Our reflections

Мэри необычайно резко подалась назад, уворачиваясь от моих губ, что так жарко горели желанием, а меня словно окатило холодной водой и осознание происходящего отдалось неприятным потягиванием в груди. Что я творю? Королева негромко засмеялась, не меняя своего положения в пространстве. Близко. Я тут же потеряла равновесие, ведомая каким-то сокрушающим импульсом и острая боль кипятком разлилась по моему предплечью. Подняв голову, я лишь видела пару золотисто-белых туфель, принадлежащих Мэри. Темнота. Сухая трава неприятно колола тело сквозь одежду, поэтому я невольно приоткрыла глаза, пытаясь как-то остановить этот ужас. Взгляд был мутным, голова кружилась. Я быстро оставила попытки изменить свою позу. - Посмотрите кто проснулся! Надменный голос заставил вздрогнуть, и тут хоти-не хоти, поднимешь голову на столь агрессивно звучащий субъект. - Я уже успела заскучать. Перед моим лицом по-прежнему её туфли. Как ни странно, именно она сидела на ракетном стуле, не я. Передо мной. Быть может, эта тяга с презрительным видом сидеть на разного рода стульях, так и не покинула королеву. Это явно взбесило меня. Сейчас моё тело, в прямом смысле, валялось у неё в ногах. - М-Мэри. - попыталась издать я, но голосовые связки не слушались меня так же как и тело. - Ты считаешь что я такая недалёкая и глупенькая? - Мэри проводила тонкими пальцами по острию своего осколка, - А ведь я прекрасно разбираюсь в людях. Всегда умела. - И что... Что ты пытаешься этим сказать? - А вот что. Королева аккуратно, почти нежно приподняла мой подбородок, явно заботясь о том, чтобы осколок не перерезал мне шею, по крайней мере, раньше времени. Встретив мой растерянный взгляд, она улыбнулась ещё шире. - Я сразу поняла, что ты не способна на здоровые чувства. В любви. - добавила она чуть тише. Я молчала, как бы дожидаясь услышать что-то ещё. - Это прекрасно видно, - сколок скользил к шее, - Проявив хоть долю симпатии, ты все равно будешь возвращаться к тому, что сможешь одарять лишь ненавистью. Не так ли? Её рука мягко касается моего лица. Она смотрит выжидающе. Она говорила о себе. О моих странных чувствах к ней, если их вообще можно было таковыми назвать. - Я права? Не издаю ни шороха, ни звука, не двигаюсь. Любой шаг может быть для меня последним, в прочем как и бездействие - я не знаю, чего она хочет. Мэри слегка подалась вперёд, вжимаясь чёрствым взглядом в мои глаза, которые наверняка были наполнены жалостью и страхом, и сейчас она лишь усиливала эти чувства. - Конечно, сложно принять истину о себе. Но знай, я вижу тебя на сквозь, Хлои. - Ты хочешь получить... Мою любовь? Её шаги отчетливо слышались уже где-то сзади и вдруг... Тишина. Резкая и оглушающая. На какое-то время мне даже показалось, что её нет и не было здесь. Я получила сильный удар и вполне могла была быть захвачена галлюцинационными видениями. Эта мысль придала мне последние силы, чтобы осторожно подняться и глянуть вокруг. Меньше доли секунды мне потребовалось для анализа обстановки, как вдруг снова удар, с теми же колюще-режущими ощущениями. Я непроизвольно вскрикнула. - А зачем тебе моя любовь? Она прижала мою поясницу туфлёй, грубо подняла голову за волосы и с тихой яростью, сдерживая более агрессивные порывы, выдохнула мне прямо в лицо: - Ты же не способна любить. Никого, кроме себя. Я хочу чтобы ты не забывала об этом. Я чувствовала как кровь хлынула где-то в районе спины, чуть выше ноги прижимавшей меня к холодной земле. Это был второй удар. Я больше не могла бы встать, даже если была бы возможность. - Сказать честно, мне бы не хотелось тратить время, на такую мерзавку как ты, так что, если я и впрямь так нравлюсь тебе... Мы могли бы найти компромисс, - королева загадочно усмехнулась, отпустив мои многострадальные