Прости за любовь

Джехен не выдерживает и порывисто целует Доена, крепко прижимая его к себе за талию. Доен снова чувствует, как начинают гореть его губы от этих глубоких, чувственных и болезненных поцелуев, а те места, к которым прикасался Джехен, ныли. Его поцелуи всегда глубокие, жадные, с толикой нежности и жестокости - он нещадно кусает губы Доена, тут же расцеловывая и зализывая кровоточащие ранки. Доена это сводит с ума. Когда воздуха катастрофически начинает не хватать, Джехен отрывается от него, и Доен тут же глубоко вдыхает. Джехен внимательно его осматривает, а затем его взгляд падает на шею и глаза заметно темнеют. У Доена пробегают мурашки по всему телу, и он чувствует внутри непонятный страх, хоть Джехен ничего и не сделал. Джехен поворачивает его голову в сторону, оголяя правую сторону шеи и тихо, угрожающе спрашивает: - Что это? Доен непонимающе спрашивает: - О чем ты? Джехен проводит пальцами по середине шеи, слегка надавливая на одно место: - Я про это. Это сделал Юта? И смотрит на Доена так зло, что тот невольно сглатывает. Ему нечего сказать, кроме тихого и неуверенного: - Да. Но это... Джехен его перебивает: - Замолчи. Доен послушно замолкает, боясь пошевелиться. Джехен наклоняется, целует его шею, а затем оставляет сильный засос поверх того, что оставил Юта. - Зачем ты это сделал? Что я скажу папе.. - А ты ему и не говори. Пусть это будет нашим маленьким секретом, Доен-и. Доен кивает, и Джехен подхватывает его на руки, затаскивая в комнату Тэена и опрокидывая на широкую кровать. Доен отползает назад, пытаясь слезть с кровати: - Джехен, это же комната папы... Джехен стаскивает с себя куртку, футболку и ботинки и подтягивает к себе Доена обратно за щиколотку. - Я всегда считал, что кровать Тэена просто превосходна - она большая, широкая, мягкая, а он еще так обожает шелковое постельное белье, на котором, кстати, ты выглядишь так возбуждающе. Доен ничего не успевает ответить, как Джехен наваливается на него сверху, прижимая к кровати, выцеловывая шею и ключицы. Джехен нетерпеливо снимает с него футболку и штаны с бельем, оставляя его полностью голым, и внимательно его осматривает. Голый Доен лежит на черных шелковых простынях, и его белая кожа ярко контрастирует с цветом постели. Джехен усмехается и снова начинает его целовать, опускаясь все ниже и ниже. Доен тяжело дышит и тихо постанывает, сжимаясь в комок. Ему было ужасно за то, что они вытворяют такое на постели его отца, а он во всем слушается Джехена, который властно раздвинул его ноги и сейчас целовал внутреннюю сторону бедер, кусая нежную кожу и оставляя засосы. Доен чувствует, как мурашки пробегают по всему телу от того, что Джехен ласкает его бедра там, и он прогибается в пояснице, судорожно выдыхая. Джехен обхватывает его член рукой и медленно проводит по нему вверх-вниз. - Какой же ты чувствительный, Доен. Заводишься от простых поцелуев и так мило стонешь подо мной. Доен высоко стонет: - Прекрати такое говорить. - Что, тебя это так сильно смущает? Скажи, стыдно вытворять такие вещи на кровати любимого папочки, пока тот так усердно работает целыми днями? Доен елозит под ним, неосознанно сдвигая ноги, тем самым прижимая бедра Джехена к себе еще сильнее. Джехен не отстает, мучительно медленно лаская его член: - Ну же, Доен. Ответь мне. Доен сквозь стоны отвечает: - Стыдно. Мне очень, очень стыдно. Прошу, давай уйдем отсюда. - Интересно, как отреагирует твой отец, когда узнает, что его драгоценный сын вытворяет такие бесстыдные вещи. Доен чувствует, как возбуждение начинает нарастать внутри него, и он не может это контролировать. Джехен же продолжает издеваться: - Ты чувствуешь, Доен? Как моя рука ласкает твой вставший член, а засосы и укусы горят на твоей коже? Ты так сильно изнываешь от наслаждения и желания, что смазка стекает с твоего члена... Доен не выдерживает и кончает в руку Джехена, прогибаясь в