Арранкары в мире Наруто

      После собрания Гриммджо принёс мне две неприятные новости, из-за этого из моей комнаты доносились волны трудно сдерживаемой злости. Ичимару проходящий мимо гаденько захихикал. Я кажется догадываюсь, с чьей подачи меня буквально привязали к Сексте Эспаде. Злоба только усилилась, нумеросы проскальзывали мимо моей комнаты чуть дыша. Ну гад ты ухмыляющийся, я тебе покажу, где раки зимуют. Целеньким ты от меня не уйдёшь, не убью, но нервы попорчу, чтобы у тебя никакого желания строить козни у меня за спиной не осталось. Джагерджак же не замечал моего состояния и светил довольной рожей на всю комнату. Итак первая новость заключалась в том, что я подчиненная Сексты Эспады и переезжаю в его крыло, где комната для фракции уже есть. Вторая новость была для меня более привычной. Гриммджо нагло заявил, что с этого дня он спит со мной. Без моей персоны у новоиспеченного господина бессонница развивается. — Мне называть тебя Гриммджо —сама? — процедила я сквозь зубы, арранкар поперхнулся воздухом и закашлялся. — Ты с купола ебнулась Кицунэ? — нахмурился он наконец, я мысленно себе поаплодировала. Испортить настроение ближнему своему, я ещё могла. А значит и с Гином прокатит. — А что? С этого дня я твоя подчиненная. — пожала я плечами, выплевывая последнее слово с особой ненавистью. Лицо напротив прояснилось и он заложив руки под голову и развалившись на кровати, проговорил: — Не говори ерунды. Эта фигня чистая показуха. Мы с тобой всегда были на равных. — зевнул Гриммджо и закрыл глаза. Я вспомнила, как более сильный и мощный Адъюкас прислушивался к словам мелкой Лисицы, не возникала, когда я чуяла противника не по нашим зубам и заставляла обходить того по широкой дуге. Все же у Гриммджо была привычка недооценивать противника. Я же такой ерундой не страдала, так как очень хотела жить. А где он вляпывался в неприятности, туда же заочно попадала и я. На привалах я его первым отправляла отсыпаться, а сама оставалась бдеть под его боком. Я была его здравым смыслом и инстинктом самосохранения в одном флаконе, а он моей физической силой и двигателем к прогрессу. Взаимозаменяемые. По одиночке стоим мало, а вот в паре всех в бараний рог скрутим. Взять того же Нойтру. Халлибел на нас странно посмотрела, когда Тесла еле оттащил своего господина от взбесившихся нас, хотя до этого мы были готовы друг другу глотки перегрызть. Старк флегматично заметил: «Как кошка с собакой, но друг за друга всех перебьют". Это замечание заставило Гина ещё сильнее сощуриться, а нас продолжить - то на чем нас прервали. Так же все заметили, что с Джиругой мы справились без ресурексиона, но никто не проговорил этого вслух. И все-таки сколько бы мы не пережили вместе, что-то мне не даёт полностью впустить в свою душу или её остатки этого арранкара. Но что же? Я до сих пор не могу понять. Вынырнув из размышлений, я оторопела от увиденного. Надо же было так задуматься, чтобы не почувствовать того, что я начала перебирать голубые волосы напарника. Тот уже не спал, а пронзительно за мной наблюдал. «Итить» — пискнула я мысленно, спрятав нашкодившую конечность за спину, и сконфуженно улыбнулась: — Прости, задумалась, — и проговорила я и посмотрела на дверь, ведущую в ванную комнату. — Ага. — Сонно проворчал он и засопел. Вот соня блин. Я не знаю куда деться, а он снова спит. Но пусть лучше будет так, чем он бы заинтересовался причиной моего выпадения из реальности. Говорить правду я не хотела, а начинать скандал тем более. Пусть Лас Ночес отдохнёт от наших разборок. ***POV Гриммджо Когда я почувствовал хрупкую ладошку в своих волосах, то сначала не поверил своим ощущениям и открыл глаза.