By the behest of fate. Truth (По велению судьбы. Истинность)

Никто не ожидал, что приземлятся они на неизвестном острове, а не в Сиднее, куда и был запланирован полёт, а теперь они посреди океана, в богом забытом месте и как отсюда выбираться — никто не знает. Альфы помогали омегам покинуть борт самолёта, чтобы тем не пришлось прыгать с высоты в воду и не дай бог повредить себе что-нибудь. Когда пассажиры собрались на берегу острова, все тут же накинулись с вопросами и претензиями к пилотам и стюардам, что же им делать и как выбираться, а кто-то в грубой форме обвинял их в некомпетентности и грозился судом. Один из пассажиров, светловолосый омега, стоя в стороне наблюдал за происходящим, однако, после очередного выкрика недовольства его терпение подошло к концу, и он решил высказаться. — Скажите спасибо за то, что вы все остались живы! Благодаря этим, — омега указал на двух пилотов-альф, — профессионалам вы стоите сейчас на своих двоих, а не покоитесь на дне океана! Так что закройте свои неблагодарные рты и помалкивайте! Тяжело дыша от злости, омега поднял глаза на Чонгука и тут же умерил свой пыл, чувствуя непонятное смятение, видимо, парнишка сам от себя не ожидал такой тирады, но что сказано, то сказано. — Спасибо, но это было лишним, — поблагодарил омегу Чонгук, смотря прямо в глаза, — я понимаю, что вы все напуганы и сбиты с толку, впрочем, как и я. В моей практике — это впервые, мы не раз летали по этому маршруту и никаких происшествий не было. У меня нет объяснений произошедшему, но я уверен, что за нами вылетели спасатели и в ближайшее время они прибудут. Хосок старался слушать внимательно, но не мог сконцентрироваться. Его отвлекал запах бергамота и мандарина, который так ему нравился. «Запах истинного? Не может этого быть!» промелькнула мысль у него в голове, но всё же собравшись силами и тряхнув головой, он отогнал эти бредовые мысли и решил всё же помочь другу успокоить взволнованных пассажиров. — Давайте все успокоимся, потому что криком мы ничего не исправим. Да и в принципе сейчас от нас ничего не зависит, — Хосок осмотрел замолчавших пассажиров, пытаясь понять от кого исходит приятный и будоражащий рецепторы аромат. Взгляд зацепился за розовую макушку парня, который вообще не слушал ни его, ни Чонгука, а только растирал свою правую ногу, — так что давайте для начала, наверное, разведем огонь, так хоть какой-то шанс будет, что нас заметят с высоты, да и темнеть начинает, а огонь не даст нам замёрзнуть. Согласившись, большая часть альф побрели вглубь острова на поиски сухих веток, а остальные готовили место для огня. Омеги же занимались кто чем: кто-то ушёл назад в самолет, чтобы немного поспать, а кто-то пошёл гулять по пляжу.

***

Чимину очень хотелось покинуть самолёт, чтобы вдохнуть свежего воздуха и, наконец, унять позывы тошноты. Он двигался к выходу в середине очереди, когда сделав очередной вдох, вновь почувствовал смешанные запахи альф и омег, отчего парня снова начало мутить. Юнги старался не упускать Чимина из виду, уж очень не нравилось ему состояние омеги и почти серый цвет лица, но он списывал это всё на тяжёлый перелёт. Юнги спустился первым, поэтому именно он помог сойти на землю Чимину, светловолосому омеге и Джину. Чимин сразу отошёл подальше от скопления людей и уединился на какой-то коряге в тени деревьев, не обращая внимания на весь балаган, который устроили недовольные пассажиры. Вскоре тошнота отступила и омеге стало немного легче, но присоединяться к остальным он не стал. Юнги же всё это время не сводил с него глаз, зверь внутри него рвался к своему омеге, желал утешить, помочь, но Юнги его сдерживал. Постояв и послушав крики недовольства, альфа решил все-таки подойти к Чимину и поинтересоваться его состоянием, потому что выглядеть лучше на свежем воздухе он не стал. — Чимин, тебе не стало лучше? — он подошёл так тихо, что парень растерялся и слегка вздрогнул, — прости, не хотел тебя испугать. — Всё хорошо, мне уже лучше, видимо, перелеты это не моё, — выдавил из себя кривую усмешку омега, — спасибо за беспокойство. Но альфу это не обмануло, он чётко ощущает волнение, которое исходит от, как выяснилось, своего истинного омеги. Юнги подошёл и сел рядом с парнем на песчаный берег, при этом не нарушая его личного пространства. Они сидели молча, но для Чимина эта тишина была комфортной, она его успокаивала, странным было даже то, что его внутренний омега не реагирует отрицательно на присутствие незнакомого альфы, а даже наоборот — тянется к нему. Недомогание потихоньку отступало, а аромат альфы, словно теплый плед окутывал и убаюкивал в своих уютных объятьях. Чимин чувствовал себя в безопасности, но почему-то его это настораживало. — Чимин, тебе нужно отдохнуть, — нарушил тишину Юнги, — да и прохладно становится, давай я помогу тебе подняться на борт и там поспишь? — Нет, не нужно, я тут посижу ещё немного, — Чимин повернулся в сторону Юнги, улыбнулся уголком губ и вновь отвернулся к океану. Нахмурившись, Юнги про себя отметил, что парень упрямый, но настаивать не стал, в конце концов, кто он такой, чтобы уговаривать. Ещё раз окинув беспокойным взглядом омегу, Мин отправился помогать с костром остальным пассажирам.

