось бы увидеть аванс. Я знаю твою натуру и хочу убедиться, что ты нас не обманешь, – сказал коричневый жеребец в шляпе и с щетиной. – И хотелось бы узнать полную сумму.       Обезьяноподобное существо разозлилось и пригрозило наглому пони пальцем, скаля при этом лицо.       – Смотри, Кабаллерон…       – Доктор Кабаллерон, – поправил он своего собеседника.       – Молчать! – рявкнул Аувизотль и поддельники Кабаллерона вздрогнули. – Смотри у меня! Если подведёшь, то познакомишься поближе с моими питомцами, – щёлкнул он пальцами на кончике хвоста и из окружающих кустов вышли хищные кошки.       – Вот это другой разговор. Мы согласны, – слегка испуганно ответил он, покрывшись потом от испуга. – Так что насчёт аванса? – что-что, а этот алчный пони даже под страхом смерти думает о наживе.       – Ещё одно слово и ты с ним попрощаешься. А теперь иди, пока я не передумал.       – Слышали его? – спросил он у своих товарищей. – Идём. Найдём Дэринг Ду и заставим расплатиться за все унижения!       – У неё появились сообщники. Делай с ними что хочешь, но принеси мне кольцо! – крикнул Аувизотль им вслед, потирая плечо. – Если они не сделают это с вами… – пробубнил он, когда банда отошла на приличное расстояние.

***

      – Наконец-то, – сказала Дэринг, когда мы приземлились на песок. Бля, я до сих пор не понимаю, нахуя ей эта маскировка? Она боится, что обезьяны на деревьях её узнают и будут клянчить автографы?       – Не думал, что ты устаёшь от любимого дела. Мне казалось, что поиск всяких реликвий для тебя и есть отдых, – сказал я пегаске, которая направилась в сторону джунглей. Подойдя к дереву, на котором висел какой-то мешок, она взлетела, спустила его на землю и стала вытаскивать содержимое. Я подошёл и увидел, как она доставала из него походные принадлежности: котелок, связку столовых приборов и посуду, свёрнутую палатку, пару покрывал, которые она постелила на песок, в тени дерева, и села на одно из них. Я сел на второе.       – Смотрю, ты уже облюбовала это место, – бросил я, разглядывая инвентарь.       – Да. Я тут частенько зависаю, когда хочется сбежать от дел.       – А ничего, что уже вечер? Обычно на пляж ходят утром или днём, чтобы искупаться или понежиться на солнце.       – Я что, похожа на фифу из Мейнхэттана? – Дэринг упрекающе посмотрела на меня.       – Нет. Ладно, что мы тут будем делать? – спросил я.       – Отдыхать! – радостно прикрикнула она, после чего взяла копытами сдутый пляжный мяч и надула его за один выдох. Нихера у неё лёгкие! Затем она кинула его чейнджлингам, стоящим неподалёку. Те непонимающе уставились на летящий в их сторону мяч. Тот приземлился возле их ног. Чейнджлинги перевели непонимающий взгляд с мяча на нас. – Что это с ними?       – Ничего. А что такое? – я притворился, что не понял суть вопроса.       – Вы все в Кантерлоте такие невесёлые? А то твои помощники даже и слова не проронили за всё время.       – Может стесняются? – предположил я, смотря в глаза Легиозы, от чего она немного занервничала и отвела взгляд. Ей неловко. Да и Ластору тоже, но он виду не подаёт. Похоже, что у них в головах вертится только один вопрос: "Какого хуя тут происходит?". Ну, примерно такой. Конечно, то я строгий, то я угрожаю одному из них оружием, а теперь тихо-мирно общаюсь с какой-то пегаской. – Не могли бы вы сходить за дровами? – вежливо попросил я.       Ластор молча ткнул копытом Легиозу, чем вывел её из ступора, и они пошли в джунгли. Ничего, вы у меня ещё не так охуеете.       – И не пугайтесь древесных волков, если вдруг их встретите! Они вам ничего не сделают! – крикнул я вслед.       – Странные они, и молчаливые. Что это с ними? – спросила Дэринг, когда чейнджлинги ушли.       – Не знаю. Это наш первый день совместной работы. Я ещё не испытал их, – говорил я, попутно наблюдая за тем, как пегаска подвешивает котелок на самодельную конструкцию и убирает из-под него немного песка, делая своеобразную ямку для костра. – Кстати, что ты собралась готовить? Что-то я не вижу тут никакой еды.       – Суп из водорослей. Я постоянно его готовлю по моему особому рецепту. Да и идти за ними далеко не придётся, – махнула она в сторону моря.       – Давай лучше я. У меня тут есть немного картофеля, морковки и лука.       – Ладно, как хочешь. Кстати, как тебя зовут? А то мне неудобно всё время "тыкать".       – Ах да, совсем забыл представиться. Фаер Стар, очень приятно, – ответил я.       – Взаимно. Ладно, раз уж мы ждём твоих помощников, предлагаю выпить за знакомство.       – Выпить? Ты это серьёзно? – слегка прифигел я.       – Не дрейфь, алкоголя у меня нет, – ответила она, вставая. Затем направилась к ближайшей пальме. Взлетев, она сорвала с неё два кокоса и метнула в меня один. Я поймал его телекинезом и осмотрел.       – Теперь понял, – сказал я, пытаясь расколоть его телекинезом на две половинки.