Так и есть: тонкие пальцы то зарывались в волосы, то начинали мягко массировать кожу головы, хозяйка же хрупкой ладошки о чем-то сосредоточенно думала. Взгляд золотых глаз был полностью расфокусированным. О чем же она размышляла полностью погрузившись в себя и допустив такую вольность ко мне, я боялся предполагать. Но окликать её, я не собирался, когда ещё доведется такое ощутить? Кицунэ дернулась, выплывая из размышлений, и неверяще посмотрев на руку в моих волосах тут же её отдернула и спрятала за спину. — Прости, задумалась, — тихо проговорила она и уставилась на дверь, отыскав в ней что-то интересное. — Ага. — Ответил я абсолютно разморенный её действиями и закрыл глаза. Почаще бы так задумывалась, может и шугаться от меня бы перестала. Её злобу не почуял бы только труп, девчонка совсем не хотела становиться моим фрасьоном. На её претензии насчёт уважительного обращения я ответил то, что думал. Я скорее бы Айзена убил, чем бы допустил «сама» из уст Кицунэ. Я никогда не буду ей помыкать. Да она не сильна, совсем посредственная среди арранкаров, её кастеты вызывают пренебрежительные смешки. Но хоть бы она была последней слабачкой, я не перестал её уважать. Это она спасла меня, хотя я был виноват. По собственной глупости связался с более сильным противником и поплатился за это. Это мелкая Лисица предупреждала меня о том что на горизонте вырисовывались Васто Лорды. Это она вытаскивала мою жопу из неприятностей, рискуя собственной жизнью. Я видел её нелюбовь ко мне и думал, что она бросит меня. Но Кицунэ раз за разом выручала меня, потом правда еле дышала от злобы и ярости. Перечислять того что она сделала можно очень много. Если бы не она, я бы не был сейчас арранкаром и не занимал шестое место в Эспаде.Я перед ней в неоплатном долгу. Теперь моя очередь её защищать и уничтожать всех её врагов. Конец POV Гриммджо ***Бежать, только бы унести отсюда ноги. Куда? Да хоть в ту же Пустыню. Сил моих не хватает, чтобы терпеть этот Ад под названием Лас Ночес. За Гриммджо я не волнуюсь, он не пропадёт. Всё таки он сильнее меня, а значит выживет. Да и лучше ему будет без меня, его странная привязанность мешает ему и соответственно мне. То время когда мы были низшими Пустыми давно прошло и ему больше не надо держаться меня. Подумаешь, спасла его однажды, что ему теперь всегда быть мне обязанным, защищать меня, тем самым ослабляя свою бдительность. Я не хотела уходить, думала, что продержусь. Но Эспада тоже заметила отношение Гриммджо ко мне и всячески пыталась ему насолить. Видимо, нервишки он подпортил почти всем. На мою жизнь покушались почти каждый день. Дошло до того что я стала параноиком, постоянно ожидая, удар в спину. Нойтра несколько раз в день пробовал моё Иерро на прочность, быстрее всех догадавшись, что моя смерть морально уничтожит Гриммджо. Куинта создавал вид безумного маньяка-убийцы, но он видел, куда надо надавить чтобы одним ударом сокрушить противника. Всё нападения происходили, когда Джагерджак отсутствовал в Замке по приказу Айзена. Он не брал меня с собой, говорил приказа не было, да и неохота тащить меня в неизвестность. Обычно он работал в паре с Улькиоррой. Меня Айзен почему-то не трогал, хотя все арранкары уже получали от него какие-нибудь задания. Так что создавалось ощущение что меня держат как зверушку в зоопарке, за которой интересно наблюдать. А то что он следил за всеми это не новость. Мне это не нравилось, Гриммджо не раз становился свидетелем моих срывов, покои ремонтировались по нескольку раз в неделю. И во всем виновато его кошачье любопытство, что б его Адъюкас покусал. Так же моё желание сбежать было обусловлено войной с Готеем. Я не хотела убивать, но и жить я хотела. А то что шинигами сметут меня с пути и не заметят, я в этом была уверена. Скоро они должны нагрянуть в Уэко Мундо, ведь здесь находится подруга Куросаки. А он за своих близких порвёт всех, как Тузик грелку. Это я тоже помнила. Пока вся Эспада была на собрании я и решила воплотить свой план в реальность. Погасив свою реяцу, так что бы меня не заметили я вышла из покоев. Ну что ж прощай Гриммджо Джагерджак и Лас Ночес. Пустыня встречай, я иду. — Куда намылилась Кицунэ? — как черт из табакерки, выскочил перед моим носом арранкар с голубыми взъерошенными волосами и широкой ухмылкой «а ля 32 не предел». Я испуганно отшатнулась и скрипнула зубами от досады. Нашёл. Опять. И как только смог? Свою реяцу я подавила, так что меня Айзен не заметил бы. — Погулять. — улыбнулась я аки ангелочек, подумав, что он поверит. Голубые глаза потемнели и он зарычал, не сдерживая злобы: — Не держи меня за дурака Лисица. — слова были трудноотличимы