Ты не сможешь меня забыть

— Та-а-ак, уже можно снимать? — в нетерпении спросила девушка. — Можно. — наконец разрешил парень после долгой поездки в неизвестность. Она в предвкушении сняла с глаз повязку. Пара стояла на краю высокого обрыва. Уже смеркалось, деревья вдалеке были покрыты туманом, а на небе уже просвечивался бледный диск Луны. Лиза обернулась к парню, на её лице отражалось лёгкое недоумение, и блеклая полуулыбка блуждала на губах. — И-и-и? Что мы здесь будем делать?.. — спросила она. Вадим смотрел на неё с какой-то непонятной для девушки грустью. Он вымученно улыбнулся и сказал: — Давай просто посидим. Он подошёл к самому краю и сел, свесив ноги в бездну. Парень похлопал по земле рядом с собой, приглашая девушку присесть. С небольшой опаской Лиза подошла. — Здесь красиво. — сказала она после небольшой паузы. — Да, очень... — как-то рассеянно ответил Вадим, и Лиза сразу уловила эти странные нотки в его голосе. — Ты чего такой грустный? Что-то на работе случилось? — и она придвинувшись ближе, положила голову ему на плечо. Парень в ответ крепко её обнял и, как показалось девушке, еле-еле слышно всхлипнул. — Нет, Вадь, что-то правда случилось, да? Расскажи! — потребовала Лиза. — Солнышко, — дрогнувшим голосом сказал Вадим. Лиза ещё ни разу не слышала, чтобы он плакал. — Я... Я не хотел. Зайка, прости. — и он зарыдал, как маленький мальчишка, который в чём-то провинился. Лиза крепко-крепко его обняла. — Вадь, что не хотел? Вадя, расскажи! Расскажи, я всё прощу, если ты что-то сделал! Парень повернул к девушке заплаканное лицо и поцеловал. Поцеловал, как будто прощался, прощался надолго, навсегда... Когда они оторвались друг от друга, Вадим снова сказал: — Прости меня, солнышко. Прости, пожалуйста. — Да за что прости... Она не договорила... Парень с силой толкнул её с обрыва, и крик девушки потонул в этой оглушительной тишине. Парень посидел ещё пару минут, встал, завёл двигатель автомобиля. Он не помнил, как доехал до дома, как переоделся. В квартире ещё витал её запах... Запах Лизы... Этот сладкий аромат спелого яблока, духов, которые она так любила... Вадим сел на кровать, и закрыв лицо руками, заплакал. Через несколько минут он поднял распухшее лицо, взял первую попавшуюся под руку вазу, и с криком полным боли и отчаяния, разбил её о стену. Он посмотрел на осколки, это была любимая вазы Лизы. Он закричал и снова зарыдал. Его стенания прервал телефонный звонок. Вадим проглотил комок, застрявший в горле и поднял трубку. — Ало. — Вадим, вы всё выполнили? — спросил басовитый голос его босса. — Да, всё готово. — Замечательно. Долго ты с ней возился, мы целый год ждали, пока ты выполнишь этот заказ. После некоторой паузы Вадим набрал в лёгкие побольше воздуха и крикнул в трубку: — ЗА ЧТО ЕЁ?! ЧТО ОНА ВАМ СДЕЛАЛА?! — Вадим, я попрошу тебя не выражать свои эмоции. Ты же знаешь, заказчик просит, мы выполняем, нам остаются неизвестны причины их заказов. Кстати, с другими ты расправлялся гораздо быстрее. Что же с этой было не так? Привязался? — Да. — Понятно. Ничего, скоро забудешь. За деньгами можешь заехать завтра с утра. Парень отключил связь и бросил телефон со всей силы об стену, тот вдребезги разбился. Вадим убивал и других, но забывал их быстро, легко отпускал. А Лизу... Лизу он будет помнить всегда. Он продал её, продал за какие-то бумажки. ЧТО ОН НАДЕЛАЛ?! Придурок, козёл, скотина. Крик и в стену полетела чашка. Он никогда её не забудет, никогда. У него не будет девушки, ведь в них он будет видеть только её... Лизу...