babycake

Шото несколько минут смотрел на улицу через окно гостиной. Каждую мимо проезжающую машину омега проверяет, не возвращается ли домой Кацуки или хотя бы Изуку. Шото хотел снова увидеть своих альф. Он не хочет оставаться один в этом доме. Дом двух альф кажется таким пустым и таким холодным. Проехала очередная машина и Шото почувствовал, как на глаза наворачиваются слезы. Шото начал нервничать. Он сильно сжал губы, чтобы не заплакать, и крепко сжал нижнюю часть топа дрожащими пальцами. Почему Кацуки и Изуку оставили его одного? Шото явно предпочитает оставаться с ними. Дом его пугает. Он напуган. Они сдались? Да, определённо. У альф должно быть разбито сердце. Шото продолжает отталкивать их и не позволяет им прикасаться к нему. В конце концов, они бросили его ... Он будет умирать в одиночестве в этом большом доме. С течением времени Шото сходит с ума все больше и больше. Он больше не хочет умирать, он хочет жить и иметь возможность чувствовать, не боясь. Но альфы бросили его. "Н-не хочу быть один ..." Он, который только-только начинал привязываться к двум альфам, теперь снова сдаётся. Он должен был догадаться... каждый раз, когда он привязывается к кому-то или чему-то, он в конечном итоге страдает и снова оказывается брошенным. Его родители? Они бросили его. Его брат? Он также оставил его в приюте. Его первая любовь? Он причинил ему боль и тоже сдался. Разве он не может быть счастлив раз и навсегда? Почему все люди, которых он любит, в конечном итоге причиняют ему боль? Шото чуть ли не бросился на вещи Кацуки, который валялись рядом с диваном. Он порылся в его коробках и быстро нашел одну из его вещей. Он открыл ее и схватил первый элемент одежды, что попал под руку. Толстовка. Он нежно трется об неё лицом и вздыхает с облегчением. Запах альфы немного успокоил его. Но этого мало. Чего-то не хватает. Шото встал и направился в свою комнату. Внутри он нашел старый спортивный топ Изуку, который лежал у него под подушкой. Запаха нет. Он вышел из своей комнаты, чтобы пойти в ванную и бросил топ в корзину для белья. А затем он вышел из ванной и остановился перед дверью в комнату Изуку. Он никогда не заходил внутрь. Не только из-за страха, но и из уважения. Он медленно положил руку на дверную ручку и долго колебался, прежде чем открыть дверь спальни. Немедленно нежное тепло окутало тело омеги, когда он оказался внутри. Комната наполнена запахом альфы. Шото не знал, что делать, он сходил с ума. Он подошел к шкафу Изуку и открыл его. Он схватил первую найденную им одежду, рубашку, и взял ее с собой. Ему было немного стыдно красть одежду альф... Но только с их запахом он может успокоиться. А затем Шото обернулся к кровати альфы. У Изуку есть двуспальная кровать. Но он спит один... Почему тогда у него двуспальная кровать? Спит ли он с другими людьми? С другими омегами? Однако он живет с альфой несколько дней и пока никого не привел домой. Фактически, это так, кроме Кацуки, он никого не знает. Шото медленно подошел к кровати и забрался на нее. Он подполз к изголовью и упал на подушки. Запах альфы такой свежий, такой сильный. Он сделал глубокий вдох и почувствовал, как внезапно расслабились все его мышцы. Ему было так хорошо в постели Изуку. Это как маленький кокон. Он больше не хочет покидать его. Двуцветный повернулся и оказался на спине. Он поднялся, надел толстовку Кацуки поверх топа и снова упал на кровать. Толстовка Кацуки слишком велика для него, но это не имеет значения, он чувствует себя хорошо внутри. Он прижал рубашку Изуку к груди и крепко ее обнял. Теперь, когда Шото был намного более расслабленным, он понял, насколько он нелепый. Что ж, он находит себя смешным. Он начал паниковать напрасно... Если бы Кацуки и Изуку действительно разочаровались в нем, они бы не оставили свои вещи. Шото не нужно волноваться. Он должен доверять альфам. Они хорошо обращаются с ним. Шото только что осознал, насколько он напуган тем, что был разлучен с двумя альфами. Он действительно заботится о них... Но разве