Penumbra

Саяка тихонько зевает, ритмично постукивая по своему айфону. Она была занята тем, что просматривала три пункта назначения, к которым они направлялись на свою школьную экскурсию, в то время как другие члены совета крепко спали на своих местах в своём частном автобусе. Не то, чтобы Саяка винила их, в конце концов, было уже близко к полуночи, и они измучили себя своими обычными махинациями в начале дня. Из чистой скуки секретарь совета бросила взгляд на каждого спящего члена. Она видит, как Юрико мирно спит, откинувшись на спинку стула. Рядом с ней громко храпела Мидари, раскинув руки и ноги вокруг стула, и то, как это не разбудило Ямато Надэсико, было выше её понимания. Через два стула позади них она увидела, что Юмемите и её менеджера, спящей рядом, положив голову первой на плечо. Она уже собиралась вернуться к телефону, когда краем глаза заметила какое-то движение. Она переключила свое внимание на источник движения и почти отпрянула назад, когда увидела Вице-президента (имя которой всё еще оставалось для неё загадкой) с Руной, удобно лежащей на коленях, как кошка. Она постукивала по экрану мизинцем правой руки, так как указательный и средний пальцы всё еще были в повязке. И сразу за маской она увидела свежую чистую повязку, закрывающую нижнюю челюсть и рот вице-президента, напоминая секретарю совета о совершенной ею ошибке. Вице-президент внезапно перестает печатать и поворачивается, чтобы посмотреть на Саяку, как будто она чувствует пристальный взгляд секретаря. Время словно застыло, когда она встретилась взглядом с теми же чёрными глазами, которых так боялась. В первый раз, когда она увидела их, она сравнила эти глаза с пустотой, холодным и полным пустым пространством. Но после разговора с Кирари она теперь сравнивала их с чёрной дырой, областью пространства-времени, из которой не может вырваться ничего, что было захвачено её гравитационным притяжением, даже частицы или электромагнитное излучение, такие как свет, не могут избежать смертельного притяжения, которое оно создало. Прекрасный и в то же время смертоносный феномен. То, что лучше наблюдать издалека. Она была вырвана из оцепенения, когда почувствовала внезапную тяжесть на боку и бросила взгляд налево, только чтобы увидеть Кирари, мирно спящую, положив голову на её голову. Саяка густо краснеет от близости своего любимого Президента. Ах да, она почти забыла о Кирари. Старшая девочка настояла на том, чтобы сесть рядом со своей секретаршей в их шикарном автобусе, не то чтобы она возражала, на самом деле она вполне счастлива. Саяка невольно вздрагивает, чувствуя на своем затылке пронзительный взгляд вице-президента. Ей казалось, что её держат под прицелом как в переносном, так и в прямом смысле, хотя она не может с уверенностью сказать, что вице-президент не вооружена, по крайней мере, она на это надеялась. После того, что казалось вечностью, она больше не чувствует, как вице-президент смотрит на неё, и звук ритмичного набора возобновляется. Саяка испустила тихий вздох облегчения и осторожно откинулась на спинку стула, чтобы не потревожить спящего любимого Президента. Она закрыла глаза, когда напряжение в груди ослабло и она смогла нормально дышать. Смотреть на неё сверху вниз было невыносимо. Она закрывает глаза и пытается заснуть. Хотя бы для того, чтобы не смотреть и не разговаривать с девушкой в маске. Она не знает, что делала вице-президент, и не хочет знать. Как только Саяка медленно уплывает в страну снов, рука вице-президента парит над экраном, молча ожидая, пока младшая девочка заснет, прежде чем нажать кнопку «Отправить». Затем она закрывает и откладывает телефон в сторону, как делала это в течение дня. Её рука без повязки двигается, чтобы потереть рот своей маски, «глаза» напряженно смотрят на Саяку, когда она бессознательно наклоняется ближе к Кирари. Затем она поднимает маску так, чтобы она лежала на макушке, прежде чем сделать глоток своего дешевого фирменного консервированного кофе с ярко-розовой соломинкой.

