Прости за любовь

Доен даже вдохнуть не может, как следует, потому что сам не может разобраться в своих чувствах, и поэтому уходит из дома, поднимается на шестой этаж и звонит в дверь. Ему открывает Юта, и как только Доен его видит, то тут же бросается ему на шею. Юта затаскивает его в квартиру, закрывает дверь, а затем обнимает Доена и ждет, пока тот успокоится. Когда Доен, наконец, приходит в норму, Юта берет его лицо в руки и пытается заглянуть ему в глаза: - Что произошло? Доен мотает головой: - Я сам не знаю. Я вообще не понимаю, что происходит и почему все так. Но я чувствую себя таким ужасным человеком, хоть и не сделал ничего плохого. - Расскажешь? Доен мнется несколько минут, а затем решается: - Джехен меня поцеловал, а сегодня сказал, что любит меня не как брата и что хочет меня. А вчера папа спросил, что со мной случилось, и я не смог ему рассказать о том, что сделал Джехен, поэтому соврал, что это ты меня поцеловал, а не он. И теперь папа думает, что ты страдаешь от безответной любви ко мне, в то время как мой старший брат испытывает это уже два года. Он хочет начать плакать, но Юта его вовремя успокаивает, хотя сам все еще пребывает в шоке от того, что только что услышал. Родителей Юты нет дома, потому что они на несколько дней уехали в командировку, поэтому Доен сейчас лежал головой на его коленях, в то время как сам Юта сидел на кровати и задумчиво смотрел на него. Доен то и дело вздыхал, все продолжая думать о Джехене и его словах, а также пытался решить, что же ему все-таки делать дальше. Они молчали так уже почти час, как Юта спрашивает: - Что будешь делать теперь? Доен тихо отвечает, перебирая пальцами ткань его домашних штанов: - Не знаю. Не могу никак решить. Джехен... Джехен просил меня забыть обо всем и жить, как раньше. Как братья. Юта фыркает, складывая руки на груди: - Забудешь тут. Твой братец, конечно, гений, ничего не скажешь. Доен резко поднимается, садится на кровати и зло смотрит на Юту: - Прекрати так о нем говорить, Джехен очень хороший, и ты это прекрасно знаешь. Юта продолжает говорить в своей привычной саркастичной манере, когда защищался от нападок других людей или же пытался скрыть свою злость, сейчас это было второе: - Оу, прости. Я прекрасно знаю, что так обожаемый тобой старший братец только и думал все это время о том, как разложить тебя на первой попавшейся горизонтальной поверхности, а затем, когда ему надоело себя сдерживать, он решил вывалить это все на тебя, предварительно полапав. А потом, если мне не изменяет память, он вдруг попросил тебя обо всем благополучно забыть и делать вид, что ничего такого не произошло, однако, знаешь что, Доен, ни хрена так не будет. - С чего ты взял? - Ну, если бы я знал тебя одну секунду из всей своей жизни, то, может быть, я бы еще поверил, что ты способен на это. Но то, что тебя поцеловал старший брат и признался в любви, можно забыть только в том случае, если на тебя упадет метеорит и вызовет амнезию. Доен выдыхает: - Юта,ну почему ты такой... Он устало заваливает набок и лежит так, свернувшись калачиком. Юта его тычет пальцем в бок: - Да ладно тебе, я что, сказал неправду? - В том-то и дело, что ты всегда говоришь только правду, причем очень прямолинейно и жестоко. Просто... Он на несколько секунд задумывается, а затем продолжает: - В те два раза, что Джехен меня поцеловал, я... не почувствовал отвращения, хотя, по идее, это должно быть первое и самое подавляющее чувство. - И что ты почувствовал вместо этого? - Страх? На самом деле все было очень странно и смешанно. Я точно осознал, что испугался таких неожиданных действий Джехена. Я был в шоке, в ступоре и даже не знал, как на это реагировать. Не могу до сих пор осознать это в полной мере. Но... Юта, я люблю Джехена, это я знаю точно. Юта хмурится: - Любишь в каком смысле? - Я только сейчас начал понимать, что вся эта любовь, что я с детства испытывал к нему, не столько братская, сколько... просто любовь. Я элементарно не могу без Джехена спокойно прожить даже сутки. Когда он уходит из дома даже на несколько часов, я беспокоюсь и постоянно думаю о том, в порядке ли он, поел ли, весело ли ему с друзьями... Затем он тяжело вздыхает, и Юта первым понимает, что происходит. И это понимание его отнюдь не радует. Он тяжело смотрит на потерянного и задумчивого Доена, который всегда был слабым, чувствительным, мягким и послушным. Юта не