Персиковая пена

— Ты вызвал меня с работы, чтобы показать вот это?! Разгневанный Му Цин тычет пальцем в бортик ванны. Ванны полной пены, от которой доносится запах персика с химическими примесями. — Именно! Фэн Синь с вдохновением разводит руки и начинает рассказ. Оказывается, мужчина бродил по продуктовому магазину, и слегка заблудился, попав в отдел с средствами личной гигиены, где и увидел ошеломляющую скидку на пену для ванн, а купив две — третья в подарок! Вот чудо же, да? — Фэн Синь, ты идиот? — Почему же? — Ты взрослый человек, которому уже давно за двадцать! — Ну и что? Мужчина недовольно сводит брови к переносице, поглядывая на белую пенистую субстанцию, которая блестела всеми возможными цветами. От такого перелива красок болели глаза. — Ты вылил все три бутылки? — Ага. Му Цин выдавливает недовольно-уставший стон и ударяет своё лицо ладонью. — Да ладно тебе. С такими словами Фэн Синь двумя руками погружается в белое болото. Сверху прохладная щекочущая пена, а снизу приятная теплая вода. Рукава толстовки закатаны по самые плечи, и на них оседают белые воздушные шарики, словно другие планеты, переливаются на темной ткани, отражая свет от лампочки. Фэн Синь медленно поднимается, загребая в ладони побольше пузырей, подходя к недовольному мужчине со скрещенными руками на груди, тот выгибает тонкую бровь в немом вопросе. Смуглые руки тут же подносят содержимое к голове Му Цина. — Если это попадёт на мои волосы — руки оторву. Шипит словно кошка, прикоснись — выгнет спину и отскочит на шага четыре точно. Но угроза не пугает, а только наоборот разжигает огонь озорства. Руки тут же вплетаются в идеальный длинный хвост, пытаясь впутать шарики воздуха в серебристые пряди. Обладатель волос шипит, и тут же хватает клок пены, которая и так вываливается за бортики, и точным движением заставляет вдохнуть мыльных пузырей носом и ртом. Мужчина кашляет, чихает, но улыбается так, словно кот сметаны объелся. После их маленькой стычки белый кафель пенится, а серебряные волосы выпали из хвоста, на них, словно бусины на дорогой нити, блестит жемчуг. — Доволен? — Нет. Фэн Синь указательным пальцем проводит по чуть вздернутому кончику ровного носа и лишь тогда кивает головой — довольный. На бледной коже пена гордо блестит, такую картину хочется разглядывать. Мужчина морщит нос и закатывает глаза, уже готовый уйти из комнаты, наполненной ароматом химикатов. Босые ноги наступают аккурат в пенистую лужу, заставляя проехаться по мокрому кафелю. Му Цин ведёт руками в воздухе, ища опору, натыкаясь на бортик ванны. Фэн Синь улыбается, видя как широко открыты его глаза, как быстро пульсируют зрачки. — Смешно тебе, идиот? Му Цин встаёт ровно, но продолжает держаться за бортик, видя в нем поддержку. В следующий момент руки мужчины соскальзывают, в панике хватаясь за рядом стоящего. Фэн Синь, которого потянуло вперёд, с волнением обхватывает Му Цина, прижимая ладонь к затылку и охватывая за спину второй рукой — сокращая расстояние в ноль. Не позволяя мужчине пострадать от удара головой об метал. Тихое шипение и всплеск розоватой воды разрушает немую сцену. Двое взрослых мужчин лежат в ванне напольной пеной до краев и смотрят друг на друга в шоке. Рубашка и брюки прилипают к телу, дарую великолепные ощущения скованности. Фэн Синь весь взъерошенный первый приходит в себя и не может контролировать смех: — Ты выглядишь как перепуганный кот. Му Цин что-то не понятно шипит, клацая зубами около кончика чужого носа. — Придурок. — Но улыбку не сдерживает, улыбается и чуть посмеивается в кулак. — Зато твой. — Сколько уже лет прошло? — Почти двенадцать. — Пятнадцать, идиот. — Я помню. Фэн Синь ведёт острым носом с горбинкой по щеке мужа. — Подумать только, замужем пятнадцать лет. — Давай, вставай, не удобно. Фэн Синь только гладит по волосам, распуская. Целует в нос. И улыбается. Они вместе почти всю жизнь, и пятнадцать лет — капля в море. В море полном истерик, не понимания, слепой ненависти и немой любви. Они пережили много дерьма, шагая через кипяток луж и медные трубы.