after dark

Под покровом ночи всё становится безобразней и распущенней. Даже откровенная вывеска «Debauchery» зазывает сильнее и ярче, запечатлевая в памяти красные краски названия клуба. Только под покровом ночи голодные до развратного азарта люди выбираются и появляются рядом с этим местом. Немудрено, что и попасть сюда не из лёгких. Это место специфическое и создано для одной цели: приятное времяпровождение. В любых позах, с любым темпом, предметом и человеком. На бордовых диванах с ощущением бархата под кожей размещаться удобнее всего. И ловить глазами каждое движение и перемещение прибывших тоже. В помещении специально высокая температура, чтобы посетители имели возможности приходить в как можно открытых и откровенных нарядах, сразу громогласно оповещая о причине своего визита. Тэхён здесь нечастый гость, но примерно уловил прилив «молодой крови». По виду они кажутся студентами, либо ровесниками Кима, потому тот блуждает своим тёмным взглядом сверху донизу. Парень не устаёт замечать множество чужих взглядов, которые начинаются на его практически оголённой груди, еле скрытой одним лишь красным пиджаком, и заканчиваются на расставленных ногах. Его чёрные волосы уложены в пробор и не скрыты выделяющиеся брови, чуть приподнятые в надменном жесте. В правой руке, опирающейся в диванную спинку, покоится прозрачный стакан с янтарной жидкостью, а длинный палец плавно очерчивает края. Брюнет на время лениво откидывает голову назад и разглядывает изящную люстру, усыпанную краткими прозрачными капельками, отбивающими красный свет. За стеной басит музыка, в зоне танцев, оттого парень медленно покачивает макушкой в стороны, расслабленно оставив свободную руку на бедре. Краем уха Тэхён ловит знакомый высокий голос, но голову не поворачивает, а продолжает с закрытыми глазами прислушиваться. Через короткий промежуток времени голос доносится совсем рядом, а жаркий воздух опаляет щеку. Он игнорирует прогнувшееся под чужим весом место на диване, и также игнорирует руку на плече. — Уже стоит спрашивать о том, как успехи или рановато? — подаёт свой низкий голос Ким и приоткрывает правый глаз, чтобы взглянуть на друга. Тот хищно улыбается и картина сама собой прорисовывается. — Понятно. — Не спеши, — Чимин небрежно поправляет серебристую прядь блестящих волос и нетерпеливо прикусывает губу, косясь на дверь в клуб. Кого-то поджидает. — Мне отказали. Ким уже лениво распахивает и второй глаз, смотря впереди себя. Бровь сама по себе ползёт вверх в лёгком удивлении, а на губах цветёт незаметная ухмылка. Парень переводит взгляд на остающегося довольным Чимина и считывает намерения. Тот хочет играться. — Не ищем лёгких путей? — брюнет в один глоток допивает коньяк и замечает, как Пак следит за его кадыком, ухмыляясь. Блондин всегда открыто озвучивал желания и не оставлял комментарии о горячем виде Тэхёна, обещая когда-нибудь оказаться с ним в одной постели. Взгляды друга замечает, на заигрывания изредка отвечает, но в постель не зовёт. Никто из них никогда не поднимал тему о сексе по дружбе, максимум – фото эрегированного члена. И, по правде, оба, бывает, возбуждают друг друга, прекрасно об этом зная. «Может, устроим крепкое мужское членопожатие?» — излюбленная фраза Пака, который всякий раз при встрече мечтает организовать сказанное. — Мне знакомо, а? — поддевает блондин и усмехается в стакан с виски. Он сканирует зал долгим взглядом и, так и не найдя ничего стоящего, обращается к другу. — Блять, ты бы видел, какой он высокий. Кажется, он меня сначала не заметил, там докричишься, — хмыкает и натыкается на взгляд Тэхёна. — Да, громадина, он даже выше тебя. Но, знаешь, ты как проигравший выглядишь не менее сексуально, поэтому я не против втроём. — Тебе отказали, Чимин, — Ким не оценил подмигиваний и недовольно поправляет чужие волосы. — Ты или он? — кисло интересуется Пак, заново заправляя полупрозрачную майку в брюки, и застёгивает нижние пуговицы тёмного пиджака. Тэхён не отвечает, только притягивает парня за талию к себе и удобно укладывает голову на чужое плечо, тихо кидая: — Сообщишь, если он появится. Люди сменяются довольно быстро, успевая кокетливо блестеть глазами, также блестеть и взмокшими телами, с пикантно открытыми нужными участками тела. Брюнет следит пристально, выслеживая интересующую задницу, как хищник и мельком облизывает губы, натыкаясь на прищуренные глаза в серых линзах, что намеренно, казалось бы, прожигают дыру. Парень стоит у окна, опираясь о стену и зазывающе пританцовывает бёдрами, целиком усыпанными блёстками, что яро выделяются при томном свете ламп. В руках стакан с плавно переливающимся ромом внутри и его глаза уже не кажутся особо трезвыми, а чем хмельнее, тем раскрепощённее. Ким поднимается взглядом к плоскому животу, не скрытому коротким топом, и, не успевая ровным счётом как следует полюбоваться, теряет образ ангела. Ангел медленно движется к клубу, приглашающе оглядывается и исчезает за дверьми, заглушаемый громкой музыкой. Тэхён вздыхает и не принимает попытки подняться, последовав по неприкрытому зову, резко вспоминая о Чимине рядом. Тот скучающе причмокивает губами и утыкается в кимову шею, бубня неутешительные прогнозы о так и не появившемся новом знакомом, а после рывком допивает неизвестную жидкость и запрокидывает ногу на ногу. В неоновом свете он кажется таинственно привлекательным, особенно когда очерчивает языком свои пухлые губы, собирая алкоголь, из-под приоткрытых век сверля туманным взглядом что или кого. А наблюдать внезапный азартный огонёк ещё приятнее и красивее, когда в его поле зрения попадает интересующий экземпляр. Как прямо сейчас. Чимин становится заметно довольным и не прерывая гляделки, вальяжно откидывается на спинку, искусно растягивает губы в фирменной улыбке, что даже Тэхён сначала заглядывается с пониманием, а затем находит глазами действительно высокого, как сказал бы сам Чимин, самца. Его торс удачно обтягивает чёрная рубашка, по локти закатанные рукава открывают вид на жилистые руки, одну из которых украшают дорогие часы, а ниже... чёрная юбка. Она издалека кажется воздушной, но плотной, и настолько взметается кверху, что в такие моменты что с ней, что без неё – без разницы. Несмотря на