это любовь? Двуцветный уже давно не влюблялся. И возможно ли, что ему нравятся Кацуки и Изуку одновременно? Шото поднялся с кровати и посмотрел в окно. Небо постепенно скрывалось. Надвигалось большая черная туча. Двухцветный надеется, что альфы быстро вернутся. Он приподнял одеяло и проскользнул внутрь. Он чувствовал себя в объятиях Изуку. Каким бы он хотел быть с двумя альфами... Они были бы так хорошо закутаться в одеяло, болтаясь перед телевизором и попивая горячий шоколад. Но сможет ли омега вынести физически такую ​​же близость к двум альфам без паники? Когда двухцветный открыл глаза, он услышал, как хлопнула входная дверь. Он быстро поднялся с кровати и узнал голос Кацуки, ворчавшего в другом конце коридора. Он взглянул на будильник рядом с собой и понял, что спал в постели Изуку почти два часа. - Я дома, - хриплым голосом крикнул из холла Кацуки. У Шото паника. Что скажет Кацуки, если увидит его в постели Изуку? Он начнет ревновать. Или расскажет ою этом зеленоволосому, который очень рассердится. Шото поспешно выбрался из кровати, взял рубашку Изуку и выбежал из комнаты зеленоволосого и направился в свою, оставив кровать неубранной. Он внезапно закрыл за собой дверь и позволил себе скользить по ней спиной, пока не достиг земли. Грудь у двухцветного быстро поднималась и опускалась, внезапно поднявшееся давление медленно спадало. Шото смотрел, как мелкие капли дождя стекают по его окну и слушал, как альфа разбирает покупки на кухне. Шото снова почувствовал себя ужасно нелепо. Еще час или два назад он сказал, что должен доверять двум альфам. Он был парализован страхом, не мог двигаться и присоединиться к альфе. Зная, что он должен быть хорошей омегой, он должен помочь Кацуки разобрать покупки. Блюдо уже должно быть готово. Но ничего не было сделано, потому что Шото странный. У него даже не хватает смелости подойти и поцеловать альфу, чтобы поприветствовать его. Это действительно смешно. Внезапно омега услышал шаги альфы, приближающейся к его комнате. Он побежал к своей кровати и поспешно спрятал рубашку Изуку под подушку. Он закутался в одеяло и Кацуки внезапно открыл дверь. Кацуки не знаком с поняем “личное пространство”. В отличие от Изуку, он никогда не стучит перед входом и ему без разницы если он издает много шума. Двухцветный не мог не задержать дыхание, если Кацуки увидит его в толстовке... Но блондин лишь взглянул на омегу, прежде чем закрыть дверь и вернуться на кухню. Шото вздохнул с облегчением. Кацуки заканчивает откладывать покупки, оставляя только то, из чего будет готовит полдник. Он глубоко вздохнул и потер руки. - Черт, в этом доме охренить как холодно. Кацуки подошел к обогревателю и включил его. В отличие от Изуку, Кацуки не большой поклонник холода и зимы. Он явно предпочитает потеть, как свинья, летом, а не пиздецки мерзнуть зимой. Альфа подошел к своим вещам, все еще упакованным в коробки, из-за нехватки места, рядом с диваном и открыл ящик с зимней одеждой. Он порылся на мгновение в поисках особой толстовки. Это была толстовка, которую отец подарил ему на 18-летие. Черная толстовка с большим оранжевым крестом на спине и на груди. Довольно простой подарок, но тот, который Кацуки очень ценил, потому что у его отца всегда был хреновый вкус, когда дело касалось одежды, и это был первый раз, когда он предложил ему что-то в его стиле. И даже если толстовка стала становиться слишком маленькой, блондин продолжал ее носить и не собирался выбрасывать. Вот только сейчас он не мог найти её. Кацуки вспомнил, что носил её два или три дня назад. Она, должно быть, в корзине для белья… Кацуки забил и взял ещё одну толстовку. Он натянул её и достал свой сотовый телефон, который лежал в кармане джинс. На его экране отображалось 5 новых сообщений и 2 пропущенных звонка от задрота. Он закатил глаза и решил перезвонить альфе, который взял трубку сразу после первого гудка. - Что тебе нужно, Деку? - Каччан! Наконец-то ты мне ответил! Я начал переживать! - Да-да, извини, я был в дороге, не мог