***

«А это редкий экземпляр… «- Голос экскурсовода монотонно растягивается, словно робот на автоповторе. Саяка не обращала на него внимания, так как уже знала, что он им рассказывает. Вместо этого она стояла в нескольких футах от своей туристической группы, студентов, которые были отданы под её опеку, когда ей это нравилось или нет. Советники и третьекурсники оказались в первом пункте назначения из трех в ботаническом саду со стеклянным куполом. «Я пришла проверить состояние вашей группы, Игараши. От имени Президента.» Искусственный женский голос с вкладки информирует её. Взгляд Саяки переместился вниз на вкладку, прежде чем переместиться к вице-президенту. Она мысленно ударила себя за глупость, конечно же, вице-президент ничего не сказал, рот у нее был забинтован. Она провела рукой по груди, чувствуя, как она неровно бьется от испуга. Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Все это время вице-президент наблюдала за ней, ожидая ответа на свой вопрос. Как только она успокаивается, Саяка опускает руку и смотрит прямо на маску Вице-президента, она старается не показывать своего страха и выглядеть нормально, но это было легче сказать, чем сделать. В животе у неё неприятно зашевелилось, горло сжалось. «Все идет хорошо, вице-президент. Остальные ученики ведут себя нормально и не доставляют никаких неприятностей.» Она старается не сильно заикаться и очень гордится собой за то, что споткнулась только на первом слове. Вице-президент кивнула и записала ответ на свой гаджет. Даже с двумя сломанными пальцами старшая девочка умудряется быстро печатать. «Я вижу. Президент сказала мне, что хочет тебя видеть. Так что тебе лучше не заставлять её ждать. И не беспокойтесь о своей группе, Икисима позаботится о них.» Искусственный голос отвечает как раз в тот момент, когда вбежала Мидари с револьвером, размахивающим в воздухе с безрассудной самоотверженностью, пугая их и их гида живым дневным светом. Обе смотрят на разворачивающийся хаос. Было много криков и падений, сопровождаемых смехом. Вице-президент, со своей стороны, печатает её мысли вслух. «О, боже… Я лучше остановлю её, пока она нас всех не выгнали.» Саяка мельком взглянула на Вице-президента, желая что-то сказать, прежде чем Вице-президент подтолкнула её к пустынной части ботанического сада. Затем она направляется прямо к хаосу, который вот-вот развернется. Саяка чуть не споткнулась, но быстро поймала себя, прежде чем упасть. Она потирает плечо, которое болит от грубого обращения. Как бы она ни ненавидела то, как вице-президент обращалась с ней, она была слишком напугана, чтобы что-то с этим поделать. Слова Кирари эхом отдаются каждый раз, когда она даже думает о том, чтобы противостоять вице-президенту, это заставило её струсить быстрее, чем дорожный бегун обгоняет Уайла Э. Койот на ракете. Бросив последний презрительный взгляд, она вздыхает и направляется к пустыне, не обращая внимания на второй испуганный крик позади неё, когда она догадывается, что вице-президент крадется к одному из несчастных студентов, который был ближе всего к ней. Её прогулка была без происшествий, но теперь, когда она была одна, у неё было достаточно места, чтобы дышать, в чем она отчаянно нуждалась прямо сейчас. Находиться рядом с Вице-президентом было невыносимо, сейчас больше, чем когда-либо. Только её присутствие кажется, будто это было оценивание её, и это заставляло её чувствовать себя такой маленькой. Её уверенность колебалась всякий раз, когда она была рядом с ней, и она абсолютно презирает это чувство. Она чувствовала себя такой беспомощной и ненавидела это. Саяка крепко сжимает грудь, её потная ладонь слегка пропитывает ткань униформы. Она резко остановилась, когда случайно столкнулась с кем-то. Она сделала шаг назад и уже была готова извиниться, когда случайно поскользнулась на обертке от жевательной резинки на полу. Она откидывается назад и инстинктивно закрывает глаза от неизбежной боли, которая вскоре последует. Но прежде чем это произошло, она вдруг почувствовала, как руки обхватили её за талию и плечи, останавливая её яростное падение. «Тебе