спине. Джехен целует его в шею: - Хороший мальчик. Тут взгляд Джехена падает на тюбик крема для рук на тумбочке Тэена, и он тянется к нему, тут же выдавливая большое количество на пальцы. - Что ты хочешь... Джехен приставляет пальцы к его входу, лаская его и размазывая крем: - Хочу тобой насладиться. Доен выдыхает. Джехен медленно вводит в него сначала один палец, Доен медленно выдыхает и старается не шевелиться. Постепенно Джехен все сильнее и сильнее растягивает его, добавив еще два пальца. Доен чувствует, как растягиваются его тугие стенки и как Джехен внутри пальцами оглаживает простату. Он громко стонет, выгибаясь. - Еще. Джехен серьезно смотрит на него и делает, как тот просит, лаская простату и размеренно дыша. Он целует шею и плечи Доена, с наслаждением слушая его стоны и ощущая, как тот мелко дрожит от получаемого удовольствия. Джехену кажется, что это его очередной сон с участием Доена, но тот цепляется за его плечи и подается навстречу, прося еще. Джехен вытаскивает из него пальцы, Доен разочарованно стонет и смотрит на него затуманенным взглядом. Джехен выдавливает еще крем, размазывая его по своему члену и приставляет головку ко входу. Он заглядывает Доену в глаза и тихо спрашивает: - Ты же мне доверяешь? Доен кивает. - Будет немного больно, но потом станет лучше. - Я... я потерплю ради тебя. И с этими словами Джехен начинает медленно и аккуратно входить в него. Доен болезненно стонет, кусая запястья и закрывая глаза. Джехен крепко держит его одной рукой за бедро, а второй за плечо, и целует шею и плечи, стараясь унять болезненные ощущения. Когда член входит полностью, то оба выдыхают, и Джехен делает небольшую паузу, чтобы Доен немного привык. Внутри него туго и жарко, и Джехен начинает терять голову еще сильнее. Доен тянется к его губам, и Джехен целует его, начиная двигаться. В глазах скапливаются слезы, но Доен старается сдерживать их, чтобы не разочаровывать Джехена, а тот то и дело целует его шею, оставляя очередные следы и шепча: - Прости. Прости меня. Доен чувствует, как там влажно и горячо, Джехен двигается все быстрее, вытаскивая член до головки и входя до самого основания. Доен скользит с каждый толчком по шелковым простыням, но Джехен не выпускает его из своих рук, шумно выдыхая и оглядывая его тело.Он отрывается от Доена и держит его бедра обеими руками, внимательно оглядывая красного и стонущего Доена. Уже стало легче, и Доен начал ощущать вместе с ноющей болью удовольствие, когда Джехен глубоко входил в него и задевал простату. Доен стонет, закрыв глаза руками. Он слышит: - Доен. Доен, посмотри на меня. Доен слушается и убирает руки от лица, встречаясь со взглядом Джехена, полного любви. Затем он выходит из него и переворачивает на живот, приподнимая его бедра и тут же входя обратно. Доен снова стонет, сминая пальцами простыни. Он бесстыдно подается навстречу, подставляя зад, чтобы получить еще больше ласки. Джехен двигается в нем еще быстрее, крепко вцепившись пальцами в его ягодицы и оставляя синяки. Он неожиданно шлепает его по ягодице, оставляя красный, горячий след. Доен болезненно стонет, сжимаясь, и неожиданно для самого себя кончает прямо на постель. Он дрожит, судорожно сжимаясь, но Джехен не останавливается и продолжает вбивать его в постель до тех пор, пока не изливается прямо в него. Доен чувствует, как его горячая сперма разливается внутри него, а затем, когда Джехен выходит, та стекает по его бедрам вниз. Доен устало переворачивается набок, а Джехен наклоняется к нему и целует. Доен лежит на боку, отстраненно глядя на запачканные простыни, и говорит: - Я испачкал папину постель. - Не страшно. Мы все приберем. - Он ведь заметит, что белье другое. Я только вчера его сменил. Джехен целует его в плечо: - Скажешь, что решил снова сменить. С этими словами он поднимает обессиленного Доена и уносит в душевую. Там он настраивает воду, прижимаясь к нему