***

      – Было очень интересно, сестра, – сказала старшая принцесса младшей, когда та закончила рассказывать историю про Кловера Мудрого и камень памяти. – А теперь тебе пора отдохнуть, чтобы потом приступить к своим обязанностям ночью в бодром здравии.       – Тут ты права, – сказала Луна и зевнула. – Ладно, всё равно я тебе рассказала всё, что знала. До встречи, сестра, – она встала со своего трона и направилась к боковой двери.       – Приятно было поговорить с тобой. До свидания, – попрощалась Селестия перед тем, как дверь захлопнулась. Затем принцесса уставилась в одну точку и ушла в размышления.       – Она не договаривает. Что-то скрывает, я это вижу, но не хочу упрекать её в этом. Ведь у нас только наладились отношения. А ещё с появлением Фаер Стара в нашей жизни появилось хоть какое-то движение, – Селестия слегка ухмыльнулась своим мыслям. – Королевский детектив… Не думала, что должность, которую я придумала на ходу, принесёт столько плодов. Скорее всего, он наговорил спасённым жеребятам о своей работе, а те быстро разнесли весть о пони, что ищет пропавших, потому что я больше никак не могу объяснить начавшийся поток писем в свою канцелярию. Пришлось быстро на официальном уровне учредить его должность, а все письма переадресовать на его кабинет, в котором он ещё даже не появлялся. Уже в который раз убеждаюсь, что мысли, будь они хоть спонтанными, становятся материальными. С другой стороны, я и не подозревала, что чейнджлинги решились на столь ухищрённые методы. Если бы не наш новый знакомый, то я так и осталась бы в неведении. Думаю, что его стоит отблагодарить и извиниться за то, что без его разрешения распорядилась насчёт пленников, – внезапно правительницу Эквестрии передёрнуло. – А должна ли я извиняться? Он мой подданный как-никак. Все пони знают, что моё решение самое мудрое и правильное. Все… кроме него. Он не прислушивается к чужому мнению, даже если перед ним я или Луна. Он такой… своенравный, такой непредсказуемый, такой… – внезапно её снова передёрнуло от собственных мыслей и она осмотрела тронный зал, чтобы убедиться, что точно находится здесь одна. – Похоже, что я точно в него влюбилась. Как же давно я не испытывала это чувство. Но что же я должна делать и должна ли? Ведь последнюю тысячу лет я только и делала, что правила страной и оберегала моих маленьких пони, а любовь я отбросила как ненужную вещь. Сейчас же она просыпается после долгого сна и я ничего не могу с собой поделать. С другой стороны, если он видит будущее, то знает, что будет с нами. Вот как он узнал о наших с Луной планах касательно него! Или он и в правду увидел это, просто посмотрев на меня? Хах, давно я не встречала того, кто использует моё же оружие против меня. Ещё удивительно то, что в таком молодом возрасте он может манипулировать эмпатией на моём уровне. А у меня ушло на это пару сотен лет, между прочим! Кто же ты такой? – Селестия прищурилась. Множество вопросов, ответы на которые она, скорее всего, так и не получит, сменяли друг друга в её голове. – Может я себя накручиваю и мне просто стоит развеяться? Да, так и сделаю.       Принцесса телепортировала к себе лист пергамента, в котором написаны дела. Убедившись, что в ближайшие два часа у неё не запланировано дел и встреч, она телепортировала список обратно, встала с трона и направилась на выход из зала. Сегодня она решила прогуляться по королевскому саду и поразмышлять на темы не касающиеся политики.

***

      – А ничего так, есть можно, – "похвалила" пегаска мой суп, который я сварил немного на отъебись. Не, ну а что, добавляешь воды, соль, режешь морковь, лук, картофель, и варишь. Лук с морковкой в идеале нужно было зажарить на масле и с тушёнкой, но я не наблюдаю тут сковородку и сомневаюсь, что пегаска хорошо отнесётся к мясу.       – Это ещё походный вариант, – говорил я, наполняя две тарелки супом и пролевитировал сидящим рядом чейнджлингам. – Надо потом улучшить этот рецепт.       – Дело твоё, – сказала Дэринг и посмотрела на волков, которые сидят в паре метрах от нас, возле деревьев. – Мне всё не даёт покоя вопрос насчёт волков. Ты говорил, что подружился с ними. Как? Никогда подобного не видела.       Думаю, ей можно рассказать. Что произойдёт?       – Да я и сам не знаю как. Вылил зелье, которое мне дала шаманка в Вечнодиком лесу, на камни душ леса и вот результат. Я сразу же предложил им дружить.       – Так просто? – спросила искательница приключений. – Погоди, что значит: "Предложил им дружить"?       – Это зелье преобразило их и наделило разумом. Ну и цвет глаз с зелёного на жёлтый сменило.       – Разумом? То есть они понимают нас? – пуще прежнего удивлялась она, посматривая на волков.       – Не только. Ещё я могу общаться с ними телепатически. Так что вот это… – я топнул пару раз копытом. – Когда я угрожал Аувизотлю и они вышли из кустов, было чистой показухой.       – А можно их погладить?       – Вы же не против? – спросил я их.       – Нет.       – Можно. Только зачем? С таким же желанием ты можешь подойти к любому дереву и погладить его.       – Дерево — это дерево, – отмахнулась она и подошла к Фангу. – А вот оказаться рядом с хищником и потрогать его, будь он хоть из цветов, дорогого стоит, – говорила она, почёсывая ему шею. Затем она сместила копыто за ветку, имитирующую ухо, и стала чесать там. – Твёрдый. Но это так круто.       – Смотри, не делай подобного с дикими древоволками. Ощущения будут совсем другие, если ты понимаешь о чём я.       – Я не настолько сумасшедшая, – сказала она, убирая копыто от Фанга и подошла к Сэйбе, начиная чесать и её.       – Сказала та, кто постоянно лезет в места с кучей смертельных ловушек, – съязвил я.       – Это другое, – отмахнулась она, поняв моё замечание.       – Сколько мы тут времени проведём? – сменил я тему.       – Обычно я иногда ночую тут. Но так как у вас нет палаток, да и не согласитесь вы тут ночевать, то думаю, что немного, – ответила она, перестав чесать волчицу, и снова села на место.       – Я не против, – ответил я. – Всё равно я не буду спать этой ночью.       – А вы? – спросила она у замаскированных чейнджлингов, которые ели суп и молчали. Они будто не заметили, что к ним обращаются и продолжали дальше неуклюже есть суп, потому что магия в телах пегасов им недоступна, а копытами они пользоваться не привыкли.       – Они тоже, – ответил я за них, прервав тишину.       – Почему ты всё время решаешь за них? Пусть эти пони сами решают, что они хотят, а что нет!       – Они работают на меня. Так что куда я, туда и они, – попытался я разрядить обстановку.       – Ты напоминаешь мне Кабаллерона и его банду. Только там он иногда прислушивается к своим пони, а они, – указала она на чейнджлингов, – как будто запуганы. Это не похоже на сотрудничество. Я требую ответа, – прищурилась она, смотря мне в глаза.       