our adolescence

chocolate

— Почти ничего не осталось! Юнги наклоняется к Шэню, смотря через его плечо на торговый автомат. В нём пять шоколадок в ярких обёртках, две баночки с ягодной газировкой, несколько упаковок снэков и чипсов. Шэнь выглядит недовольным, отсчитывая монеты, и Юнги поглаживает его по плечу. Он знает, как друг хотел перекусить этими вредностями, что даже свой упакованный обед не доел. — Может на первом этаже выбор получше? — пожимает плечами Юнги. — Сходим? — Да нет, — вздыхает мальчик и жмёт на кнопку, проталкивая в разъём по одной монете. — Возьму эти чипсы. Если пойдём по этажам — точно замёрзнем. Юнги кивает и трогает свои волосы, спрятанные под капюшоном. Они ещё слегка влажные, холодят кожу на затылке. Он понимает, что не стоило выходить из раздевалки, не просушив их, но отказать другу, который побоялся один ходить на второй этаж, он не смог. Хотя и у самого Шэня с волос капает ничуть не хуже. Юнги теребит застёжку-молнию на олимпийке, переминается с ноги на ногу, поглядывая в конец коридора. Если их сейчас заметит кто-нибудь из взрослых — беды не миновать. Хоть они и одни из самых послушных в группе по плаванию среди ребят, но сейчас мальчик чувствует себя каким-то нарушителем. — Наконец-то! — восклицает Шэнь и легонько стукает автомат. — Будешь? — Нет, — Юнги мотает головой. — Тогда я ещё шоколадку возьму в дорогу, — говорит Шэнь и лезет в карман, звеня мелочью. — Подержишь? Юнги сжимает хрустящую упаковку, читая забавное описание чипсов. Ноги в спортивных штанах понемногу слабнут, и мальчик застёгивает молнию олимпийки до горла. Хочется в тёплую раздевалку, отогреть голову под шапкой и полежать на скамейке, расслабляя конечности. Хорошо, что тренировка закончилась пораньше, и на улице ещё не успела разыграться метель, которую прогнозировали ближе к обеду. Есть время доехать до дома в безопасности. Мама должна приехать минут через двадцать, и Юнги хочет, чтобы время шло поскорее. Он ёжится, чувствуя влагу на коже, быстро скидывает капюшон, вытирая им заднюю сторону шеи. Это не слишком правильно, но полотенца под рукой нет, поэтому Юнги поджимает губы, промакивая волосы. — Вау! Мальчик от неожиданности вздрагивает, резко оборачиваясь. С конца коридора идут двое ребят в одинаковой форме: чёрные шорты до колен и простая футболка. Форма знакомая, отчего Юнги вздыхает облегчённо. Но когда рассматривает идущих — в животе резко сжимается от напряжения. Он отворачивается и пихает Шэня в бок. — Там твой брат идёт. — Где? — мальчик поворачивается, хмуря брови, а после щурится, замирая на месте и сжимая шоколадку. — Ничего, сейчас мы уйдём, Юнги-и. Подожди немного. — И снова отворачивает голову, запихивая еду в сумку. Юнги не успевает взять себя в руки и натянуть капюшон, как сзади слышится топот, а после его обхватывают поперёк живота, слегка отрывая от пола. — Приве-е-ет, рыбка! — с усмешкой выдыхают в ухо, а после охают от того, что Юнги метко, хоть и несильно, ударяет локтём в живот. — Ай, ты чего дерёшься? — Отстань, Сяо, — бурчит Шэнь и прижимает сумку к себе. — А? Почему у вас волосы сырые? — хмурится Сяо, сжимая Юнги крепче и скидывая его капюшон. — Тренировка уже кончилась? Почему не в раздевалке сидите? — Да. Пока не хотим, — отвечает Шэнь и скрещивает руки на груди. — А вы тут что делаете? — Во-первых, это наш этаж, — со смешком отвечает мальчик, — во-вторых, у нас перерыв. Ну а в-третьих… — Он разворачивается вместе с Юнги, гладит его по макушке и указывает на стоящего напротив незнакомца. — Мы пришли закупиться. Юнги, больше не удерживаемый крепкими руками, отходит в сторону, поправляет капюшон и поднимает голову. Юный боксёр смотрит прямо на него, приподняв брови. Его щёки слегка