ответить. - Дороге? Куда ты уходил? - Я сделал две или три покупки, ничего особенного. - Ты взял с собой Шото? - Э, нет… - Что?! Ты оставил его одного в доме?! - Всего на два часа. Ничего страшного, он не помер, я заходил к нему, все нормально. Ты должен перестать относиться к нему как к гребаному ребенку, Деку! - Я не отношусь к нему как к ребенку! Блин, Каччан, ты оставил его одного дома... Ты видел, в каком он состоянии?! - Блять, конечно видел! Что ты хотел, чтобы я сделал?! Что я взял его с собой? Чтоб у него случилась паническая атака?! Кацуки слышал вздох Изуку из трубки. - Он ... Он не наделал глупостей? - Что ты хочешь? Отрубить ему руки? - Нет, я... Я просто переживаю за него... Я думал о нем весь день, не могу сосредоточиться на работе. -…Ты блять думаешь, что я о нем совсем не задумываюсь? Я ушел только на два часа, но кажется, что не видел его две недели... Но я даже не могу его обнять. - Я не смогу сделать больше, чем ты, когда вернусь домой с работы сегодня вечером... Два альфа вздыхают одновременно. - Значит, ты хотел мне позвонить только для этого? - Ну да, ты не отвечал на мои сообщения, так что... - Ладно, не буду мешать... Мне нужно приготовить обед. Будь осторожен в дороге, вечером прогнозируются сильные грозы. - Авв, спасибо, Кач- Кацуки сбросил, не давая Изуку времени закончить фразу и снова убрал телефон. Альфа, который действительно голоден, поспешил приготовить обед. Шото проснулся от звука грома. Он внезапно открыл глаза, все еще закутавшись в одеяло, его тело покрылось потом. Он быстро поднялся и выглянул в окно. Темно… Часы в его комнате показывают 8 вечера… Он так долго спал?! Медленно, двуцветный снял толстовку Кацуки, которая все ещё была на нем, он был таким горячим. Почему? Может это из-за приснившегося сна? Но он не помнит, о чем был сон... Он, должно быть, был слишком накрыт одеялом. Он снял с себя одеяло и сел на край кровати. Внезапно прозвучала еще одна вспышка, осветившая на секунду всю его комнату, а затем последовал громкий рев, от которого весь дом задрожал. Шото взвизгнул от страха, поспешно задернул шторы и включил свою маленькую настольную лампу. Из своей спальни двухцветный мог слышать шум телевизора в гостиной. Шото медленно открыл дверь своей комнаты и прищурился, чтобы посмотреть, вернулся ли Изуку. Но его обуви в холле не было. Это означает, что он все еще на улице под дождем! Почему он до сих пор не вернулся? С ним что-то случилось?! Идя к гостиной, Шото представил тысячу бедствий. А потом, когда он добрался туда, он внезапно остановился. Раздался еще один грохот, и дом вздрогнул. Омега больше не могла двигаться вперед. Как будто перед ним стояла невидимая стена. Стена, которую он создал сам и которая он не может пройти. Стена, перед которой он оказывается, когда хочет приблизиться к Изуку или Кацуки. Он хотел присоединиться к Кацуки, который сидел полусонный на диване. Он сказал бы ему, что беспокоится о Изуку. Кацуки успокоил бы его, взяв на руки и прижав к себе, лежа на диване с ним. Когда Изуку возвращался домой, он шел бы прямо, чтобы присоединиться к двум парням на диване и они могли вместе отдохнуть и погреться перед телевизором. Но этого никогда не произойдет… Потому что Шото снова не смог преодолеть эту стену. Звучит новая вспышка. Шото вернулся в свою комнату, почти бежал, и бросился на кровать. Он накрылся пуховым одеялом и в ярости несколько раз ударил по матрасу. -П-почему?! Почему я ничего не могу сделать?! По его щекам текут слезы ярости. - Я ни на что не годен! Изуку и Кацуки так милы со мной, и я ... я даже не могу их отблагодарить! Шото плакал все громче и громче. Его тело дрожало, он громко ахнул и продолжал принюхиваться. - М-мама всегда была права... Я слаб, я ничего не могу сделать... Я даже не могу стоять на своем… Он ударил снова, на этот раз зацепилась его подушка. В небе прозвучала еще одна молния, и Шото вскрикнул от страха. Ярость в нем продолжала расти. Может, пощечина его успокоит? Может, его надо было ударить? - Э-это