А она наблюдательнее, чем я думал. И проблема в том, что я не знаю, как ответить. Попадалово, да ещё какое!       – Может признаться? – предложила Ева.       – Я что, на смертника похож? Она либо вставит нам пизды, либо просто улетит.       – Чтобы не улетела, открой сумку с полонием. А если нападёт, то предупреждение об опасности заблаговременно сообщит тебе об этом и ты просто схватишь её телекинезом.       – Ты точно уверена, что это хорошая идея?       – Думаю, что попытаться стоит.       – Эх, ладно, доверюсь тебе.       – Я долго ждать буду? – помахала Дэринг копытом передо мной.       – Хорошо, – сказал я, открывая сумку с полонием и нас накрыло поле, которое вижу только я. Благо, что до волков оно не достаёт. – Только пообещай выслушать меня и не горячиться. Всё не так, как может показаться с первого взгляда, – начал я издалека, а пегаска недоумевающе на меня посмотрела.       – Ты так говоришь, как будто украл у меня что-то. Ладно, обещаю.       – Врёшь. Ты будешь действовать по обстоятельствам.       – Не вру я. Давай, говори уже.       – Скажу, когда искренне пообещаешь. Поверь, я чувствую, когда мне врут.       – Ладно, обещаю, что выслушаю.       Вот теперь нормально. По крайней мере она не нападёт, я надеюсь. Я повернул голову к своим помощникам и сказал:       – Снимайте маскировку, – я снова перевёл взгляд на пегаску, и через пару секунд округа два раза осветилась зелёными вспышками, а лицо пегаски исказилось в нескольких эмоциях. Страх, ненависть и охуевание слились в единую кашу, но она осталась сидеть на месте, напрягшись всем телом.       – Знаю, что это выглядит, как будто я тоже чейнджлинг и мы тебя заманили в ловушку, но это не так.       – А как тогда? – оживилась пегаска, не сводя с них взгляд.       – Помнишь, я говорил про двух чейнджлингов, что я отправил на колеснице в Кантерлот? – спросил я и Дэринг кивнула. – Это они. Принцесса Селестия сказала, чтобы они были со мной и помогали мне искать пропавших. Ты думаешь, что мне понравилось её решение?       – По твоей интонации сразу понятно, что нет. Ладно, это и в правду неожиданно. Но как я поверю, что ты не чейнджлинг и те два волка тоже ими не являются? – спросила она, прищурив глаза. По ней видно, что она готова сорваться в небо в любой момент, но сдерживается. Да и не получится из-за полония.       – Это легко. Ластор стань единорогом и подними эту палку телекинезом, – подвинул я к нему веточку.       Чейнджлинг превратился в синего единорога с жёлтой гривой и зажёг рог. Ветку окутала зелёная аура и она поднялась в воздух.       – И что? Это простая левитация, – не понимала пегаска.       – А теперь, превратись в другого единорога и снова подними палку.       Зелёная вспышка и на его месте теперь был жёлтый единорог с красной гривой. Он снова применил телекинез на веточке, и снова она окуталась зелёной аурой и взлетела.       – Чейнджлинги, замаскированные в единорогов, когда применяют магию, всегда используют зелёный цвет, – начал объяснять я. – И это не зависит от того, в кого они превращаются, – я закрыл сумку и взял телекинезом палку, которую удерживал Ластор. – А теперь видишь разницу? – спросил я, выжидающе смотря на искательницу приключений, левитируя перед своей мордой палочку, окутанную красным облачком.       – Логично, но я всё ещё сомневаюсь, – ответила пегаска, но немного спокойнее.       – Понимаю тебя. А теперь посмотри на волков, – сказал я и пегаска медленно повернулась к ним, всё ещё опасаясь нас.       – Развалитесь на составляющие, пожалуйста, – мысленно сказал я.       Глаза древоволков потухли и те просто превратились в груду деревянного мусора.       – Как думаешь, чейнджлинги так умеют?       – Сомневаюсь, – сказала Дэринг. – Ладно, я поверю тебе. Только, пожалуйста, пусть они держатся от меня на расстоянии.       – Хорошо, – ответил я и повернулся к ним. – Можешь превращаться обратно.       Снова вспышка. Когда Ластор стал собой, то присел и схватился за голову.       – Что с тобой? – запаниковала Легиоза и в страхе схватила того за копыто.       – Все нормально, – ответил он, отстраняясь от неё и вставая на ноги, но при этом пошатывался как пьяный.       Я включил анализатор и подошёл к нему, делая вид, что осматриваю.       – Обычное истощение. Нужна любовь. Я так понимаю, в темнице вас не особо ей обеспечивали.       – Помогите ему! – начинала плакать кобылка. – Прошу!       – Я в порядке! Не стоит за меня так беспокоиться! – прикрикнул Ластор.       – Тихо! – крикнул я. – Не хватало мне тут смертей при других пони, – мельком я глянул на Дэринг и снова обратился к жеребцу, но уже тихо, чтобы пегаска не услышала. – С таким истощением ты через несколько часов впадёшь в кому, а там и смерть не за горами.       – И что делать? – спросил он.       А я ебу? Хоть ебитесь друг с другом, чтобы синтезировать любовь, я то почём знаю? Кстати, надо как-нибудь в будущем это проверить, если вдруг мне пиздецки скучно станет.       – Есть идеи? – обратился я к Еве.       – Есть одна, но она тебе не понравится.       – Выкладывай.       – Дать ему высосать её из тебя.       – Вот ещё! Чтобы этот ходячий сыр делал мне ментальный минет? Да хуй ему! Только не мой, конечно, – возразил я.       – Другого выхода я не вижу.       – Что делать будем? – прервала Легиоза наш разговор.       – Я думаю, не мешай, – "заткнул" я её.       – Может дать ему высосать из Дэринг? – предложил я.       – Не получится. Она никого не любит. Ты же сам не ощущаешь от неё симпатии в любовном плане, так что она отпадает. Другое дело ты.       – Я? Я то тут каким боком?       – Тебе нравится Твайлайт. Я могу отключить ментальную маскировку, а ты будешь думать о ней. Ластор напитается этой симпатией.       – Блять! Вот о чём думала Селестия, когда заставила их идти со мной? Ладно, хоть я не очень хочу делать это, но другого выхода нет. Отключай по моей команде.       – Ладно, есть идея. Конечно, она мне не нравится. Я дам тебе высосать любовь из меня. Но смотри, если возьмёшь слишком много, то пеняй на себя, – смотрел я ему в глаза. – Уяснил?       – Я понял. Возьму немного.       Я активировал амулет Твайлайт, чтобы посмотреть, чем она занимается. Сейчас она стояла перед зеркалом и поправляла свою гриву, строя глазки своему отражению. Мда, а она капитально засела за практику. Ладно, к делу. Зачем мне думать о ней, если я могу смотреть на неё и то, как она двигается, чтобы понравиться своему отражению? Кстати, а где Спайк? Уже поздний вечер, а он так и не пришёл.       – Вырубай. Если вдруг что-то пойдёт не так, то включай. Не хочу стать высушенным черносливом, если ты понимаешь, о чём я.       – Давай, только медленно, – сказал я чейнджлингу и стал смотреть на окошко Твайлайт. Та в данный момент сверялась с книгой, в которой описано то, как надо разговаривать с жеребцами. Затем она подошла к зеркалу и сказала своему отражению:       – Не хочешь чашечку чая? – ласковым голосом проговорила она, а затем помотала головой. – Нет, не то. Слишком слащаво выходит. А может… – она прочистила горло. – Не хочешь чашечку чая? – повторила она, но уже своим обычным голосом. – Да, так лучше.       Чейнджлинг, ещё в начале этого странного диалога, открыл рот, обнажая клыки, и начал всасывать в себя воздух. Только это не воздух. От меня потянулась фиолетово-розовая дымка прямо к нему в пасть. Я же начал чувствовать лёгкое покалывание по всему телу и нарастающее давление в черепной коробке. Я тут же включил анализатор и посмотрел на чейнджлингов. Энергии у него уже примерно как у Легиозы. Если они будут реже менять облик, то протянут дольше.       – Врубай, – скомандовал я Еве.       Фиолетово-розовый поток оборвался и чейнджлинг закрыл пасть.       – Столько хватит? – спросил я. Тот удивлённо смотрел на меня непонимающим взглядом. Наверное не может понять, как я контролирую количество переданной любви. – Это не очень приятный процесс, знаешь ли.       Легиоза ткнула копытом удивлённого Ластора и взглядом указала на меня. Тот не понимал, что от него хотят, но настойчивый взгляд кобылки дал ему понять.       – С… Спасибо, – с запинкой сказал он мне. Неужели так сложно говорить это слово? А вот кобылка снова молодец — спокойно может поблагодарить кого-то, да и других просит это сделать. Кажется, что общество пони на неё влияет сильнее, чем на Ластора.       – Пока не за что. Отдыхайте, – отошёл я от них и сел на покрывало рядом с костром.       – Ты что, только что покормил чейнджлинга? – спросила пегаска, которая непонимающим взглядом всё это время следила за нами.       – Да. Тебя это удивляет? – посмотрел я на неё, подняв бровь.       – Немного. Просто я слышала, что чейнджлинги жадные и могут высосать пони до суха.       – Это я не позволил взять ему больше, так что мне подобное не грозит. Кстати, можешь не волноваться. Тебя они не тронут.       – Конечно не тронут! Если это произойдёт, то я им такое устрою…       – Охотно верю, – сказал я, приложив копыто к голове и закрыв глаза. – Хочу немного отдохнуть. Высасывание энергии утомляет сильнее, чем я думал.       – Фанг, Сэйба, следите за обстановкой и поглядывайте на чейнджлингов время от времени. Хочу немного отдохнуть, – сказал я волкам, которые уже давно восстановились.

***

      В общем, дождавшись ночи, мы договорились с Дэринг переночевать на этом пляже. Она в своей палатке, а я на покрывале. Не сказать, что я доволен подобным раскладом, но наглеть не буду. Она, конечно, предлагала мне ночевать в палатке, а сама на пледе. Когда я отказался, то она предложила мне ночевать вместе с ней. Причём она говорила это без капли смущения, а эмпатия не улавливала стремление изнасиловать меня или других подобных вещей. Просто хотела предоставить место для ночлега. В итоге я остался на улице. Похуй, тут не так холодно, чтобы пробивать мой половинный резист к холоду, да и горящий костёр решает проблемы.       Волков я попросил следить за обстановкой вокруг и за чейнджлингами. Хоть эмпатия и говорит, что всё с ними нормально, но моя паранойя с ней не согласна. Если бы не пришлось делать этот ритуал отсоса любви, то я бы не спал ночью, а обдумывал то, что узнал или, как обычно, строил бы планы и теории. Ладно, ничего мне не мешает заниматься этим во сне.       – Ты прикалываешься, да? – спросила Ева у меня, когда я лёг на материализованную кровать и укрылся одеялом.       – Нет. Я ленивое говно и ты меня не переубедишь, – говорил я, лёжа на боку с закрытыми глазами.       – Очень смешно. Давай, вылезай и займись делом! Я устала от твоего бездействия во сне, – она рывком стащила с меня одеяло.       – У тебя есть права админа тут. Иди и строй что хочешь на этой бескрайней поляне. Мне пофигу на окружение, так что доверюсь твоему вкусу.       – Да тебе по вкусу даже писькострой из Майнкрафта. Давай, вставай, иначе я за себя не отвечаю!       – Не напугала, – глухо произнёс я, уткнувшись носом в подушку.       – Ах так? – спросила она и замолчала на пару секунд. – Вот ты гад!       – Эта область запривачена, так что хрен тебе, – ответил я на её возмущение. Неужели она подумала, что я позволю ей творить всё, что она захочет в области возле меня. Да она первым же делом удалила бы кровать подо мной, что, скорее всего, только что хотела сделать, но не вышло.       – Ну пожа-а-а-алуйста! – взвыла она. – Мне скучно.       – Видел я один видос с рейтингом восемнадцать плюс, который начинался с этих слов.       – Благодаря твоей памяти я тоже его видела. Слушай, может реально займёмся чем нибудь полезным? Да хоть планы построим и обдумаем всё.       – Это можно, – лёг я на спину и уставился в небо. – Мне не очень нравится то, что происходит.       – Что конкретно? – спросила подруга, подойдя к кровати.       – Да почти всё, – говорил я, пока Ева ложилась рядом. – Чейнджлинги рядом со мной, влюблённость Селестии в меня, эмпатия, которая постоянно вставляет мне палки в колёса. Вот с какого хуя я решил помочь Ластору? Загнулся бы, да и хер с ним.       – Хочешь сказать, что ты помог ему из-за действия Легиозы на твою эмпатию?       – Я точно не уверен, но думаю, что это так. Эмпатия по своей сути хороша — она позволяет насквозь видеть собеседника и знать его намеренья наперёд. Но из-за этого я могу испытывать сострадание и жалость к кому-то из-за эмоций окружающих. Ты же вроде говорила, что можешь отключить это.       – Да, но я тут обнаружила, что это не позволит тебе нормально анализировать эмоции окружающих. Ты действительно хочешь этого?       – Ладно, хрен с ней, оставляем. Благодаря этой херне я спокойно найду общий язык хоть с дреморой, хоть с сатаной. Главное, чтобы эмоции ощущались. Кстати о них, а каким образом принцессы научились их маскировать? Ладно у Луны их можно по лицу прочитать иногда, а вот Селёдка — это пиздец. Как будто с бревном разговариваю.       – Пф, удачное сравнение, – Ева сдержала смешок. – Я тут из любопытства читала досье на Луну и ничего не нашла про маскировку. Единственное, что там было на этот счёт, так это попытки всё глубже заглянуть в саму суть эмоций, чтобы читать пони как открытую книгу. К сожалению, она не особо преуспела в этом из-за проблем с Найтмер Мун, но маленький прогресс всё же есть, так как её эмоции эмпатией не прощупаешь.       – А её сестра преуспела. Она настолько прокачала свою эмпатию, что даже не заметила, как закрыла эмоции от всех остальных. Интересно, что она думает насчёт того, что я дал ей почувствовать свою злость, а потом резко заблокировал от неё эмоции?       – Она пыталась не подавать виду. Единственное, что я заметила, так это лёгкое пошатывание, словно её качнули как неваляшку.       – Надеюсь, что она не решит вскрыть меня, чтобы разобраться во всём этом.       – Не накручивай. Сам знаешь, что это не так, – констатировала Ева. – Давай, что там тебя ещё беспокоит?       – Доктор, – выдохнул я.       – Что? Он то тут причём? – не поняла подруга.       – Да ни при чём. Просто мне стало интересно, что он тут делает. Анализатор на нём странно работает. Он выведал, что тот является повелителем времени и всё такое, но не выдавал то, что с Доктором происходило до попадания в Эквестрию. Словно часть информации заблокирована.       – Ну да, странно. Кстати, вспомни как выглядит комната управления Тардис.       – Ну, там ржавые ветвеобразные балки, всё какое-то старое, а стены внутри выглядят как далекиний.       – Вот именно. Ты же помнишь, что именно эта вариация комнаты управления была у…       – Десятого доктора, – закончил я мысль. – А если с ним сейчас нет Роуз Тайлер или Марты Джонс, то… Я даже не знаю из какого он промежутка.       – Может это то, что осталось за кадром сериала? Типа, разрыв между некоторыми сериями иногда капец какой большой, а зритель не в курсе того, где побывал Доктор.       – Блин, кажется, я сейчас умру от стыда. Я, чтобы он очнулся от моего косплея той херни с противогазом из первого сезона, напугал его нападением далеков. А он, если наша теория верна, недавно пережил одновременное вторжение кибер людей и далеков на Землю и оставил Роуз в параллельном мире. Получается, что я просто насыпал ему соль на рану. На его месте я бы себя угандошил.       – Что дальше? – спросила подруга.       – Будто ты не знаешь, – сделал я полукруг глазами.       – Кризалис?       – Она самая. Меня пугает полное отсутствие информации о ней. Нет, мы конечно знаем от Ластора и Легиозы, что она как-то изменилась, но хочется убедиться в этом самому и выведать больше инфы. Если удастся узнать о ней как можно больше и правильно распорядиться этой информацией, то можно и вовсе избежать ненужного насилия в мою сторону. Но что-то я очень сомневаюсь в подобном исходе.       – Мда, беда, – глубоко вздохнула Ева. – Вот тебе и радужный мир с единорогами.       – Радужность мира маскирует тот пиздец, что происходит на самом деле. Тут очень тонкая грань между гармонией и полным ахтунгом. Смотри, если бы хоть один из злодеев победил главную шестёрку, то уклад пони накрылся бы медным тазом. А потом многие злодеи могли либо схлестнуться в битвах, что повлечёт много жертв, либо они бы объединились, что навряд ли, и начался бы тотальный звиздец, – рассуждал я. – Вот смотри. Допустим, что в первом сезоне Найтмер Мун победила и в Эквестрию пришла вечная ночь. Исход того, что без солнца растения и прочая жизнь сдохнут, не берём. Допустим, Найтмер не дура и смогла решить эту проблему. Я беру на обзор другую проблему, а именно — что будут делать другие злодеи, если Найтмер захватит власть? Первым из камня освободился бы Дискорд и как всегда, в своей манере, творил бы хуйню и подшучивал над Найтмер. Следом могут напасть чейнджлинги и началось бы противостояние. Представим, что оно длительное и переросло во что-то вроде войны Найтмер и Кризалис с возможными рофлами от Дискорда в сторону каждой. Потом появился бы Сомбра. Он либо захочет присоединиться к Найтмер, потому что любит Луну, либо та его отвергает и начинается ещё одна пиздиловка, но на этот раз уже трёх или четырёх сторон между собой. Количество сторон зависит от того, будет ли в этой баталии участвовать Дискорд. Дальше появится Тирек, и я не вижу смысла расписывать, что начнётся дальше.       – В данной ситуации, я бы поставила на Тирека, – сказала лежащая рядом Ева.       – Я бы тоже. Атакующие заклинания, когда он вырастет до больших размеров, ему нихера не сделают.       – Я тут подумала, а к чему вообще этот разговор? Ты же вроде говорил, что тебе не нравится то, что происходит.       – А к тому, что многое в этой Эквестрии отличается от сериала. Чейнджлинги с телепатией, инфильтраторы, настоящий Доктор Кто, другие попаданцы, которые могут быть настроены недружелюбно и всякое по мелочи. Вдобавок к этому я не знаю, что произойдёт, если в канон вмешиваюсь я. Вот например, я не знаю, что будет во время нападения Тирека. Каноничный этот кентавр или нет. Вдруг он маньяк или ещё что похуже.       – Может отыскать его поиском разумных и схватить? – предложила подруга. – Ведь он на свободе ещё с той серии, где Твайлайт перемещалась в прошлое на неделю, когда Цербер убежал из Тартара.       – Я думал об этом. Но проблема в том, что тогда не будет Замка Дружбы. Следовательно, пони не познакомятся со Старлайт и не перевоспитают её. И дальше два события. Первое — Старлайт начинает похищать кьютимарки у пони за пределами своей деревни, что приводит нас к рождению ещё одного злодея. Второе — чейнджлинги в край начинают охуевать и уже в открытую начинают похищать пони. Правда, этот вариант для них сложно реализуемый, потому что есть я. Помню, что они похитили Селестию, Луну, Кейденс, Твайлайт и её подруг, чтобы захватить Эквестрию, но Старлайт, Трикси, Торакс и Дискорд их нагнули. Если подобное произойдёт в той реалии, которую я описал, то всё спасение пони ложится на мои плечи, потому что Старлайт будет на тёмной стороне. Правда, у чейнджлингов всё равно ничего не выйдет, потому что по карте я увижу, что кто-то из шестёрки или принцесс перемещается в сторону Бэд Лэндс и смогу их перехватить на полпути. Хоть тут я и смогу разрулить ситуацию, но что же делать со Старлайт? Тут мне будет пиздец, ибо для подавления её магии полонием я должен сблизиться с ней, а её телепортации мне этого не дадут. В итоге получается, что канон — это очень хрупкая штука, в которой я уже проделал трещины. Пока незаметные, но трещины имеют свойство разрастаться.       – Уже ничего не поделаешь. Придётся приспосабливаться и анализировать ситуацию. Ладно, а что там насчёт влюблённости принцесс? – сменила тему Ева и требовательно уставилась на меня, повернувшись на бок.       – Всё сложно. Если у Селестии есть недотрах в несколько веков, то рано или поздно она сорвётся. Её сестра туда же. Твайлайт? Ну с ней подобное не грозит, но мне она больше симпатизирует.       – Именно поэтому я в её облике. Люблю дразнить тебя, – в злорадно-шутливой форме произнесла подруга.       Я сделал полукруг глазами, встал с кровати и растворил её. Ева сразу же грохнулась на землю.       – Ожидаемо, – сказала "Твайлайт", поднимаясь с земли.       – Предлагаю поиграть в блэкджек, – сказал я, и перед нами появился стол для блэкджека, а на месте крупье сидела Селестия с зачёсанной и прилизанной гривой, одетая в строгий костюм с галстуком.       – Вот это я понимаю, – обрадовалась Ева, садясь за стол.