красные, короткие чёрные волосы совсем растрёпаны во все стороны. Он выглядит примерно одного возраста с Юнги, только кажется немного повыше и покрупнее. Юнги скашивает глаза на Сяо, возящегося возле автомата, Шэня, который пристально смотрит на брата, но почему-то не уходит. Юнги сжимает на секунду ладони в кулаки от волнения, а после расслабляется и поднимает лежащую на полу сумку. — Чонгук. Голос мальчика чуть высокий, спокойный. А сам он смотрит взволнованно, протягивая руку вперёд. Юнги думает недолго, вытирает влажную ладонь об олимпийку и тянет навстречу. — Юнги. Ладонь сжимают крепко и сильно, почти больно, отчего мальчик хмурится, вскоре дёргая её на себя. — Это мой лучший друг, кстати, — говорит Сяо, доставая уже вторую пачку печенья. — Шэнь, помнишь ведь его? — Помню, — тихо отвечает Шэнь и машет Юнги. — Ну, пойдём? А то тренер может спохватиться. Юнги кивает и уже делает шаг в сторону, как неожиданно Чонгук загораживает проход, слегка разводя руки в сторону. — Ты занимаешься тут плаванием? — спрашивает он. — Угу. Юнги перехватывает взгляд хмурого Шэня и снова делает попытку обойти. — Понятно, — кивает мальчик и опять виляет в его сторону. Юнги скрещивает руки на груди, поджимая губы. Такие шутки кажутся ему глупыми, а ещё он озяб и хочет побыстрее оказаться в раздевалке. Хочет, чтобы этот боксёр перестал смотреть так пристально, приоткрыв губы. Но мальчик продолжает смотреть, а после будто приходит в себя. — Вот, угощаю. — Он протягивает вытащенную из кармана шоколадку. Маленькую, в белой обёртке с красными надписями. — Я не ем шоколад. Спасибо, — кланяется Юнги и, понимая, что никто больше не собирается удержать, срывается с места и едва не бегом догоняет Шэня, чувствуя до самого поворота пристальный взгляд.

cake

Юнги сжимает ладони, жмурясь от налипшего на ресницы снега. Он прижимается плотнее к стене, вытирает глаза и получше натягивает на пальцы перчатку. Снег сегодня метёт особенно сильно, но воздух не холодный, ноги не мёрзнут. А может это из-за того, что мальчик не так долго стоит на улице. После того, как Шэня забрали родители, Юнги не стал сидеть в холле и вышел на улицу, дожидаясь папу. Очень хотелось подышать свежим воздухом. К тому же, в холле собиралась команда хоккеистов, большая, шумная, взбудораженная предстоящими соревнованиями. Юнги не хотел привлекать внимания, поэтому потихоньку протиснулся к выходу. Мальчик шмыгает носом, получше затягивает шарф, а после медленно переводит голову вправо, откуда слышится хруст снега. Чонгук стоит в нескольких шагах, его руки спрятаны в карманах, шапка сдвинута немного набок. Он осматривает напрягшегося Юнги с головы до ног, а после отворачивает голову. Юнги отходит на полшага назад, выдыхая. Прошло пару дней с тех пор, как он видел этого боксёра, и его взгляд до сих пор мелькает в воспоминаниях, как и хватка, от которой ещё долго покалывало пальцы. Юнги хорошо знает брата Шэня, а если этот мальчик его лучший друг, то ожидать от него можно примерно того же, что и от Сяо. Вжикает застёжка-молния, слышится бумажный хруст, и Юнги резко поворачивается, замечая, что к нему подходят. — Привет. Тебе что-то нужно? — сразу же спрашивает он, смотря в карие глаза. — А? — удивляется Чонгук и останавливается. — Я просто… — Просто так караулишь меня уже второй день? — Я не караулю!.. — восклицает мальчик и дёргает подбородком. — Я хотел поговорить, но не было возможности. То ты ходил со своим другом, то я был занят… — О чём ты хотел поговорить? — Юнги говорит спокойно, но у самого от волнения распирает изнутри. Честно, он слегка трусит под взглядом мальчика, которого видел от силы раза четыре, а ещё от его странных поступков не становится спокойно. Он знал, что