моя вина, что я слаб и всегда одинок ... Всегда м-моя вина ... Я ненавижу себя! Двухцветный рухнул на его кровать, крепче сжимая подушку, которая постепенно впитывала его слезы. В то же время внезапно открылась входная дверь. Кацуки поднялся с дивана, вытирая струйку слюни со рта. Изуку вошел в дом, захлопнул дверь и снял обувь и пальто. Альфа промок с головы и до пят. - Бля, ты жив, - усмехнулся Кацуки. - Это не смешно, Каччан. Я провел в дороге два часа. К тому же я попал в чертову аварию на шоссе. Изуку положил мокрое пальто на один из кухонных стульев. - Разве ты не работаешь сегодня вечером? - Бля, нет, Момо прислала нам сообщение, что не стоит ехать. Во время шторма в бар никто бы не пришел, кроме алкоголиков. - Кто такая Момо? - Мой начальник. - Оу. Кацуки повернул голову к альфе и широко раскрыл глаза. Изуку раздевался в холле. Блондин покосился на пресс Изуку, который был гораздо более выраженным, чем он представлял, и посмотрел в сторону с красным лицом. - Ты можешь раздеться в своей комнате. - Моя одежда промокла! Мне хватило просто пройти между парковкой и домом, чтобы полностью намокнуть. Зеленоволосый протяжно вздохнул, устав от своего дня, и пошел в ванную в боксерах. Он бросил одежду прямо в корзину для белья и решил не принимать душ. Очень устал. Проходя по коридору, Изуку внезапно почувствовал сильный запах омежьих феромонов. Страх. Стресс. Гнев. Альфа медленно подошел к двери комнаты омеги и приложил к ней ухо. Он мог слышать писк и плач. Но с шумом шторма он не был уверен. Он вернулся в гостиную, где нашел Кацуки, который выключил телевизор и раскладывал диван, чтобы лечь спать. - Как Шото? Кацуки поднял глаза и закатил глаза. - Он спал весь день. Я решил не заёбывать его, я думал, что если я его разбужу, даже поесть, он не оценит этого. Кацуки заметил раздраженное выражение лица Изуку и нахмурился. - Что? - Н-нет, ничего... Ничего, забудь. Я ложусь спать. - Ты что, даже не собираешься есть? - Нет, я слишком устал... Я бы лучше завтра поем. Изуку приволок ноги в свою комнату, он слышал, как Кацуки жалуется из гостиной, что никто не ест его еду и это его бесит. Когда альфа вошел в его комнату, он заметил, что его кровать не заправлена, а шкаф широко распахнут. Однако альфа помнил, что заправил постель этим утром перед тем, как уйти на работу. Но Изуку слишком устал, чтобы обращать на это внимание. Он рухнул на кровать и свернулся клубочком. Его подушка, простыни, вся его кровать была пропитана сильным запахом омеги. Изуку нахмурился, понюхав свою подушку. Шото был у него в постели? В небе сверкнула молния и Изуку поднял взгляд. Из-за этой бури альфа не мог спать спокойно. Как бы то ни было, он так устал. Изуку закрыл глаза и уже почувствовал, что засыпает. Вдобавок запах омеги на его кровати сильно расслаблял его. Но примерно через двадцать минут в нос Изуку ударил новый запах. Стресс. Страх. Как тот, который он чувствовал ранее в коридоре. Несмотря на тяжелые веки, Изуку медленно открыл глаза. Его альфа-инстинкт насторожился и он не знает почему. Дождь сильно ударил в окно, а буря все еще грохотала. Изуку повернулся налево, протяжно зевнул и широко раскрыл глаза. На пороге его комнаты стоял Шото, опустив голову и нервно играя пальцами. Альфа быстро поднялся, осознав, что феромоны стресса и страха исходят от двуцветного. Его тело так сильно тряслось, и казалось, что в любую минуту он упадёт. - Ш-шото? Тебе что-то нужно..? И здесь омеге наконец удается преодолеть свою стену. При его словах Шото подбежал, почти, к кровати альфы и бросился ему в объятия. Не готовый к такой атаке и очень уставший, Изуку упал на кровать с омегой на груди. Тот, кто поменьше, был в слезах и отчаянно сжимал тело зеленоволосого. Мол, он боялся упасть или как будто боялся, что в ту самую секунду, когда он отпустит альфу, он уйдет. - Д-да... Да, м-мне нужно... Ты мне нужен... Ты мне нужен... Шото поднялся и вытер слезы с рукава, но появились новые. - Я... не хочу больше умирать... Я хочу иметь