может вспомнить случая, чтобы Доен нарушил какое-либо школьное правило или хотя бы раз пропустил уроки. Его всегда пытались задеть другие дети или посторонние люди, поэтому Юте приходилось защищать его в школе, Джехен же оберегал Доена от более серьезных проблем. Юта всегда считал странным тот факт, как Доен сильно привязан к Джехену. Он действительно замечал, что Доен очень нервничает, если они не видятся с братом больше 4-5 часов. Когда тот приходил со школы, а после - с университета, то Доен всегда радостно встречал его и ластился, словно котенок. Джехен же неотрывно следил за Доеном даже дома, особенно когда к ним приходил Юта. Он с самого начала их встречи испытывал к Джехену необъяснимую неприязнь. Сейчас же все встало на свои места. Джехен был вовсе не заботливым старшим братом, а лишь парнем, влюбленным в своего младшего брата. В своего сводного младшего брата, который ему бесконечно доверял, во всем его слушался и который его практически боготворил. Юту всегда бесила эта слепая любовь Доена и его доверие Джехену. - Я совсем забыл про ужин. Юта смеется и провожает его домой. Доен вбегает домой с криком: - Прости, папа, я совсем забыл приготовить тебе ужин. К нему выходит Тэен и мягко улыбается: - Все нормально, закажем что-нибудь из ресторана. Ты голоден? - Да. А где Джехен? - Лежит в комнате в наушниках и не хочет контактировать. Доен тихо протягивает: - Ясно. - У вас что-то случилось? - Нет. С чего ты взял? - Джехен обычно молчаливый и слушает музыку в наушниках несколько часов подряд, когда у вас что-то происходит. В последний раз такое было, помнится, два года назад, когда вы поссорились из-за Юты. - Ничего особенного не случилось. Думаю, это пройдет очень быстро. Тэен не отставал: - Из-за чего вы поссорились? - Снова из-за Юты. - Ясно. Думаю, Юте в таком случае не стоит приходить к нам в гости, пока все не уляжется. Джехен и так нервничает каждый раз, когда видит его рядом с тобой. Доен вспыхивает от услышанного и отводит взгляд: - Папа, ну почему ты каждый раз напоминаешь мне об этом, стоит нам с Джехеном из-за чего-то поссориться. - Ну, наверное, потому что все ссоры у вас всегда происходят из-за Юты. - Юта тут ни при чем. Я ведь не начинаю беситься каждый раз, когда вижу его с Джонни. Тэен вздыхает, внимательно глядя на Доена, а затем говорит: - Но тем не менее, тебя очень беспокоит, что Джехен с тобой не разговаривает. Доен не выдерживает и возмущенно восклицает: - Папа! Отключи уже свой режим психотерапевта, ты вообще-то дома, а не в своем кабинете с пациентами. Тэен тихо смеется: - Прости-прости, ты прав. Я действительно настолько привык работать целыми днями, что даже дома уже отключиться от этого не могу. Доен усаживает его за стол: - И именно поэтому тебе стоит хорошо поесть, принять душ и лечь спать. Тэен гладит его по голове и устало улыбается: - Напомни мне, почему ты вырос таким потрясающим мальчиком? - Весь в тебя, папочка, весь в тебя. Доен заказывает еду, они ждут ее с Тэеном вместе, болтая на разные непринужденные темы, затем они вместе ужинают, оставив часть еды Джехену, Тэен принимает душ и ложится спать. Доен моет посуду, принимает душ и заходит в их с Джехеном в комнату. За весь вечер тот так ни разу и не вышел. Он лежал на боку, спиной к кровати Доена. Доен задумчиво посмотрел на Джехена пару минут, протирая волосы полотенцем, а затем аккуратно кладет его на кровать и на цыпочках подходит к брату, несмотря на то, что тот был в наушниках. Доен садится на корточки возле его кровати, не решаясь прикоснуться к парню. Джехен лежит с закрытыми глазами и со стороны казалось, что тот спит, но Доен знал что он не может заснуть раньше полуночи, поэтому выдыхает и легко касается его плеча пальцами. Джехен сначала не реагирует, тогда Доен стискивает пальцы сильнее, и парень наконец разворачивается к нему. Джехен смотрит на него удивленно и вопросительно, садясь на кровати и снимая наушники. - Чего тебе? Его голос хриплый, ниже чем обычно, а тон непринужденный и равнодушный. Сердце Доена пропускает удар от того, что Джехен, наконец, обратил на него внимание и разговаривает с ним, и он во все глаза смотрит на взъерошенного брата. - П-просто хотел узнать, как ты. Джехен с досадой думает о том, что Доен, должно быть, последний псих на свете, потому что на его месте Джехен как минимум сбежал бы из дома, а не интересовался его состоянием. - А ты как