Marfud

— Чимин? — Тэхён лежал на кровати с закрытыми глазами, разложившись звездой. — Можем сегодня встретиться? — Привет, Тэхён-а. Что-то случилось? — обеспокоено. — Ну, — искривив губы, — что-то вроде того. Обсудим при встрече? — Конечно. Где и когда?       — Давай в нашем месте, в шесть. Захвати Юнги. — Договорились. До встречи, Тэхён. — До встречи, — он кинул телефон на кровать и, скинув с себя одеяло, встаёт, решая пойти в душ. Шлёпая босыми ногами по холодному полу, Ким заходит в ванную, цепляясь взглядом за своё отражение в зеркале: спутанные, вьющиеся пряди спадают на лоб, чуть прикрывая глаза. Тэхён трёт ладонями лицо, убирая те за уши, и включает воду. Приведя себя в человеческий вид, он решает собраться и выехать сейчас, чтобы заехать к Намджуну, перед тем как встретиться с Чимином и Юнги. Написав смс-ку о том, что скоро будет, Тэхён сел в свой гелик, громко захлопнув дверь. Так может делать только он. Захлопни кто другой так его машину, он бы ему точно руки оторвал. Все считали его машину пафосной и бесяче-вычурной, слишком привлекающей внимание, а ещё безвкусной. Тэхёну это было только в плюс. Его Мерседес — пуленепробиваемый внедорожник. Оба этих фактора были основными критериями отбора при покупке машины. Ездит она, конечно, не слишком быстро, но Тэхёну и убегать не от кого. А гонять со скоростью света по городу — явно не его хобби. Он любит размеренный и спокойный образ жизни. Только если это не касается работы. Там он — хищный, быстрый зверь; меткость и хладнокровие — его второе имя. Многие могут подумать, что он жестокий человек, раз убивает людей просто так, за деньги, без веской причины. Однако, во-первых, — к счастью, или к сожалению, большинство тех людей, которые вертятся с ним на одном уровне пищевой цепи, не заслуживают права на существование, ибо творят отвратительные и ужасные вещи. А Тэхён, как великий услужник морали, берёт на себя долг наказать заблудшие в грехе дýши. Во вторых, убийство — не самое страшное наказание. Тем более, стреляет он метко, что не заставляет никого никогда мучаться. Одним злом на Земле меньше, разве это плохо? Его тонированный гелик всегда привлекал взгляды: не восхищённые, скорее — удивлённые. Тэхён любил производить впечатление. Он ненавидел позеров, хотя сам таковым и являлся. Припарковавшись возле многоэтажного стеклянного офиса Намджуна, он вышел из машины, зайдя внутрь офиса, ему коротко кланялись при встрече, где он — уважаемое лицо. Все его знали, некоторые даже немного побаивались, будто он убивает всех подряд. На самом деле, ему ни до кого не было дела. Совершенно. Он спокойно живёт в одиночестве, довольствуясь редкой компанией из его «коллег», с которыми он встречается раз в два-три месяца. Его всё устраивало. Он не хотел пускать никого в своё личное пространство. С людьми он был кроток и не слишком эмоционален, что вызывало ещё большее уважение — люди видели в этом мудрость и рассудительность. Тэхёна это ещё больше забавляло. Он не был общителен и дружелюбен, а его холод и безразличие во взгляде не способствовало тому, чтобы заводить новые знакомства, и люди попросту обходили его стороной. Так было не всегда. В детстве Тэхён был очень открытым и дружелюбным ребёнком. Но потеряв в юном возрасте мать, стал закрываться, хотя и не утратил полностью детской наивности. Его отец был успешным бизнесменом. Когда Тэхёну было семнадцать, бизнесу отца пришлось не сладко, от чего ему пришлось рано пойти работать, чтобы никого не беспокоить. Отец стал винить сына, что он виноват в крахе его «детища», что из-за него ему пришёл конец. Почему он виноват — Тэхён так и не узнал. Когда ему исполнилось восемнадцать, его отца убили, потому что тот не выплачивал долги, которых накопилась уйма. Тэхён, не долго думая, принял решение выбрать ту профессию, которая сможет мстить таким людям, которые убивают без веской на то (как ему казалось) причины. Познакомившись с Намджуном (тот нашёл его около какого-то клуба, когда Тэхёна избили трое незнакомцев за просто так), он решил взять его под опеку — обучить, сделать профессионалом. Намджун — бывший киллер, но из-за проблем с плечом, которым он словил когда-то пулю, он не смог больше работать, став боссом крупной организации, под