Сломанная мечта (DreamSwap)

      — Инки, Инки, Инки, — Дрим провёл по его нижней губе большим пальцем, — Знаешь, я давно должен был пометить тебя. Так ты бы даже не думал уходить.       Инк не успел возразить, Дрим вжал его в диван и сжал запястья одной рукой, другой перехватывая его под спину. А художник начал извиваться как червяк в цепкой хватке старшего. И делать это на кожаном диване было довольно неудобно, но он не прекращал свои попытки.        — Отпусти меня, чёртова птица! — Прокричал Инк. Да, он назвал его птицей. Это было иронично, ведь Дрим и впрямь был похож на птицу с этими крыльями. Но это прозвище жутко раздражало его, за что тот и сжал его запястья до хруста.       — Что ты только что вякнул? Ты сейчас не в том положении, чтобы мне приказывать, Инки, — Буквально прорычал Солнечный. Он не собирался церемониться с ним, как это делал отец Инка. У него была цель напугать его и осквернить, если повезет ещё и поставить на место раз и навсегда.       — Дрим, отпусти меня… Сейчас же. Ты не сможешь меня переубедить вернуться к тебе, даже если так, — Инк нахмурился и Дрим засмеялся точь-в-точь как его отец, от чего по коже альбиноса пробежал табун мурашек. Со лба стекла капля пота, капая на тёмную обивку дивана.       — Ты думаешь, я этого добиваюсь? Нет, Инки… — Дрим ухмыльнулся, наблюдая за реакцией подчинённого, и медленно спустился к его шее, выдыхая на неё горячий воздух.       Слегка сжавшись, Инк попробовал двинуться, но вновь не смог. Тогда он решил пнуть его ногой в живот, и это явно была плохая идея. Дрим окончательно вышел из себя, и перевернул его на живот, удерживая руки на его спине, тем самым держа и его самого на месте. И вдруг он услышал звук расстегивания ширинки, мир моментально остановился. Художник побелел как смерть, понимая, что Дрим правда не шутил и сделает то, что планировал.       — Д-дрим, одумайся! Остановись! — Инк вновь задёргался и Солнечный прижал его грудью к дивану.       — Не дёргайся. Я должен был пометить тебя раньше, шавка… — Даже если Инк не видел его, он мог поспорить, что Дрим имел выражение лица полного безумия. Но он его послушал и перестал дёргаться, полностью напрягаясь.       Не так он хотел закончить отношения с Дримом, хотя он предполагал, что такое может случиться. Зная своего бывшего, он ещё легко отделался, раз он всё ещё цел. Он настолько увяз в мыслях, что и не сразу заметил, как Дрим порвал штаны на лоскуты с характерным звуком, и уже довольно сильную боль в области таза, что будто разрывала его на две части. Вскрикнув, Инк выгнулся в спине. Дрим почти сразу сорвался на бешеный темп, даже не растягивая пассива и проникая довольно глубоко, он рывками выбивал из Инка воздух.       — Дрим, прекрати! Э-это больно! — Невольно, на гетерохромных глазах выступили слезинки с радужным отблеском и потекли по щекам к подбородку, капая на пол рядом с небольшой лужицей крови, которая разрасталась с каждой секундой.       Дрим буквально вдалбливал Инка в диван, не щадя его. Каждый толчок отдавался шлепком соприкосновения тел и глухим криком, который Инк пытался заглушить вместе с беспомощными всхлипами. Он не собирался поддаваться Дриму и поэтому не кричал, зная, что ему это нравится. В порядок к этому Инк ещё и царапал руку, что удерживала его запястья, дабы показать, что ему реально больно. И от этого по тёмной ладони потекла небольшая струйка крови, смешиваясь с кровью на полу. Дрим продолжил вбиваться в сжимающегося художника, что уже почти потерял сознание от боли. Перед глазами уже плясали звёздочки и всё вокруг медленно гасло, как Солнечный вошёл на этот раз дальше, чем вызвал новые звёзды перед глазами. Задев какое-то пятно внутри, Инк слегка прогнулся в спине и промычал что-то невразумительное, но почти сразу это лёгкое и приятное ощущение исчезло вслед за новым толчком. Он обратно уткнулся носом в диван и видимо всё-таки потерял сознание от болевого шока. Перед глазами всё поплыло, звуки встали на второй план и звучали как под водой.