одежду, парень шагает уверенно и не заботится о возможных косых взглядах; напротив: Тэхён замечает в чужих глазах что-то более положительных эмоций. Впрочем, Пак сбоку одно из доказательств. Чимин, предсказуемо, поднимается на ноги и бросая что-то о намечающейся свадьбе, уходит прямиком за парнем, в последний момент обращая внимание того на себя и они скрываются на лестнице. Ким ещё некоторое время безрезультатно осматривает зал и решает переместиться в более людное место, как на глаза внезапно попадается нечто, спускающееся с лестницы. На ногах красуются грузные чёрные ботинки, а под ними находятся такого же цвета, очевидно, бывшие тёмные колготки, аккуратно оборванные чуть выше колен. Накаченные бёдра обвиты тонкими кожаными ремешками, которые аппетитно их придавливают, а под ними сразу заметная чернильная татуировка на правом бедре, что неслабо дурманит голову. Единственный чёрный пиджак прикрывает оставшуюся часть тела и как раз утаивает задницу владельца, но безусловно щедро обнажает крепкую мужскую грудь, заставляя рот непроизвольно наполниться слюной. Тэхён сглатывает, перемещая руки в карманы брюк и неотрывно облизывает взглядом всю фигуру, запечатлевая в памяти и грациозную походку, полную уверенности, а после наконец поднимается к лицу. Сразу бросаются большие карие глаза, которые, оказывается, тоже неотрывно сканируют и жадно исследуют Кима сверху-вниз, причем абсолютно не скрывая. Когда темноволосый, продолжая медленно шагать, в заинтересованном жесте чуть наклоняет голову вбок, Тэхёну удаётся лицезреть острую линию челюсти, а в мыслях внезапно появляется неконтролируемое желание провести по ней зубами и, желательно, не порезаться. Говоря обо всём горячем виде, пробуждающим кое-что определённое в штанах, брюнет замечает в чужом лице утончённую мягкость и даже щёки, несмотря на доминирующие сейчас резкие скулы. Выразительные губы немного приоткрыты, отчего влажный язык спокойно выглядывает изо рта самим кончиком, и, что удивительно, уже это сводит Тэхёна с ума. Его взгляд мгновенно почернел, а одна бровь вздёрнулась вверх. Незнакомец, проходя мимо него, задевает кончиком пальца мочку и подхватив бокал с непонятной жидкостью, удаляется в сторону второй лестницы, тоже ведущую на второй этаж с комнатами. Не замедляя шаг, парень заводит свободную руку назад и показывает сначала два пальца, а после небольшой паузы четыре. Вновь убрав руку, он вальяжно покачивает бёдрами и поднимается. Два и четыре. Номер комнаты? Тэхён, который секунду назад мешкался, сразу ли догонять это уникальное БДСМ-ное творение или немного выждать время, сейчас довольно улыбается и облизывается, смотря тому вслед. Даже если его не окажется в комнате с номером двадцать четыре, Ким все их проверит и найдёт то, что ищет. А пока, до сих пор осознавая, что им всё же заинтересовались, парень мельком смотрит на время, прикидывает сколько ему хватит и неспешно направляется на второй этаж. Он чувствует, что его заждались. В практически неосвещенном коридоре Тэхён ориентируется быстро, бегает глазами по дверям с обеих сторон и находит нужный номер. Брюнет смотрит вниз, кое-как осмотрев себя вдоль, и, убедившись, что переживать не о чём, с нетерпеливыми мыслями входит без стука. Конечно, он не ошибся. Парень стоит прямо напротив, в руке всё тот же бокал с недопитым напитком, и упирается о комод. В комнате не включен свет и единственным освещением служит подсветка в виде ленты, прикреплённая вокруг потолка, отчего всё помещение залито интимно красным светом. Из неприкрытого шторами окна тоже исходит лунный свет, но он настолько слабый, что только усиливает влияние красного, будто сам его отбивает. Темноволосый повёрнут к нему передом, волосы немного прикрывают ему глаза, но опасный блеск заметен даже с такого расстояния. Он вглядывается неприкрыто и напористо, выжигает в теле невидимые дыры и подносит бокал к губам, делая короткий глоток. Тэхён тоже стоит неподвижно, чувствует манящее предвкушение и, очевидно, ждёт каких-либо действий. Взгляд прикован к потемневшим глазам, медленно затягивающим в свои чёрные глубины, а Ким только спустя несколько минут понимает, что безбожно залипает. Неосознанно не разрешает себе смотреть ниже или отводить взгляд, потому что это точно станет всемирной ошибкой. А ошибаться в эту, по ощущениям, особенную минуту нельзя. Тэхён слегка наклоняется туловищем назад и упирается о дверь, не нарушая затяжное молчание, руки неизменно оставляет в карманах красных брюк, не прервав зрительный контакт. — На колени. Неожиданно звучит хриплый голос в тишине, из-за чего Ким слегка выгибает бровь. Оставаясь внешне абсолютно невозмутимым, как и черноволосый напротив, он усиленно думает над тем, понял ли просьбу – скорее приказ – правильно. Ему становиться на колени? Тэхён приподнимает уголок губ, всё ещё пытаясь найти в бездонных глазах намёк на отрицание или шутку, но ожидаемо не находит. Незнакомец вновь делает глоток и выжидающе смотрит на Тэхёна, словно испытывает того и словно если получит что-то не понравившееся в ответ, прекратит всё в тот же момент. А этому случится Тэхён не позволит. Делая неспешные шаги к брюнету, Ким абсолютно не чувствует себя поверженным, скорее заинтригованным и безумно жаждущим, что безусловно передаёт взглядом, пока, уже остановившись почти вплотную к парню, опускается на колени и вскидывает голову. Тэхёну вдруг ужасно жарко в единственном пиджаке и брюках и, кажется, вместе с телом плавится и мозг, когда он замечает до кошмарного повелительный взгляд с нотками удовольствия в зрачках, пока парень молча наслаждается видом. Его грудь внезапно начинает подниматься и опускаться чаще, а сам он прикусывает губу, продолжая засматриваться на Кима под таким углом. Тэхён понимает, что тому очень нравится. И несложная догадка настойчиво забивается в мысли. Его это возбуждает. Темноволосый жадно осматривает крепкое тело у его ног, сканирует чужие эмоции с лица и толкается языком за щеку, находя туманные глаза. Он берёт бокал в левую руку, а правой зарывается в тэхёновы волосы, сначала проверяя на ощупь, подмечая, как те мягко проскальзывают сквозь пальцы, а затем грубо приближает чужую голову к своему паху. — Что тебе нужно делать? — в