действительно нужно обратить внимание на то, куда ты идешь, Саяка. Ты могла бы пораниться.» Саяка осторожно открыла глаза и была встречена шокирующим зрелищем. Огни, такие яркие, окружающие их, когда искусственный свет, висящий над ними, отбрасывает вокруг них небесное сияние. Болтовня людей вокруг них становилась все меньше, когда мир медленно замолкал, и Саяка могла смотреть только на старшую девочку, держащую её, особенно на её глаза. Это было все равно что увидеть океан, огромную голубую воду, спокойную, как камень, её поверхность отражает свет и создает кристально чистый эффект. Саяка почувствовала, как у неё перехватило дыхание, пораженная потусторонней красотой. Ей казалось, что она на небесах, где все в целости и сохранности, и она наконец-то может отдохнуть без постоянного страха и ужаса, которые она испытывает с вице-президентом. Она чувствовала себя более живой, более обновленной. Она не может не быть загипнотизирована гипнотическим взглядом. Притянув Саяку ближе к себе, Кирари наклоняется ближе, пока они почти не соприкасаются нос к носу. «Са-я-ка» Саяка быстро заморгала, выходя из оцепенения. В ответ Кирари одаривает её своей редкой красивой улыбкой. «Президент!» — выпалила она, не подумав, и её щеки стали ярко-красными, когда она наконец заметила их довольно шаткое положение. — Во плоти. — заявила Кирари с ухмылкой, игривый огонек ярко блеснул в её глазах. — Что случилось, Саяка? Ты заблудилась? Потому что небеса далеко отсюда. Если бы это было возможно, лицо Саяки покраснело ещё сильнее. Эта фраза была такой банальной, но почему-то заставила её сердце воспарить высоко. Она изо всех сил старается не взвизгнуть, хотя бы для того, чтобы сохранить то немногое достоинство, которое у нее осталось. Она яростно замотала головой, прежде чем с большой неохотой отдалиться от своего любимого Президента. — Вам… вам что-нибудь нужно от меня, президент? — спросила она, стараясь выглядеть как можно менее профессионально. Отвернувшись, чтобы посмотреть на пустыню вокруг, хотя бы для того, чтобы отвлечься от слишком долгого созерцания президентской красоты. Она обратила внимание на некоторые виды растений в этом районе, такие как Агава Титанота, Алоэ Тигрового зуба и даже что-то вроде рядов на рядах Цилиндропунция Бигелоу в относительно ненужном небольшом утесе рядом с ними (вероятно, это было там по эстетическим причинам). — Не совсем. Мне было скучно, и мне хотелось побыть в компании, — Кирари небрежно отвечает, пожимая плечами, — а кто может составить мне компанию лучше, чем моя любимая секретарша? — Прежде чем одарить её лукавой улыбкой. — Президент, я ваша единственная секретарша. «Подробности, подробности, — Кирари пренебрежительно машет рукой. — А теперь давай вместе поищем что-нибудь веселое.» — предложила Кирари, прежде чем жестом приказать Саяке следовать за ней. Саяка с радостью подчинилась, шагнув ближе к своему любимому президенту и- ВЫСТРЕЛ Они обе останавливаются и одновременно разворачиваются к источнику громкого звука. Их глаза расширились, когда они увидели группу паникующих посетителей, бегущих к ним. Думая быстро и без особых раздумий, Саяка оттолкнула Кирари с дороги в (к счастью) цветочную витрину. Оставив её, а милость приближающейся орды. Когда её толкали и пихали, это был болезненный и неприятный опыт, который она никогда больше не хотела испытывать. Люди вышли из-под контроля, они позволили своему страху переписать их логическую часть и вызвать хаос и раздор в том небольшом пространстве, которое у них есть. Она даже несколько раз чуть не свалилась с ног просто от того, что наткнулась на них в их маниакальном состоянии. «Саяка!» — она услышала, как её имя сорвалось с губ любимого Президента. Её глаза на мгновение встретились с глазами Кирари, полными безудержного беспокойства. Она хотела протянуть руку и быть с ней, но в конце концов их разделила стена несущихся тел. Она была ослеплена крупным мужчиной, который нёс свою дочь. Она пытается поймать себя правой ногой, но вместо того, чтобы коснуться земли, как она ожидала, её нога не касается ничего, кроме воздуха. Она, должно