Арранкары в мире Наруто

Гулять по пустыне мне быстро надоело, а поедание себе подобных вызывало отвращение. Но как в народе говорят:"Хочешь жить умей вертеться", а я очень хотела жить. Поэтому подавляя рвотный позыв и запихнув подальше свою не пропавшую человечность, я убивала и поглощала Пустых. Надеюсь когда нибудь я стану арранкаром и мне больше не придётся заниматься каннибализмом. Сражения с Пустыми были утомительными никто не хотел так просто прощаться даже с этой недожизнью. Мне приходилось сильно напрягать мозги, чтобы моя атака не оказалась фатальной для меня. Я отличалась сравнительно малыми размерами, в холке достигала немецкой овчарки и по сравнению с другими Пустыми, я была крошкой. Но все было не так печально как на первый взгляд могло показаться, я была очень ловкой и быстрой. Размеры в этом мире тоже не имеют значения. Мои одиночные похождения продолжались бы дальше, если бы в один день не случилось того что перевернуло мою жизнь вверх тормашками. Почувствовав первые нотки усталости, я побрела искать ночлег. Всё таки бои с Пустыми здорово выкачивают силы. Сделав шаг по направлению к знакомой пещере, остановилась как вкопанная, оглушенная громким воем наполненным болью и ненавистью. Любопытство (мой главный порок) включился весьма некстати. Мне бы валить со всех лап оттуда, но я как будто примерзла на месте, не в силах сделать шаг. Твою ж мать. Мысленно уговорив себя только посмотреть, отправилась на звук. Источник шума оказался за соседним барханом. Лужа крови и умирающий Пустой- стандартная картина Уэко Мундо. Пустой лежал в луже собственной крови и тяжело дышал. Осторожно приблизившись, чтобы рассмотреть его удивилась, я много видела Пустых, но все они были какими-то уродливыми гибридами. Этот же был красив. Большая кошка с круглой мордой, небольшими пушистыми ушами, стоящими торчком, с широко посаженными голубыми глазами. Толстые бугры мускулов под белыми пластинами, сцепляющихся в одну большую броню, от основания шеи поднималась линия брони и петляла по спине до самого низа, рассекая даже дыру Пустого на животе и плавно перетекала в длинный похожий на кнут хвост. Не знаю почему, но я почувствовала себя ущербной. Кошка, заметив меня, ощерилась, демонстрируя внушительный набор зубов. Я не придумала ничего лучше кроме как громко фыркнуть и отправиться за Пустым для этого Адъюкаса, мне почему-то не хотелось, чтобы он погиб. Теперь осталось поймать какого-нибудь лоха и сделать ужином для Котейки. Интуиция трубила о том, что моя доброта однажды выйдет мне боком, но я её не слушала занятая поисками ужина. Все таки кошек я раньше любила, как и всех остальных животных. Голубые глаза, поддернутые пеленой боли расширились, когда перед его носом плюхнулась бессознательная туша Монстра. Я кивнула в знаке «ешь», могла бы сказать, но не умела. — Нахуя? — прорычала Пантера, я снова фыркнула и отправилась за второй порцией. Спросил бы чего полегче, я сама не знаю что делаю. Когда я вернулась во второй раз, Пустой все также лежал на песке, но большинство ран уже затянулись, оставляя только небольшие покусы на неудобных местах. Свалив ещё одну жертву, я ушла на безопасное расстояние, с исследовательский интересом наблюдая за тем, как он поедает себе подобного. По мере поглощения раны затягивались. Когда о предсмертном состоянии Адъюкаса напоминала только высохшая лужа крови, я решила отправиться туда куда лежал мой путь до встречи с Пантерой. — Стой — зарычал Пустой, но я не реагируя на его оклик, удалялась от этого места. Я не хотела знать, что ему от меня понадобилось. Не поблагодарить уж точно, в этом мире этого не дождёшься. Поэтому я на всей доступной мне скорости удалялась подальше от Пантеры. Но я не учла одного. Адъюкаса заинтересовало, почему я спасла его. А любопытство такой же двигатель как и лень. В итоге, он постоянно