прикрытием занимающимся продажей и экспортом коллекционного оружия. Тэхён быстро всему научился, став самым востребованный наёмным киллером в их стране. Уже в девятнадцать лет он перестал считать количество заказов — это число росло в геометрической прогрессии. Тэхён шёл по коридору, коротко глянув на часы на своём запястье — до встречи оставалась ещё пара часов. Постучав дважды, он зашёл в кабинет, не дожидаясь ответа. — Привет, Тэхён, — Намджун поздоровался первым, приветливо улыбаясь и не отрывая взгляда от бумаг. — И тебе не хворать, — Тэхён осматривал кабинет, как в первый раз, ища, ничего ли не изменилось. — Чего пожаловал? — Ким-старший встал из-за своего стола, подходя к кофемашине. — Спросить поподробнее о Чонгуке, — Тэхён старался звучать максимально непринуждённо, будто этот вопрос назрел у него буквально только что. Намджун усмехнулся, взяв две чистых чашки. — Что конкретно тебя интересует? — Абсолютно всё. — Не думаю, что владею бóльшим количеством информации о нём, чем ты. — И всё же. Я знаю только, где он учился и на кого. Знаю, почему он не пошёл работать по профессии, и знаю, что он невыносимый идиот. И дело не в его интеллекте. — Вы уже познакомились? — Намджун жестом показал ему сесть, поставив чашки с кофе на стол. — Это сложно было назвать знакомством. Я пытался ему позвонить, а он лишь сбрасывал трубку, позже написав сообщение, в котором было место и время нашей встречи. Ты вообще можешь себе такое вообразить? Намджун хмыкнул, садясь обратно в кресло. — Я назначил ему дни и время, когда мы будем встречаться, — кривя губы. — Он просто полный идиот, Намджун. Придурок, — делая глоток кофе. — Тэхён, он, может, и придурок, но не думай, что он глуп. В университете, как и в школе, он учился славно и довольно успешно закончил как первое учебное заведение, так и второе. — Учебные заведения, как ты выразился, — повторяя его интонацию, — никогда не были показателем ума. — В целом, я с тобой согласен. Но дело не в его оценках или успеваемости. Сбросим со счетов учёбу. Взгляни на это под другим углом. — Что ты имеешь ввиду? — скептически хмуря брови. — Насколько мне известно, он, так же, как и ты, решил не идти по профессии не потому, что не было возможности. А потому, что им двигало то же, что и тобой в своё время. Понимаешь, о чём я? — Что ты хочешь этим сказать? — Тэхён вновь нахмурился. Вспоминать прошлое неприятно. Особенно, если оно болезненное. Особенно, если никто не знает, что оно таковым является. — Я хочу сказать, что Чон Чонгук не просто богатенький отпрыск, которому всё на блюдечке с голубой каёмочкой. Он решил пуститься во все тяжкие не потому, что ему вдруг стало скучно. — Не тяни кота, ради бога. — Он потерял семью, Тэхён, — Намджун замолчал, уставившись в стол. — Его родители владели какими-то акциями в компании одного моего знакомого. Мир тесен, — старший задумчиво опустил взгляд в стол. — Они не выплачивали ему какой-то налог, там завязалась ссора, они хотели разрушить бизнес моего друга, а потом… потом он нанял киллера, и тот убил их обоих. Чонгук тогда выпускался со школы. Он поступил в университет только потому, что это было единственным желанием его отца. Он всегда хотел, чтобы тот вырос «нормальным» и жил спокойной жизнью, не следуя по собственным стопам. Чонгук отучился, но месть оказалась выше обещаний. Так он и стал работать то там, то здесь, набираясь опыта. Чонгук хороший парень, — он внимательно посмотрел на младшего Кима. — Он как ёж, с ним может быть тяжело. Тут вы с ним очень похожи, — он осмотрел Тэхёна снизу-вверх, по-доброму усмехнувшись. Тэхён только закатил глаза, но спорить не стал. — Просто обучи его. Пусть этот малый выполнит свой долг, который сам себе придумал, отомстит этим людям, что убили его родителей, и вернётся к нормальной жизни. Ему не нужно всё это, Тэхён. Его нельзя испортить. Постарайся не опорочить это нежное создание, — Намджун улыбнулся, показывая ямочки. — Я отвечу на звонок? Младший молча кивнул. Пока Намджун разговаривал с кем-то по телефону, Тэхён смотрел в окно, переваривая всю информацию, только что поступившую в его мозг. «Его нельзя испортить» — крутилось в голове. Он что, какой-то ангел? Тэхён кивнул Намджуну, что уходит, молча покинув его кабинет.