его тоне мелькают нотки насмешки, но в целом голос звучит властно и хрипло, отчего Ким возбуждённо выдыхает прямо в грубую ткань чужого пиджака. Слегка выпрямившись в спине, Тэхён удобно укладывает свои большие ладони на бёдрах и, к пребольшому сожалению, не имеет возможности вновь взглянуть в полюбившиеся глаза, чтобы считать намерения, потому что их владелец всё так же крепко удерживает его за волосы, сжав руку в кулак. Брюнет водит носом в попытке раззадорить и незамедлительно натыкается на вставший член, ухмыляясь в ткань. Открыв рот, Тэхён оглаживает языком головку через преграду, тем самым обслюнявив низ пиджака и горячо дышит, медленно вбирая ткань в рот, пока водит губами по длине эрекции. Кое-кто без белья. Пальцы сильнее сжимают волосы. — Кто тебе разрешал портить мне одежду? — раздался высокомерный голос сверху. Темноволосый заставляет поднять голову и недовольно разглядывает ядовито улыбающегося Тэхёна. Несмотря на замечание, мурашки безустанно появляются на его коже бёдер. — Как тебя зовут? — игнорирует того Ким и сильнее сминает кожу под ладонями. — А хочешь о чём-то просить? — нудно спрашивает и царапает короткими ногтями чужой загривок. Тэхён скользит пальцами меж ремешками, грубо сминая чужие бёдра и немного наклоняет голову, пытаясь отодвинуть носом полы пиджака, но парень реагирует быстрее, обвивает ногой его шею, сильно прижав лицом к себе. Тэхён думает, что эта настойчивость и явные признаки доминантности определённо сводят его с ума. Он, конечно, может постараться вывернуть ситуацию в свою пользу, но тогда эта бестия развернётся и уйдёт. Он искусно подавляет его желание сопротивляться, даже если такового в мыслях не было. И это подкупает, как что-то новое в его практике. — Буду просить предоставить мне Ваш член, сэр, — глухо отзывается Ким и ведёт рукой по обёрнутой вокруг шеи ноге, доходя до колена, разворачивает запястье и ласкает кожу под чашечкой, плавно направляя к внутренней стороне бедра и безжалостно сжимает, получая несказанное удовольствие. Этим телом невозможно насытиться. Темноволосый молчит некоторое время – увы, Тэхён не может узнать, что сейчас с ним происходит – и отталкивается от комода, тем самым припечатав чужое лицо ещё теснее. Ким немного отодвигается, чтобы не задохнуться и наблюдает за тем, как парень неспешно отставляет пустой бокал, ступает сначала на одну ногу, затем на другую, поправляя член, и окинув его равнодушным взглядом, шагает к постели. Если бы не дёрнувшийся кадык, когда тот смотрел на него сверху вниз, Тэхён бы подумал, что ему и правда всё равно. Двухспальная кровать расположилась недалеко от окна и, остановившись по правую от неё сторону спиной, а боком к Киму, брюнет подзывает его пальцем и игриво проникает рукой под пиджак, выразительно водя ею по члену. Заметив боковым зрением движение рядом, парень откидывает голову и слегка наклоняет её вбок, чтобы лучше наблюдать. Увидев то, как Тэхён на четвереньках ползёт к нему, успевая зыркнуть хищным взглядом и размять шею, немного ускоряет движение рукой и явственно выдыхает, чуть заламывая брови. — Мне потрогать? — когда Тэхён оказывается у его ног, то вновь выпрямляется, разрешая себе проскользнуть рукой дальше, чем до этого, поэтому сначала неизменно очерчивает пальцами окольцованные бёдра, а после, не тратя времени, заводит руку под тёмную ткань и касается рельефного живота, но старается не задирать пиджак, чтобы позже получить прямое разрешение на действия по ублажению. Тэхён уже хочет увидеть эти портупеи на животе. Бестия выдержанно стоит без какой-либо реакции. Либо терпит, либо действительно не настолько чувствительный, – Ким наверняка не знает. Но своими пронзительными глазами замечает, как сбивается чужое дыхание, а руками тот теребит кожаный ремень, закреплённый на талии. Подметив его, Тэхён тянется руками к нему и стремительно избавляет эту тонкую талию от давления. Откинув вещь на кровать, парень поднимает глаза и сталкивается с властным взглядом, требующим непонятно чего, но Ким это непонятно что незамедлительно хочет выполнить. У парня зрачки почти укрыли собой радужку и давление от глаз отчётливо чувствуется вместе с загустевшим воздухом, а кровавый оттенок от света завершает этот демонический образ. Тэхён скоро задохнётся от его ауры повелителя. Проникнув под пиджак уже обеими руками, Ким ныряет с головой под одежду и, вытянув язык, начинает влажную линию у основания члена, обильно вылизывая его вплоть до головки, на которой нарочно не акцентирует внимание, и поднимается к твёрдому прессу. Услышав судорожный вздох, Тэхён довольно ухмыляется и обводит языком каждый кубик, не прекращая поглаживать чужие бока, вцепляется зубами чуть выше пупка до покраснения и с наслаждением выцеловывает каждый сантиметр тёплой кожи. Брюнет украдкой вдыхает приятный аромат тяжёлого геля с нотками кокоса и тут же зализывает, словно пытается съесть. — Чонгук, — сквозь стиснутые зубы проговаривает парень и поддаётся тазом вперёд в поиске трения. Тэхён удовлетворённо выдыхает, опаляя своим дыханием нежную кожу и ведёт языком вниз, к лобку, вырисовывая языком круги. — Если продолжишь дразнить, — грубо чеканит Чонгук, приподнимая в воздухе ногу, чтобы после найти носком ботинка чужие икры и надавить, — то для тебя это приятным мало закончится. Собрав чужие волосы в кулаке, Чон резко направляет голову к своей эрекции, а когда замечает вызывающий взгляд из разряда «попробуй заставить», то незамедлительно проникает пальцами свободной руки в горячий рот Кима, грубо надавливая на язык. Рот непроизвольно открывается и Чонгук толкается головкой, на пробу ударяя ей по опухшим губам. Довольно выдохнув, темноволосый резко проникает в соблазняющее тугое горло, сразу начиная беспардонно трахать в удобном для него темпе. Тэхён послушно втягивает щёки и позволяет члену беспрепятственно двигаться, изредка надавливает влажным языком на чувствительную головку, вызывая тем самым несдержанное рычание. Чонгук слышит, как ударяется мошонка о чужой подбородок во время особенно сильных толчков и пытается не так бурно реагировать на низкое довольное мычание снизу, означающее совершенное наслаждение двух сторон. Тэхён сам начинает проявлять инициативу, понемногу