***
Второй вопрос возник сразу после того, как они нашли восемнадцатый палец. Юджи решительно проглотил его целиком. После целого дня сражений и убийств проклятий он наконец пожелал своим друзьям спокойной ночи и с тихим стуком закрыл за собой дверь. — Эй, Сукуна? — Медленно протянул Юджи переодеваясь. — Что ты будешь делать, когда завладеешь моим телом? Отличный вопрос! Не теряя ни секунды Сукуна отвечает: — Я убью каждого человека с которым пересекусь. Я начну с твоего эгоистичного учителя, заставлю его кричать, когда буду разрывать его на части. Потом я буду медленно мучить твоих одноклассников, заставлять их сладко молить о спасении только для того, чтобы я покончил с их жизнью. Сукуна ожидал услышать в ответ надоедливое: я тебе не позволю. Но вместо этого услышал легкий смешок, который резко прервал его саркастичный поток мыслей. — Зная тебя, ты определенно сделаешь это. Сукуна изумленно уставился в пустоту перед собой, и ему снова пришлось погрузиться в собственные мысли, пока Юджи выключал свет и засыпал.***
Третий и последний вопрос возник, когда они нашли девятнадцатый палец. Рано или поздно Сукуна получит контроль над этим телом, и он сможет, наконец, объявить его своим. Юджи знает это, так как едва удерживает Сукуну от того, чтобы тот поменялся с ним. — Эй, Сукуна? На этот раз Рёмен собрался с духом, ожидая следующего вопроса. Юджи, кажется, что он даже заметил небольшой интерес со стороны демона. Он кликает на стоп и фильм останавливается. — Что ты собираешься сделать с моей душой, когда получишь контроль над моим телом? Ответ прозвучал резко, словно приговор. — Конечно, я сожру ее! Юджи облегченно вздохнул и скривив губы в улыбке повернул голову к окну, глядя на отражение глаза Сукуны. — Я уже начал беспокоиться. Я не хочу превращаться в мстительное проклятие, когда умру, понимаешь? Так что спасибо. Сознание Сукуны с треском разбивается, когда безымянные эмоции начинают сдавливать грудь. Вид настолько искренней улыбки, заставляет его проглотить внезапный комок в горле. Мысль о том, что его сосуд добровольно отдаст ему свою жизнь, заставила его что-то почувствовать. Он не может дать этому название, наблюдая, как напряженные плечи Юджи опускаются, словно уверенность в том, что Сукуна съест его душу, сняла с его плеч тяжесть всего мира.