группа боксёров в их спортивном комплексе могла быть нагловатой и бестактной, но не думал, что один из них обратит на него внимание. Но и пытаться обратиться с вежливым «хён» он не планирует, потому что, по словам Шэня, этот мальчик младше его. — Не молчи. — Вот! — резко выпаливает Чонгук и вытаскивает из кармана небольшой бумажный свёрток. Юнги прижимает руки к груди, напряжённо рассматривая плотную коричневую бумагу. Такую, в которую обычно упаковывают сладости из пекарен. — Это тебе. Ты не любишь шоколад, поэтому я принёс пирожные. Домашние пирожные. — С-спасибо. — Юнги осторожно забирает свёрток, стаскивает сумку и укладывает пирожные в боковой свободный кармашек. — Слу-.. Эй!.. Чонгук забирает его сумку, закидывая себе на плечо, перехватывает руки Юнги, наклоняясь так близко, что мальчик вжимается спиной в стенку. Изо рта боксёра вырывается пар, пока он прикрывает на мгновение глаза, облизывает губу и внезапно кладёт ладони на щёки Юнги. Тот вздрагивает от того, настолько холодны его пальцы, и вцепляется в его запястья, слегка сжимая. — Что ты?.. — На сколько ты можешь задержать дыхание под водой? — тихо спрашивает Чонгук, наклоняясь ещё ниже, соприкасаясь курткой с курткой Юнги. — На сколько? — Н-не знаю, — голос Юнги чуть дрожит, потому что изнутри опаливает лёгким испугом, от разгорячённого взгляда напротив по спине ползут мурашки. Юнги чувствует дикую неловкость, особенно когда холодные и не слишком мягкие пальцы Чонгука начинают поглаживать щёки. Он, кажется, хочет снова что-то сказать, но взгляд мечется, хватка слегка ослабевает, и Юнги тоже отпускает его запястья. Они стоят так, молча и напряжённо, а потом Чонгук внезапно улыбается. Это меняет его лицо, убирает холодность и строгость, делая сразу тёплым, располагающим к себе. — Сколько тебе лет? — спрашивает Юнги, отстраняя руки мальчика от своего лица. — Тринадцать, — тихо говорит Чонгук, внимательно следя за его движениями, размеренно дыша. — А мне четырнадцать, так что я старше тебя, — заключает Юнги, чувствуя какое-то облегчение от своего преимущества. — Это значит, что ты должен называть меня хёном. — Не буду, — качает головой мальчик. — Почему это? — вспыхивает Юнги, сжимая кулаки. — Это будет неуважением. Чонгук меняется в лице, заметно нервничает, отстраняясь. — Я не могу… Не могу называть тебя так. — А!.. — Юнги вцепляется в низ курточки, подаваясь вперёд, и ахает, замечая въезжающую в ворота серебристую машину. — Отдай, пожалуйста, сумку. Юнги шмыгает носом, волнуется, когда машина скрывается за поворотом. Он знает, что через некоторое время папа остановится на парковке и пойдёт к главному входу, поэтому его нужно опередить. — М-м? — Чонгук переводит на него немного расфокусированный задумчивый взгляд, поправляя шапку. — Что случилось? — Отец за мной приехал. Мне нужно идти. Чонгук оглядывается, а после пожимает плечами, смотря на Юнги. — Но там никого нет. — Он на парковке, — с нажимом говорит Юнги, — и если ты не отдашь мне сумку, то я!.. — Ты что, за задиру меня считаешь? — Чонгук хмурится, вмиг становясь похожим на того, каким Юнги увидел его впервые. Он одним движением снимает красную спортивную сумку с плеча и протягивает Мину. — Думаешь, заберу её с собой? Я как-то обидел тебя? Юнги мотает головой, прижимая сумку к себе и поджимая губы от волнения. Тон боксёра меняется со спокойного на сердитый, а после снова на спокойный, когда он выдыхает и пихает руки в карманы: — Хм, извини. Он разворачивается и уходит в сторону небольшой площадки, по пути пиная в сторону чей-то припорошенный снегом мяч. Юнги дышит прерывисто, прижимая к себе сумку, и едва не тонет в сугробе, когда пробирается по стенке вперёд, к повороту, за которым его ждёт папа.