двигая головой в заданном ритме, собирая языком обильно выделяющийся предэякулят с крупной головки. Освободившись от приятной тяжести, Тэхён нежно вбирает в рот яйца и одновременно начинает дрочить чужой член совсем не нежно, с оттяжкой и резко соскальзывает с головки к основанию, временами крепко зажимая, оттягивая чужой оргазм на потом. У Чонгука непроизвольно вырывается протяжный стон, когда Тэхён направляет язык вниз, проворно надавливая на простату с внешней стороны, и задерживает палец в тяжёлом жесте на уздечке, плавно массируя чувствительное место, отчего по телу проносится неконтролируемая крупная дрожь. Впрочем, Тэхён замечает немало деталей, которые «суровый папочка», по-видимому, и не в состоянии скрыть: ужасно сорванное дыхание, временами закатывающиеся глаза, еле слышные жалобные хрипы о большем и блестящие глаза. Ким вновь вбирает в жаждущий рот член по основание, с лёгкостью утыкаясь носом в гладко выбритый лобок и старательно двигает головой, надавливая руками на аппетитные бёдра с задней части. Собственный член давно болезненно ноет, никак не получая должное внимание к себе, но у Тэхёна отличная выдержка и шанс провести стояком по твёрдому полу, периодично получая возможность немного выгнуться. Чувствуя, когда Чонгук уже невыносимо хочет спустить прямо глубоко в глотку, Тэхён резко зажимает его основание, слыша неразборчивое шипение в ответ и негромко смеётся, опаляя дыханием плоть. — Если не заставишь меня кончить от стимуляции сосков, — вдруг серьёзно произносит Чон, на долю секунды прикусив губу от тяжёлого взгляда снизу вверх от возбуждённого Кима, — то можешь даже не надеяться на что-то вроде проникновения, детка. Такого поворота в планах у Тэхёна естественно не было. Он сразу подмечает, что Чонгук безумно чувствителен, как бы не старался это скрыть, поэтому провокация не показывается чем-то невыполнимым или невозможным, напротив, – Тэхён предвкушает, как всего лишь от его языка Чонгук начнёт изливаться и растворяться по частям, не в состоянии совладать с собственным телом. Как его будет метать по простыням и как эстетично будут выглядеть покрасневшие бусины на фоне медовой кожи. Темноволосый сам наклоняется назад, опирается локтями о кровать и с неизменно требовательным взглядом ждёт повиновения, что, собственно, вскоре и получается от Кима. Тот обводит хищным взглядом крепкую грудь, вокруг которой натянулась ткань пиджака, всё ещё скрывающая соски, медленно и с давлением проводит руками по чужим бёдрам, так и не дающим покоя затуманенному разуму – в принципе, это тело целиком не даёт гарантии на здравый ум – и тянется зубами к пуговке на пиджаке, освобождая ещё несколько сантиметров кожи от как ни кстати мешающей сейчас ткани, чтобы открыть себе бо́льший обзор. Приподнявшись на руках, Тэхён жадно припадает губами к показавшемуся соску, пальцами свободно отодвигая немного в сторону пиджак и чувственно всасывает бусинку в рот, мгновенно надавливая языком, увлажняя, и водит кругами вокруг, зажимая второй своими невыносимыми пальцами. Чонгук сжимает зубы, шире раздвигает ноги, полностью впуская Кима в своё пространство и тихонько всхлипывает, когда брюнет зажимает зубами сосок, перекатывая между ними, периодически смачивая слюной. Сам прекрасно понимает, что с этим чертовски горячим парнем контроль раньше времени трещит по швам, а потому не сдерживает в себе новый стон в тот момент, когда Тэхён грубо проезжается своим стояком по его, стараясь вобрать в рот как можно больший участок на груди. Тэхён кусается по-животному, всё ещё с наслаждением сосёт чонгуковы соски, как младенец, на секунду отрывается, чтобы посмотреть, насколько они набухли, и принимается с ещё большим желанием всасывать их, перекатывать между зубов, слыша доносящийся от Чонгука жалобный скулёж, и успевает подумать о том, насколько он разносторонний. Давление губ усиливается ещё больше, Ким вновь начинает имитировать толчки сквозь ткань, дразня и немного хитря, широкими мазками лижет раскрасневшие бусины и двумя пальцами параллельно зажимает. — Ты принципиален насчёт того, чтобы кончить таким жалким образом, Чонгуки? — внезапно Тэхён подбирается прямо к чужому лицу, продолжая выкручивать соски в пальцах, и приближается максимально к распухшим губам, делая резкий давящий толчок между ног. — На место, — приказывает Чонгук и кусает тэхёнову пухлую губу до выступающей крови, не скрывая искр в своём бешеном взгляде. Тэхён облизывается и с рыком вырывает оставшиеся пуговицы из пиджака, что со звонким звуком отлетают на пол к чёртовой матери, сопровождаемые очаровательным всхлипом со стороны Чонгука, и быстро подбирается рукой под чужую узкую талию, прижимая парня к себе. Как оказалось, у язвы безумно чувствительные соски, но стойкая выдержка, поэтому Ким без промедления с новыми силами вгрызается в грудь, приподнимая и сжимая татуированное бедро, стремясь расположить его у себя на плече. Портупеи великолепно смотрятся на фоне напрягшихся мышц рельефного живота. Тэхён, конечно, не особый ценитель искусства, но в этом фантастическом теле находит свою отдушину и чистое новоявленное великолепие. Немного бунтарский облик идеально подходит бестии, сразу услужливо сообщая о темпераменте и характере; подчёркивает и так охуенные изгибы и особенности тела дикой дерзостью, которую Тэхён сейчас высасывает с каждым доносящимся звучным стоном, позволяя показаться слабой беспомощности. Чонгук немного выгибается в поступательном движении, выдавая себя, по-детски хнычет, когда Ким сильно всасывает в себя несчастные соски, после проведя раскрытой ладонью поверх прижатого к животу напряжённого члена, беспомощно сводит брови к переносице, мгновенно чувствуя безумную дрожь по всему телу и на шумном выдохе изливается на свой живот, отстреливая даже себе по лицу. Тэхён победно ухмыляется и сжав руку вокруг талии, принимается слизывать белесые капли с чужого подбородка. Чонгук вздрагивает, тихо постанывая, и трётся пахом о чужой в такт брюнету. Ким оглядывает открывшуюся картину: до сих пор раздвинутые ноги, обтянутые всё теми же оборванными колготками, на которых грузно расположились высокие ботинки, не скрывающий мощный торс пиджак, полы которого раскиданы в стороны, отчаянно