думаешь? - Ну... Тебе, скорее всего, очень плохо из-за того, что произошло, и ты очень переживаешь. Джехен внимательно смотрит на Доена, сидящего на корточках перед его кроватью и глядящего на него снизу вверх, и у него сердце сжимается от того, как тот выглядит невинно и ужасно, ужасно уютно. Доен всегда был таким потрясающе нежным, невинным и добрым, в нем, казалось, вообще не было чего-либо негативного и плохого. Он был послушным, преданным, любящим и ласковым, как какой-то котенок. Доен всегда искренне радовался успехам Тэена, Джехена и Юты, ужасно переживал из-за чужих трагедий и неудач. Он был чистым, и Джехен честно считал, что мир не достоин его младшего брата. Он сам не понял, как это все произошло. Как возникло то самое, совсем не братское чувство к нему. Джехен осознал всю неправильность своих чувств в один миг, когда начал Доена желать во всех отношениях. Его хотелось постоянно оберегать и любить, защищать от всего, Джехен всегда ревновал его к Юте и на дух не переносил, когда тот к нему прикасался. А еще Джехену хотелось прикоснуться к нежной и белоснежной коже Доена, к его ярким красноватым губам в форме сердечка, держать его в своих руках, ласкать его тело и срывать с его губ тихие стоны. Джехен четко осознавал, что ему хотелось Доена совратить, и чтобы тот всегда был с ним, чтобы любил его в ответ точно так же, как он его, однако в то же время, он боялся его испортить своей неправильностью. Джехен сам себе на фоне Доена всегда казался ужасно неправильным, вредным, злым и иногда агрессивным. В отличии от Доена, Джехен мог прогулять пару уроков, не сделать домашнюю работу, он периодически выпивал с друзьями дома у Джонни, курил, мог подраться с кем-нибудь, а еще был грубым, когда его мать погибла под колесами машины, он часто ссорился с Тэеном и изводил его своим поведением. Джехен стискивает пальцами простынь и отвечает: - Ну почему ты такой, Доен? Доен непонимающе смотрит на него: - Какой? Я тебя слишком достаю? Тогда я пойду, чтобы... Он уже встает, чтобы уйти из комнаты и не мешать Джехену, но тот вдруг хватает его за запястье и тянет на себя. Доен по инерции садится на колени Джехена. Тот неосознанно обхватывает его руками за тонкую талию, крепко прижимая к себе. Их лица находятся лишь в нескольких сантиметрах друг от друга, и Джехен видит немного испуганное и смущенное лицо Доена. Он лишь тихо произносит ему прям в губы: - Не уходи, ты мне вовсе не мешаешь. Доен отвечает дрожащим голосом: - Э-это хорошо. Он сидит на одном бедре Джехена, как маленький мальчик на коленях у Санты, упирает смущенный взгляд в пол и перебирает дрожащими пальцами края футболки, которую он стащил у Джехена пару лет назад. Джехен, кажется, перестает соображать и совершенно забывает об их нынешней ситуации, но он, видя это милое лицо, лишь улыбается и говорит: - Где Тэен? - Папа спит уже. Он очень устает на работе в последнее время. Доен думает о том, что он сошел с ума, раз так спокойно сидит на коленях Джехена и ведет себя, как малолетняя школьница. - Это хорошо, ему стоит больше отдыхать. И с этими словами он неожиданно опрокидывает Доена на свою кровать, нависая сверху. - Ч-что ты делаешь,хён? - Только не называй меня так, прошу... Он шепчет лишь это, а затем накрывает губы Доена своими. Джехен целует его глубоко и чувственно, покусывая губы Доена и тут же зализывая ранки. Доен с девушками даже не разговаривал, не то что за ручку с кем-то ходить или что-то большее, но он отчего-то пытается ответить на поцелуй Джехена, хотя даже не знает, как. Джехен отрывается от него. Он тяжело дышит и смотрит на Доена затуманенным взглядом. Губы Доена ужасно горят, они красные и покусанные, а щеки и кончики ушей покраснели от смущения и возбуждения. Доен лишь тихо произносит: - Здесь ужасно жарко, хён. Что мне делать?.. Он говорит это на грани плача, слезы уже стоят в его глазах, потому что он сам себя не понимает: ему ужасно хочется ответить Джехену, прикасаться к нему вот таким образом, но сама мысль о том, насколько это неправильно, и что будет с ними, если кто-то из посторонних узнает, просто убивала его и вызывала слезы. Джехен с нежностью смотрит на него, проводит пальцами по его лицу и губам, а затем тихо отвечает: - Я тебе помогу. Ты же доверяешь мне? Доен кивает, вытирая слезы: - Да. Джехен снова его целует, на этот раз забираясь руками под его футболку, оглаживая выступающие