со спины. Теплая вода падает на них, Джехен смывает все с себя и с него, а затем он припирает Доена к холодной стенке и входит пальцами в него. Доен стонет, а затем спрашивает: - Ч-что ты делаешь? - Не волнуйся. Я кончил в тебя, там нужно все вычистить, как следует. Ты же не хочешь потом объяснять отцу, почему у тебя из задницы вытекает сперма. Доен смущенно отвечает: - Нет. Джехен целует его шею сзади: - Поэтому постой так немного, ты ведь хороший мальчик? Доен молчит, но Джехен снова не отстает от него, нажимая пальцами на простату и вырывая очередной стон: - Ну же, Доен. Доен кивает, отвечая: - Да, я хороший мальчик. Джехен хмыкает: - Молодец. Прогнись немного в спине. Доен послушно выгибает спину, подставляя зад и давая еще больший доступ. Он упирается руками в стену и лбом утыкается в свои запястья. Он снова возбудился, а Джехен продолжал его мучить, не переставая ласкать простату. Доен не выдерживает долго и поэтому со стоном кончает на стену. Джехен целует его плечи и лопатки, а затем произносит ему на ухо: - Скажи, что всегда будешь со мной. Доен послушно отвечает: - Я... я всегда буду с тобой. - Юта прикасался к тебе вот так? К тебе прикасался кто-то вот так, кроме меня? Доен мотает головой, ощущая, что Джехен продолжает двигать пальцами внутри него, хотя он уже кончил. - Я не слышу тебя, Доен. - Он меня... он меня не трогал так, как ты. Никто не трогал. - Тогда что это за след на твоей шее, который он оставил? - Он... он просто пошутил так. Ничего не было. - Больше не позволяй ему к себе прикасаться. Иначе я тебя накажу. Доен тихо стонет: - Хорошо. Джехен, наконец, вытаскивает из него пальцы под выдох Доена и разворачивает его лицом к себе. Джехен снова терзает его губы, а затем отрывается от него,заглядывая в глаза. - Ты же знаешь, что ты мой, Доен? - Да, знаю. После этого Джехен вытаскивает его из душа, протирает полотенцем, Доен плетется за ним из ванной на дрожащих ногах. Там Джехен помогает ему одеться и укладывает на кровать. Доен порывается встать: - Мне еще нужно убрать... Джехен укладывает его обратно, плотно закутывая в одеяло: - Я все уберу. И накормлю Тэена. А ты спи. - Хорошо. Спасибо. После этого он сразу засыпает, кутаясь в одеяло еще плотнее. Доен резко просыпается, садясь на постели, но ему приходится лечь обратно, потому что поясница и зад сильно болели. Он лежал так пару минут, пытаясь осознать произошедшее, и воспоминания о вчерашнем вечере лавиной скатились на него, и поэтому краска стремительно начала заливать его лицо. Он так пролежал еще несколько минут, посмотрел на кровать Джехена, которого уже там не было почему-то, и собравшись с силами, соскребает себя с постели и плетется в ванную. Там он принимает душ, делает необходимые процедуры и заходит на кухню, где неожиданно сидел Джехен и спокойно пил чай. Доен застыл на входе. Джехен, увидев его, мило улыбается, показывая ямочки на щеках, подходит к нему, берет за руки и заглядывает в глаза. У Доена бешено стучит сердце. - Как ты себя чувствуешь? Доен сглатывает, а затем тихо отвечает: - Все нормально. А как ты? - И снова ты больше беспокоишься за меня, чем за себя. Со мной все хорошо. У тебя после вчерашнего, должно быть, все болит. И с этими словами он мягко прикасается к его пояснице, опускаясь ниже и оглаживая его ягодицы. Доен краснеет и отводит взгляд: - Да, болит немного. - Прости, мой размер слишком... Доен его громко перебивает, понимая, о чем тот хочет сказать: - Я же сказал, все нормально. Обязательно говорить об этом? Джехен лишь тихо смеется: - Прости. Больше не буду. Тебе нужно поесть. - Я хочу только чай с данго. - К твоему счастью, я его вчера не съел. Он отрывается от Доена и идет к холодильнику, чтобы достать сладости и поставить их перед Доеном. Тот аккуратно и медленно садится за стол под внимательный взгляд Джехена и открывает коробку. Джехен наливает ему чай и смотрит, как тот