***

Хосок не сводил взгляд с омеги с розовой шевелюрой, который всё ещё прихрамывал на правую ногу, видимо, растянул её, когда спускался с самолёта, и почему-то альфу это очень беспокоило. Подойдя ближе к омеге, Хосок поинтересовался: — Сильно болит? Розововолосый стушевался немного, но ответил: — Да, видимо, неудачно приземлился, когда спрыгивал с борта, ничего страшного, пройдет, — омега улыбнулся, а Хосок почувствовал странный трепет от этой улыбки. — Присядь, пожалуйста, я осмотрю твою ногу, — альфа, сняв свой голубой пиджак, постелил его на песчаный берег и указал на него омеге. Парень, немного сомневаясь, все-таки присел на предложенный пиджак и, шипя от боли, вытянул ногу вперёд. Хосок развязал шнурки на кроссовках парня и стянул их с ног вместе с белыми носками, затем ощупал припухшее место и, смотря во взволнованные глаза, сказал: — Это не смертельно, нужно приложить холод и наложить тугую повязку, — альфа встал с места, — скажи как тебя зовут? — Ёнджун, — ответил омега. — Ёнджун, — повторил альфа, смакуя имя, — посиди тут, Ёнджун, а я схожу, поищу всё необходимое и вернусь, — альфа уже собрался уходить, но голос омеги его остановил. — Скажите, как вас зовут? — Хосок, — альфа улыбнулся своей солнечной улыбкой, а Ёнджун почувствовал, как сердце пропустило удар, ведь до обоняния омеги донёсся запах корицы и лайма. А Хосок в это время понял, что перед ним сидит его истинный омега, ведь этот запах, его любимое сочетание бергамота и мандарина. Хосок поднялся на борт самолёта и нашёл аптечку, в которой был эластичный бинт, обезболивающее и пакет с сухим льдом, взяв всё необходимое и захватив бутылку с водой, он вернулся к Ёнджуну. — Вот держи, выпей обезболивающее, — омега принял таблетки, а Хосок приложил лёд к ноге, от смены температуры Ёнджун зашипел и дёрнулся, но феромоны альфы его успокоили. Омега понял, что что-то не так, но спрашивать не стал, хотя Хосок увидел на лице парня немой вопрос и сам решил прояснить ситуацию, но с чего начать не знал. — Ёнджун, скажи, сколько тебе лет? — Мне двадцать один, — смущаясь ответил парень. Взгляд Хосока остановился на алеющих щечках омеги, которые каждый раз цвели от взглядов альфы и от его аккуратных прикосновений к больной лодыжке. Омега очень хрупкий, ростом едва достаёт до плеча альфы и его эта розовая шевелюра, которая так подходит ему, кажется Хосок влюбился с первого взгляда. — Ёнджун, прости за прямоту, но я по другому не могу… — Вам тоже кажется, что мы истинные? — неожиданно перебил омега Хосока. — Оу, ты тоже это понял? — альфа растерянно улыбнулся, — и давай на «ты»? — Ваш… Эм… Точнее твой аромат меня успокаивает и мне не так беспокойно, — Ёнджун смущённо улыбнулся. — И я твой запах почувствовал в толпе, это мой любимый бергамот с мандарином, — Хосок убрал лёд и наложил эластичный бинт на поврежденную лодыжку, — тебе нужен покой. Давай я схожу за пледом и вернусь, думаю нам есть о чём поговорить. Ёнджун согласился с Хосоком, поговорить конечно, есть о чем. Вскоре альфа вернулся с термосом наполненным кофе и двумя пледами, так и расположившись на берегу, пара истинных рассказывали друг другу о своей жизни. Хосок о том, как с детства мечтал стать пилотом и с самого начала знал, что будет поступать в лётную академию, как шёл к своей мечте. Альфа рассказал о своей семье, о том что есть младшая сестра, о любимой собаке, так же рассказал парочку смешных случаев, связанных с работой. Ёнджун слушал с большим интересом и был восхищён историями альфы и с каким восторгом он их рассказывал. Потом и омега поделился своей жизнью, о том что учится на журналиста и сейчас, на каникулах, летел в Сидней к брату на свадьбу, рассказал, почему нравится выбранная им профессия. Они говорили до самой темноты, говорили о многом, Хосок впитывал каждое слово, сказанное его истинным. Вскоре Ёнджун уснул на плече Хосока, слушая очередную историю, альфа увидев это, аккуратно, чтобы не разбудить и не потревожить ногу, уложил омегу к себе на колени и укрыл пледом. В эту ночь Хосок не сомкнул глаз, он наблюдал за людьми, что сидели вокруг костра и грелись, наблюдал за звёздным небом и ровной гладью океана, в которой отражалась луна, ему было спокойно и тепло, только кажется грел его далеко не плед, а внезапная любовь, растекающаяся по венам.