* * * * *

Ким сидел за рулём, смотря на красный свет светофора, облокотив локоть на дверь, водя пальцем по нижней губе. Размышления о Чонгуке всё никак не покидали его голову. Из раздумий его вырвала музыка, доносящаяся из соседней машины, которая стала на светофоре, рядом Тэхёном. Он со вздохом повернул голову, смотря на объект раздражения. Стёкла были спущены, а за рулём сидел Чонгук, высунув одну руку из окна, и покачивал головой в такт музыке. Тэхён даже подумал, что ему показалось, и приподнял брови, опуская своё окно. — Эй, позер! — окликнул его Ким. Чонгук повернулся в его сторону, улыбаясь и делая музыку тише. — Здравствуйте, — снова выделяя последний слог. — У нас сегодня урок. Надеюсь, Вы помните. Тэхён нахмурился, молча закрывая окно. Чонгук усмехнулся, делая музыку громче. Когда загорелся зелёный свет, он сразу рванул с места, оставляя неповоротливый гелик Тэхёна позади. — Вот же позер, — кажется, он сказал это вслух.

* * * * *

— Привет, Тэхён-а, — Чимин обнял друга, похлопав рукой по спине. — Привет, Чим, — обнимая того в ответ, протягивая руку Юнги. Тот кивнул, слегка приподняв уголок губ. — Ну что, — начал Чимин, — рассказывай. Мне тут нашептали, что у тебя подопечный появился. Я жажду подробностей. Тэхён вздохнул, вспоминая о Чонгуке, и мысленно закатил глаза. — Его зовут Чон Чонгук, и он пиздец как бесит. — Оу, — Юнги усмехнулся. Вид у него был не слишком удивлённым. — Прям так? — Прям так. Мы с ним уже встречались. Дважды, — кривясь. — Сегодня у нас первое занятие. Я не знаю, чего от него ожидать, но мне уже всё это не нравится. — Зачем ты согласился? У тебя, если не ошибаюсь, вчера начался отпуск, — Чимин кивнул официанту, чтобы тот подошёл. — Да, но мне не дали выбора. Я встретился с «работодателем» Чонгука. Скользкий тип. К счастью, Намджун отсрочил мне мой отпуск. Уйду на него сразу, как только закончу с этим. — А что за работа вообще? — Юнги взял меню из рук официанта, дав одно Тэхёну. — Мне нужно научить его всему, что умею сам. За два месяца, — он потёр переносицу, недовольно скривив губы. — Я всему этому сам учился года три. Это опыт. Они не понимают. Особенно этот Лиен. Кто он вообще такой? — Тэхён сделал заказ, отдав меню, вновь повернувшись к ним. — Это был риторический вопрос. Мне плевать кто он. Мне не плевать на то, что это невозможно. Чонгук может быть хоть семь пядей во лбу, но меня раздражает, что если этот молокосос не справится, что, скорее всего, так и будет, то виноват буду я. И неважно, что это, блять, просто невозможно, — он повысил голос, за что получил от Чимина ногой под столом. Тэхён глубоко вздохнул, запрокинув голову. — Я почти в отчаянии. Мне это вообще не сдалось. — Да ладно. Тебе будут неплохо платить. Ты же любишь стрелять. Получай от этого сугубо своё удовольствие. Если он не справится, то ты хотя бы повеселишься. Тебя хлебом не корми, дай пострелять, — Чимин улыбнулся. — Это, конечно, так, но… — он замолчал. — Да брось. Думаешь, он не справится? — спросил Юнги. — Уверен, — Тэхён поблагодарил официанта кивком, когда тот ставил тарелку с его едой. — Давай так, — начал Юнги, — если ты окажешься прав, и этот Чонгук не справится, то я исполню твоё любое желание, а если он справится — тогда исполнишь ты. — Погоди, — недоумённо остановил его Тэхён, — ты что, делаешь на него ставку? — Да, — Юнги облокотился на спинку дивана, скрестив руки на груди. — Ты серьёзно? — Тэхён сел так же, закусив губу. — Вполне. — Ты готов пожертвовать своей задницей, поставив на этого чудака? — Задницей? — Юнги хмыкнул, опустив голову, и кинул на Чимина короткий взгляд. — Пусть так. Ты слишком самоуверен, а мне хочется хоть раз остудить твой жаркий пыл. Я готов пожертвовать задницей, если провалюсь. По рукам? Азарт не заставил себя долго ждать, и Тэхён протянул ему руку. — По рукам, — ухмыляясь. — Только учти, жульничать не выйдет, — сказал Чимин, разбивая их руки. — Как дети малые. И всё же, Тэхён, — став серьёзнее, — я не шучу. Не пытайся выиграть спор, пытаясь подставить Чонгука. — Ты за кого меня тут держишь? — усмехнувшись. — Торжественно клянусь, что замышляю только шалость. Юнги закатил глаза, а Чимин смотрел на него серьёзно, потом улыбнулся, поджав губы, и отпил воды.