притягивающие взгляд набухшие соски и внезапно замеченная татуировка отпечатка губ аккурат на ключице. Глаза Чонгука – расфокусированные, но до сих пор требовательные – не сводятся с Тэхёна в беспардонном разглядывании, дьявольски мигая в этом красном свете, и тот больше не может противиться. Чонгук, резко утратив все эмоции с лица, начинает бесстрастно подниматься на локтях, в попытке выбраться из-под Тэхёна и у него даже получается повернуться к нему задом (что объективно было плохой идеей), как брюнет без колебаний хватает обе его руки, резко заводя назад, заставляя выгнуться. Чон незаметно кривит губы в оскале и вдруг задерживает дыхание, когда чувствует между своими ягодицами однозначно большой стояк. Тяжело сглатывая, парень мысленно блаженно закатывает глаза, благодаря самого себя за то, что в этот раз не прогадал. Тэхён привлёк его изначально не только своим невъебически красивым лицом и подтянутым телом, трудно не обратить внимание на его рост, конечно, тот превышает его где-то на пять сантиметров и обделённым природой не выглядит. Даже если трахает он ужасно, Чонгук благосклонно попользуется его членом сам. — Готовый для всех уже расхаживал с пробкой в заднице? — слышится низкий тембр у уха, нервируя, кажется, сами внутренности, и Чону на мгновенье даже становится стыдно, но потом он приходит в себя. — Как думаешь, сколько людей успело заметить её, когда ты нагибался за напитком? — Тэхён тазом проделывает круговые движения, давя членом между половинками, сильнее зажимая чужие запястья в ладони. — Сколько ты хотел, чтобы заметили? — Чонгук жалобно стонет и подаётся назад, позволяя укусить себя за хрящик, украшенный серебряной серьгой. Щёки парня стыдливо залились краской, а слыша, как Ким хрипло посмеивается прямо в ухо и чувствуя, как горячо оседает его дыхание на раковине, Чон почти что теряет себя, забываясь во внезапно властном голосе. От этого член вновь наливается кровью, глаза покрываются туманной плёнкой, а после Чонгук слышит удовлетворённое мычание и видит, опустив взгляд вниз, как длинные пальцы обхватывают ствол, делая несколько ленивых фрикций и завершая лёгким хлопком по чувствительной головке. Чон недовольно хмурит брови и хнычет, нетерпеливо кусая губы. Ему не позволяют обернуться – Тэхён наклоняет его тело, ставя в коленно-локтевую, и шире разводит ноги, оценивая вид сзади. Быстро стянув с его ног мешающие ботинки, Ким спокойно просит снять того свой пиджак, но натыкается на молчание, сопровождаемое только тихим шуршанием простыни, потому что Чонгук трётся о неё своим возбуждением, пытаясь унять лёгкую тянущуюся боль. — Сними. Кидает он безразлично через плечо, но движения прекращает, краем глаза наблюдая за парнем, который медленно скользит языком по своей нижней губе. Соблазнительный жест и немного задумчивый. Чонгук чувствует, как обильно выделяется смазка просто под наблюдением этих хитрых глаз, и чуть ли ладони не сжимает от удовольствия. Тэхён долго не церемонится и, подцепив низ ткани, тянет ту на себя без особой аккуратности, заставляя и Чонгука двинуться вслед. Парень упёрто удерживается на коленях, обжигающе вглядывается в темнее обычного глаза и позволяет стянуть с себя пиджак. Брюнет вмиг оказывается вплотную к обнажённой спине парня, лезет пальцами под портупеи на животе, сильнее прижимая к себе, и ощутимо царапает короткими ногтями чужой пресс, снова повалив того на кровать. Тэхён садится на другой край постели, заглядывая в мини-бар, и достаёт смазку вместе с пакетом льда. В комнате температура будто повысилась ещё на несколько градусов, и Ким удостоверяется в этом, когда мельком кидает взгляд на голого Чонгука, обтянутого кожаными ремешками. Быстро избавившись от одежды, Тэхён возвращается на прежнее место, в то время как любопытный Чонгук переворачивается на спину, согнув немного ноги в коленях и буквально впивается взглядом в фигуру напротив, окутанную красным мраком. Темноволосый отчётливо понимает, что эти сильные руки смогут без проблем держать на весу его нелёгкое тело продолжительное время и что он очень хотел бы не оставить ни единого пустого места на чужих широких плечах и крепкой шее, с этим проклятым дёрнувшимся кадыком. Парень с радостью бы слушал, как тэхёновы накачанные бёдра звонко бьются о его собственные, влажные, как напрягаются эти шикарные икры во время ритмичной долбёжки. И, несомненно, он до искр перед глазами хочет, чтобы его натянули на этот рельефный толстый член, да так, чтобы из него вытрахали всё человеческое и... — Не кончи раньше времени, детка, я ещё даже не начал, — самодовольно прозвучало от Тэхёна, который неосознанно навернул круг языком, виднеющийся из приоткрытого рта. Чонгук сначала потерянно оглядывает Кима, а после замечает образовавшееся пятно из естественной смазки на своём животе, пока был занят собственными грязными фантазиями. — Не уверен, что ты с этим справишься без рук, — нагло вздёргивает бровью Чон, решая вновь упереться локтями, становясь в прежнюю позу. — Надеюсь, с таким членом у тебя не получится меня разочаровать. Чонгук хотел бы сказать ещё какую-то очередную колкость, но неожиданно чувствует жёсткий шлепок на правой ягодице и коротко вскрикивает. Бестия мычит, когда Ким не жалея сил сжимает своей большой ладонью покрасневшее место, вызывая колкие мурашки. Тэхён накрывает уже обеими ладонями притягательные половинки и сминает на пробу, проверяя упругость. Кожа невероятно упруго «отпрыгивает» во время того, как пальцы с оттяжкой отпускают ягодицы и она настолько нежная и чистая, что следы немного дольше остаются заметны. Чонгук утыкается лбом в кровать и слегка виляет ею в стороны, беззвучно прося ещё. Задница крупная ровно настолько, чтобы поместиться в ладонях и иметь возможность свободно сжимать филейную часть. Тэхён снова сильно ударяет по ягодице, наслаждаясь громким вскриком. — Я не думаю, что ты заслужил получить наконец то, что так долго просишь, — напускно строго тянет Тэхён, в ответ получая тихое хныканье и опущенную голову. — Возможно, это твоя тактика: относиться как можно наглее, чтобы в итоге тебя выпороли с неплохим таким усилием? — Ким насмешливо осматривает широкую спину выгнувшегося Чонгука, резко шлепнув его по