из-за рычания, но я его как всегда поняла. «Довела» — устало констатировала я, зная его состояние по прошлому. Он также раньше реагировал, когда я сбегала от него в Уэко Мундо. Вздохнув, перестала косить под дурочку и приказала: — С дороги Гриммджо. — и не заметив никакой реакции сжала кастеты в руках. Я была не намерена отступать и путь к свободе проложу даже через него. Убивать я не планировала, да и не смогла бы чисто физически, мне нужно его только вырубить и бежать на всей доступной мне скорости в Сонидо. — А как же наше обещание вместе до конца Кицунэ? — распалялся он, повышая голос. Не привлекающего внимания боя уже не получится и соответственно я уже не смогу сбежать от него. От своего вывода я разозлилась ещё сильнее: — Мамочка хочет в отпуск и желательно долгосрочный! -прошипела я в ответ. Он сделал один только шаг и в следующее мгновение, я находилась на его плече и он пошел в свои покои. — Отпусти меня ублюдок — зашипела я и заколотила по его спине кулаками. — Сиди смирно сучка — в такой же манере ответил он и сильно хлопнул меня по заднице. Меня прошиб страх от зашкаливающей ярости в его голосе, но обида пересилила. Что он себе позволяет? Я не игрушка лишенная собственной воли и желаний. А на деле получается именно так, у меня отобрали все что можно. Между тем дверь громко захлопнулась и меня как мешок с картошкой кинули на кровать. Злиться, но боится в пылу ярости причинить мне лишней боли. Что ему мешало бросить меня на пол? Я бы на его месте так бы и поступила, но он заботиться, мать его за ногу, обо мне. Горько усмехнувшись, сделала попытку прорваться к выходу, но меня опять успешно отловили и кинули на кровать. Остаётся ещё один вариант — окно, но он тоже это предвидел и схватив за капюшон куртки снова швырнул обратно. На это раз силу он не рассчитал и я приложилась затылком об стену, перед глазами заплясали круги. Будь я человеком давно бы проломила себе череп. На мои ноги уселась очень тяжёлая туша. — Раздавишь придурок. — Воскликнула, попытавшись его спихнуть, но руки были тут же зафиксированы в очень болезненном захвате. Обида и унижение заставили меня с ненавистью зарычать на него:  — Да чего ты добиваешься? Отпусти меня наконец. Я не хочу видеть ни тебя, ни шинигами, ни остальных арранкаров. — Ты жестокая стерва, Кицунэ-усмехнулся он. — А где ты видел доброго арранкара? — фыркнула я весело. На этот вопрос не требовался ответ, так как все знали что такого чуда в природе не существует. Но его ответ меня прямо сказать огорошил: — Она сидит передо мной. Заткнись Кицунэ. Просто слушай и не перебивай. Я знаю что, ты хочешь сказать, я в здравом уме относительно. Шинигами уверены, что Пустые — это комок негативных эмоций, не способные ни на что, кроме как жрать себе подобных. И я с ними согласен. Был. Я был таким же тупым минусом. Жрал, спал и снова жрал. Но однажды тупую Пантеру нашедшую неприятности на свою задницу, спасла Лисица, хотя могла бы и добить. Притащила двух Адьюкасов, а когда раны исчезли, ушла. Я пошёл за ней ради любопытства. Что же за Пустой попался мне на пути? И после этого не смог без неё. Она вытаскивала меня из неприятностей, которые я сам себе создавал, отправляла отдыхать когда сама валилась от усталости. Впервые я почувствовал что-то кроме голода и злобы. И ты это у меня не отнимешь. — закончил он решительно. Я его слушала и понимала, но обида не хотела меня отпускать. Сама я не вырвусь, но можно сделать так чтобы он меня сам выкинул и я поступила как самое настоящее чудовище, гневно прорычав: — Но мне это не нужно. Не нужен ты упрямый ты придурок. — от моих слов голубые глаза потемнели. А я ждала когда же он прикончит меня или выкинет в окно. Я только что собственными руками вырыла себе могилу, после таких слов он не должен меня простить. Я же открыто плюнула в раскрытую душу (её остатки). Гриммджо отпустил мои руки, слез с моих ног и сел рядом. Я же продолжала ждать своей участи и она тут же последовала. Крупная ладонь метнулась к моей шее, но не что бы придушить, а притянуть к себе за ворот куртки и крепко обнять. Зарывшись носом между моих ушек он тяжело вздохнул: — Плевать. Оставайся рядом со мной Кицунэ — приглушенно донеслось сверху и руки на моей спине сжались ещё крепче. — Твердолобый ты осел. — устало пробормотала я. — Пантера. — недовольно фыркнул Эспада за мою "ошибку" . А на "твердолобого" , ему, похоже, чихать с макушки Мэноса. Ками дай мне сил не сойти с ума. Ну вот кажется и конец. Шинигами вторглись в Лас Ночес, началась неразбериха. В общем хаосе меня нашёл Нойтра. Джагерджак где-то далеко сражается с Куросаки, который все-таки прикончил Шиффера.