***

      Проснулся он уже после соития и понял это по тому как Дрим одевался, стоя спиной к Инку. Он прижимал телефон плечом к своему уху и видимо с кем-то разговаривал.       — Да, он скоро будет. Просто немного задержался… — Дрим повернулся к Инку и ухмыльнулся, — Просто он решил мне немного помочь, не беспокойся, Эррор.       Инк вздрогнул и попытался встать, но после пробуждения тело его не слушалось. Оно казалось вовсе не своим, а будто чьё-то чужое. Спустя пару секунд он всё же смог двинуться и сразу об этом пожалел. Боль пробила каждый сантиметр его тела, а в голове сразу зазвенело.       — Я помогу ему дойти, он явно сегодня слишком сильно устал… Хорошо, будем через минут 10, — Дрим сел рядом с Инком и провёл по его спине холодной рукой, заставляя того покрыться мурашками. Он положил телефон на стеклянный журнальный столик и погладил его позвоночник, оканчивая на копчике.       — Вот теперь, я думаю, ты усвоил урок. Но если нет… — Инк резко замотал головой, слегка подрагивая, — Вот и прекрасно.       Солнечный поднялся со своего места и прошёл к шкафу, распахивая его. Там лежало огромное количество бумаг и разных по виду и размеру пистолетов. А также его одежда, которую всегда можно было сменить, если было необходимо. Всё продумал, впрочем, как и всегда. Он кинул джинсы на чистую сторону дивана. Всё-таки жалко было бы запачкать чистую одежду.       — Одевайся. И мне всё равно, что ты не можешь этого сделать, — Не разворачиваясь, сказал Дрим. Он застегнул золотые пуговицы на пальто, что он всегда носил, и повернулся к кряхтящему Художнику, что всё же надел джинсы самостоятельно, — Молодец. Видишь? Можешь же, когда хочешь.       Пройдя к нему, Дрим заметил, как Инк сжался, и мысленно ликовал. Он заставил его себя бояться. Беря его на руки, они вышли из офиса, закрыв его на ключ. Не хотелось бы, чтобы кто-то нашёл там такое огромное количество оружия и информации по убитым или пропавшим без вести людям. Уже подходя к дому, Дрим резко остановился. Инк взглянул вверх на Дрима и встретился с его горящим янтарным взглядом.       — Учти, Инки… Если хоть кто-то будет мне предъявлять, что я такой плохой из-за этого поступка, то от тебя живого места не останется.       Инк закивал. Он явно не хотел бы опять это пережить. Только не снова…

***

      — Как и обещал, вернул его тебе в целости и сохранности.       Дрим слегка улыбнулся. Он явно врал насчёт целостности её мужа, но это звучало так забавно, что сам Дрим не сдержал тихого фырканья. Порвать его так, как это сделал Дрим, не пожелали бы и врагу.       — Спасибо. Он и впрямь много работает в последнее время… — Эррор вздохнула и натянуто улыбнулась, — Ещё раз спасибо тебе.       Инк, лёжа на диване, однозначно слышал их разговор и про себя вновь отметил то, как хорошо врёт Дрим. Сразу как он ушёл, Эррор подсела к нему и погладила платиновые волосы, пропуская их сквозь пальцы. А ведь она даже не подозревает о грязной измене со стороны своего любимого. Хотя считается ли она таковой, если согласия Инка не было?       — Как ты? Выглядишь уставшим…       Художник кивнул и прикрыл глаза, сворачиваясь в клубочек рядом со своей женой. Она лишь вновь погладила его и положила его голову себе на колени. Так тепло и уютно, вот бы это длилось вечно…

***

      Прошло всего пару дней после того инцидента, что произошёл между Инком и Дримом. Дрим абсолютно не изменился, но стал выглядеть как нагадивший кот. Причём очень довольный такой кот. Инк же наоборот, стал более закрытый и мрачный. Постоянно оглядывался и отказывался оставаться наедине в комнате с его «Боссом». А если его насильно закидывали в комнату с Дримом, то моментально начиналась истерика и всё доходило чуть ли не до слёз. Но их он себе позволить явно не мог. Его и так осквернили, довели до ручки, так ещё и издеваются. Например, Дрим мог подойти сзади и напугать того до сильной, почти панической, дрожи. Он его боялся, ведь именно этого Солнечный и добивался своими действиями.

***

      — Инк, что, чёрт возьми, с тобой твориться? — Блу нахмурился и поджёг себе сигарету.       — А что со мной творится? — Инк хихикнул и упёрся локтями о перила, аккуратно смахивая лишний пепел, за пределы балкона, стараясь не двигать запястья. Они всё ещё болели и были перевязаны в случае перелома.       — Ты можешь обманывать кого угодно, но не меня. Я тебя давно знаю, и прекрасно понимаю, когда ты чувствуешь себя плохо. И скорее всего это как-то связано с Дримом, раз ты стал его так бояться… — Блу задумчиво потёр подбородок и взглянул на Инка, что, казалось, уже успел окраситься в цвет мраморного пола балкона, становясь с ним одного цвета. Инк хихикнул и вытер мокрый лоб, отводя взгляд.       — Блу… Не лезь, куда не надо. Даже если что-то и случилось, то это моё лично дело. Даже если бы кто-то изнасиловал меня, то я всё равно молчал бы и… — Инк резко осёкся и закрыл рот руками. Он явно ляпнул лишнего. Дрим же говорил ему молчать, а он взял и так тупо на этом спалился. Перед глазами уже пролетели картины того, что может сделать с ним Дрим, если он узнает. Вот чёрт…       — Что?!