заднице со всей силы, задерживаясь рукой на месте удара в крепкой хватке, чтобы боль не отпускала. Чон рычит в подушку, а потом внезапно скулит, не контролируя дрожащие от сладости момента и напряжения бёдра, разъезжающиеся в стороны. Тэхён подхватывает их и приближается к страдальческим половинкам, нежно выцеловывая покрасневшую кожу. Чонгук облегчённо стонет, тяжело сглатывает слюну и немного приподнимается, собираясь повернуть голову назад, к Тэхёну, но тот внезапно приближается к его уху быстрее, одновременно с этим надавливает рукой на пробку, заталкивая её глубже. — Любишь грубость, Чонгук? Конечно, Чонгук не ответит, а его ответ и не потребуется озвучивать. Тэхён с тихим шипением заключает свой набухший член в тугое кольцо ладони, пару раз медленно проведя по всей длине, чтобы немного унять напряжение, а второй рукой тянется к упаковке с уже немного растаявшим льдом, раскрывая её зубами. Укусив ничего не понимающего Чонгука за бедро, Ким надавливает на чужую поясницу, заставляя прогнуться сильнее – он тайно восхищён чужой растяжкой – фиксирует бёдра, вытаскивая наконец пробку, и без заминки всасывает стенки у входа, не стесняясь выделять как можно больше слюны. Чон от неожиданности резко поддаётся назад, разнося по помещению звук столкновения задницы с лицом так отчётливо, что на время его просто оглушает, чтобы через несколько секунд в тишине услышать громкое влажное хлюпанье, когда язык беспрепятственно входит в тесноту стенок. Чонгук протестующе мычит, чувствуя, как подступающий оргазм не за горами, пытается отодвинуться, но Тэхён обрывает его одним мощным шлепком, заставляя подавиться стоном. — Ты не будешь меня... — Чонгук осекается, вмиг растеряв все остатки твердости в голосе, когда заглянул в две точно чёрные дыры, неумолимо затягивающие в свои непроглядные дебри. Тэхён особенно опасно выглядит – как бы странно ни звучало – когда половина его лица остаётся скрыта за выпяченным задом Гука, когда виднеются лишь тёмные-тёмные глаза, немного прикрытые чёлкой. Чонгуку самому хочется засунуть свой язык в собственную задницу, чтобы замолчать раз и навсегда. Не самое привычное желание. Не отвлекаясь от вылизывания, Тэхён пальцами на ощупь вытаскивает из пачки довольно крупный кусочек льда и зажимает его зубами, примерно просчитав, поместится ли тот во внутрь. Опустившись холодными руками на чужие ляжки, брюнет позволяет куску скатиться на язык, придерживая его верхней губой. И реакция, когда парень прислоняет рот к месту поближе мошонки, крепко придавив языком лёд к коже, более чем удовлетворительна: Чонгук чуть ли не пищит, его голос ненатурально высокий, а бёдра неконтролируемо дрожат. Он пытается отстраниться, но выходит безрезультатно – Тэхён его крепко удерживает. Бестия неразборчиво мычит ругательства в подушку, терпеливо выдерживая шлейф холодка, направляющийся ко сжавшемуся входу. Парень отрывается от подушки и поворачивает голову к Киму, грозно дыша через нос: — Как тебя зовут? — А хочешь о чём-то просить? — копирует Тэхён его недавний нудный тон, перекатывая во рту замороженный кусок, убавляя его в размере и немного согревая. — Буду проклинать, — сужает глаза Чон, и брюнет видит, как хорошо перекатываются мышцы на чужой спине при малейшем движении. — Точно бестия, — недовольно цокает языком Ким и щипает того за зад. — Тэхён. Чонгук внезапно кротко улыбается и вновь отворачивается, разрешая старшему продолжать начатое. Что ж, Тэхён не в состоянии остановиться. Высунув язык, брюнет почти без проблем входит в растянутые мышцы вместе со льдом, сразу же утыкаясь носом, прижав задницу того к себе поближе, придвинув за ноги. Языком Тэхён владеет отлично: водит тающий кусочек быстрыми кругами по стенкам, не забывая сосать губами сфинктер, толкается им глубоко настолько, насколько возможно из-за длины, холодит кожу, чувствуя бегущую волнами дрожь по телу Чонгука лицом и руками, играется с уменьшающимся кубиком, проталкивая его в направлении простаты. Чон почти что плачет, не может заткнуть свой громкий рот даже тканью подушки, зажатой между зубов, всё равно отчаянно вскрикивая и скуля от любого движения внутри и контраста температур. Чонгук чувствительный, особенно сейчас, потому разряды тока не прекращаемо движутся от кончиков его пальцев до самых ушей. Тэхён отстраняется, проглатывая скопившуюся жидкость во рту и достаёт новый кусочек, непредусмотрительно оставленный не в холодном месте, поэтому он меньший в размерах. Брюнет наклоняется к чужому затылку и прикладывает лёд к медовой коже, наблюдая за россыпью мурашек после. Тэхён медленно ведёт влажную дорожку по линии позвоночника, успевая ласкать кожу и языком, тем временем второй рукой незаметно проталкивает лёд в дырочку, двигая внутри пальцами. Чонгук громко всхлипывает и стонет имя Тэхёна, зажимая в кулаках простынь и выгибается навстречу Киму, всё ещё дрожа от холода и наслаждения. Тэхён сам несдержанно стонет в спину и заменяет пальцы головкой члена, слыша внизу звуки блаженной радости. Ким ведёт кубиком до поясницы, старательно облизывая очаровательные ямочки с двух сторон и внезапно вытаскивает так и не дошедший до середины в Чона ствол, и опускается губами на распухшие мышцы. Бестия разочарованно рычит и действительно проклинает ублюдка тире никудышного ебыря Тэхёна и высоко стонет, когда Тэхён звонко и ощутимо ударяет его непослушную задницу, кусая стенки входа, и вертя холодный кубик по всему периметру нежных стенок. Голос Чонгука начинает хрипеть, а сил держать задницу ровно нет, и очевидно видя это, Ким небрежно откидывает ненужную упаковку обратно в мини-бар и достаёт из тумбы поблизости квадратик презерватива. Улавливая слухом копошение, Чон измученно приподнимает голову и разводит ноги в стороны, бросая тёмный взгляд на Кима, который размазывает смазку по члену в презервативе. Не дав времени на раздумья, Тэхён одним слитным движением входит в смазанную узость, со звоном столкнувшись яйцами с кожей ягодиц, сразу же начав двигаться. Брюнет цепляется пальцами за портупеи на чужих бёдрах и вбивается в Чона резкими и сильными толчками, натягивая тело того на свой член до основания. Тэхён любит глубоко и неистово, любит эти ужасно пошлые звуки, как, например, влажные