* * * * *

Тэхён заехал домой переодеться. Не ехать же к Чонгуку в классическом костюме? Тэхён хоть и шутит, что это свиданки, но это же просто шутки. Он не собирался производить на Чона впечатление, поэтому остановил свой выбор на чёрных брюках и бежевой свободной рубашке. Взяв ключи с тумбочки в коридоре, он, напоследок, нагнувшись, взглянул в зеркало, поправив чёлку, спадающую на глаза, и вышел. Местом встречи был подвал, размером, примерно, пять на семь метров, и три в высоту. Бетонные стены, и точно такой же бетонный пол. На одной из стен была металлическая сетка, увешанная оружием на любой вкус. Тэхён зашёл, включив свет: лампы поочерёдно включались, постепенно освещая всё пространство. — Миленько, — вслух сказал Тэхён, проходя дальше. Взглянув на часы, он вздохнул: до назначенного времени было ещё десять минут. Чонгук пока не опаздывал. Ким подошёл к сетке с оружием, проведя рукой по одному из автоматов. Он снял его со стены, рассматривая в руках, в подвал залетел запыхавшийся Чонгук, снимающий на ходу куртку. — Не торопись, — сказал Тэхён, не поворачиваясь. — Это первое правило. — Мы с теории начнём, да? — усмехаясь. Тэхён повернулся к нему, кидая ему в руки автомат. Чонгук поймал, перепугано и удивлённо подняв брови. — Ты что творишь? — в недоумении. — Мы не переходили на «ты», — усмехаясь. — Да ну тебя. Ты старше меня всего на два года. — И всё же, — скрестив руки на груди, подходит ближе. — И что теперь делать? — Ты, как мне помнится, стрелял, — он подошёл к другой стене, поправляя мишень. — Встань туда, — показывает рукой, — и стреляй. — Что, просто стрелять? А как же напутственные слова? Предостережения? Меры безопасности? Что, ничего этого не будет? Сразу к практике? — У нас два месяца. Стреляй, — он всё так же стоял со скрещёнными на груди руками, облокотившись на стену около Чонгука. — Ладно, — он накинул лямку через плечо, облокачиваясь локтем на что-то на подобии высокого бетонного стола, и прикрыл один глаз. Послышался выстрел. Тэхён лениво перевёл взгляд на мишень, оттолкнулся от стены и, нахмурив брови, подошёл ближе к мишени. — Ты попал, — констатируя факт. — Да, знаю, — Чонгук был не удивлён, продолжая простодушно смотреть на озадаченного Тэхёна. — Хм, — он закусил губу. — Славно. Будем тренироваться тут неделю. После, я попрошу дать тебе настоящую работу. Тебе нужна практика. В тире стрелять и убивать людей — далеко не одно и то же. Иногда приходится побегать и попотеть. — Я понял, — Чонгук положил