lollipops

Грубый и чуть шершавый канат под пальцами натягивается и слегка пружинит, когда Юнги отпускает его. Он ещё некоторое время рассматривает небольшой ринг, а после отходит от него. В голову начинают лезть не слишком приятные мысли о том, что на этом ринге делают. Будто в клетке, откуда нельзя просто выйти и остаётся либо стоять до последнего, либо отдать победу, оказавшись уничтоженным. Юнги не часто смотрел бокс по телевизору, но нескольких раз вполне хватило, чтобы он ещё раз убедился — это действительно страшно. Юнги обходит скамейки и снова смотрит в угол. Там находится Сяо и его тренер, который что-то объясняет, показывает на мат, и мальчик тут же опускается на него, делая упражнения. Уже почти десять минут прошло с прихода, и Юнги не знает, сколько ещё ждать. Вообще, он согласился пойти сюда с Шэнем, которому нужно было поговорить с братом, не слишком легко. Сначала обдумывал и отпирался, но под взглядом друга не смог отказать. Боксёры уже закончили тренировку, и в зале осталась всего пара человек, так что Юнги было немного спокойнее заходить туда. Шэнь пообещал, что сразу же отзовёт брата в сторону, но как только оказался в зале, тут же махнул рукой и разрешил Сяо не торопиться. А сам кинулся рассматривать инвентарь, ощупывать ринг, читать плакаты на стене, пока его брат тренировался. — Он будет в спарринге скоро участвовать, поэтому ему нужно много тренироваться! — шептал недавно Шэнь. — Вот он и задерживается в зале уже второй день. Юнги вздыхает, потирает щёку, оглядывая зал. Становится волнительно, когда он замечает в другом углу, где стоят зелёные боксёрские груши, Чонгука. Он заметил его давно, конечно же, но тогда подойти не решался, бродя подальше от него. Сейчас он понимает, что не может просто не обращать внимания, делая вид, будто с интересом рассматривает зал. Он медленно идёт к грушам, и с каждым новым шагом чужие удары становятся отчётливее, громче. Юнги садится на скамью, сжимая её пальцами, украдкой смотрит на Чонгука, что буквально в десяти шагах. На нём серая футболка, шорты не такие, какие обычно, и Юнги задерживает взгляд. Боксёрские перчатки красные, броские, от их вида внутри что-то поджимается, покалывает, и Юнги резко отводит взгляд, вслушиваясь в удары. Один короткий, два быстрых, снова короткий. Всё это разбавляется отрывистым дыханием, скрипом пола от кроссовок. Юнги сглатывает и снова поднимает голову, тут же встречаясь взглядами с Чонгуком. Тот останавливает покачивание груши, вытирает лоб и идёт к скамейкам. Юнги сжимает ладонями коленки, наблюдает за тем, как мальчик снимает перчатки и кладёт на скамью, как садится сам и тянется к бутылке с водой. Он пьёт достаточно долго, и за это время Юнги аккуратно успевает придвинуться поближе к краю скамьи. — Привет, — тихо говорит он. Чонгук поворачивает к нему голову. Его чёлка взмокшая, лоб блестит, а лицо красное. Он кивает, закручивая крышку бутылки. — Извини меня, — сквозь стук сердца в ушах продолжает Юнги. — Я не считаю тебя задирой и не думал про тебя ничего плохого, просто испугался и… Я не ожидал, что так всё получится. Юнги закрывает глаза, медленно дыша. Он смог, он сказал о том, что его терзало все выходные, извинился. Внутри становится так легко, и Юнги понимает, что это чувство очень приятное. — Я не злюсь и не обижаюсь, — отвечает Чонгук и встаёт с лавки, перетаскивая свои вещи поближе к Юнги и улыбаясь. — Я тоже переживал из-за этого, понимая, что был слишком напористым. Прости за это. Юнги кивает и осторожно подсаживается ближе, наблюдая за неторопливыми движениями. — Ты тоже участвуешь в боях? — Нет, я здесь за компанию, — отвечает Чонгук и кивает на Сяо. — А ты здесь почему?.. — За компанию. И тебя хотел увидеть, — говорит Юнги и широко улыбается, зачёсывая чёлку назад. Внезапно становится тихо, Чонгук выпрямляется, не отводя от него глаз. Юнги задерживается взглядом на его руках, которые под таким углом кажутся сильными, на плечах, а когда тот подходит к нему, переводит взгляд на лицо. Чонгук откладывает полотенце на лавку и протягивает Юнги горстку леденцов в пёстрых обёртках. — Угощаю. — Спасибо, — растерянно отвечает мальчик, перебирая их в ладонях. — Ты всегда при встрече даёшь мне сладости. Почему?.. Юный боксёр медленно опускается на корточки, кладёт руки на колени Юнги. Тот скашивает взгляд на плотные бинты на ладонях, аккуратно трогает чужие пальцы. Дыхание Чонгука всё ещё тяжеловатое, блеск не пропадает из глаз, и его пальцы неожиданно сжимают в ответ, потирая кожу миновых ладоней. Он склоняет голову, рассматривая Юнги, а после подтягивается повыше, улыбаясь: — Хочу тебя баловать. Юнги чувствует, как к лицу приливает жар, как в животе начинает крутить. Он резко отводит взгляд. — Ты что такое говоришь? — Ты ведь любишь сладости, — говорит Чонгук и придвигается ближе, опаляя шёпотом почти у самого уха, — хён. Когда Юнги удивлённо поворачивается, он снова коротко улыбается и поднимается, двигаясь к своей сумке и укладывая туда перчатки. — Юнги! Мы уже закончили! Мальчик медленно переводит взгляд на Шэня, который бурно машет ему с другого конца зала с улыбкой. Юнги поднимается с лавки, смотрит на Чонгука, который выглядит сосредоточенным, разматывая бинты. Ноги не дрожат, но идти всё равно трудно, особенно когда Чонгук в один момент поднимает голову и говорит: — Я очень рад, что мы помирились.