шлепки двух тел, когда те с силой сталкиваются друг с другом до покраснения, хлюп смазки во время проникновения, стук кровати о стену и особенно поток неразборчивой брани и неконтролируемых стонов из чужого рта. Ким выбивает из бестии ужасно громкие звуки, которые немного заглушаются, когда тот закусывает губу. Удерживая левое бедро Чонгука, второй рукой парень тянется к его тёмным локонам заключая в крепкую хватку и потянув на себя. Чон выгибается до лёгкого хруста костей, закатывает глаза от кайфа и двигается навстречу этому потрясающему чувству заполненности, ни капли не снижая громкость своих эхом отлетающих от стен стонов, красиво тянущихся при каждом особенно сильном движении. Тэхён немного наклоняется вперёд, шлёпает чужую ягодицу, сопровождаемую звучным рыком, и интенсивнее двигается внутри, попеременно долбя Чона по простате, заставляя выкрикивать затянувшееся «блять», каждый раз пробовать беспомощно перекатывать на языке чужое имя, как только одно имеющее значение. Тэхён жутко заводится от этого блядски высокого голоса, звереет от каждого неосторожно брошенного «трахаешь, как неопытная сучка», «я надеюсь, это ты разминаешься» в промежутках между всхлипами и кое-как успевает любоваться этим гибким, способным на многое телом. Брюнет тянет Чонгука за волосы к себе, прижимаясь влажной грудью к его спине и, не сбавляя темпа, подбирается спереди рукой к шее младшего, слегка придавив, а другой удерживает парня за многострадальное бедро, окольцованное уже подзаебавшими ремешками, не дающими свободно прикоснуться к бархатистой коже. У него коктейль из чувств и эмоций в голове, ярко и ослепляюще разливающимся адреналином по телу. Приблизившись к изгибу между шеей и плечом, Ким вгрызается в участок кожи с натуральным голодом и оставляет болезненный укус, на секунду ослепляя Чонгука болью. Темноволосый в абсолютном забытье, срывает связки и от лёгкого удушья немного откидывает голову назад, чтобы вдохнуть нужный кислород. Этот член безбожно выбивает из него все мысли, оставляя чистый кайф и искрами стреляющееся по телу удовольствие. Чонгуков член каждый раз бьётся о твёрдый живот, даже не нуждающийся в дополнительной стимуляции. Очевидно, бросать бездумно сказанные слова этому парню не стоит, но он подумает об этом позже. Чона немного подкидывает вверх, когда Тэхён начинает набирать обороты, бешено вколачиваясь в его еле живущее тело, несмотря на то, что вроде и зациклен сплошь на усыпанных засосами плечах. Резко выдохнув, Тэхён выскальзывает из растраханной дырочки, рывком развернув разомлевшего Чонгука к себе и аккуратно укладывает его спиной на кровать, припадая к распухшим тёмным губам и проталкивая в его рот шаловливый язык. Чон чувствует себя последней шаболдой, когда его буквально трахают и в рот, и в зад, потому что то, как глубоко и со вкусом целует его Ким, – смело можно назвать сексом. Тэхён влажно вылизывает чужой рот, наконец узнав ощущение этих похабных губ на своих и заглушает чужие сладкие выкрики, грубо толкаясь между широко разведённых ног. Чонгук вскидывает бёдра, нарочно временами сжимая в себе парня, дразнит, после чего громко наслаждается тем, как Тэхён кусает его губы, иногда не сдерживая бархатные низкие то ли порыкивания, то ли стоны. Кровать предупреждающе громко сотрясается о стену и скрипит при каждом толчке, подгоняемая мелодичным звучанием чонгукова голоса, который безустанно надрывает драгоценные связки. Ким резко перемещает длинные ноги себе на плечи и, слегка выпрямившись, смотрит на ахнувшего парня, у которого дорожки слёз на щеках вновь пополняются новыми и который открыто всхлипывает, еле сдерживает в себе желание кончить. Тэхён убеждается в том, что Чонгук дьявольски красив. — Ускорить процесс твоего обильного извержения, детка? — на выдохе хрипит прямо в ухо Ким, опасно подбираясь к груди. Чонгук опьянённо наблюдает за ним, невыносимо развязно стонет на каждый глубокий толчок, приближающий его к истоме и давит одной из скрещённых на чужой талии ногой Киму на поясницу, чтобы тот сильнее продолбил по его простате. Чонгук больше не может из-за разрывающегося горла выдать ничего, кроме хрипов, поэтому его голос утопает вместе с вибрациями из горла в теле Тэхёна, когда он всё же добирается до его охрененной шеи, сразу же всасывая смуглую кожу в рот, в наслаждении мыча и совершая поступательные движения. — Тэхён, — выстанывает темноволосый сорванным голосом, царапая широкую кимову спину ногтями и крепко прижимается к горячему телу, обнимая за шею. Трение его члена о животы усиливается вместе с резкими аритмичными толчками Тэхёна, который, кажется, уже тоже на пределе. Сердца также бьются в унисон, крепко прижавшись друг к другу сквозь клетки из кожи и плоти. — Блять, я так люблю твой большой член, доведи меня уже до ёбаных звёзд перед глазами, потому что если не... ах! — Тэхён затыкает его грубым поцелуем, ускоряя движение бёдер и окончательно доламывает кровать, чем свидетельствует треск где-то далеко от его нынешнего сознания, ведь сейчас хочется только эти искусанные губы и это рельефное тело в его полном распоряжении для себя. Ким с влажным звуком отстраняется от губ и припадает к тёмным соскам, не удивившись, когда Чонгук утончённо выгибается, достигая наивысшей точки наслаждения, протяжно хрипит, определённо сходя с ума от посасываний на груди, и, кажется, видит те самые звёзды под закрытыми веками, сперма рваными толчками выстреливает из уретры. Тэхён делает несколько грубых толчков следом, сжав в руках тонкие лодыжки бестии, выходит из истерзанного тела и бурно кончает в презерватив, подняв голову к потолку с низким стоном. Стянув с ещё твёрдого члена резинку, брюнет подкладывает руку под чонгукову спину и переворачивает их, укладывая уставшего Чонгука на себя. Тот трогательно чмокает Тэхёна в грудь и, так и не открыв глаз, восстанавливает дыхание, обвивая руками чужую талию. — Это твоё спасибо? — хрипло интересуется Ким, водя пальцами по краснеющей коже ягодиц. — Это сейчас вылетишь отсюда, — вяло отвечает Чонгук, удобно потеревшись щекой о Тэхёна. — Спасибо, конечно, за недееспособную задницу на, надеюсь, только несколько дней. — Обращайся. — Обойдусь. Засыпают они в тесной теплоте друг друга.