Ты главное там выживи Гриммджо. А я кажется все равно от тебя сбегу только не в Уэко Мундо или в Мир Живых, а на тот свет. Там ты меня точно не найдёшь. ***От вспыхнувших двух реяцу мороз прошёлся по коже. Твою ж мать. — Кицунэ. — рявкнул я, отбрасывая Куросаки назад, и, срываясь к ней в Сонидо. Плевать на этого рыжего шинигами, Кицунэ мне дороже. Пусть они хоть всех арранкаров перебьют, разрушат Лас Ночес, сотрут в порошок шинигами-предателей. Мне на все наплевать, лишь бы Лисица не погибла. Мне не нужно место в Эспаде, мне не важен мир, только пусть она останется в живых. Мы уйдём в Пустыню, снова будем ругаться, драться, гонять Пустых по Уэко Мундо, может быть я опробую силы против Васто Лорде. Пусть она все так же будет пытаться от меня сбежать, не принимать, шугаться. Я буду возвращать её, орать и отвешивать оплеухи. Она мой мир, а остальное все мне не важно. По мере моего приближения в нос ударил запах свежей крови и подпаленной плоти. Нойтра уже распечатал меч, видимо Кицунэ основательно потрепала его нервы. Сама она тоже была в ресурексионе: маска разрослась и закрыла все лицо, оставив только щелочки для глаз и рта, на руках появились чёрные матовые когти, а из-за спины выглядывал пушистый хвост, виляющий из стороны в сторону. Меня всегда веселила эта метла, поэтому поводу я много раз высказывался и всегда был покусан и чуть не спален Серо. Правой рукой она зажимала кровоточащий бок и припадала на левую ногу, правая же была повреждена. Убью ублюдка. — Гриммджо, пришел спасать свою подружку? А она ничего. Быстрая сучка. — гадко усмехнулся Джируга, заметив меня. Но я чуял, что за его бравадой скрывается опасение. Всё таки отделали мы его тогда на зависть Трес не слабо. — Я чуть задержался Кицунэ. Уроем этого ублюдка? — оскалился я предвкушающе. Нигде кроме как боя мы не понимали друг друга с полуслова и полувзгляда. — Мог бы и не спрашивать Гриммджо. Он меня бесит. — отозвалась она сильно искаженным голосом. — Сильнее чем я? — С тобой никто не сравнится! — весело засмеялась девчонка. — Хоть в чем-то я его опередил — ухмылялся я, а где-то внутри ревела обида. Почему она всегда держит меня на расстоянии вытянутой руки? Почему шугается? Почему я ей не нужен? Эти вопросы мучали меня до сих пор, но я не требовал ответов. Потому что знал, что они мне не понравятся. Ну да ладно хрен с ними. Главное закопать этого глиста в песок, а потом я добьюсь того чтобы стать ей нужным. Сторонний наблюдатель улыбнулся, наблюдая за боем трех существ. Он видел бои каждого по одиночке и они не были достаточно сильны, чем сейчас в паре. Их противник тоже был не слабым, но медленно сдавал назад под натиском. Парень с голубыми волосами олицетворял силу и мощь. Девушка же ловкость и скорость. Пока она отвлекала шестирукого, пытаясь его задеть, голубоволосый отрывал руки, которые росли заново. Их противник безумно хохотал, не понимая что его конец близок. Ему они очень понравились, хоть он не знал кто они. В отличие от них людей в чёрной форме он узнал. Это были шинигами. И кажется люди (пусть они будут ими) в белых одеждах- враги Богов Смерти. Их силы похожи между собой, но вместе с тем и отличаются. Также он заметил сквозную дыру внизу живота у парня с голубыми волосами, такая же была и у его противника, но только в левом глазу. Интересные люди и сильные такие в его мире пригодятся. Нойтра совсем взбесился и выпустил Гран Рей Серо в мою сторону. Заметил падла, что моя скорость от полученных ран понизилась. Сейчас я даже не в состоянии уйти с линии атаки. — Кицунэ! — рычит Гриммджо и бросается ко мне.Как только на талии смыкаются руки напарника, меня поглощает темнота. Кажется всё.