автомат перед собой, засунув руки в карманы. — Мы не закончили, не расслабляйся. — Тамада у вас скучный и конкурсы неинтересные, — Чонгук поджал губы, смотря на Тэхёна, у которого, кажется, начала вздуваться вена на лбу. — Что, прости? — он нахмурился и стал подходить ближе. — Говорю, что в тире я и в парке пострелять могу, на досуге. Я сюда не за этим пришёл. Да и тебе такое нахуй не надо. Тэхён сощурил глаза, скрестив руки, и подошёл ещё ближе. — Не понял. Повтори. — Ты что, издеваешься? — Чонгук нахмурился, доставая руки из карманов. Тэхён резко схватил его за горло, припечатывая спиной к стене. — Ты что творишь? — Чонгук схватил руку Тэхёна, но тот крепко держал его, яростно испепеляя взглядом. — Здесь я диктую правила, — сквозь зубы. — У тебя ещё молоко на губах не обсохло. — Ты больной псих, — прошипев в ответ. Тэхён глубоко дышал ему в губы, опаляя их горячим воздухом, смотря Чонгуку в глаза. — Отпусти, — тише сказал Чон, толкая его руками в грудь. Тэхён, не сопротивляясь, отступил на пару шагов назад. Его грудь высоко вздымалась, а в глазах стояла ненависть. — Ты что, вообще ненормальный? — Чонгук смотрел на него, нахмурившись, тяжело дыша. — Что за цирк? Мы не общаемся и часа, а ты уже меня ненавидишь? Псих, — Чон развернулся, взяв свою куртку, и стал выходить, одеваясь на ходу. Тэхён стоял, сжав руки в кулаки, и выжигал взглядом дверь, шаги за которой гулким эхом звучали в голове.

* * * * *

Ким сидел в своей машине, положив руки на руль, и, облокотившись на них лбом, прикрыл глаза. Он почти успокоился, хотя всё ещё сжимал челюсть, крепко вцепившись в руль. Глубоко вздохнув, Тэхён включил музыку в машине, заглушая неприятные мысли. Его бесило всё: бесил Чонгук; бесило то, что его бесит Чонгук; бесит то, что он не понимает, откуда взялось это раздражение. Чонгук прав: они не общаются и часа, а он уже готов начистить ему лицо. То, что Чонгук прав — тоже, к слову, бесит. После того, как Чон ушёл, оставив Тэхёна одного в подвале, он стоял там ещё какое-то время, смотря младшему вслед. Тяжело дыша, он подошёл к умывальнику в углу подвала, умыл лицо, облокотился на раковину, всматриваясь в своё отражение: брови были все ещё нахмурены, на лбу проступила вена, а желваки ходили ходуном. Да что со мной, блять, не так? — он снова ополоснул лицо, развернулся, забрал своё пальто и вышел. Сейчас, сидя в машине, ему было даже чуть стыдно. Ким завёл машину, выруливая с обочины, и направился к любимому бару. Самое время расслабиться.

