kiss & make up

Шоё до боли жаждал горячие касания Кагеямы. Оказавшись запертым семпаями, оба были довольны, потому что им никогда не хватает времени побыть вместе. Оба старшеклассника, дома никак не уединиться, в школе тоже небезопасно оставаться вдвоём, а спортзал – самое то. Они одни. Заперты. И самое главное в спортзале имеются душевые кабины, а воду отключают только к двенадцати ночи, зная, что многие остаются тренироваться на ночь. И вот теперь стоя под тёплой водой, Кагеяма ни на секунду не отрывается от родных губ, которых он не раз терзал в школьной уборной и в игровой площадке вечером. Видеть голое тело Хинаты всё ещё непривычно, но стоило Шоё встать под водой, как Кагеяма возбудился уже от одного мокрого вида. Прижав к холодной стене и быстро избавив от нижнего белья, без которого Шоё по-прежнему смущается, он крепко прижал к себе тело, поглаживая спину, тем самым успокаивая маленького. Потому что у них было лишь три раза. А Хината всё ещё смущается. Зачесав мокрые рыжие волосы назад, Кагеяма целует в щёку и тихо обернув его лицом к стене целует худощавые плечи. И тут он вспоминает те самые дни, когда начал испытывать что-то большое: Кагеяма с уверенностью может сказать, что его сердце затрепетало, как только Шоё увидев громадного Аоне, спрятался позади него. Это его особая и милая привычка с каждым разом повторялась, как только Хината оказывался в кругу высоких парней. В один день случилось так, что Танака также стоял с ними, когда старшеклассники Сейджо появились в спортзале, а Шоё взял и спрятался сзади Танаки. Конечно, Кагеяма почувствовал некую обиду и злость, но видя, как Хината с напряжёнными плечами сжимал футболку семпая, заметил какой худощавый всё-таки болтун Шоё. «Я хочу его защищать. Хочу, чтобы он прятался за мной. Нет, нет, лучше будет стоять передо мной, с полной уверенностью, что его никто тронуть не может» Хината стонет, как только чувствует чужую руку на возбужденном органе. Руки сжались в кулаки, лоб прижат к стене, а сзади Кагеяма. «Высокий. Сильный. Уверенный. Мой. Только мой» В руках Кагеямы Шоё словно становится в два раза меньше. Разница в росте им не мешает. Даже при поцелуе. Потому что Кагеяма его поднимает. Оба так любят. Медленный толчок и Шоё царапает мокрую спину, сильнее окольцовывая бедра Кагеямы. Боль уходит на второй план, стоит им коснуться губами, а дальше их уносит на более требовательный поцелуй. Кагеяма движется в теле медленно и аккуратно, наслаждаясь процессом и позой в которой они стоят. Шоё всегда такой маленький на его руках. — Если больно говори, стонешь подозрительно. Шоё открывает глаза и видит его обеспокоенное лицо. Впервые. — Нет, не больно. Кагеяма всё равно волнуется. Он всегда будет волноваться за Хинату. — Надеюсь не простудишься, — по телу Шоё бегут мурашки, но через секунду тело содрогается в руках Кагеямы, и он чувствует, как его заполняет что-то тёплое. Кагеяма осторожно опускает Шоё на пол и быстро окутывает маленького в своё полотенце. — Если простудишься, не буду целовать, — Шоё теперь не может без него. Без его поцелуев. — Я сам буду целовать тогда, — поднявшись на носочках Шоё целует Кагеяму в губы. — Вот почему мы и в игре любим быть настойчивыми, — Кагеяма смачно поцеловав, резко поднимает Хинату на руки и уходит в раздевалку.