Новые горизонты

      Утром Линдси решила перечитать архивные материалы полицейских расследований исчезновения людей на озере Лагоа Мьяро. Ночью ей снилась та неуловимая мысль, что вчера так и не сформировалась в слова. Мысль и сейчас осталась на уровне ощущения, и Линдси решила простимулировать мыслительный процесс повторением сведений. Она была уверена, что ответ скрывается где-то в этих документах.       Вышедший из душа Коннор застал будущую жену прилипшей к экрану ноутбука. Она судорожно щелкала клавишами, читая какие-то отрывки из материалов, и ее глаза горели. Он знал это состояние. Именно так выглядела старший аналитик управления Линдси Доннер, когда ей удавалось найти решение мучавшей ее загадки. Это потом она излагала его спокойно и аргументировано, не прибегая к эмоциям, а в первый момент у нее огнем полыхали глаза, горели скулы, и она не скрывала радости.       — Коннор, скорее! Я, кажется, поняла! Надеюсь, Антон еще не начал сеанс гипноза. Он ведь не знает нужных вопросов. Быстрее! Нам нужно в лабораторию.       Двое вбежали в фургон передвижной лаборатории управления. Перед стеклянной дверью в медицинский отсек Линдси резко затормозила: там внутри на кресле сидела крошка Мариэлла с закрытыми глазами, и Антон что-то у нее спрашивал.       — Опоздали… — почти беззвучно простонала Лин.       — Может, ты всё же объяснишь, что ты поняла? — спросил запыхавшийся Коннор. Еще бы, до фургонов они добирались почти бегом.       — Не сейчас. Мне нужно вмешаться. Надеюсь, еще не поздно.       И Линдси тихо вошла в медицинскую комнату.       — Что здесь происходит? — поинтересовался подошедший Питер. Он вчера проиграл малышке три раунда из пяти, но не обиделся, и рассчитывал сегодня вечером взять реванш.       — Хотел бы я знать…       Тем временем Антон удивленно посмотрел на вошедшую Линдси — уж она-то знала, что при проведении сеанса регрессивного гипноза вмешательство крайне не желательно. Она жестами показала другу, что у нее не было выбора, и прислушалась к тому, что отвечала Мариэлла.       — … кошка, большая, белая. Она у нас жила, а потом сбежала, когда не стало папы.       — Куда делся твой отец? — участливо спросил Антон, продолжая сеанс.       — Мама сказала, что он улетел. Далеко-далеко. И стал жить на звездочке. Зачем он туда улетел? Он должен был быть со мной.       — Идем дальше, Мариэлла. Ты осталась с мамой? Где вы живете?       — Далеко. Не помню. Мой дом — это вода. Прозрачная вода.       Маленькая девочка нахмурилась и вздрогнула. Линдси поняла, что наступило время вмешаться.       — Ты слышишь меня?       — Слышу, — безучастно отозвалась крошка.       — Иди вперед. Далеко вперед. Давай вернемся на три дня назад, в утро. Где ты?       — Возле озера. Мне просто необходимо успокоиться. Мне так плохо, так больно… Что со мной? — голос звучал привычно, но непривычными были интонации, будто в детский голос добавили эмоциональность взрослого человека.       — Всё будет хорошо. Ты в безопасности. Кто ты? Как твое имя?       — Ирена. Ирена Хант…       Внезапно глаза малышки открылись и она самостоятельно пришла в себя, что случалось крайне редко. Она непонимающе огляделась, потом перевела взгляд на ошарашенного Антона и подавшуюся вперед Линдси. Глаза засверкали яростью и болью, наполнились слезами, и девчушка, спрыгнув с кресла, стремительно выбежала сначала из медицинской комнаты, а потом и из лаборатории.       — Что случилось?       Коннор не слышал ни слова, но понял: произошло что-то из ряда вон выходящее, и желал знать, что именно.       — Мы все ошибались, — бесцветным голосом произнесла Линдси, опускаясь прямо в кресло, где несколько секунд назад сидела таинственная малышка. — Это моя вина. Я могла бы понять еще вчера, если бы дала себе труд подумать…       — Линдси, ты можешь наконец объяснить? Что здесь произошло? Нам надо найти Мариэллу, пока с ней ничего не случится.       — С ней уже всё случилось, — так же глухо и безжизненно отозвалась Лин. — Я сделала самую большую глупость в моей жизни. Я вернула в тело девочки сознание женщины.       Коннор почувствовал, что сходит с ума. Посмотрев на Антона и Питера, он понял, что не одинок в своем непонимании произошедшего. Давить на Линдси было бесполезно. Она была в шоковом состоянии. Мужчина обнял ее, позволяя ей спрятаться от всех проблем в его объятиях, но она отстранилась и подняла голову. Глаза сверкали знакомой решимостью. Но на дне затаилась боль.       — Коннор, мы искали связь не там, где она была. Связь не людей с озером, а людей между собой. Наша таинственная крошка и есть пропавшая Ирена Хант. Видимо, когда она в расстроенных чувствах пришла к озеру после предательства возлюбленного, она решила проверить правдивость легенды. И вода озера действительно выполнила ее неосознанное желание — вернуться в детство, к уже пережитому предательству. Когда Ирене было пять лет, ее отец скоропостижно скончался — сердечный приступ. Девочка расценила легенду об улетевшем на звездочку папе как предательство — она же здесь, а он предпочел жить в другом месте, предал ее. Потом она выросла, все поняла и осознала, перестала так воспринимать случившееся. А теперь ее предает тот, кого она любила. Отсюда и желание спрятаться в детстве, пережить еще раз знакомые чувства, которые оказались лишь восприятием незрелого детского мозга. Потому что реальность, взрослая проблема оказалась очень болезненной. А я своим вмешательством вернула сознание взрослой Ирены в тело ребенка.       — Как ты поняла, что это она? — в голосе Коннора Дойла звучали нотки кейс-менеджера.       — Я еще вчера увидела некоторую странность в архивных полицейских отчетах. Сегодня утром, когда я их читала снова, я поняла, что меня насторожило — там были упоминания, что после пропажи нескольких людей возле озера находили неизвестных детей. Вероятно, они тоже приходили к озеру за помощью и оно возвращало их в детство.       — Что с этими детьми было потом?       — Они оставались в племени. В основном, в семье пропавшего. Заменяли собой другого человека.       — Надо ее найти. Она сейчас дезориентирована и растеряна, может сделать какую-нибудь глупость, — отмер Антон.       — Она может быть только там, где всё началось.       — У озера? Скорее туда!       Первыми сорвались с места Питер и Антон. Коннор снова обнял Линдси и тихо прошептал:       — Ты ни в чем не виновата, родная. Мы справимся.       Девушка на секунду прикрыла глаза, и они с Коннором побежали за коллегами.       На ступеньках исследователи столкнулись с Марком Джонасом. Он хотел знать, как продвигаются поиски Ирены, ведь «Саманте нужны фотографии, это важно для программы». Антон впервые в жизни ощутил желание ударить человека чем-то тяжелым, но нашел в себе силы промолчать. Зато Питер, не отягощенный моральными сомнениями, выпалил, что она должна быть возле озера, и туда устремились уже не только четверо исследователей, но и оператор программы «Аномалия».       Да, действительно, возле кромки воды лицом к ним сидела Мариэлла. Все остановились в паре десятков метров. Начавший было задавать вопросы Марк моментально замолчал, увидев, каким тяжелым и грозным взглядом смотрит на него доктор Хэндрикс. Антон же думал о том, что любая девушка может влюбиться вот в такого лицемера, и мрачнел еще больше.       — Я попробую с ней поговорить, — тихо сказала Линдси. — Не вмешивайтесь, что бы не случилось.       — Лин, — тихо позвал Коннор. Он хотел сказать ей очень многое, но увидел решимость в ее глазах.       — Коннор, я люблю тебя. Позволь мне исправить то, что я сделала.       И девушка осторожно направилась к воде.