kiss

Юнги осторожно выглядывает из-за угла, постукивая пальцами по стенке. Он глубоко вдыхает, беря себя в руки, и идёт вперёд. Он переступает порог зала бодро, но слегка тушуется, когда видит ребят-боксёров, находящихся тут и там. Отовсюду слышатся выкрики, скрипы, смех. Юнги плотнее натягивает на голову капюшон толстовки, быстро бегая взглядом из одного угла в другой. Он проходит мимо скамеек, ловит непонимающий взгляд тренера, которого вскоре окликают, и вздыхает нервно. Он не рассчитывал, что его так быстро заметит главный. Но, кажется выгонять его не собираются. На Юнги мальчишки не обращают особого внимания, они заняты своим, но он всё равно старается держаться ближе к стенке. Мальчик находит взглядом Сяо, который энергично молотит грушу под смех остальных, замирает на месте, не зная, подойти или нет. — Аккуратней, — раздаётся сзади, и Юнги чувствует лёгкий толчок. — Ой! Мин отскакивает в сторону, задевая ногой лавку и смотрит на ребят, которые тащат несколько чёрных матов. — Чего на месте замер? — А, ты не отсюда? Юнги мотает головой и отступает назад, когда к нему наклоняется один из мальчиков. Внезапно капюшон оказывается скинутым, и Юнги возмущённо вскидывает голову, хватаясь за ткань. — Да не, первый раз его вижу. — Ха, какой ты миленький, — улыбается тот, который повыше остальных и приковывает взгляд своими насыщенно-красными волосами, выбритыми у висков. — Заблудился? — Не волнуйтесь, я уже ухожу, — кланяется Юнги, сжимая вспотевшими ладонями спортивные штаны. Едва он выпрямляется, то замечает, как любопытные взгляды ребят переходят за его спину, а спустя секунду на голову падает ткань, закрывая обзор. Юнги вцепляется в неё, понимая, что это полотенце, и слегка сдвигает его, резко оборачиваясь. У Чонгука немного мокрые волосы и ворот футболки, напряжённость в глазах. Он трогает Юнги за плечо и подталкивает в сторону. — Я провожу его. — Ладно, только потом не забудь ключи Чхве отдать. Чонгук машет на это рукой и снова переводит взгляд на Юнги.  — Пойдём. Юнги идёт с ним в один шаг, и только спустя пару секунд понимает, что на его голове всё ещё находится полотенце. — Не снимай, — предупреждает Чонгук, перехватывая его руку. — Многие на тебя смотрят. — Но я ведь упаду! — тихо восклицает Юнги и шмыгает носом, когда мальчик берёт его за руку и притягивает к себе. — Я буду вести, не бойся. Вскоре они заходят за угол, где стоят небольшие скамейки и умывальник. Юнги медленно садится и стягивает полотенце, пахнущее порошком. — Ты один сюда пришёл? — Да, — кивает Юнги, комкая полотенце в руках. — В-вот. — Он достаёт из кармана чёрный нагретый напульсник и протягивает удивлённому мальчику. — Сяо сказал, что ты потерял напульсник, а я… А Шэнь его сегодня у раздевалок нашёл. Никто из наших его не крал, честное слово! Не знаю, как он оказался там. — И ты пришёл, чтобы отдать? — Чонгук садится рядом и растирает ладонями лицо. — Ну да, — непонимающе отвечает мальчик. Он немного не ожидал подобного тона, поэтому от волнения сжимается в груди. — Что-то не так?.. — Нет-нет, — Чонгук качает головой и смотрит на него. — Я просто удивлён. И очень рад. Большое спасибо. — Он улыбается, ерошит волосы на затылке и придвигается ближе. — Испугался сейчас, наверное? — Нет, — отвечает Юнги, передавая напульсник и укладывая ладони на колени. — Я тебя не видел в зале, а потом ты так неожиданно появился… — Я в подсобке был. Мы разбирали инвентарь. Как тебя увидел, — Чонгук осекается, шумно выдыхает и продолжает, — то сразу подошёл. Ты таким решительным был, что я застопорился даже. — Конечно, — кивает Юнги