быть, не заметила, что они подталкивают её ближе к краю мини-утеса. Время, кажется, движется ползком, так как её тело было притянуто гравитацией, её дыхание сбилось, когда она краем глаза заметила, как растение кактуса медленно растёт все больше и больше с каждой секундой. Её разум пролетел миллион миль в секунду, когда она осознала реальность того, что должно произойти. Она крепко зажмурилась и приготовилась к неизбежной судьбе, которая постигнет её, принимая тот факт, что, по крайней мере, ей удалось уберечь Кирари от опасности. Саяка вдруг почувствовала, как чьи-то руки обхватили её за талию и голову, защищая, притягивая ближе к груди. У неё не было возможности открыть глаза и посмотреть, кто это был, прежде чем её спина ударилась о землю, и она скатилась с утеса вместе с таинственной фигурой. Беспорядочное движение кувырков вызывало у неё головокружение, а желудок сводило судорогой. Они внезапно остановились, и Саяка бесцеремонно прижалась лицом к ключице незнакомца. «ХРГХХХХХ!!!» — раздался над ней приглушенный искаженный голос. Крик такой, что звучит как агония, прежде чем руки вокруг её талии и голова сжимаются вокруг неё, заставляя её немного вздрогнуть. Саяка открывает глаза и смотрит вверх… Только для того, чтобы почувствовать, как её сердце упало в живот, а глаза расширились до размеров обеденного блюда. Под собой она видит вице-президента, слегка корчащейся от боли, так как множество стеблей растения усеяли её спину и плечи до самых тыльных сторон ладоней. Шипы проникают сквозь одежду старшей девочки и глубоко впиваются в её кожу, отказываясь отпускать. Каким-то чудом ни одному из них не удалось попасть в голову вице-президента, что, по крайней мере, хорошо. Саяка отчаянно пыталась вырваться из хватки вице-президента, хотя бы для того, чтобы помочь старшей девочке спасти её от мучительной пытки, которая выпала на её долю. Вице-президент зашипела и крепче схватила младшую, не давая ей двинуться. Сначала Саяка недоумевала, почему вице-президент не хочет, чтобы она помогала, но потом перевела взгляд в сторону и вдруг поняла, что один из стеблей прочно воткнулся в локоть Вице-президента, крепко сжав её сустав. Это означает, что они оба застряли в своем нынешнем положении, пока кто-то не поможет им или они каким-то образом не вытащат стебель из её сустава. Они остаются в таком положении довольно долго, терпеливо ожидая, пока шум утихнет. Саяка медленно чувствует, как у неё сводит шею от долгого пребывания в одном положении. Она закрыла глаза, стараясь не обращать внимания на напряжение, образовавшееся вокруг её мышц. Боль становилась невыносимой, чем дольше она оставалась в таком состоянии. Её тело умоляло её переместиться в более удобное положение. Затем она неожиданно почувствовала, как рука на её голове притягивает её ближе, пока её голова не уперлась в ключицу вице-президента, вскоре последовало шипение, когда добавленный вес вдавил старшую девочку глубже во множество корешковых стеблей, усеивающих её тело. «Ви — вице-президент! Ч — что ты делаешь!» — Саяка в ужасе заикнулась, её лицо покраснело от близости, которую они теперь разделяют. В ответ вице-президент только хмыкнул и легонько погладил её. «Быть… Удобной…» — Искусственный голос вице-президента отвечает ей, но она отчетливо слышит грубость и напряжение. Глаза Саяки значительно расширились, когда она наконец поняла, что пыталась сделать Вице-президент. Помощь может не прийти к ним еще какое-то время, так что до тех пор они вполне могут устроиться поудобнее. Она закрыла глаза и позволила себе немного отдохнуть, на секунду ослабив бдительность. Затем она вздрогнула, когда боль пронзила её тело. Теперь, когда она вышла из опасной зоны, она чувствует, как адреналин медленно угасает, и почти сразу же начинается боль. Похоже, что её короткая, но болезненная стычка с ордой людей оставила у неё довольно много синяков. Те, которые, несомненно, будут мешать её работе до полного исцеления. Она уже собиралась открыть глаза, когда почувствовала резкий удар по шее, и не успела она опомниться, как мир погрузился в полную темноту.