***

Находиться в незнакомых местах, по которым его частенько водит друг, – становится своеобразной традицией. Например, сейчас Тэхён комфортно себя чувствует сидя на небольшом диване, в тёмных широких штанах на высокой посадке у талии, доходящих до щиколоток, чёрной футболке и свободной чёрной куртке поверх неё. Его волосы уложены в пробор и это не тот случай, когда Чимин самозабвенно вытаскивает его в завуалированные бордели, либо, хорошо, элитные места для проведения приятного вечера, поэтому Тэхён в такой простой обстановке позволяет себе пригубить бутылку пива и, возможно, просто пообщаться с другом, либо с кем перепадёт. Но застаревшие обычаи меняются аккурат и ненавязчиво после той роковой ночи, когда свободолюбивый Пак нарёк себя на вечные – будем верить – мучения в виде бойфренда в юбке, который отдался сам и забрал Чимина в прямом смысле. Удивительно, что друг всё также не забывает таскать его по светским и нет вечерам, предварительно не сообщая, что это вполне себе походит на собачий выгул. Насчёт самого Кима, то в утро после насыщенной ночи он нашёл себя на сломанной кровати один, не обнаружив ни следа от горячего любовника, а которое обнаружил – смыл. Дело в том, что бестия оказалась настолько загадочной и нестандартной, что оставила напоминание о себе в виде своего номера телефона маркером на заднице. Такое себе символичное послание почти в том же месте, где он оставил памятный синяк своей пяткой. Когда брюнет и заметил его после душа, рассматривая в зеркале, то наткнулся взглядом на практически стёртые очертания цифр, которые уже не имели смысла. Не утаил от Чимина подробности и нюансы, как и сам Пак в ответ не постеснялся детально пересказать свой лучший трах – конечно, не упустил возможности подстегнуть в том, что ещё с Кимом в придачу это вышел бы лучший тройник человечества, а Тэхён естественно согласился с утверждением – и признаться о новорождённой любви к мужчинам в юбках, но вслух не смог признать, что скучает. Может это просто внезапная сексуальная привязанность при встрече с идеальным партнёром, но Тэхён хотел бы вновь проследить за чужими повадками и гонором, как минимум. До ушей доносится звучащая громче музыка, со звучными бьющими по перепонкам басами, и Ким невольно постукивает пяткой кроссовка о диван. Уже издалека и сквозь музыку Тэхён слышит собственное имя, прозвучавшее родным голосом, потому и не поворачивается, а делает последним глоток дорогого пива из жестяной банки и откладывает ту подальше на столик. Квартира большая и просторная, а народа не навалом, поэтому личное пространство, в принципе, соблюдено, пока не появляется весело кричащий друг. — Громадина, тебя точно хочет во-о-н тот светлый красавчик, — сходу выкладывает Чимин и причёсывает пятёрней серебристые волосы, выжидающе уставившись на Тэхёна, который лениво переводит взгляд и бесстрастно разглядывает незнакомца. Тот действительно красивый, с длинными ногами, может только на несколько сантиметров ниже него, кукольным лицом и пожирающим взглядом, уже давно вышедшим из стадии «намёков». Но Киму с немного занятым сердцем не до него. — Опять не то? — вроде понимающе кивает Пак, но тяжело выдыхает и пожимает плечами: попытка не пытка. — Я найду себя кем занять, когда захочу потрахаться. Чимин не возражает. Он только хочет начать рассказ о том, как Тэён – тот самый в юбке – недавно согласился на совокупление втроём и Тэхён не сможет узнать, в шутку это или всерьёз, потому что со стороны лестницы послышались быстрые шаги, а затем Ким замечает облачённую в чёрный фигуру: чёрную хлопковую рубашку неизменно горячо обтягивают портупеи вдоль торса и поперёк талии, мышцы красиво выделяются даже с учётом того, что ткань свободно висит на парне; карго удачно облепляют стройные ноги. БДСМ-ное чудо без промедления следует напрямую к Тэхёну, вскоре без стеснения усаживаясь на крепкие бёдра, обхватив шею руками. Брюнет прижимает того к себе, незаметно вдыхая тяжёлый парфюм и кокосовый гель для душа, когда оставляет влажный поцелуй на шее. Музыка всё ещё играет, но вокруг люди будто бы все резко прикрыли рты, уставившись на неясно отчего странную сцену. — О, Чонгук, — немного неловко приветствует Чимин, непонимающе переведя взгляд на друга, у которого непроизвольно и зрачки расширились, полностью выдавая хозяина. — Вы знакомы? — Тэхён обращается к Чимину, но смотрит только на Чона, который обжигающе лижет лукавым взглядом чужое лицо, так же ни на что другое не отвлекаясь. Ответ на вопрос: очевидно, да. — Чья это квартира? — Орангутанга. — Ты? — Ким слегка сужает глаза, поглаживая тонкую талию уже под тканью рубашки. Чимин всё ещё задумчиво их оглядывает. — Его кузен, — как давно Тэхён не слышал его размеренный голос. Больше ничего не спрашивая, Ким с влажным чмоком впивается в желанные губы, с жадностью поочерёдно сминает чужую мягкость, заново пробуя на вкус и всасывает уже показавшийся язык. Сплетаясь с ним в жарком поединке, Тэхён толкается в чужой рот, обводит кончиком нёбо, ревностно целуя податливого парня. Чонгук улыбается ему в губы, наверняка тоже скучавший и зарывается рукой в чёрные волосы старшего, прикусывая его губы. Внезапно со стороны Чимина доносится проясняющийся звук, будто бы Пак наконец допёр в чём дело. Тэхён нехотя отстраняется от Чона, игриво кусая его за подбородок, отчего парень ухмыляется. — Ты с ним спал! — Уверен? — скучающе тянет время Ким, откидываясь на спинку дивана. У Чонгука в глазах счастливые огоньки. Тэхён, кажется, тоже счастлив. — То самое БДСМ-ное нечто, я понял, — щёлкает пальцами Чим и удовлетворённо складывает руки на груди. — Судьба связала вас немного не вовремя, — тихо ворчит блондин, вдруг вскинув взгляд к лестнице, прикрикнув: — Ты не мог раньше согласиться? Тэён с пониманием смеётся, оглядывая Тэхёна с Чонгуком, и садится возле Чимина, отвлекая его внимание на себя. — Да, именно так я тебя называл, детка, — не отнекивается Ким, заметив чужой вопрошающий взгляд ещё после сказанного Чимином. — Что ж, я сейчас слишком в настроении, чтобы сразу ставить тебя на колени, — дразняще произносит темноволосый, выгибая одну бровь. — Но ты можешь постараться испортить мне его. О, Тэхён покажет ему эмоциональные горки.