ребра и впалый живот. Доен тихо стонет, стараясь отвечать на поцелуй. Когда же воздуха совсем не хватает, Джехен отрывается от него, снимает свою и его футболку, снова нависая сверху. Он оглядывает полуголого Доена, который стыдливо прикрывается руками, а затем убирает их, прижимая к кровати. Джехен начинает целовать шею, ключицы, плечи и соски Доена, то оставляя на его белой, тонкой коже следы, то коротко целуя. Доен елозит под ним, судорожно дышит и неосознанно выгибается, подставляя свое тело Джехену, чтобы получить больше ласки. Джехен в это время забирается рукой под его пижамные штаны с бельем, тут же обхватывая уже вставший член. Он лишь усмехается и смотрит на Доена: - У тебя уже встал член, Доен, от простых поцелуев. Ты такой чувствительный мальчик. Доен стонет, прикрывая рот рукой. Он жутко краснеет от стыда, смущения из-за слов Джехена и возбуждения. Джехен лишь нависает над ним, не сводит внимательного взгляда с его лица и ласкает его член. Взгляд Доена случайно падает на открытую дверь их комнаты, и он в ужасе вспоминает об отце, который спит в соседней спальне. Доен пытается вырваться со словами: - Джехен, там... там ведь папа, он может услышать. Дверь открыта, и он спит буквально через стену от нас... Джехен припечатывает его к кровати, не переставая доставлять ему удовольствие. - В таком случае, Доен-и, постарайся не шуметь. Ты же не хочешь, чтобы твой папочка услышал странные звуки, доносящиеся из нашей спальни, а когда пришел сюда, увидел, как его невинный и послушный сын занимается такими грязными вещами со своим старшим братом? Доен выдыхает и мотает головой, в глазах снова стоят слезы. Джехен целует его за ухом: - Вот и молодец. Он постепенно наращивает темп под скулящие стоны Доена, а затем тот изливается ему в руку, прогнувшись в спине. Доен тяжело дышит, приходя в себя, как видит, что Джехен спускает свои штаны, оголяя вставший член и обхватывая его той рукой, которой только что ласкал Доена. Он размазал сперму Доена по своему члену, тут же наращивая темп. Доен как-то завороженно смотрит на Джехена, который стоял на коленях между его раздвинутых ног и мастурбировал. Доен вдруг садится и неуверенно прикасается рукой к его горячему и влажному члену. Джехен хрипло спрашивает: - Что ты делаешь? - Я... Я просто хочу сделать хоть что-то для тебя. - Не нужно себя... - Я себя не заставляю. Я хочу сделать тебе приятно. Джехен послушно убирает руку, и Доен обхватывает его член своей, начиная двигать ею. - Тебе... приятно? И смотрит в этот момент прямо в глаза Джехена так невинно, что тот пораженно выдыхает. Джехен не выдерживает и наклоняется, чтобы поцеловать его. Тот продолжает ласкать его член до тех пор, пока Джехен не кончает ему прямо на лицо. Горячая сперма пачкает и еще не высохшие после душа волосы. Джехен опирается одной рукой о стену, снова целуя Доена, несмотря на то, что у того все лицо в сперме. Доен пытается сопротивляться: - Нет, Джехен, я ведь грязный... Джехен лишь говорит: - Все нормально, просто дай мне поцеловать тебя. Они целуются так несколько минут, а затем отрываются друг от друга, и Джехен устало садится на кровати рядом с Доеном. Он обратно натягивает штаны, а затем выуживает салфетки из рюкзака, лежащего на полу возле кровати и бережно протирает лицо Доена. Тот смущенно отводит взгляд, боясь даже посмотреть на Джехена, но послушно сидит и ждет, пока тот все не вычистит. Джехен вздыхает: - С волос это довольно трудно стереть. Придется тебе снова голову мыть. Доен молча кивает и уже встает, чтобы пойти в ванную, как Джехен снова его останавливает за руку и встает следом за ним. Он ведет его в ванную, запирает дверь и там под раковиной моет волосы Доена. Они стоят друг напротив друга, Джехен вытирает его волосы полотенцем, не переставая разглядывать лицо Доена, а затем тихо просит: - Посмотри на меня. Доен сначала не решается, но затем смотрит ему прямо в глаза, и Джехен снова не выдерживает, беря его за подбородок и мягко целуя в губы. Доен судорожно выдыхает, а Джехен спрашивает: - Тебе стыдно? Доен коротко кивает, глядя в пол. Джехен снова поднимает его лицо, заставляя посмотреть на себя. - Доен, ты должен знать, что все произошедшее сегодня, это не просто какая-то похоть. Я... Джехен отчего-то резко замолкает, так и не закончив говорить. Он молчит еще пару минут, что-то обдумывая, а затем лишь тихо произносит: - Забудь.