возможность чувствовать, не боясь… Я не хочу... иметь это чувство бесполезности... Я не хочу больше бояться, я устал от этого... То, что видел Изуку, разбило ему сердце, но он не был уверен, сможет ли он положить свои руки на тело альфы. - В-вы оба ушли... сегодня... и-и у меня создалось впечатление, что я снова сдаюсь... обратно в приют... Но я не хочу возвращаться! Шото громко ахнул и крепко сжал волосы, чтобы выдернуть их. - Я так напуган! Изуку больше не мог сдерживаться. Он быстро поднялся и схватил руки, которые крепко держали волосы, чтобы убрать их. В то же время пришел Кацуки, которому мешал шум. Заметив его, Шото начинает плакать еще громче, пищит его имя и протягивает к нему руки. Альфа не теряет ни секунды и подходит к омеге, пока Изуку безуспешно пытается вытереть слезы. - Пожалуйста... Пожалуйста, не... бросайте меня... Я обещаю быть хорошим мальчиком! Я буду хорошим мальчиком! Я буду готовить, убирать, вы даже можете трогать меня, когда вздумается! П-Просто, пожалуйста, не оставляйте меня одного...! Я слишком напуган... Изуку и Кацуки чувствовали себя виноватыми. Они оба оставили омегу в одиночестве сегодня... И, фактически, с самого начала, ни один из них не обращался с омегой должным образом. Когда Шото нуждался в ласке, утешении и защите, их не было и рядом. На самом деле Шото не боится других... Он просто боится жить. Он боится делать выбор, двигаться вперед, ошибаться, чувствовать, потому что он всегда был один лицом к лицу с жизнью и не знает никого, на кого можно было бы положиться. Кацуки сел на край кровати и нежно погладил омегу по спине. В небе вспыхнула новая молния и Шото вскрикнул от страха, прячась у груди Изуку. - Шшш, успокойся Шото. - Здесь ты в безопасности, - попытался успокоить Изуку. - Н-но мне так страшно... Я не хочу умирать... Кацуки внезапно взял лицо омеги в ладони. - Ты не умрешь, Шото, хорошо? Я не позволю тебе умереть. Мы с Деку позаботимся о тебе. Обещаю, мы тебя не подведем. - Ты не вернешься в приют, Шото. Ты останешься здесь, с нами, и больше никто и ничто не навредит тебе, хорошо? Омега громко фыркнул и схватил Кацуки за руки. - П-по-настоящему? Я нужен вам? В-вы не собираетесь бросать меня ..? Изуку не мог не улыбнуться и нежно поцеловал двухцветную щеку. - Да, это правда. Мы действительно любим тебя, Шото. - Серьезно. Волна тепла протекает по всему телу омеги. Они его любят. Он нужен им. Шото почувствовал себя таким счастливым, таким счастливым, огромная тяжесть на его сердце испарилась и он снова заплакал, но на этот раз от радости. -Я-я тоже, я люблю вас, обоих... - О нет, Шото, не плачь! Кацуки встал и Шото тут же пискнул, потянувшись к нему. - Успокойся, малыш, я сейчас принесу подушку, - заверил выходивший из комнаты блондинк. - Твоя подушка?! Широко раскрытыми глазами Изуку смотрел, как блондин вернулся со своей подушкой и положил её у изголовья кровати, прежде чем буквально бросился на кровать. Он лег на левую сторону матраса и одной рукой постучал по месту рядом с собой. Шото не заставил себя ждать и устроился посередине, проскользнув под одеяло. - Я не позволю этому малышу спать одному. Да ладно, еще есть место для твоей большой задницы. Изуку закатил глаза с легкой улыбкой на губах и поскользнулся на правой стороне матраса. - Из нас троих не у меня самая большая задница. - В-вы... Вы хотите спать вместе? - Да, все в порядке, кровать достаточно большая ... С другой стороны, не удивляйся, что я бью тебя по лицу ночью, Деку, я терпеть не могу храп. - Ладно... Но не буди меня, я не жаворонок. Внезапно дом сотрясает новый грохот, и Шото внезапно начинает визжать. Изуку нежно обнимает его за талию, и Кацуки тянется, чтобы нежно поцеловать его в лоб. - Успокойся, не надо пугаться. Это просто гроза. - Знаю, но... это громко... - Попытаться расслабиться. Можешь спать спокойно, с тобой ничего не случится, ладно? Шото медленно кивнул и прижался лбом к груди Кацуки. Он глубоко вздохнул, закрыл глаза и впервые в жизни Шото почувствовал себя так хорошо.