* * * * *

Неоновая красная вывеска освещала улицу, искушая и заманивая. Тэхён остановился на парковке, взяв с переднего сидения телефон и сигареты, и вышел из машины, хлопнув дверью. Походка вальяжная, ленивая; на лице улыбка предвкушения. Он любит это место. Полюбил с самого первого дня. Тут приятная атмосфера: без разврата и пошлостей, но расслабляющая во всех смыслах. Зайдя, Тэхён сел за барную стойку, кивнув бармену, зазывая к себе, а сделав заказ, облокотил голову на ладонь, лениво разглядывая присутствующих. Выпив первый стакан, Ким вновь повернулся, следя за танцующей молодёжью. Перевёл взгляд на диван, стоящий в одном из углов бара, и прищурился — там виднелась знакомая темноволосая макушка. Тэхён кинул деньги на стойку, кивая бармену, и встал, направляясь в туалет. Зайдя внутрь, он облокотился на умывальник, смотря на себя в зеркало. В туалете горел тусклый тёплый свет. Тэхён умылся, взял салфетки, витырая ими руки и лицо, а когда позади послышался звук захлопывающейся двери, нахмурился, поднимая взгляд в отражение. Внутрь зашёл Чонгук, не замечая Тэхёна, который внимательно следил за ним взглядом через зеркало. Чон поднял голову, встречаясь с ним взглядом, и замер, смотря странным взглядом. Странным, потому что ничего не выражал — ни раздражения, ни удивления, ни страха. Ничего. Это ещё больше бесит. Тэхён повернулся к нему лицом, скрестив руки на груди, и, облокотившись на мраморную столешницу поясницей, воспросительно поднял брови. Чонгук посмотрел на него ещё секунд пять, затем подошёл к умывальнику рядом, ополоснул лицо, посмотрел на себя в зеркало, боковым зрением замечая, что старший смотрит на него. — Чего пялишься? — не выдержал Чон. — Что, прости? — Тэхён усмехнулся, приподняв брови. — Я сказал — чего пялишься? — он повернулся к Тэхёну лицом, выпрямляясь. — А ты что, смущаешься? — Тэхён поиграл бровями, затем вмиг посерьёзнел, ненавистно смотря на младшего. — Отвали, — Чонгук развернулся, напоследок смерив его презрительным взглядом. — На тёлок своих так смотреть будешь. Тот резко развернулся, в секунду оказавшись около Тэхёна, сжимал кулаки, стиснув зубы и выедая старшего глазами. — Меня таким не напугаешь, — сказал Ким, подняв подбородок, смиряя высокомерным взглядом. — Не беси меня, — сквозь зубы сказал Чонгук, подходя ближе. — А то что? — злобно прошипел Ким, опуская скрещенные до этого руки. — Блять, — шёпотом. Чонгук стоял так близко, что Тэхён чувствовал его горячее дыхание на своём лице. — Какого хера ты следишь за мной? — сказал Чонгук, испепеляя глазами. — Нахуй ты мне нужен? — Тэхён нахмурился, скривив губы в отвращении. — Сука, — Чонгук взял его за шею, сжимая сильнее, чем хотелось бы, прижимая к холодной стене туалета. Тэхён ухмыльнулся, держась обоими руками за мёртвую хватку Чона, закусив внутреннюю часть щеки. — Ты чего лыбишься, псих? — Чонгук вдавливал его в стену, прижимаясь к нему самому. — Ты меня забавляешь, — ответил Тэхён, чуть запрокинув голову, глядя на младшего будто снизу-вверх. — Да что ты? — злобно прошипел Чонгук. — Я думал, я тебя бешу. — Не без этого, Гук-и. — Блять… — Чонгук сильнее прижал его, от чего Тэхёну стал труднее дышать. Но не только потому, что Чон вцепился в его шею. Тэхён толкнул язык за щеку, выгнув одну бровь, и поддался вперёд бёдрами. — Что ты делаешь? — Чонгук глубоко дышал, играя желваками. Тэхён хмыкнул. — Что, блять, тебя так смешит? — Ты делаешь вид, что хочешь меня убить, а на деле ты просто хочешь. — Что? — Чонгук скривился, ослабляя хватку. — Повтори. Тэхён улыбнулся, проводя одной рукой по кожанке Чона. — У тебя стоит на меня. Я тебя возбуждаю. Тебе нравится, когда я говорю все эти вещи, да? — он ухмыльнулся, опуская руку вниз. — Псих, — Чонгук резко отстранился от него, не дав тому коснуться. Тэхён закусил нижнюю губу, провожая уходящего Чона взглядом. Повернулся к зеркалу, умылся ещё раз, затем, улыбнувшись своему отражению, покинул бар.