и скрещивает руки на груди. — Я ведь не боюсь подобного. — Верно, — улыбается мальчик и тянет руку к его голове, мягко поглаживая волосы. — Может, тогда поддержишь меня на небольшом соревновании сегодня? — Соревновании? Ты… Вы драться будете? — вырывается растерянно и волнительно, и у Юнги резко стягивает внутри. — М-м, — Чонгук отворачивается, задумчиво постукивая пальцами по коленке, и Юнги подскакивает на месте, сжимая кулаки. — Ха-ха, нет, не драться. У нас обычный армрестлинг будет. Не волнуйся. — А… — Юнги потихоньку теряет запал и напряжение. Он опускается на скамейку. — Понятно. Значит, я могу здесь остаться? — Конечно, если тебя не собираются забирать в ближайшее время. — За мной приедут попозже. Они сидят молча в неловкой тишине, пока Юнги рассматривает видимые из-за угла маты, на которых разминаются боксёры. Их немного, все в одинаковой форме и слушаются одного, того красноволосого, что стоит над ними и что-то объясняет. — А почему ты не разминаешься? — Юнги в один момент поворачивается назад и сглатывает, смотря на придвинувшегося совсем близко Чонгука. — У нас перерыв пока, но некоторые решили позаниматься, — тихо отвечает мальчик и касается его щеки, поглаживая. — Я занервничал так, когда увидел тебя в окружении ребят. — Почему? — так же тихо спрашивает Юнги, не зная куда деть руки. — Думал, что тебя могут увести. — Я бы никуда не пошёл, — фыркает мальчик и трогает чужое запястье, слегка сжимая. Чонгук тянется ещё ближе, кладёт руку на спину и жмёт к себе. Юнги немного поглаживает его футболку и обнимает в ответ, облизывая губу. Это так волнительно, и знакомый жар затапливает живот, стремится вверх. — Ты очень-очень красивый, — шепчет Чонгук. — Как впервые тебя увидел у автомата — сразу понял, что очень хочу всё о тебе узнать. И гулять вместе, и общаться, и всё-всё. Юнги прижимается лбом к его плечу, поглаживает по лопаткам и отстраняется. Чонгук выглядит взволнованным, кусает губы, но смотрит открыто и серьёзно. Юнги не сдерживает смешка, и после вопросительного взгляда напротив улыбается, жмурясь: — Я тоже хочу всё это. Когда Юнги чувствует тепло у лица, то медленно открывает глаза, а Чонгук целует его в ту же секунду, прижимая к себе. С губ лёгкий поцелуй переходит на щёку, и боксёр потирается о висок Юнги, перед тем как отстраниться. — Э-это!.. — Мин расцепляет хватку и касается ладонью щеки, потирая. — Ты меня поцеловал! — У меня теперь полно сил. Спасибо за это, — смущённо улыбается Чонгук. — Теперь я точно выиграю. Он встаёт с лавки, отряхивает шорты и идёт к раковине, выкручивая краны и подставляя руки под воду. — Я, наверное, сгорю сейчас от неловкости, — поясняет он, растирая щёки и посматривая на Юнги сквозь пальцы. А тот всё ещё жмётся к стене, приоткрыв рот и потирая кожу, которую ещё слегка печёт. — Всё хорошо? — взволнованно спрашивает Чонгук, наклоняясь к нему и хмуря брови. — И-извини, просто я подумал!.. Юнги подскакивает на лавке и обнимает его, тяжело дыша и зарываясь носом в тонкую мягкую футболку. Спустя миг он чувствует прикосновение к голове, поглаживание по макушке, а после руки на спине, которые прижимают ближе. — Ты правильно подумал, — говорит Юнги, глубоко вдыхая и расслабляясь. И он ни за что не скажет, что сегодня буквально отбил напульсник у Шэня, заявив, что вернёт его сам, раз и нашёл сам. Это ведь очень ответственный и благородный поступок. Ну, ещё внутри теплилось маленькое любопытство: какую сладость Чонгук вручит ему в этот раз, удивив и вызвав на лице улыбку, сорвав с губ слова благодарности. А в этот раз они разделили сладость на двоих.