***

«Агрх!» — Ририка издает приглушенный крик, когда Кирари быстро срывает стебель, как пластырь. — Ририка, стой спокойно. Я знаю, что это больно, но чем меньше ты двигаешься, тем легче удалить стебли. — Выругалась Кирари, указывая заостренным концом плоскогубцев на голову сестры. Из-за ограниченного движения, которое она может сделать из-за того, что на её затылке все еще был стебель, Ририка вместо этого смотрит на свою старшую сестру боковыми глазами. «Хм-м-м — м-м!» — Она слегка согнулась пополам, когда неожиданная боль пронзила все её тело. — Да, я согласен с През вон там. Тебе нужно стоять спокойно. Это сложнее, чем кажется, ты знаешь, — добавила Руна, когда она без предупреждения оторвала стебель на её плече, встряхивая плоскогубцы, чтобы избавиться от шипов, которые застряли на нём. Она смотрит вниз на растущую кучу стеблей, которые они умудряются сорвать, ещё десять на двенадцать. Все трое в данный момент находились в своем частном автобусе, потому что Ририка отказалась ехать к многочисленным медикам, которые были вызваны, чтобы ухаживать за ранеными. Из-за многих студентов и туристов, которые пострадали во время массовой паники, она не хочет снимать маску и рисковать тем, что их тайна будет раскрыта. Так или иначе, Кирари удалось убедить медика позволить ей и Руне позаботиться о её младшем близнеце и просто сосредоточиться на её бессознательной секретарше. Что приводит их к нынешнему затруднительному положению. «Хммммммм.”- Она сердито приглушила голос. Слегка откинувшись назад и игнорируя боль, чтобы видеть маленькую девочку, она бросила на неё испепеляющий взгляд. «Ухххх?”- Руна удивленно подняла бровь, было ясно как день, что она не понимает, о чем говорит её коллега. — Она сказала: «В следующий раз сначала предупреди меня, крошечный гремлин.» Кирари перевела с весёлой ухмылкой, почти запинаясь на словах, пытаясь скрыть смех. Руна бросает на покрытую кактусами девушку оскорбленный возмутительный взгляд. Она пытается ткнуть пальцем в щеку Ририки, но она была слишком мала, чтобы дотянуться до более высокой девушки, косвенно подтверждая оскорбление Ририки. — Эй! Кого ты называешь крошкой! Я не тот идиот, который прыгает в кучу кактусов! «Хммммм.» — Она сказала это «Цилиндропунция Бигелоу», — Кирари перевела, — Который широко известен как «Плюшевый Мишка Чолла». Подходящее название для растения, которое «цепляется» за любого, кому не повезло быть пойманным им. — Как, черт возьми, ты всё это поняла? — А я — нет. Я просто знаю, что она скажет, — сказала Кирари, пожав плечами, прежде чем положить плоскогубцы на ножку на затылке младшего близнеца. — А последние части я добавила просто. Затем она срывает стебель, и он приземляется на растущую кучу, одиннадцать уже вырвано, и еще одиннадцать осталось. «ХРГХХХХ!» — Ририка издала ещё один приглушенный болезненный крик, слёзы закипели в уголках её глаз. Она чувствовала, как горит её спина, невыносимая мучительная боль, вызванная микроскопическими шипами, плотно прилипшими к её коже. Просто легкое движение её тела вызывает сильную боль, не говоря уже о быстром и внезапном натяжении на стебель. Она увидела, что её старшая сестра собирается переставить плоскогубцы на другую ножку, и вздрогнула, слегка отодвинувшись от неё. По крайней мере, до тех пор, пока она не сможет должным образом приспособиться и собраться с мыслями. Кирари хмурится на своего младшего близнеца, не желающего сотрудничать, её плоскогубцы парят возле одного из стеблей. — Ририка, я знаю, что это больно, но чем быстрее мы избавимся от этих стеблей, тем лучше ты себя почувствуешь, — она видела, как Ририка покачала головой, она видела, как она кусает губу сквозь повязку, пытаясь вытерпеть боль. Кирари вздыхает и поворачивается, чтобы посмотреть на Руну гремлина.  — Я дам тебе три недели отпуска от обязанностей в совете, если ты раздобудешь болеутоляющее для моей сестры, — Руна откидывается назад и кладет руку на подбородок, делая задумчивую позу, как будто обдумывая предложение. — Четыре недели с бесплатными сладостями, — подкупает маленькая девочка, с ухмылкой поднося ко рту леденец. Кирари закатывает глаза, но, тем не менее, выглядит удивленной. «Договорились. — и с этими словами Руна спрыгивает со стула и уходит за болеутоляющим, но не раньше, чем положит плоскогубцы. Прежде чем невысокая девушка вышла из автобуса, Кирари окликает её. — И проверь, в каком состоянии Саяка.» — Конечно, През. — Это был её единственный ответ, когда она проходила мимо двери, оставляя двух сестёр наедине. — Кстати, о Саяке, — внезапно сказала Кирари после паузы, обращая свое внимание на дрожащую сестру, и на её лице появилось странное выражение, — почему ты спасла её? Не то чтобы я возражала, но я думала, что ты её ненавидишь. Ририка оглядывается на своего старшего близнеца, брови высоко подняты, а рот (?) стал тонким. Она пытается открыть рот, чтобы заговорить, но вздрагивает, чувствуя, как мышцы щек разрываются от одного движения. Она не должна была говорить, она, вероятно, случайно порвала некоторые из все ещё заживающих мышечных тканей, когда заставляла себя говорить. Были и другие способы успокоить младшую, не разговаривая с ней. Поэтому вместо того, чтобы причинить себе ещё больше боли, она обшаривает сиденья, чтобы найти свой «переводчик». Кирари сначала не понимала, что делает её младшая сестра, но довольно скоро она поняла, что она пытается сделать, и издала тихое «А-а-а», прежде чем взять сумку рядом с ней и встряхнуть её. Она находит упомянутую закладку слегка треснувшей от падения (она предположила, что точно не знает, что произошло) и передала её сестре, которая взяла её с благодарностью и напечатала свой ответ. «Я не ненавижу её. Она мне не нравится. Но это не значит, что я позволю ей пострадать, защищая тебя.» Лицо Кирари превращается из любопытного в разочарованное, — Я надеялась, что ты потеплеешь перед Саякой и поэтому спасёшь её, — она откидывается назад и кладет плоскогубцы. На её лице было написано недоумение.  — Я не понимаю, Ририка. Почему ты не любишь Саяку? Кроме того, что она ударила тебя по лицу гаечным ключом, она точно не настроила тебя против себя, — это был вопрос, который она обдумывала уже некоторое время, он озадачивал её до бесконечности. Ририка на мгновение замолкает, обдумывая свои ответы, прежде чем ввести их. «Она заставляет меня чувствовать себя неловко. Я не знаю, как описать это лучше, но я чувствую, что не могу ей доверять. У меня есть предчувствие, что случится что-то плохое, если я ослаблю бдительность рядом с ней.» Кирари напевает своему младшему близнецу интересный ответ, — Любопытно, — сказала она с улыбкой, её интрига достигла пика, — всё любопытнее и любопытнее. Затем наступает тишина, поскольку ни один из близнецов не разговаривает друг с другом. Ририка ерзала на стуле, чувствуя себя неловко и взволнованно. Она не знает почему, но ей кажется, что она сделала что-то невероятно идиотское и глупое. Что-то, что она почувствовала, только когда услышала неортодоксальный ответ сестры. Она быстро печатает. «И это всё, что ты собираешься сказать?» — Как, по-твоему, остальные справляются с ситуацией? Когда мы обе здесь, а Саяка недоступна, неизбежно начнется какой-то хаос. — удивляется Кирари, глядя в окно на трёх других членов совета, разговаривающих с полицейским и ругающих Мидари за то, что она принесла пистолет (И только за то, что принесла пистолет и ничего больше, так как они знают, что она всё равно попадет в беду). Ририке было очевидно, что её сестра не хочет обсуждать это дальше, и она лениво сменила тему. Поэтому она подчиняется и молчит. Но она не может избавиться от ощущения, что что-то большое вот-вот изменится… и ей это совсем не нравилось.