находил меня, где бы я не оказалась, помогал с Пустыми. Я в ответ же скалилась, рычала и пыталась его укусить, показывая этим, что его общество мне не нужно. Но на оскал и рычание приходил такой же ответ, но ещё со злым рычанием «Хуй тебе», на попытки укусить он реагировал весёлым оскалом и прижимал меня к песку всей тушей. Возня продолжалась на песке под мой злобный рык и его короткие порыкивания (кажется это были смешки). Ему было весело, а мне не очень. В мире людей доверие было наказуемым, а здесь тем более. Где гарантии того что он не сожрёт меня в один прекрасный или не очень день? Их не существовало, а жить я хотела. Поэтому я всеми силами пыталась его прогнать, но постоянно терпела поражение. Убедившись в том что Гриммджо крепко спит, я аккуратно вылезла из-под его лапы, попутно поцарапавшись от выпущенных когтей. Оказавшись на свободе, радостно оскалилась. Отлично, а теперь валим. Но на пути к свободе была остановлена грубым рыком: — Куда намылилась? — в голубых глазах не было ни капли сна, он зло сощурился. Я фыркнула и указала на выход из пещеры. Адъюкас как всегда меня понял и рассерженно рыкнул: — И не надоело тебе это бесполезное дело? — его превосходительный тон мне не понравился и я пригнув морду к передним лапам зарычала. Хоть и не умела говорить, но выражать свое мнение, мне это не мешало. Сейчас моя поза говорила об одном:"Отвали от меня» — И не надейся Кицунэ. — Он как всегда правильно истолковал мою мимику. Ах да, забыла сказать, он дал мне имя, которое бесило меня больше всего на свете. Меня накрыло лавиной злости: — Да пошёл ты нахуй! — из горла помимо рыка вырвались сильно искаженные слова, Джагерджак усмехнулся: — Оказывается что бы ты научилась говорить тебя надо сильно разозлить. — Я не знаю почему не дала тебе погибнуть. Считай захотела. А теперь оставь меня в покое. -Взбесилась я окончательно от его покровительственного тона, Адъюкас остался спокойным и закачал мордой — Нет вместе начали этот путь вместе и закончим. — И тогда ты от меня отстанешь? — схватилась я, как утопающий за соломинку, уточнять какой путь я не стала. Всё Пустые хотят эволюционировать в Васто Лорде и Гриммджо не исключение. — Тогда отстану — оскалился он в ответ, на том я и успокоилась и снова легла, но чуть отдаленно от него. Не скажу, что после того разговора мы пришли к миру и пониманию. По несколько раз на дню он выбешивал меня и я его тоже, мы дрались до вырванных клоков кожи, потом охотились на Пустых, залечивая раны. Несколько раз я бросала его, не выдерживая, такого сотрудничества, но он всегда находил меня, пылая от бешенства и жажды крови. Драки в такие моменты становились жёстче, он был силен, но и я не давала повода смешать себя с песком. Отступить, значит, признать поражение. Хоть я не была сильна как Гриммджо, но унизить себя не давала, всегда державшись до победного. Когда пыл сходил на нет, Джагерджак прижимал меня лапой к песку и вырубался. Это уже потом до меня дошло, что таким образом он высказывает мне свое доверие. И я почувствовала себя последней сукой, по нескольку раз предавая его, боясь за свою шкуру и отвечая на подставленную спину ножом. Вот я идиотка. Сколько раз я замечала, что он крепко спит в моей компании и не могла догадаться раньше? Как говорится в народе «Умная мысля приходит опосля». Но и его мотивы были неизвестны. Для чего он это делает? Но вслух озвучить этот вопрос, я опасалась. Глубоко вздохнув, покосилась на спящего напарника. Никогда бы не подумала, что в таком жестоком мире есть место доверию и некоторой степени дружбы. Ладно, что будет дальше неизвестно, но одно я знаю точно, дрыхнувшая по соседству туша не умеет врать и если ему приспичит меня убить, он не станет нападать со спины. Успокоив себя этим, я закрыла глаза, не заметив как открылись голубые глаза и морду Пантеры исказила ухмылка