***

Чонгук, как и большинство альф, пошёл вглубь острова за ветками для костра, мужчины шли недалеко друг от друга, чтобы не потеряться. Где-то поблизости альфа все время улавливал приятный аромат шафрана с нежной ноткой сирени и чего-то ещё, но чего именно Чон никак не мог определить, однако, ему это определённо нравилось. В метрах десяти от себя он увидел уже знакомую светлую макушку и решил догнать паренька, а когда альфа подошёл ближе, тот самый запах, который его привлекал, стал чётче и мужчина удивился, распознав ещё и лёгкие нотки акриловой краски, которую обычно используют при написании картин, необычное, но такое притягательное сочетание запахов сводило альфу с ума. Светловолосый замедлил шаг, когда учуял рядом запах шалфея и чёрного перца, которого здесь, на острове, быть не может, обернувшись он увидел первого пилота и улыбнулся своей широкой улыбкой. — Ооо, Вы тоже решили помочь? — Меня зовут Чонгук и я, как пилот, обязан этим заняться, а вот Вам, ээ, — Чонгук вопросительно взглянул на парня. — Тэхён, — представился омега и продолжил собирать веточки, — и я тоже хочу помочь, у меня нет желания находиться рядом с недовольными людьми. — Кстати, я хочу ещё раз поблагодарить тебя за то, что ты заступился за нас. Это было неожиданно и очень смело, — Чон тоже принялся собирать сухие ветки. — Стоило! Я все понимаю, понимаю, они напуганы, в принципе, как и я сам, но они перегибали палку с обвинениями, — Тэхена отчего-то задели слова, сказанные на берегу и сейчас, вспоминая их, омега опять завёлся. — Все разрешилось, не нужно злиться снова, — успокоил Чон и положил свободную руку на плечо омеге. Тэхёна словно током ударило, а Чонгук это почувствовал, бросив собранные ветки он прижал Тэ к своей груди, ощущая страх омеги, он повернул его к себе лицом так, чтобы Тэхён уткнулся Чону в изгиб шеи и вздохнул его феромоны. Омега был сражен запахом любимого шалфея, и раз за разом делая вдох, парень тонул в этом потрясающем запахе. Тэхен забыл о приличиях, как и том кто перед ним стоит, просто прижимался ближе, носом ведя вверх по шее, чтобы как можно больше надышаться дурманящим ароматом. Чонгук был не против, он так же наслаждался запахом, который манил его к светловолосому омеге. Между ними сейчас происходило что-то невероятное, внутри словно пазлы на место встали и организм наполнился жизнью. — Ты мой истинный, — даже не спрашивая говорит Тэхён, — мой истинный альфа, как же долго я тебя ждал.