волосы. Внезапно что-то осенило и напугало меня. Я не торопливо подняла лишь взгляд на Мэри. - Хотя бы на колени сможешь встать? Я возмутилась такой неприкрытой откровенности с её стороны, по началу, после чего подумала что она, вероятно, всего лишь заставит просить прощения. Ну, в смысле, словами. С одной стороны хотелось в это верить, с другой стороны мысли шли куда-то далеко по запретной тропе и я представляла, как сейчас, в такой унизительной обстановке, было бы блаженно довести всё до более интересных, для нас обоих, обстоятельств. Как всё вообще привело к этому? Тёмная комната, при свете свечей словно обитая бархатом. Ковёр слегка смягчал боль в моих коленях, хотя меня она не волновала вовсе. Я с наивным трепетом слушала тяжёлое дыхание, что раздавалось значительно выше моей головы. Жестокая рука, сжимавшая мои волосы, давала мне знать что ситуация не под моим контролем, не смотря на то, что именно мои действия вызывали у неё непрерывный поток блаженных вздохов. - Какая послушная девочка. Мхм... С этого и нужно было начинать. Я впервые слышала от неё похвалу, или по крайней мере что-то, кроме фраз презрения. На секунду поднимаю голову чтобы хоть немного поймать кислорода, но тут же моё лицо грубо притягивают обратно, между подрагивающих от моих стараний бёдер. - Ещё не заслужила. Задыхаюсь, но работаю языком ещё старательней. А она снова цепляет волосы и толкает мою голову навстречу своим толчкам. Внезапно ловлю себя на мысли, что мне действительно приятно находиться в таком унизительном положении, буквально ублажать королеву находясь под её столом. Поддавшись порыву этих мыслей, рука тянется вниз, трогаю себя медленно и робко, надеясь что королева не заметит. Уже не стыжусь стонать и мычать, и от удовольствия, и от критического недостатка воздуха. Рука между бедёр становится всё более беспокойной, а всё моё тело дрожит. Заметив незначительные изменения в моей поведении, Мэри перехватила мою руку и занеся её вверх над моей головой начала медленно поднимать выше. Я чувствовала боль в плече от такого напора, мучительно застонала, умоляя разрешить мне кончить. Мои руки теперь были связаны сзади. - Мэри, пожалуйста! - вскрикнула я, опрокидывая голову назад и полностью теряя над собой контроль, внизу всё горело, прося вновь о трепетном внимании. Королева лишь безжалостно ударила меня по лицу и вновь притянула между своих ног. Не могу отрицать - мне нравилось как она насильно меня использовала и как была груба со мной. Она не разрешала не обнимать, не бесцельно прикосаться к ней, лишь с равнодушным холодом брала от меня то, чего сама хотела. Таким и был наш компромиссный договор. Мэри была на подходе и я чувствовала это. Об этом свидетельствовала её участившаяся непристойная болтливость. Вот тебе и скромная целомудренная королева. - Вижу как тебе нравится такое обращение с тобой. Бедная девочка. Как же тяжело в такой момент со связанными руками, да? А у тебя весьма недурно получается, видимо я далеко не первая. Я издала громкий, но приглушенный из-за своего положения стон. Её заводили такие разговоры. Как и меня. Пытаюсь тщетно освободить руки из-за очередной волны желания довести себя до оргазма. Тщетно. Последняя свеча догорала, блекло освещая деревянный шкаф с множеством пыльных книг. Погибающий огонёк беспокойно дёргался в поглощающей его короткую жизнь тьме. И это продолжалось. Она внезапно подобрела ко мне, усадила на свои колени. Я облокачивалась на неё, откинув голову на королевское плечо. Хотелось взорваться от возбуждающей нежности и медлительности руки, что сейчас ласкала меня там, где недавно запрещала мне самой это делать. Под конец её рука негрубо зажала мне рот. И правильно сделала. Никто из нас не желал разбудить кого-то в поместье, особенно таким образом.