Наш дом - КрипиПаста!

В особняке было на удивление тихо, настолько тихо, что даже Тим перестал щелкать суставами. Все прекрасно знали: если в доме необычно спокойно, значит, проблема идет сама. И проблема действительно шла. Высокая, тонкая, в костюме. Слендер остановился в центре гостиной. Все замерли, будто их выключили. У Слендера в руках была записка — маленький листок, на котором он написал: “Я нашел в интернете, что для улучшения атмосферы дома нужно больше улыбок". Худи чуть слышно закашлялся. Маска у него была, конечно, но даже она не спасала от чувства надвигающейся трагедии. Слендер наклонил голову, словно собираясь сделать что-то очень человеческое. Очень… неестественное. Он попытался улыбнуться. У существа без лица. Сначала его "лицо" слегка дрогнуло. Потом прогнулось. Потом вогнулось внутрь, вывернулось наружу, исказилось так, что даже стены вокруг начали изгибаться, как будто пытаясь сбежать. Тоби с визгом перевернул стол и спрятался за ним. Джефф просто упал в обморок — стратегически верное решение. Тим, кажется, молился на своей маске. Бен вдохнул, чтобы крикнуть “Улыбнись!”, но передумал, потому что впервые в жизни понял: этот уровень жути ему не переплюнуть. Стены заскрипели. У всех в голове поднялась волна паники, как сигнал воздушной тревоги. Когда все закончилось, Слендер выпрямился, записал что-то в свой блокнот и ушел так же спокойно, как появился. А атмосфера в гостиной напоминала последствия боевого применения чистого ужаса, разведенного в один к одному с неловкостью. Худи осторожно высунул голову из-за дивана очень медленно, как человек, который не уверен, исчезла ли угроза или просто перезаряжается. Тим, кажется, выбыл из реальности и теперь пытался синхронизироваться обратно через тихое «…нет. нет. нет.». Тоби все еще дрожал за перевернутым столом, судорожно обнимая нож, будто тот мог защитить от геометрически неверных эмоций. Джефф, очнувшись, сел, оперся на локти. — Я жив? — он огляделся — Ну ладно, я жив. Остальные сами решайте. Бен осторожно подплыл в воздухе ближе к центру комнаты, проверил пространство на наличие остаточного фейспалм-поля и дипломатично объявил: — У кого-то хардкорные настройки выражений лица. Стены, еще недавно пытавшиеся согнуться в узел, вздохнули и распрямились. Лампочка над столом моргнула, не потому что перегорела, а чисто из солидарности. Худи наконец нашел в себе силы подняться и сказала дрожащим голосом: — Надо… надо ему объяснить, что улыбки — это не обязательно то, что он думает. Тоби высунулся из-за стола: — Может… пригласим психолога? Все уставились на него. Джейн пыхнула смехом: — Да кто согласится зайти к нам в дом? Снаружи даже пакеты доставщики оставляют на бегу, а ты хочешь психолога? Клоки вдруг подняла палец. — А что если… — голос был торжественно-осоловевший — мы дадим ему… мастер-класс? Ну, сами покажем, как улыбаться. — Ты предлагаешь… нам… учить Слендера эмоциям? Ты видел наши лица, когда пытаемся нормально фотографироваться? Мы выглядим так, будто кто-то запустил Windows 98 на блендере! — Бен. — Но если он снова попробует… — он судорожно прижал к груди нож — Я не переживу вторую попытку. Первая уже заставила мою душу пересесть на запасное кресло — сказал Тоби. Джерри подошла к записке, оставленной Слендером, подняла ее, посмотрела и прочитала вслух: — “Дом нуждается в уюте. Улыбки — первостепенно.” Он еще приписал: “Завтра потренируемся”. Все синхронно издали звук, похожий на коллективный «НЕТ». Комната мгновенно наполнилась паническими всхлипами. А где-то в дальнем коридоре что-то тихо, очень тихо зашуршало. Все замерли. — Он идет?.. — Тоби. — Нет. Это был лишь ветер — Энн. Но вся компания все равно переглянулась и одновременно подумала, что надо срочно придумать, как объяснить Слендеру, что улыбки это не для всех. Особенно если у тебя нет лица. Особенно если дом после этого пытается свернуться в рулон. А за дверью действительно возникла тень. Высокая. Тонкая. И держащая в руках вторую записку. — О нет… — хором застонали все. А записка гласила: “Я посмотрел видео о дружелюбности. Сегодня попробуем улыбку пошире.” И где-то в дальнем углу гостиной обои начали медленно отходить от стен… *** — Отчего душа поет, тело просится в полет, Новый Год, Новый Год, Новый Год! Отчего душа поет, тело просится в полет, Новый Год, Новый Год, Новый Год! — Джефф украшает елку в гостиной. — Джефф! Закрой рот! Ты мешаешь! — недовольный Бен, играющий рядом в приставку. — Бен....от всего сердца скажу тебе...но даже читателям так ПОХУЙ на твое мнение. А мне тем более. — ......... *Бен в слезах убежал*. — Нытик — Тим. — Тим, подай ту игрушку. — Сам возьми. — Ну пожалуйста! Тим закатил глаза и залез в коробку в игрушками. Он достал оттуда елочную игрушку в виде чертика. — Что за убожество? — Мать твоя. — ....... — А эта фигурка особенная. Я ее сам сделал — сказал гордо Джефф. — Теперь понятно, почему хочется ее сжечь. — Как мать твою. —（￣へ￣） — Вешай аккуратнее! — Джейн, с тарелкой пирога. — Закрой рот, женщина! — Джефф. — Иначе придется все переделывать! — Рот себе переделай! — Ты смелый сильно стал?! — Я и был смелый! А ты из Бабы Яги в принцессу так и не превратилась. — Я вам всем напомню, но Джефф и Джейн вместе — Тим. — И ничего не изменилось — Хелен. — Да ладно, вы же не знаете, какие они наедине — Джерри взяла елочный шарик и повесила на елку. — Слава Богу не знаем — Тим. — Как твой батя про презики! ХАХАХАХАХАХАХАХАХХАХАХАХАХ!!! — Джефф. — (¬_¬)ﾉ