***

      – Двадцать одно, – сказала Селестия, когда передо мной лежали двойка, валет и девятка. Затем она пролевитировала мне четыре фишки и передо мной их стало восемь. Я сгрёб их и положил в общую кучу.       – Да тебе просто везёт, – сказала сидящая справа Луна.       Ах да, Луна. Посреди игры она пришла ко мне в сон. Когда она увидела Селестию в новом прикиде, то стала угорать как лошадь. Затем Ева пригласила её поиграть с нами, где мы и объяснили правила. На вопросы о том, что это за игра и что за существа изображены на картах с картинками, я ответил, что научился играть в неё в параллельном мире с людьми и это материализованная моим воображением колода карт из того мира. Тогда вопросы отпали, и принцесса стала играть с нами. Так и прошло несколько часов.       – Двадцать три, – сказала крупье Еве. – Перебор.       – Ты по любому манипулируешь картами! – обвинительно сказала мне подруга.       – Нет.       – Да!       – Нет!       – Детектива ответ! Ладно, мне надоело. Может займёмся чем-нибудь ещё? – сказала она, вставая из-за стола.       – И чем же? – спросил я.       – Не знаю. Но только не настольными или азартными играми.       – Вот и я не знаю, – вторил я. – Луна, есть предложения?       – Ну, есть одно, – начала она. – Недавно я научилась устраивать для нескольких пони общий сон. Теоретически, этим способом я могу переместить нас в мир снов, где ты сможешь вместе со мной проникать в сны пони.       – А я? – спросила Ева       – Прости, не знаю, – ответила аликорна.       – Не попробуешь — не узнаешь, – сказал я. – Давай проверим. Может быть даже поможем с кошмарами, если ты не против.       – Конечно нет. Только вот моя магия не работает в твоём сне и поэтому я не знаю, что делать.       Я мысленно дал распоряжение, чтобы Луна могла колдовать в моём сне. Будем считать, что я дал ей модератора.       – Теперь можешь. Давай наведаемся в сон к Твайлайт. Не спрашивай почему. Просто хочу кое в чём убедиться, – сказал я, а Ева тем временем посмотрела на меня задорным взглядом.       Принцесса закрыла глаза и зажгла рог. Тем временем возле Евы появилась табличка с надписью. Она развернула её и заставила подлететь ко мне, чтобы я смог прочитать.

"Обнаружена попытка переместить ваше сознание в астрал. Согласны ли вы на эту процедуру?"

      И внизу две кнопки — красная и зелёная. Астрал, значит, да? Ну окей, доверюсь Луне. Я нажал на зелёную кнопку. Окошко закрылось и бескрайняя поляна и небо стали растворяться, постепенно превращаясь в голубое пространство, усеянное звёздами. Это же то самое место из тринадцатой серии третьего сезона, куда переместилась Твайлайт, когда элементы гармонии "испарили" её. Надеюсь, что Селёдки тут не будет, ибо не хочу я с ней разговаривать в данный момент.       – Красиво, – сказала Ева, когда окружающее пространство полностью стало похоже на голубое марево со звёздами. – Но для сна Твайлайт тут как-то пустовато.       – Мы ещё не во сне, – ответила Луна. – Это место существует и не существует одновременно. Только мы с сестрой имеем сюда доступ, но, в отличии от Селестии, я могу заглядывать в сны пони отсюда. Только не говорите ей, что я также могу через это пространство протащить в сны посторонних, а то она потом не отстанет от меня.       – Я всё равно не смогу сказать ей об этом, – сказала Ева, и Луна перевела на меня взгляд.       – Я молчок, – ответил я. – Об этой особенности лучше вообще никому не говорить. И не только о ней, – сказал я, намекающе смотря на Еву.       – Соглашусь, – с облегчением сказала Луна. – А теперь идём, вот нужная нам дверь, – сказала она и откуда-то сверху приземлилась фиолетовая дверь с изображением кьютимарки Твайлайт.