* * * * *

Сидя в своей машине, Тэхён чуть опустил сидение, высунув руку с тлеющей сигаретой в руке и прикрыв глаза. Расслабился, называется. Кажется, он стал презирать Чона ещё больше. До этого он думал, что больше невозможно. Однако, это оказалось ещё как возможно. Делая затяжку, Ким снова высунул руку в окно. Внезапно, кто-то выхватил его сигарету, и Тэхён резко привстал, а увидев, кто виновник, закатил глаза. — Привет, Тэхён-и. Разреши? — кивая на переднее сидение. — Да, конечно. Привет, Сокджин, — Тэхён кивнул ему, убирая вещи с переднего сидения. — Приехал отдохнуть? — старший сел в машину. На нём был костюм винного цвета и тёмно-синее пальто. Тэхён согласно промычал, доставая губами вторую сигарету. — Отдохнул уже. — Что-то случилось? — Познакомился с одним придурком. — Он что, не согласился переспать с тобой? — Джин хмыкнул, поджав губы. — Ещё чего. Ты же знаешь, я с таким не сталкивался, — ухмыльнувшись. — Просто мы с ним, как бы, «коллеги», — он скривился, делая затяжку. — Намджун, небось, подсобил? — Угадал, — выпуская густой дым, Тэхён прикрыл глаза. — Ясно. Ладно, Тэхён-а, я пойду. Моё веселье только впереди. Был рад увидеться, — он улыбнулся, кивнув на прощание, и вышел. Тэхён сделал ещё одну затяжку, провожая Сокджина взглядом, затем взял телефон, набирая номер Джуна. — Намджун, я не могу. — И тебе привет, — удивлённо. — В чём дело? — Я отказываюсь от работы. Мне плевать, что там и кто попросил. Я не могу. Серьёзно, Намджун, не могу. — Тэхён, ты не понимаешь. — Это ты, блять, не понимаешь, — раздражённо. Тэхён сделал ещё одну затяжку, давая себе время успокоиться. Намджун смиренно ждал. — Этот Чон Чонгук полнейший придурок. Я не собираюсь иметь с ним никакого дела. — Тэхён, — он стал серьёзнее, — я напоминаю, что у тебя нет возможности отказаться. Тэхён шумно вздохнул, потушив сигарету. — Дай совет, хён. Я в отчаянии, — с сарказмом. — Будь терпелив. Сейчас ты учитель. Я правда не могу понять — почему он так тебя бесит? — Я сам не знаю, — едва слышно. — Я, может, тоже больной, но ты не общался с Чонгуком. — Не «может». — Ой, да ну тебя, — Тэхён махнул рукой, поднимая своё сидение. — Я понял. Нет мне помощи. — Тэхён, ты справишься. — Я-то естественно, — он сбросил первый, пожелав Намджуну «спокойной ночи» и бросив телефон на сидение рядом, кинул окурок в окно, заводя машину. Тэхён вырулил на дорогу, включив музыку погромче и постукивая пальцами по рулю. Внезапно у него возникла мысль, которая вызвала на его лице самодовольную ухмылку. Тэхён облокотил локоть на дверь, закусывая губу. — Ну ничего, — вслух, — мы славно поиграем.