Дыши со мной...(с)

Скажи, куда мне идти: бежать вслед за тобой Или сделать шаг назад и отпустить…*       Голос Соколова сорвался на этих словах, и он опустил микрофон. Строчки резали сердце этим вопросом, который Слава теперь каждый день хотел задать Дэнверу, но не мог. Басист избегал разговоров наедине и всячески показывал, что та ночь в гостинице не более чем случайность. Лишь позавчера на предложение Соколова поехать домой вместе Животовский ответил неодносложно: — Ты же сам сказал, что завидовал тем, кого я таскал в постель расслабиться. Ты тоже это получил. Зачем продолжать тему? Или твоя новая цель это стать тем, кем был для меня Игос?       Слава тогда сглотнул и кивнул, отворачиваясь. Другого ответа он и не ожидал, но слышать такие слова всё равно было больно. А Денис стал еще больше показывать своё холодное отчуждение… — Слав, ты чего? — окликнул вокалиста Музыченко. — Голос сорвал? — Нет, — выдавил Соколов. — Простите, мне надо выйти… Пять минут! Не дожидаясь разрешения, парень вылетел из зала. Дэнвер злобно зыркнул на хлопнувшую дверь — он терпеть не мог такого поведения на репетициях. — Дэн, — Светлов встал и подошёл к Денису. — Что у вас происходит? Вы же тогда… После концерта… Ну мы все видели шею Славы… — Да, мы потрахались, — огрызнулся Животовский. — По его инициативе, я его не насиловал! Дальше? — И всё на этом? — уточнил Даниил. На правах старого друга и экс-любовника басиста он мог задавать такие вопросы, не опасаясь огрести по лицу. — А что ещё? — удивился Денис. — Ему вроде понравилось… — Дебил ты, Дэн, — отмахнулся Светлов. — Тебя Игос так и не научил, что чужие чувства это больше чем секс… — Не трогай ты эту тему, — поморщился Дэнвер. — Мы тогда молодые были, мне как-то только с одним неприкольно стало… Это не значит, что я его не лю… — Короче, — перебил друга Даниил. — Тебе бы со Славой поговорить. Объяснить, что всё это было разовой акцией. Нормально объяснить, Дэн! Без подъёбов, распространенными предложениями! А то помню я, как ты с Игосом разговаривал, на его месте любой бы тебе в табло дал! Ну либо… Чем вообще плохи постоянные отношения? Ты уже не в том возрасте, чтобы за каждым телом бегать. — Разберусь, — кивнул Животовский. — Не будь свахой. Тебя, Дим, тоже касается! Музыченко, пойманный с поличным на подслушивании, фыркнул и вернулся к перебору струн на гитаре.       Дверь тихо открылась, пропуская Соколова. — Всё, я готов репать, — преувеличенно бодро объявил он. — Слава… — вполголоса обратился к нему Дэнвер, подойдя поближе. — Я отвезу тебя домой, поговорим. Только сейчас соберись и не срывай прогон, хорошо? Парни, пропускаем «Прощай», давайте со следующей! ***  — Что это была за истерика? — спросил Денис, выруливая с парковки. — Как баба, блядь, реветь ушёл! — В горле пересохло, — буркнул Соколов, глядя в окно. — Ну-ну… — хмыкнул Животовский. — Теперь тебя каждый раз эмоциями крыть будет? На питерском гиге будем прерываться на квест «успокой вокалиста»? — Хорош, а? — попросил Слава. — Ты сам в прошлый раз сказал, что я получил всё, что хотел. Дальше мои проблемы! — То есть ты хотел только разового секса? — Какая уже разница? — Блядь… — простонал Дэнвер. — Ты хуже, чем те педовки, которые из-за меня вены пытались резать в десятом, когда узнали, что им ничего не светит… Давай сначала. Чего ты хотел изначально? — Хоть чего-нибудь! — не выдержал Соколов. — Зная тебя, ни на что большее и не рассчитывал! А так… Ну хотел бы я серьёзности, дальше?! Тебе когда в последний раз нужны были полноценные отношения? Тем более со мной? — Заебись, — Животовский выкрутил руль, сворачивая в переулок. — Ты всё решил, где поставить подпись? — Пошёл бы ты со своим юмором? — Не могу, ты в моей тачке… — Так выпусти меня! — Слава вцепился в ручку, но Денис затормозил и, протянув руку, перехватил Соколова за запястье, не дав открыть дверь. — Хорош, истеричка ты моя малолетняя! — Я тебя ненамного младше… — растерянно ответил Слава, оставляя свои попытки выбраться.       «Истеричка ты моя», — повторил он про себя, невольно расплываясь в улыбке. Грубоватый тон Дэнвера в сочетании с этим обращением звучал странно, но уютно, по-домашнему… — Всё, дома поговорим, — сказал Животовский, включая магнитолу. — Поспи, что ли. Чем больше ты спишь, тем меньше шансов, что мы приедем под утро. — Бесишь, — не удержался Соколов, закрывая глаза и откидываясь на спинку кресла. Дениса можно было только терпеть или любить, и первое было бы намного проще… *** — Приехали! — озвучил Дэнвер, глуша автомобиль. — Просыпайся! — Где мы? — Слава выглянул в окно. — Это же не мой двор? — Я в курсе, — усмехнулся Денис. — Потому что это мой двор. — Ты же сказал, что отвезешь меня домой?! — А я уточнял, к кому? — в глазах Животовского плясали чертята. — Мы дома… Точнее, у подъезда. Какие вопросы? Претензии? Предложения? Отсутствуют? Тогда пошли, нам через девять часов уже обратно на базу выдвигаться… И да, ты готовишь ужин. И завтрак. Устраивает? — Устраивает… — вздохнул Соколов. — Готов делать это каждый день и много-много лет. Если ты, конечно, разрешишь… — Вот и покажешь мне демо-версию, — фыркнул Денис. — И не только готовки…