завтракает. - Ты же... ты же убрал все вчера? - Не волнуйся, я все сделал. Тэен даже ни о чем не спросил, если ты переживаешь за это. Доен вздыхает, из-под ресниц глядя на губы Джехена. У Доена губы саднили и зудели, и он то и дело кусал их, чтобы хоть как-то избавиться от этого ощущения. Он думал, что после случившегося Джехен снова сбежит, и они не увидятся вовсе, но тот вел себя заботливее обычного, разговаривал с ним и даже прикасался к нему. Когда Доен ставит чашку на стол, задумавшись на несколько секунд, Джехен берет его за подбородок, наклоняется к нему и мягко целует в губы. Не так, как целовал до этого. Это был нежный, медленный и тягучий поцелуй, от которого Доену лишь хотелось зажмуриться и получать удовольствие. Это было приятно и уютно. Джехен целует его несколько минут, лаская его языком, а затем отрывается и заглядывает ему прямо в глаза. Губы Доена перестали зудеть и саднить, и он просто пытался выровнять дыхание. Джехен привычно проводит большим пальцем по его нижней губе, задумчиво глядя на красные губы Доена, покрытые небольшими ранками. - Ты ведь помнишь все, что вчера обещал мне? Доен выдыхает: - Да. - Скажи это. - Я больше не позволю Юте прикасаться к себе. - И? - И... и я твой. - Верно. Ты мой, Доен. Джехен видел, как Доена смущают такие разговоры, но он получал какое-то немного садистское удовольствие от того, что он может заставить Доена испытывать стыд и ужасное смущение, которые он не испытывал прежде так сильно и так часто. Доен опускает взгляд, тихо говоря: - Только... Папа ведь не узнает об этом? Джехен думает о чем-то пару секунд, а затем с улыбкой отвечает: - Конечно. Я сделаю все, чтобы твой отец не узнал о нас. И Доен ему верит в очередной раз. Целый день Джехен не выпускал Доена из своих объятий. Они лежали на его кровати, и Джехен крепко прижимал Доена к себе, беспощадно целуя его губы, которые за весь день распухли и стали почти бордового цвета. Доен был чувствительным, милым и трепетно реагировал на любое прикосновение Джехена. Джехен решил его не трогать до тех пор, пока у Доена не перестанет все болеть, но сам не мог удержаться от того, чтобы не прикасаться к нему. Он сам себе напоминал зверя, которого выпустили из клетки и который теперь так жадно впитывал в себя желанную свободу. Губы Доена ужасно горели, а внизу все затянулось тугим узлом, не давая нормально дышать, из-за чего ему приходилось отчаянно цепляться за плечи Джехена и пытаться отвечать на поцелуи. Джехен научил его целоваться, на практике объясняя и показывая, что делать. Доен хоть и смущался, но послушно следовал его указаниям, а затем к концу дня, когда сил уже не осталось терпеть ту тяжесть, которая схватилась внизу живота, он со слезами на глазах попросил: - Хён, помоги мне. Я даже дышать нормально не могу. Сначала Джехен не понял, о чем просил его Доен, а затем, когда тот начал нетерпеливо елозить под ним, то сразу осознал. Джехен накрыл его член через ткань штанов своей рукой, почувствовал вставший член, Доен тихо простонал, выгибаясь навстречу. - Тебе больно здесь? Доен кивает, еще сильнее цепляясь пальцами за его футболку. Джехен проникает рукой под его белье, оглаживая член, ткань уже была влажная. - И сколько же ты терпел? - Весь день, кажется. Джехен ласкает его член: - Почему же не сказал сразу? Доен не отвечает, потому что с его губ срывается громкий,высокий стон, но Джехен требовательно сжимает его член рукой, и тогда Доен говорит: - Мне... мне было стыдно. - Мне ты можешь говорить все, ничего не тая. Даже если тебе очень стыдно. Доен долго не выдерживает и поэтому кончает, крепко обняв Джехена за шею. Тот целует его за ухом, а затем протирает все салфетками и ложится рядом, притягивая к себе. Доен приводит дыхание в норму, а затем вспоминает: - Уже вечер. Скоро папа придет, нужно приготовить ужин. Джехен снова его целует, а затем, наконец, выпускает из своих объятий.