***

      – Мда, я не удивлён, – с покерфейсом сказал я, смотря на бескрайнюю поляну, но вместо земли были книги. Среди них плавал фиолетовый акулий плавник. Когда он остановился возле нас, то его обладатель поднялся и из этого "моря" высунулась голова Твайлайт с книгой в зубах, а на её голову был надет тот самый плавник. Эдакий симбиоз акулы и пони. Она посмотрела на нас, не придав никакого значения тому, что помимо Луны тут стою ещё и я с копией Твайлайт. "Нырнув" в книги, она продолжила движение.       – Порой многим пони снится то, что они любят больше всего в жизни. Это может быть хобби или увлечение, – сказала Луна, наблюдая за удаляющимся плавником.       – И мы тут будем всё время? Вот так останемся стоять среди этого бескрайнего моря книг? – спросил я.       – Не волнуйся. Сны — штука не постоянная. За ночь каждому пони снится множество снов, но он или она даже не замечает переходов между ними.       Хм, на Земле такая же фигня. Человеку снятся множество снов за ночь, но большинство из них он не помнит после пробуждения и даже не замечает их смену. Хах, забавно. Помню один случай во сне, который обосрал мне всю малину. Я думаю, что многие хотят осознавать себя во сне и творить любую дичь или управлять сценарием сна. Так вот, один раз у меня такое произошло. Я понял, что сплю и нахожусь во сне, а значит могу делать всё, что захочу. В итоге я веселился, летал и порой творил дичь, от которой в реальности было бы стыдно. Я знал что это сон, и мог в любой момент проснуться по желанию. А потом в один момент произошло переключение сна на другой, но прикол в том, что этот переход я заметил и знатно так прихуел. А вишенкой на торте было то, что я лишился способности управлять сном. Ситуация страшная — ты осознаёшь сон, но ничего не можешь изменить и мир из твоего воображения отказывается тебе подчиняться. Я тогда реально чуть не пересрался от той беспомощности, что ощутил.       – И сколько ждать? – спросила Ева.       – Обычно недолго. Если сон не несёт особой смысловой нагрузки, то он сменяется быстро. Другое дело обстоит со снами, которые основаны на жизненных переживаниях или ожиданиях. Помню, что одной пони из Понивилля, которую зовут Скуталу, снился примерно один и тот же кошмар из-за страшных историй Рейнбоу и Эпплджек во время их похода. Так вот, этот сон ни разу не сменялся на что-то другое.       – Ясно. В общем, сны — это сложная штука.       – Да, – ответила Луна и окружающий мир резко сменился. Мы оказались в каком-то помещении со столами, за которыми сидели пони и ели. Оглядевшись, я понял что это какой-то ресторан. Но больше всего наше внимание привлекли пони, сидящие за одним из столиков.       – А вот это уже интересно, – сказала Луна, глядя на пони за одним из столиков. Этими пони оказались Твайлайт и Я. Вернее это был другой я, который снился аликорночке.       – Она же нас не увидит, если мы подойдём? – спросил я у Луны.       – Нет. Я полностью контролирую этот сон и заранее сделала нас незаметными для Твайлайт, – говорила принцесса, пока мы подходили к лавандовой пони и моей копии. Внезапно Твайлайт несильно рассмеялась.       – О, Фаер Стар, ты такой смешной! – сказала она, кокетливо моргнув глазами. Бля, даже во сне она помнит то, что вычитала в этой книге.       – У меня в запасе ещё много таких историй, но все они предназначены только для тебя. Не против, если мы уединимся, и я расскажу их тебе во всех подробностях, – говорил "я", намекающе играя бровями.       – С радостью! – ответила она, слегка покраснев, и встала из-за стола.       – Меня сейчас вырвет, – сказал я, рассмешив Еву и Луну. – Это и близко не похоже на меня.       – Но именно таким тебя видит Твайлайт, – сдерживая смех, сказала принцесса, пока моя копия и аликорночка вставали из-за стола и отправились на выход из кафе. Ева до сих пор угорала и не могла остановиться.       – Ой, не могу! Аха-ха-ха, не знала, что ты такой романтик.       – Не против, если мы уединимся, и я покажу тебе настоящего романтика? – передразнил я своего клона. Ева перестала смеяться и задорно посмотрела на меня.       – А давай! Вон там каморка. Думаю, что там нам никто не помешает.       – Вы вдвоём в порядке? – вмешалась Луна.       – Да, не обращай внимания. Просто дружеские подколки в слегка вульгарной манере, – ответил я.       – Л-ладно, – сказала Луна и в этот момент окружающий мир вновь поменялся. Теперь мы стояли посреди библиотеки Понивилля.       – Теперь ясно, почему во сне постоянно не запоминается путь до куда-нибудь. Всё решает незаметный для обладателя сна телепорт, – сказал я и входная дверь распахнулась.       – …а в ответ он говорит: "Это не та книга. Нужная находится двумя полками ниже", – сказал "я" и рассмеялся. Твайлайт вторила. Так они вдвоём прошли на кухню не замечая нас.       – Мне одному всё это кажется абсурдным? – спросил я.       – Не обращай внимания. Всё, что происходит здесь, является спонтанным воображением Твайлайт. Она даже не может это контролировать.       – А я могу? – спросил я.       – Ты уверен, что это хорошая идея?       – А что случится? Просто хочу с ней поболтать.       Луна прищурилась и сверкнула рогом.       – Хорошо. Я передала тебе контроль над сном. Смотри, только без глупостей.       – Премного благодарен, – ответил я, заходя на кухню. Там за столом уже сидела моя копия, а аликорночка хлопотала возле кухонных столов, насыпая чай в заварник. Пока она не смотрела на второго меня, я "растворил" своего клона и сел на его место, попутно сделав себя видимым.       – Слушай, а я всё хотел поинтересоваться. А твои родители не против меня? – спросил я и услышал звук фейспалма копытом со стороны входа в кухню. Это была Ева. Луна же с нетерпением ждала следующих событий.       – Я писала им раньше, – повернула она голову в мою сторону. – Мама с папой хотят познакомиться с тобой. А вот Шайнинг повёл себя настороженно, – телекинезом она сняла чайник с плиты и достала из кухонного ящика две кружки.       – Ну, его можно понять. Он же твой самый лучший друг и желает тебе всего наилучшего. Я уверен, что мы поладим, – пока я говорил, Твайлайт налила чай в кружки, поставила на стол и села напротив меня, делая глоток из своей чашки.       – Спасибо, – я понюхал чай, но ничего не почувствовал. – Люблю твой чай, – сказал я, переворачивая кружку в воздухе, но жидкость не вылилась и осталась в чашке. Затем я поднял её, а чай остался висеть в той же точке пространства. В итоге он завис на месте и превратился в шар, словно сама жидкость находится в невесомости. Затем я завёл своё копыто за спину и материализовал в нём соломинку. Воткнув её в шар чая, я со спокойным лицом, словно так и должно быть, сделал пару глотков. Вкуса нет.       – А как ты управляешь магией не используя рога? – удивлённо спросила Твайлайт.       – Я отвечу на этот вопрос, если ты ответишь на мой. Согласна? – спросил я у лавандовой пони. Та кивнула.       – Как мы сюда попали? Я имею виду, ты помнишь наш путь от кафе до библиотеки?       – Конечно. Мы вышли из кафе и… – она замолкла, явно пытаясь что-то вспомнить, а я тем временем достал из-за спины обычный волчок, поставил на стол и раскрутил.       – Я не помню! Я помню, что мы вышли оттуда, а затем пришли в библиотеку, – говорила она с большим удивлением на лице.       – Напряги голову. Не волнуйся, времени у нас полно, – ответил я и присосался к торчащей из чайного шара соломинке.       Аликорночка ушла в себя и пыталась что-то вспомнить, пока я пил чай, которому придал вкус колы, чтобы не так скучно было. Прикольно, даже в чужом сне я могу воздействовать на органы чувств.       – Мы вышли, – бубнила аликорночка, смотря прямо в стол. – А дальше… Не помню. А может быть я увлеклась историей?       – А я разве тебе что-то рассказывал? – вмешался я в её монолог. – Как началась та история про книгу двумя полками ниже?       – Этого тоже не помню. Ты меня заколдовал? – спросила она, насторожившись.       – Нет. Присмотрись внимательнее. Ты ничего не видишь странного? Ну, за исключением левитирующего чая.       Она стала осматривать кухню, так и не найдя ничего подозрительного. Затем она посмотрела на стол и глянула на крутящийся волчок. Тот так и не останавливался и не подавал намёка на это.       – Странно, а он давно крутится? – приблизила она мордочку к нему, чтобы лучше рассмотреть.       – Пару минут точно, – ответил я.       – Я не чувствую магию. Как ты это делаешь?       – Я ничего не делаю. Просто сопоставь факты: ты не помнишь путь сюда; жидкость летает в воздухе; и без остановки крутящийся волчок.       – Это сон! – поняла она.       – Правильно! – подтвердил я и поманил копытом Луну в дверном проёме, сделав её при этом видимой.       – Принцесса Луна? – слегка удивилась Твайлайт, когда младший диарх прошла в помещение.       – Приветствую, Твайлайт, – сказала Луна, сев на соседний со мной стул. Невидимая для Твайлайт Ева встала позади нас.       – Что вы тут делаете? – непонимающе спросила аликорночка.       – Если бы я знала, – ответила Луна. – У него спроси, – махнула она головой в мою сторону.       – Да ничего такого. Просто захотелось поболтать, но как я вижу, ты уже успела со мной поговорить, – сказал я и щёчки Твайлайт покрылось лёгким румянцем. – Кстати, интересно ты меня представляешь. Мне аж самому занятно, какие там истории предназначались только тебе.       – Прекрати! – вмешалась Луна, а щёки Твайлайт покраснели ещё пуще. – Разве не видишь, что ты её смущаешь?       – От того она ещё милее, – ответил я и мордочка лавандовой пони стала багровой.       – Соглашусь, – сказала Ева.       – Это правда? – подала голос Твайлайт. – Я тебе… нравлюсь?       – Я этого не говорил, но… да, это правда.       Не знаю, почему я это сказал. Может быть я реально заигрался со всеми этими чувствами и устал дразнить Твайлайт своим присутствием? Эх, эмпатия, бессердечная ты сука! С того момента, когда мы с аликорночкой вернулись из мира людей, она изменилась в ментальном плане. Постоянно, когда я оказывался рядом, она становилась слегка растерянной, а эмпатия так и говорила о симпатии в мою сторону. Может я захотел порадовать её тем, что эти чувства взаимны? Да, скорее всего так. Тогда второй вопрос — как на это отреагируют Луна и Селестия? Приступят к более радикальным методам или перестанут обо мне думать? Что женщин, что кобылок хер поймёшь. Нужно действовать по обстоятельствам и не напортачить в нужный момент. Чувствую, что пиздец только начинается.       – Ты мне… – она сделала большую паузу, – тоже, – договорила она полушёпотом. – Я не знаю почему, но… когда ты рядом, я чувствую себя словно... я даже не знаю как описать это.       – Словно бабочки в животе? – спросил я.       – Именно! – ответила Твайлайт.       – Или глисты, – вставила Ева свои пять копеек, но её проигнорировали.       – А ты чего притихла, Луна? – спросил я у слегка опечаленой принцессы, сидящей рядом.       – Да нет, ничего, – спохватилась она и вернула себе прежнее выражение мордочки. – Просто задумалась и решила не мешать вам.       Пиздит. По глазам вижу. Это ревность или отчаяние? Похоже на то и то. Главное, чтобы это не вылилось в деление шкуры ещё неженатого аликорна. Бр-р-р-р, неудачное сравнение. Меня аж дрожь пробрала от этой мысли. Я женат… ух, в моей голове это звучит абсурдно. Может это потому, что со мной этого никогда не было и я не могу себе это представить? Блять, как же сложно и нихуя непонятно.       – Эх, на самом деле я попросил Луну перенести нас в твой сон по другой причине, – соврал я. Просто это неловкое молчание уже начинает напрягать, а я как раз придумал тему, чтобы разрядить обстановку.       – По какой? – синхронно спросили кобылки.       – Я же говорил, что умею предсказывать будущее? Так вот, слушай внимательно и запоминай, – нагнал я саспенса, а пони напрягли уши. – Завтра же у тебя в библиотеке намечается вечеринка? – Твайлайт кивнула. – Завтра к тебе придёт Рейнбоу и начнёт говорить, что до новой книги с Дэринг Ду осталось… Не важно сколько. Ты же уже в курсе, что выпуск книги перенесли? – снова кивок. – А вот Рейнбоу не в курсе. Скажи ей о переносе. Она начнёт затирать, что Йерлинг нужна помощь и тому подобное. Так вот, к самой сути. Любыми способами сделай так, чтобы вы с девочками отправились к Йерлинг. Хотя я сомневаюсь, что это будет сложно. Ну ты Рейнбоу знаешь, она в пасть к мантикоре полезет ради новой книги, – пони улыбнулась и резко выдохнула носом, делая смешок.       – А зачем нам к ней идти и почему это важно? – спросила Твайлайт.       – Ну, скажем так, тебя это хорошенько так удивит. Когда будешь на месте, ты всё поймёшь. Выполнишь мою просьбу?       – Хорошо, но я всё еще не могу понять смысла.       – Ах да, и ещё. Веди себя так, как будто этого разговора не было и ты не знаешь о том, что будет. Это для перестраховки.       – Хорошо, я сделаю это. Хоть и не понимаю зачем.       – Не хочу прерывать, но я чувствую, что некоторым пони нужна моя помощь с кошмаром. Как только я отсюда уйду, тебя вышвырнет обратно в твой сон, потому что вы… ты тут только благодаря моему присутствию, – сказала она, чуть не спалив присутствие Евы.       – Хорошо. Был рад повидаться, Твайлайт. Ещё увидимся, – и подмигнул ей. – Давай, отправляй меня обратно, – сказал я Луне и та сверкнула рогом.